А вам слабо?

С появлением двух малышей в их доме поселились не только плач по ночам, горы памперсов, рядки постиранных пелёнок на бельевых верёвках и дополнительные заказы, чтобы хватало на всё необходимое двоим маленьким новым жильцам — в их доме поселилось то, что давно вызревало и крепло, и отнюдь не в животе у Кайто. Назвать это любовью было бы самым правильным. Оба давали друг другу всю искренность и заботу, всё обожание и тепло, которые только у них были. Кайто удалось убедить Тору, что тот для него самый прекрасный человек на земле и отучить брезгливо морщиться всякий раз, когда тот проходил мимо зеркала. Тору в свою очередь удалось вернуть Кайто веру в людей и доверие им, преодолеть психологический барьер и подарить вслед за первой, несмелой и робкой ночью, множество ночей, полных страсти и внимательности. Кайто всё больше поражался, каким он был идиотом, что сразу не увидел в своём друге такого замечательного человека, первоклассного любовника и верного партнёра. Он по-настоящему полюбил его, поняв это во время родов, когда первое, о чём он подумал в водовороте боли и страха было то, что ему необходима сейчас рука Тору, его глаза, его голос и присутствие. Тору же всё больше изумлялся, почему он не мог признаться Кайто в своём чувстве раньше — ведь омега действительно стал для него всем и даже больше. Вместе с этим Ватанабэ оказался прекрасным отцом — помня о том, как ему самому не хватало отцовского внимания в детстве, он старался всё свободное время проводить с мальчиками, укачивая их, играя, кормя, меняя пелёнки и гуляя. Когда мальчишкам было по 2 года, Кайто позвонили из больницы и сообщили, что Тору попал в аварию. Бросив всё, омега побежал к соседям, попросил их посидеть с детьми, а сам рванул, не разбирая дороги, в больницу. Поймав машину, он постоянно подгонял водителя и не находил себе места от волнения. Наконец, они приехали на нужный адрес, Кайто расплатился и побежал в главные двери. Через 5 минут он уже влетел в палату и бросился к кровати, на которой лежал Тору. У того была загипсована нога и рука, разбит нос и перебинтована голова. — Тору! Я приехал сразу, как мне позвонили, Тору, что случилось? Господи, слава Богу ты жив, я так боялся, даже толком не услышал медсестру в трубке! Очень больно? Да какого чёрта ты улыбаешься?! Тору действительно улыбался во весь рот, не слушая Кайто и влюблённо смотря на него. Наконец, он ответил: — Прости меня, мне надо было быть осторожней, это моя вина. Я в порядке. — Да какое в порядке, чёрт возьми, ты весь в бинтах! Что у тебя, ну-ка быстро рассказывай. — Перелом ноги и руки, лёгкое сотрясение мозга, ушиб переносицы, трещина в ребре и пара ссадин, - послушно отрапортовал Тору, всё ещё улыбаясь. — Боже!... Бедный мой Тору, как же тебя угораздило, чёрт, это ужасно... — Летел на велосипеде, сам виноват, надо быть аккуратнее. Очень спешил домой. — Ну, теперь ты точно не будешь никуда спешить следующие несколько месяцев, а то и больше. Ты же сказал, что просто в магазин, зачем было так нестись! Боялся, что молоко скиснет по пути домой что ли?! - вопрошал Кайто. Он продолжал ругаться и причитать, когда Тору наконец ответил ему всё с той же улыбкой: — Боялся, что упущу такое счастье, как ты. — Да куда я денусь! Я же люблю тебя! — И я тебя люблю. Но ездил я не за продуктами. — А куда? Что это ещё за секреты и увёртки, а? - непонимающе уставился на него Кайто. — Там в тумбочке моя одежда, ну-ка пошарь в кармане брюк. — Тору, что всё это... — Пожалуйста. Ничего не понимая, Кайто нашёл в тумбочке брюки, в которых Тору был одет до того, как ему дали больничную одежду. Омега вытащил из кармана небольшую бархатную коробку и посмотрел на Тору, внезапно онемев. Ватанабэ же напротив, заговорил: — Я подумал, что я и так достаточно тянул, поэтому закрутил педали быстрее. Медлить уже больше не мог. Кайто, ты выйдешь за меня? Кайто даже не открыл коробку, просто смотрел на широкую улыбку своего партнёра и чувствовал, как пол уходит из под его ног. Затем он обнял Тору так нежно и бережно, как только был способен и шепнул ему на ухо: — Да, я выйду за тебя, выйду, мой хороший, мой лучший... Счастливый Тору приподнялся, обнял омегу одной рукой и они начали целоваться, под хлопки остальных лежащих в этой палате, которые притихли и слушали весь их разговор с тех пор, как на пороге палаты появился Кайто. — Открой её, ну же, - шепнул Тору. Омега открыл коробочку и увидел в ней простенькое, но очень милое колечко, которое стало для него тут же дороже всех самых изысканных и редких украшений мира. — Оно прекрасно. - Он заворожённо смотрел на кольцо, а Тору лишь махнул здоровой рукой. — Когда мы станем богатыми, я заменю его на лучшее, будь уверен. — Лучше и не надо, - улыбнулся Кайто и помог Тору лечь обратно, увидя, как тот слегка морщится от боли в ребре. - Скажи, у нас всегда теперь самые лучшие события в жизни будут происходить в больнице — со смехом спросил он у Тору. — Надеюсь, что нет, - ответил бета, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.