А вам слабо?

Весь путь в престижный район города Кайто слегка волновался и предвкушал очередную встречу Шоджи. Двухэтажный дом, в котором проживал один из его друзей, был частным и выглядел весьма богато. У дома было припарковано несколько дорогих спортивных машин, всё здание говорило о немалом достатке его владельцев. На пороге его встретил как раз тот парень, который здесь жил и у которого сегодня собиралась посидеть вся компания и которого он уже видел несколько дней назад в клубе. Он уже был слегка навеселе и глупо улыбался, увидев Кайто. Кайто прошёл за ним в дом, удивляясь богатой и стильной обстановке вокруг. Они пришли в большую гостиную на первом этаже, где стояла огромная плазма, большой мягкий диван из натуральной кожи бордового цвета. Пол покрывал чёрный мягкий ковёр, наверху горели вделанные в потолок стильные небольшие лампы. У дивана стоял небольшой столик, который был завален бутылками пива, стаканами с более крепкими напитками, чипсами, всякими закусками. Все были в сборе и все были уже в изрядном подпитии. Шоджи был здесь же, вальяжно развалившись на диване, положив ноги на столик и смотря с остальными порно на плазме. Все хрустели, причмокивали, прикладывались к бутылками и стаканам, пускали по кругу косяк с травой, смеялись и комментировали происходящее на экране. Тот, кто его привёл, весело воскликнул: — А вот и наш прекрасный новый друг! Все посмотрели на него, кроме Шоджи. Он не обратил совершенно никакого внимания на Кайто, допивая очередную бутылку пива и открывая следующую. Омега неприятно отметил, что вся компания уже вероятно давно сидит здесь, а ему явно назначили более позднее время. Парень продолжил, обращаясь к своим приятелям: — Эй, полегче со столиком, это ручная работа! И не гадьте на диван, чёрт, с него трудно вывести пятна! Родители уже завтра приезжают, вечно после вас настоящий погром. — Да ладно тебе, не парься! Ваша уборщица всё сделает как надо. — Да, не разводи панику. — Пошли вы. И хватит лакать отцовский алкоголь. — Да этого добра у твоего папаши навалом, он даже не заметит, что мы что-то взяли! Компания продолжала перешучиваться и переругиваться, периодически косясь на Кайто. Тот присел на краешек дивана рядом с Шоджи и пытался понять, зачем он здесь, когда уже всё веселье кончилось. Он попытался заговорить с Шоджи, но тот, после очередного добротного глотка из бутылку, вдруг поднялся на ноги. — Эй, Горо, мне пора. — Шоджи, да какого хрена, посиди ещё! Только самое интересное начинается! — Мне хватит. Завтра утром отец хочет видеть меня в офисе, так что я поеду отосплюсь — Наверняка подсыпет ещё немного деньжат своему сынишке. Все гоготнули, Шоджи натянуто улыбнулся, затем смачно высморкался в платок — у него ещё был насморк — пихнул в карман мобильник и ответил: — Вечно ему что-то надо от меня. Наверное, начнёт опять читать нотации, что надо работать на благо фирмы и семьи. — За такие карманные можно и потерпеть. — Я надеюсь, я выиграл пари? — Да, чёрт, ты всегда выигрываешь. Кайто с удивлением слушал этот разговор и смотрел на Шоджи. Он не узнавал его: парень был необычайно хмур, на Кайто не смотрел, голос его был груб, вид уставший и помятый. От него несло перегаром. При словах о пари, Кайто изумлённо увидел, как все вокруг вытаскивают деньги из кошельков и карманов джинс и кладут на столик. Навскидку там набирался месячный заработок отца Кайто. При виде кучки купюр Шоджи снова улыбнулся, взял их в руки, быстро пересчитал и запихнул в задний карман. — Приятно иметь дело с вами, друзья. — Да иди ты уже. — С тобой заключать пари то же самое, что с дьяволом. — Да уж, Шоджи, ты хоть одно пари проиграл вообще? — К моему счастью, нет. Всё, увидимся