Не поймешь, пока не испытаешь то же самое.

Утро. Яркие, ослепляющие лучи ворвались в комнату, безжалостно нарушая хрупкий сон. Джокер с трудом разлепил глаза, жмурясь, и улыбнулся, чувствуя крепкие объятия. Он чуть повернул голову назад и посмотрел на спокойное лицо спящего Бэтмена, усмехнувшись. Воспоминания о том, как они оказались в постели, стерты из памяти дорогим вином, которое они нашли в погребе, впоследствии опустошив несколько бутылок. Пожалуй, им нужно будет смотаться раньше приезда Пингвина, учитывая ущерб, который они причинили его дому и кошельку. Но до тех пор они будут веселиться. Клоун потянулся к умиротворенному лицу и, погладив большим пальцем мягкие губы, аккуратно прикоснулся к ним своими. Он вдруг осознал, что больше не хочет убивать. Ему это просто не нужно. Теперь это кажется чем-то банальным и приевшимся, не приносящим никакого удовольствия. Неужели Джокер больше не безумный убийца? Впрочем, он и сам был не против такого расклада. Зеленоволосый не сразу заметил, как Уэйн проснулся и начал осторожно отвечать на поцелуй. — Доброе утро, — улыбнулся Брюс в чужие губы. — Просто замечательное, — бледная рука огладила мускулистое плечо. — Водички принести? — Если ты это сделаешь, я тебя расцелую, — миллиардер усмехнулся и выпустил из мертвой хватки худое тело. Клоун слез с кровати, тут же споткнувшись о пустую бутылку из-под вина, и направился на кухню, потягиваясь спросонья. Маньяк притащил целый графин с водой и два стакана, при виде чего у Бэтмена заблестели глаза. — Из последних сил сдерживался, чтобы не выпить по дороге. Сушняк — дело страшное, — засмеялся псих и, наполнив один из стаканов, протянул его любовнику. Тот залпом его опустошил и облегченно выдохнул. — Ну иди сюда, буду целовать. Уэйн потянул безумца за руку и, заставив его упасть на кровать, сразу же навис сверху, разбрасывая поцелуи по бледному лицу, не спеша спускаясь к шее и ключицам. — Я люблю тебя, — вдруг заявил Джокер, серьезно глядя в глаза Брюса. Тот даже опешил, молча пытаясь разглядеть в сосредоточенном лице намек на шутку. — Тебе необязательно отвечать. Просто, я подумал, что сейчас самое время это сказать. Ты мне нужен. Как и я тебе, я знаю. В этом цирке ты тот, для кого я выступаю*, кому я улыбаюсь. Бэтмен внезапно почувствовал, как сердце неприятно кольнуло, как оно начало сжиматься, готовое в любую секунду остановиться и разорваться на части. Он вдруг вспомнил каждую их драку, каждый яростный удар, адресованный психу, заставляющий того сгибаться пополам от боли и умолять о пощаде. Вспомнил, что сделал с ним в изоляторе. Вспомнил все слова ненависти, что говорил ему. Понял, что многие увечья на бледном теле — его рук дело. Логика кричала о том, что безжалостный убийца заслужил, но это ни на секунду не облегчило чувство вины, что многотонным грузом опустилось на сердце. — Мне очень жаль, — слова Уэйна после продолжительной паузы заставили маньяка удивленно взглянуть на него. Брюс приблизился и аккуратно поцеловал безумца в щеку, будто извиняясь. Джокер лишь изумленно округлил глаза, не решаясь двинуться. — Больше тебе не нужно меня бояться, — герой медленно провел рукой по многострадальному телу, тут же едва ощутимо касаясь губами выступающих ребер. — Ты какой-то странный, — изогнул бровь псих. — Я не позволю тебе умереть, — Бэтмен аккуратно приобнял искалеченное тело. — Да я и не собирался. Отставь эти сентиментальности, — клоун засмеялся. — Прости меня, — он будто пропустил мимо ушей