А вам слабо?

Шоджи Танака лежал на диване без сна и вспоминал, вспоминал, бесконечно вспоминал... Перед глазами снова прокручивались события последних дней, яркими кадрами, будто это произошло минуту назад, будто это происходило прямо сейчас... Поплывшие магазинные полки, размазанные стены и лотки с фруктами, безликие люди, отдалённые крики, вой сирен, топот ног. Лежащий без движения Кайто, будто тряпичная кукла, упавший на спину. Лицо его было повёрнуто в другую сторону от Шоджи, зато хорошо было видно отверстие от пули и кровь, испачкавшая его прекрасные волосы, его кожу, которая уже начала терять свой румянец и тепло, его красивое тёмное пальто и натёртый пол. Сумасшедший гамма выстрелил себе в висок спустя секунду после убийства Кайто и теперь лежал недалеко от него, с закрытыми глазами, с напряжённым, сосредоточенным лицом, будто видел страшный сон и готов был вот-вот проснуться, сесть, оглядеться и схватиться за голову от происходящего. Всё плыло и ехало, навалилось друг на друга и перемешивалось, путалось и мутилось. В голове у Шоджи застыл крик, который так и не сорвался с его губ. Вбежавшие полицейские, треск их раций. Вбежавшие врачи, стук их чемоданчиков об пол. Кто-то наклоняется над ним, спрашивает, ранен ли он, спрашивает, нужна ли ему помощь. Шоджи ничего не понимает, он не знает, что сказать и как вообще произносить слова, как ходить и как думать. Через несколько дней — большое и красивое городское кладбище, ряды надгробий, мрамор, гранит, дерево. Множество силуэтов в чёрном, которые стоят возле дорого гроба, опускающегося в землю. Шоджи стоит сзади всех и чуть в стороне. Шоджи смотрит на лица множества друзей и знакомых, коллег и деловых партнёров Кайто. Шоджи видит молчаливого и хмурого мужчину с длинным и жутким шрамом на лице, видит рядом с ним двух юношей-альф. Один из них не сдерживается и плачет, открыто и горько. Второй старается изо всех сил держаться, но и по его лицу течёт слеза, которую он тут же резко стирает рукавом. Шоджи пришёл позже всех и пропустил речь священника, пропустил все слова и прощания, не увидел броски горстей земли на гроб. И теперь он хотел поскорее уйти, но когда все начали расходиться по машинам, мужчина со шрамом его окликнул. Сказал, что видел его в новостях — по телевизору теперь постоянно крутили запись с видеокамер магазина, где видно, как Шоджи борется с гаммой и как он потом валяется недалеко. Сам Шоджи избегал встреч с полицией. Его так никто и не узнал на той съёмке. Не узнавал и этот мужчина. Он поблагодарил его за то, что Шоджи пришёл сегодня. Он попросил поехать вместе со всеми к ним домой, у них организован приём для самых близких людей Кайто. Шоджи хотел отказаться, но мужчина настаивал. Альфа поехал. На том вечере было человек 10. Родственники, самые близкие друзья и коллеги. Было сказано много слов о Кайто. Хороших, добрых и чистых слов. Шоджи сидел весь вечер скромно и отдалённо. Когда все начали разъезжаться, Тору Ватанабэ — а именно так звали того мужчину, мужа Кайто — подошёл к нему и попросил остаться на ночь. Поговорить с ним. В его взгляде сквозила жалость, когда он смотрел на его потрёпанный, видавший виды костюм, который он достал в секонд хэнде на то, что удалось скопить. Ещё в этом взгляде была просьба. Практически мольба. Ему не хотелось оставаться одному в эту ночь. При детях он не мог показать слабость — им нужна была его поддержка и сила. Тору признался, что хочет посидеть именно с ним. Ведь именно он провёл рядом с Кайто последние минуты его жизни. Шоджи долго отказывался, но всё же, уступил. Они сидели вчетвером несколько часов и говорили на ничего не значащие темы, но всё свелось, конечно же, к потере этой семьи. И бета, и дети стали вспоминать счастливые, забавные и светлые моменты их жизни, так или иначе связанные с Кайто. Шоджи сидел и слушал их, улыбался на смешных моментах, внимательно слушая их истории. Он видел, как дети обожали и будут всегда обожать потерянного отца. Уже сейчас им до боли его не хватало. Но теперь, поговорив с ними лично, Танака был уверен, что эти двое замечательных парней обязательно справятся и будут настоящими благородными людьми. Они ушли спать, а Шоджи просидел с Тору допоздна, тихо разговаривая и попивая пиво. После ухода детей бета заметно посерьёзнел и помрачнел. Он расслабился и в его глазах появилась неизбывная тоска и боль. Шоджи и теперь больше слушал, чем говорил. Тору необходим был собеседник в эту ночь, но ещё больше ему был необходим слушатель. Он рассказывал историю своей жизни, рассказывал о знакомстве с Кайто, об их жизни, продолжая и дополняя рассказ детей новыми деталями, которые те не знали. В какой-то момент он упомянул, что у Кайто в прошлом случилась очень неприятная история, которая долгое время мучила его болезненными воспоминаниями и кошмарами. Шоджи ещё раз убедился, что Тору его не узнаёт, не сопоставляет образ успешного холёного и уверенного баскетболиста, который некогда предал его мужа, и человека, сидящего перед ним, с бородой, поношенном дешёвом костюме с чужого плеча, обросшего, худого и сутулого, с тихим голосом и спокойными манерами. Наконец, разошлись. Тору постелил Шоджи на диване в гостиной, не пустив на улицу в ночь, и приглашал погостить у них хотя бы пару дней. Перед уходом в свою комнату, которую теперь ему придётся занимать одному, он тянул время, как мог. Но в конце-концов всё-таки хлопнул его по плечу, поблагодарил за компанию и пожелал спокойной ночи. И вот теперь Шоджи лежал в доме Кайто и думал о том, какая же всё-таки чудесная у него семья. Как они любят его и как скорбят по нему. Будет ли кто-то также скорбеть по нему самому, когда он отойдёт в мир иной? Будет ли кому-то на Земле жаль? Ответ напрашивался один. И тогда Шоджи твёрдо решил про себя — он исправится. Он поклялся в этом внутри себя, поклялся Кайто и этим добрым людям, поклялся перед отцом, пообещал Богу, что не отступится — теперь, он всё сделает, как надо. Он начнёт заново. Начинать заново никогда не поздно. Шоджи Танака встанет на ноги, найдёт работу, снимет жильё, уйдёт с улиц и перестанет попрошайничать. А заработав, больше никогда не станет смотреть ни на кого свысока. Теперь всё будет иначе. Шоджи тихо встал, оделся, аккуратно сложил постельное бельё, поправил подушки на диване и покинул квартиру, не дожидаясь утра. Тору Ватанабэ резко проснулся в своей кровати и рывком сел. Он был весь в ледяном поту и с натугой дышал. В его сне Кайто протягивал ему фотографию бывшего известного баскетболиста, из-за которого ему пришлось уйти из дома и фотографию этого милого и робкого человека, который представился как «Шиджо, давний друг Кайто» и который сейчас спал в их гостиной. Тору взял две фотографии, увидел в них роковое сходство и проснулся. Немного отдышавшись, бета встал с кровати и потихоньку вышел в гостиную, чтобы ещё раз убедиться в своей догадке. На диване никого не было.