короче. — Давай. — Пока. Альфа развернулся и пошёл к выходу, Кайто изумлённо крикнул ему вслед: — Шоджи! Но парень даже не обернулся и вышел из гостиной. Через полминуты хлопнула парадная дверь. — Ну что ж... - произнёс один тот, кто встретил его на пороге. - Наш победитель покинул нас, но кое-что нам всё-таки оставил. Он поднялся и зачем-то запер дверь в гостиную. Кайто до сих пор не понимал, что происходит. Вся компания смотрела в упор или косилась теперь на него, не обращая внимания на телевизор. Хозяин позвонил охране и попросил не беспокоить их. Один из друзей Шоджи, который сидел ближе всех, буквально пожирал Кайто глазами и тяжело дышал, еле сдерживаясь. Юноша не стерпел и спросил: — Что происходит? Почему Шоджи ушёл? И почему меня позвали уже под конец вечеринки? — Под конец вечеринки? Нет, Кайто, всё веселье только начинается. На, выпей, - хозяйский сын протягивал ему только что открытую бутылку пива. Кайто принял её, сделал несколько глотков. Парень тем временем продолжал: - Понимаешь ли, мы — Клуб Любителей Поспорить, так мы себя называем. Все эти господа, которых ты видишь — не только любят спорт и деньги, но и хорошее пари. От такого мы никогда не отказываемся. А Шоджи — президент нашего клуба, наш вечный победитель. Не вдаваясь в долгую болтовню — мы поспорили, что он не сможет очаровать того омегу, которого мы спонтанно выберем на танцполе. Он выиграл. Тогда мы подняли ставки и сказали, что он не сможет затащить тебя сюда. Но ты глупее, чем мы думали. Он снова выиграл, а всё самое вкусное как обычно пропускает. Пока парень говорил, Кайто нервно думал, как ему сбежать и избежать то, что надвигалось на него неумолимой кошмарной тенью. Во время этого рассказа, все пятеро присутствующих расстёгивали и снимали джинсы, стягивали футболки и водолазки, отбрасывали прочь бельё... Кайто невольно затрясло. Пятеро сильных здоровых альф, которые еле сдерживали себя, чтобы наброситься на него, Шоджи, который предал его и просто ушёл, даже не сказав ни слова, и он сам, жертва какой-то глупой прихоти богатеньких сынков бизнесменов, жестокого пари от безделья... Перспектива была прямо сказать ужасающей. Хозяин дома продолжил: — К сожалению, малыш, люди не всегда те, кем кажутся. И наш прекрасный Шоджи тому подтверждение. Ладно, ребята, хватит слов. Пора заняться делом, - он схватил пульт, выключил плазму, включил стерео-систему одним нажатием кнопки. Из колонок загремела тяжёлая музыка, которая резала барабанные перепонки грубым гроулом, дробью ударной установки и железным криком электрогитары. Как по сигналу все набросились на Кайто. Он вскрикнул, но тут же получил сильный удар в нос и упал на ковёр. Сильные руки грубо стягивали с него одежду, рвали футболку, рывком тянули вниз штаны, срывали бельё. Кайто пытался придти в себя, но даже не мог сопротивляться — их было слишком много, они были слишком сильными и пьяными... Из носа Кайто текла кровь, он невнятно пробормотал: — Не надо, прошу, я могу принести деньги, я сделаю, что хотите, не надо... — Ооо, конечно же сделаешь, что мы хотим. Не сомневайся, тварь. Омега услышал грубый смех. Его приподняли, грубо открыли рот и начали вливать крепкое спиртное прямо в глотку. — Давай, пей, лакай, мразь! — До дна, шлюха! Кайто захлебнулся и закашлялся. Горло жгло, его чуть не выворачивало. Наглые пальцы лезли к нему в рот, он почувствовал горький привкус чужой кожи, запах табака и травы. Тем временем кто-то другой схватил его член и начал с силой водить по нему рукой. Кайто протестующе замычал, но тут же получил пощёчину. Голоса вокруг отпускали насмешки о его хрупком теле, детском наивном лице, руки похотливо сжимали член, хватали плечи, заставляли