все слова бледнолицего. Безумцу всего лишь нужно было понимание от человека, которого он, видимо, и правда любит, но Страж города не видел этого за беспросветной пеленой жестокости. Еще есть шанс. Убийца еще может вернуться к нормальной жизни. Возможно, он вовсе не так безумен, как все его клеймили. Да, он потерял жену, беременную. Его можно понять, он тоже человек, он просто ошибся в выборе пути и свернул на кривую дорожку. Но теперь все будет иначе, теперь он не один. — Забей, — маньяк, наконец осознав, в чем дело, невольно воспроизвел в памяти неприятные воспоминания и, нахмурившись, прервал тираду, отодвигая от себя рукой. — Как ты думаешь, какой цвет волос мне больше пойдет? — он мгновенно сменил тему разговора. — Иссиня-черный, — выдохнул Уэйн спустя несколько секунд напряженного молчания и наконец отпустил любовника из крепких объятий. — Чудно, тогда купи мне такую краску для волос. — Что? — Ты сам говорил, что мне надо измениться, — псих пожал плечами. — Сам посуди, как человек с зелеными волосами может стать нормальным? — Брюс даже вскинул бровь. — Ты сделаешь это? — О, не раздувай из мухи слона. Я пока только волосы крашу, а не напяливаю костюмчик Робина, чтобы спасать людей, — Джокер, едва успев договорить, вдруг почувствовал мягкое прикосновение к своим губам, теплое дыхание. Почувствовал, как с его пальцами сплетаются чужие, слегка сжимая. Да, оно того определенно стоит. *** — Ты меня все больше радуешь, — почти промурлыкал зеленоволосый, забираясь на крышу по тросу следом за Летучей Мышью. — Такая хорошая погода, почему бы и нет? — Уэйн помог клоуну подняться и расстелил на поверхности крыши свой плащ от костюма, садясь с краю. — Отсюда прекрасный вид. — Да, пожалуй, — Джокер присел рядом и с улыбкой уставился на героя, полностью игнорируя пейзаж, утопающий в ярких цветах зарева. — Прекрасный вид. Почувствовав на себе назойливый взгляд, Бэтмен едва заметно дернул уголками губ и хотел было что-то сказать, но в последнее мгновение передумал. — У тебя были мужчины раньше? — вдруг ехидно покосился псих, заставляя Брюса опешить. — А ты как думаешь? — Думаю, нет. Ну или, возможно, когда тебе было 17, ты решил поэкспериментировать с сыном садовника. Тебе не понравилось и, очевидно, вы больше никогда не встречались, хотя по ночам он до сих пор вспоминает о тех чудесных мгновениях и дрочит, — под конец выдуманной истории Уэйн не выдержал и в истерике засмеялся. — У нас не было садовника, — объяснил он, пытаясь остановить непрекращающийся смех. — Нет, ранее я интересовался только женским полом. — Ясненько, ты у меня тоже первый, — усмехнулся бледнолицый и почувствовал, как чужие пальцы сплетаются с его собственными. Бэтмен вдруг резко потянул Джокера на себя, и теперь тот сидел сверху, улыбаясь. Эта улыбка казалась чем-то неестественным по отношению к маньяку, она была почти ласковой, стирающей воспоминания об ужасных поступках психа. Словно внезапно расцветшая орхидея посреди пустыни. Брюс аккуратно прижал к себе бывшего врага, боясь случайно надавить на одну из ран. Безумец провел тонкими пальцами по щеке героя, бережно оглаживая ссадины и царапины, которые сам же оставил. Сейчас он, обрамляемый красными лучами заходящего солнца, казался самым прекрасным существом в мире. — У тебя когда-нибудь был секс на крыше? — А ты как думаешь? — Уэйн притянул психопата, сливаясь с его губами. *** Джокер очнулся уже в мягкой, но одинокой постели. Раскрыв вдруг глаза, он кинул взгляд на часы, которые показывали три часа ночи, а затем заметил темный силуэт у окна. Бэтмен с мрачным видом прослушивал полицейскую волну через устройство в своей маске и хмуро смотрел на что-то за окном. — Ты чего подскочил, Мышонок? — клоун потер глаза и приподнялся. От неожиданности герой обернулся и сдвинул брови еще сильнее, хотя маска это успешно скрыла. — Прогремел взрыв. Полиция и пожарные посылают все машины в центр города. Мне нужно идти. — Бросишь меня тут? Пингвин вот-вот заявится, он ж убьет меня за все, что мы натворили. — Ты справишься. — Жестоко. Я иду с тобой. — Нет. — Не бойся, убивать я никого не собираюсь. Какой смысл в смерти, которая не принесет никакой выгоды? Там и без меня люди гибнут, — псих уже поднялся и подскочил к шкафу, доставая оттуда свой привычный фиолетовый наряд. — Погоди. После Аркхема мы сразу направились сюда, когда ты успел достать костюм? — безумец, хитро улыбнувшись, приложил палец к своим губам. — Этого мы никогда не узнаем. — В любом случае, — Бэтмен снова кинул взгляд на город и глубоко вздохнул. — У меня нет времени ждать тебя. Люди умирают, пока мы с тобой тут… — он повернулся и застал уже почти одетого маньяка, на котором красовались фиолетовые брюки и зеленая рубашка, которую тот наспех застегивал. Жилет и пиджак он отбросил в сторону и решительно направился к окну, у которого стоял Уэйн. -…болтаем. — Ну так вперед. Или будем дальше «болтать»? *** Это ад. Всё в огне. Истошные крики и плач людей. Здания рушатся, хороня под собой всех без разбору. Брюс видел многое, но не такое. Люди, запертые на последних этажах, горели заживо, кто-то бросался с крыши в поисках близкого конца, некоторые после этого даже выживали и, парализованные, хрипели от нестерпимой боли, пока не умирали в агонии, кто-то пытался кричать о помощи даже тогда, когда огонь прожигал насквозь, когда пламя забиралось в легкие и вырывалось изо рта. Среди многочисленных трупов были дети и старики, пожарные и полицейские, что приехали помочь несчастным. Прямо на глазах у Бэтмена огромная каменная глыба сорвалась вниз и сравняла с землей двух подростков. Он пытался помочь, но всех спасти невозможно. Впрочем, спасать уже почти некого. Он с полным отчаянием в глазах оглядел эту огненную геенну, а потом увидел Джокера, что спокойно наблюдал. Хотя, скорее, он хотел выглядеть спокойным, не показывать себя, но Уэйн заметил в его взгляде нечто совсем не характерное для маньяка. Ужас. Впервые герой узрел в безумных глазах что-то настолько близкое к скорби и сожалению. Он подскочил к нему и дал отрезвляющую пощечину. — Зачем просился идти со мной, если просто стоишь и смотришь на смерть? — Хочешь, чтобы я помог? — псих снова натянул на себя привычную маску. — Возможно, ты запамятовал, но я не спасаю людей, я их убиваю. — Хватит играть на публику. Я вижу это, — глаза безумца округлились. — Помнишь, ты сказал мне, что безумен потому, что ненавидишь меня. Это не так. Ты хотел сказать не это. Ты безумен потому, что ненавидишь себя, — клоун шокировано уставился на героя. — Ты не смог спасти свою жену, своего ребенка. Может, ты этого уже и не помнишь, но именно это сделало тебя тем, кто ты есть, и именно поэтому ты себя так ненавидишь. Ненавидишь настолько, что тебе плевать на собственную жизнь. Ненавидишь так сильно, что терпишь любые побои, принимая их как должное. Ненавидишь сильнее, чем я когда-либо, — бледные губы сжались в узкую полоску, а взгляд обессиленно упал вниз. — Хватит. Если то, что ты