обсасывать пальцы. Он видел камеры телефонов, которые снимали происходящее, пытался что-то мямлить, но его передразнивали и больше не слушали. Затем Кайто стремительно подняли и поставили на колени. Он увидел перед глазами возбуждённый большой член Горо, сына хозяина этого дома, который до этого объяснял Кайто истинное положение вещей. Кто-то из удерживавших его сильно сдавил ему горло, рот юноши непроизвольно открылся, чтобы глотнуть воздуха, и в рот его тут же был запихнут член. Он был горячим и пульсирующим. Горо намотал волосы Кайто себе на руку, сорвав с них ленту и приговаривал, толкаясь в рот юноши: — Да, сладкий ублюдок, бери его поглубже, вот так, поработай язычком... Он у тебя такой горячий, да, выродок... Кайто сначала задохнулся, но постепенно справился с дыханием и послушно начал заглатывать член, понимая, что ничего не может сделать и должен ждать удобного момента, чтобы сбежать. Если он сделает что-то не так, то эти пятеро просто сотрут его в порошок. Его тело найдут на утро в сточной канаве или в мусорном баке, а так ещё оставалась надежда, что его оставят в живых, ведь им не нужны такие проблемы... Из глаз юноши потекли слёзы, дыхания отчаянно не хватало, голове было всё больнее из-за того, что волосы тянули всё сильнее, но он послушно сосал Горо, пока один из тех, кого он ещё мог видеть рядом, отчаянно дрочил себе, натужно и быстро дыша... — Да, сука, глубже, бери его весь, тварь... Да! ДА! - Горо хрипло вдохнул воздух, запрокинув голову и кончил Кайто в рот. Горячая сперма наполнила рот юноши, но Горо схватил его подбородок, поднял вверх и прошептал: - Глотай, сука, иначе я тебе кишками голову обмотаю. Кайто послушно проглотил вязкую густую жидкость и закашлялся. Его тут же повалило несколько рук обратно на ковёр, перевернули на живот и поставил на колени. Он увидел, как Горо сел на диван, глотнул из стакана и закурил, подстёгивая своих друзей. Юноша ощутил, как его анус обливают чем-то холодным. — Вот так его, не жалей, у нас его много! Проспиртуй нашего малыша как следует! Кто-то ржал, кто-то был сосредоточен, кто-то нетерпеливо рычал и сыпал проклятиями. Кайто почувствовал сначала грубые пальцы, которые растягивают его анус и размазывают по нему пиво. Затем он почувствовал холодное горлышко пивной бутылки. С ужасом дёрнувшись вперёд, он тут же был схвачен за волосы покрепче, кто-то надавил ему на плечи, насаживая на горлышко стеклянной бутылки. Кайто почувствовал холодное гладкое стекло внутри себя. Всеобщий издевательский гогот подстёгивал того, кто вставлял бутылку и тот вогнал её до упора. Кайто задохнулся и начал молить: — Пожалуйста, прошу, хватит, перестаньте, умоляю... — Заткнись, сучоныш, и работай. Бутылку вытащили лишь вдоволь позабавившись. Однако, через минуту в него снова грубо и полностью вошли и начали сильно и медленно двигаться, с оттяжкой и резкостью. Другой встал на колени перед лицом Кайто и заставил сосать, постанывая и прикрывая глаза от наслаждения, грубо надавливая на его затылок, вталкивая своё орудие так глубоко, насколько это было возможно. Сзади парень разгонялся и двигался всё быстрее, врываясь в Кайто напористо и сильно. Он кончил первым, излившись внутрь и насадив омегу с последним толчком со всей силой и на всю длину. Затем Кайто ощутил толчки вырывающейся порциями спермы у себя во рту и снова проглотил белый вязкий сок. Его мутило, голова раскалывалась от громкой и быстрой музыки, перед глазами крутился хоровод рук, ног, животов, пьяных лиц и гениталий, в ушах стояли насмешки, грубые комментарии и замечания. Во рту стоял кислый и мерзкий привкус, тело дрожало от усталости. Он отсосал ещё дважды, ещё один раз в него вставили и кончили в нутро. Затем