говорил сегодня мне — правда, то, прошу, перестань винить себя за то, о чем ты уже давно забыл. Ты их не спас. Ничто не сможет этого изменить, никакое чудо их не вернет к жизни, а тем более твоя ненависть. Отпусти тех, кто к тебе не вернется, спасай тех, кого еще можно спасти. Джокер снова поднял взгляд и заскрипел зубами. Он скупо кивнул, но вдруг, заметив что-то за спиной бывшего врага, мгновенно погнался туда. Бэтмен обернулся и увидел будто в замедленной съемке, как очередной камень, объятый огнем, несется прямо на рыдающую девочку, пытающуюся достать своих уже мертвых родителей из-под обломков зданий. И псих мчится прямо к сироте. Холодящая душу мысль забралась под кожу, а сердце на мгновение остановилось — он не успеет. Даже если удастся спасти ребенка, сам безумец не сможет увернуться. Но Уэйн даже рот раскрыть не успел, как глыба с грохотом приземлилась на землю. Поднялось масштабное облако пепла и пыли, скрывающее все от посторонних глаз. Брюс почувствовал, как сердце начало биться в ускоренном темпе. Он тут же кинулся сквозь непроглядную завесу, отчаянно ища пострадавших. Серые хлопья слегка осели, и наконец Бэтмен заметил знакомую зеленую рубашку. Джокер лежал на камнях без каких-либо признаков жизни. Девочка била маленькими кулаками худое тело и истошно рыдала. — Там была мама! Я почти вытащила ее! Ненавижу! Сдохни! Герой сглотнул ком паники в горле и приподнял окровавленное тело, отодвигая глупого ребенка. Он приложил дрожащие пальцы к бледной шее, пытаясь нащупать ток крови, он впервые так сильно боялся узнать результат. Из-за собственной дрожи, которая взялась из ниоткуда, Уэйн никак не мог обнаружить хоть слабый пульс. А может дело не в дрожи? Ему страшно. Он отчаянно не хотел в это верить. Нет, он ведь обещал. Обещал, что не позволит умереть, что защитит. Зеленая ткань почти полностью окрасилась в темно-красный. Скорее всего, он жив, раз кровь еще идет, но с такой обильной кровопотерей все равно долго не протянет. Трясущиеся руки потянулись к поясу и достали мобильник, который выскальзывал из окровавленных пальцев. С трудом Брюс все же набрал телефон Лесли Томпкинс. — Лесли, прошу, помоги, — его голос предательски срывался. — Ты приехал на взрыв? Сильно ранен? — сразу же сориентировалась доктор. — Не я. Мне нужно… Он… — Успокойся. Если есть другие пострадавшие, то отдай их скорой помощи. — Нет, нельзя. Ему туда нельзя. — Кому? — Джокер… Он… — Что?! Ты просишь меня помочь ему?! Ты в своем уме вообще? — Лесли, он умирает. Пожалуйста. — Какое тебе дело, если не ты его убил? Он монстр. — Он человек. Он только что спас ребенка. Наплевал на риск, на свою жизнь. Он доказал, что он такой же человек, как ты и я. — Отдай его в Аркхем, если тебя это так беспокоит! — Его убьют там, поверь. Я был там пару дней назад, нет времени объяснять. — Слушай, Брюс, я… Я не могу. Я просто не могу. — Ты доктор, — голос вдруг стал грубым, почти угрожающим. — Ты давала клятву. Помогать людям, во что бы то ни стало. Так помоги ему! Как ты можешь звать себя доктором, человеком, когда ты намеренно отказываешься спасти чью-то жизнь, хотя можешь. Чем ты лучше убийцы, если можешь помочь, но вместо этого просто игнорируешь, посылая человека на верную смерть?! — в трубке повисло молчание, а после — тяжелый вздох. — Привози его, — одинокие гудки, раздающиеся эхом в опустошенной голове Бэтмена, привели того в чувства. Он мгновенно подхватил умирающее тело и нырнул в бэтмобиль, давя на газ изо всех сил.