один из парней сел на диван и заставил дрочить ему рукой, а потом посадил Кайто на свой член, плавно и медленно насаживая. Его руки сильно сжимали и сдавливали бёдра омеги, сильно давали на рёбра, раздирали спину. В какой-то момент он заставил Кайто наклониться и сильно укусил его ухо, впившись со всей силы в него зубами. Омега закричал от боли, но тут же получил сильный тумак с оттяжкой. Его стали насаживать жёстче и быстрее, а затем с сильной пульсацией горячо залили ещё одну порцию горячей спермы. Кайто уже еле дышал, когда его снова опустили на колени, с силой толкнули лицом на столик, так, что он задел и опрокинул несколько бутылок и пакетов и снова вошли. — Бери его весь, слышишь, прими, вот так, вот так... — Да, сучонок, да! Соси, мразь, давай же... — Сладенькие губки, влажный ротик, умница, глубже, да... — Глотай, мальчик, глотай всё... — Кусок дерьма, я тебя затрахаю до смерти, насаживайся глубже, бля, сильнее, ну!... В конце концов это прекратилось. Кайто лежал какое-то время без движения на полу и пытался придти в себя, хотя болела каждая косточка и мышца, каждый синяк и царапина, оставленные на теле его насильниками. Кто-то сидел на диване, кто-то стоял у мини-бара и выбирал себе что-то покрепче. Они дымили, от них несло потом, спермой и спиртным. До сознания Кайто долетало: — Бля, ну и бардак. Один ковёр оттирать целую вечность. — Да чё ты, просто расслабься, наша шлюха славно поработала. — Да уж, мы выбрали что надо. Надо отдать Шоджи должное — он всё-таки молодец, что привёл этого мальчишку сюда. — Но всю основную работу сделали мы, разве не так? — Ты-то уж наработался больше всех, это уж точно. Прикрой своего другана, меня от него воротит. — Я тебе своего другана сейчас в глотку запихаю, если не заткнёшься. — Воу, потише, парни, неужели не можете немного передохнуть? Отличная ночка... Когда Кайто услышал имя Шоджи в нём что-то дрогнуло и невольно защипало в глазах, хотя он думал, что сейчас не способен уже ни на какую эмоцию или осознанное чувство. Нутро обожгла обида, злость и унижение. Собрав последние силы, Кайто сел на полу и сказал, посмотрев на хозяйского сына: — Ненавижу. Шоджи. Тебя. Всех вас. Горите огнём. — Чё ты сказал? Нна! - Горо подался вперёд и со всей силы ударил Кайто кулаком. Удар пришёлся в челюсть, тот упал обратно на спину. — Какая блядь здесь голос подала?! — Жри, сука! Один альфа залез на него и нанёс несколько сильных и коротких ударов по лицу. Затем он поднялся и вместе с остальными начал пинать распростёртое на ковре тело. Удары приходились по рёбрам, животу, спине, плечам. Кайто катался и закрывался как мог, но в итоге просто замер, болезненно и коротко вздрагивая при каждом пинке и тычке. Затем его облили остатками пива. Схватили за волосы и сильно ударили об пол затылком. В глазах всё потемнело. Омега не знал, сколько он так пролежал, но видимо не так уж и долго. Когда он очнулся, его насильники уже немного остыли, кое-кто оделся. В комнате стоял дымный смрад. В конце концов ему швырнули его шмотки и приказали одеваться. С трудом, кое-как, он натянул одежду. Его провели обратно к выходу, запихнули в вызванное такси, сунули деньги таксисту и сказали отвезти, куда он скажет. Кайто еле-еле вспомнил, где он живёт и назвал адрес. По дороге он медленно пришёл в себя, механически собрал волосы лентой, которую в последний момент подобрал с пола проклятой гостиной. Приехав домой, он тихо пробрался в свою комнату, чтобы никого не будить и морщась, лёг на свою кровать. Слипшиеся грязные волосы свисали с кровати безжизненно и мёртво. Солёный привкус крови и адская боль по всему телу не давали погрузиться в спасительное забытьё. За окном начинало светлеть.