Dark Fairy's Way

Земля. Черствая и холодная земля. Высокие деревья отбрасывают тень, увлекая во мрак пространство, окружаемое ими. Только одного места не достигает эта тень, лишь в одном месте всегда светит солнце. Свежесорванные лилии, распространяя благоухание, лежат на небольшом бугорке земли, у изголовья которого виднелся надгробный камень. Тишина. Лишь еле слышное пение птиц и шорох деревьев скрашивают преобладающее в этом месте одиночество. Рыхла земля, усыпанная травами и цветами. Рука, пальцы которой вот уже в который раз касаются земли и сжимают её, а затем вновь высыпают на прежнее место, словно пытаются согреть, подарить тепло. Солнечные лучи, касаясь розовых локон, отливали неким блеском. Они прекрасно знают, что в это время здесь не царит одиночество и безмолвие. Горько-соленые капли вновь падают на сырую, чуждую землю. Тихие всхлипы, которые слышит лишь природа, которая не в силах поддержать и посочувствовать. Быть здесь, возвращаться вновь к утерянным воспоминаниям, пытаться уловить этот свойственный только ей запах — только этим он и жил все эти годы, и живет до сих пор. Попросту волочил свое ничтожное, как ему казалось, существование. Каждый день он приходит в это место, чтобы забыться, чтобы вновь окунуться в то счастливое время, проведенное с ней. Капли всё падают на землю, не останавливаясь ни перед чем. Он ненавидел себя, винил во всем только себя. Это он не смог её защитить. Сердце разрывается на части, хотя, оно давно уже разлетелось на множество осколков, которые никто не в состоянии был собрать в единое целое. Парень с мучительной улыбкой вспоминал те последние минуты, которые провел только с ней. И каждый раз неизлечимая рана вновь открывалась и начинала кровоточить. Он до сих пор не осознавал, не мог поверить в то, что ему до сих пор внушают — смерть Люси. Как она могла умереть? Отчего? Почему? Почему в тот роковой день она не призвала на помощь, а он не пришел? А ведь он чувствовал надвигающуюся беду, чувствовал всей душой и всем сердцем, но просто не придал этому значения, вследствие чего горько поплатился. Все эти вопросы, на которые он не мог получить ответа, крутились у него в голове и не давали покоя. Сидеть здесь, касаться сырой земли руками в надежде, что когда-нибудь произойдет чудо, которое изменило бы всю его жизнь и заставило поверить в существование Всевышнего. Так и сидел в тишине одиночества, пока чья-то синяя лапка не ложилась на плечо и с взглядом, полным сожаления, молила вернуться из прошлого в настоящее. Легкая улыбка пробегала тут же по лицу парня и он, убирая лапку со своего плеча, вставал и утирал оставшиеся дорожки от горьких слез. Эти слезы никогда не смоют с него грех, который он совершил. Он предал, предал, прежде всего, не Люси, а самого себя. Уходил, затем вновь оборачивался, смотря на её могилу; склонял голову, будто просил у неё прощения, которого он никогда не получит. Дни летели за днями, проходили месяцы, тянулись года. Так всё и было до одного особого дня, изменившего всё его дальнейшее существование. Медленно шагая, по-прежнему витая в собственных мыслях, приближался к зданию гильдии, которое дарило ему ту былую радость и не служило вторым домом. Каждый раз, распахивая двери и входя сюда, он вспоминал то время, когда он устраивал нелепые драки, а она что-то бурчала себе под нос, прячась за столом. Взгляд невольно падал на то место, где она всегда любила сидеть. Шаг за шагом, словно завороженный, он направлялся к нему и, садясь, пытался вновь почувствовать такой родной ему запах Люси. На такое поведение Драгнила уже никто не обращал внимания. Наоборот, все ему сочувствовали и разделяли вместе с ним постигшее горе. Иногда Эрза подсаживалась к Нацу, гладила его розовые пряди, словно мать, которая пыталась хоть как-то поддержать и облегчить боль своего ребенка. Но в этот раз она молча стояла позади и из последних сил сдерживала слезы, которые аловолосая не показывала никому, кроме себя. В стороне стоял Грей и бездумно пялился на Драгнила, понимая его чувства. Прошло много лет и, казалось бы, пора забыть прошлое и вершить будущее, но наши герои не могли себе этого позволить. Каждый чувствовал свою вину перед Люси и не мог с этим смириться. Засыпая, каждый прокручивал в своей голове лишь одну фразу: «Прости, Люси…» Так бы и царила глубокая тишина до самого вечера, пока все не разбрелись кто куда, но внезапный скрип дверей заставил очнуться от собственных иллюзий, чтобы узреть настоящее. На пороге появились Миражанна и Эльфман, которые буквально волочили Лиссану. Все тут же кинулись к ним, лишь Нацу слегка приподнял голову со стола и был слегка ошеломлен увиденным. — Что стряслось? — в истерике билась Леви. — Почему вы в таком виде? — недоумевал Лексус. — Да что же произошло, чего вы молчите? — не выдержала Эрза. — На нас напали за горным перевалом, — коротко ответил Эльфман. — Какой-то темный маг покушался на Лисс, — с волнением произнесла Мира. Нацу приподнялся с места и, услышав позади себя шаги, обернулся. Макаров медленно спускался с лестницы, и в его взгляде Нацу заметил некий страх. — Расскажите, как всё было? — спросил мастер, подойдя ко всем. Миражанна начала рассказывать: — Это случилось очень внезапно. Я с Эльфманом неподалеку собирала травы, как вдруг оба почувствовали какую-то мощную силу. — Что за мощная сила? — интересовался Макаров. — Какая-то необъяснимая, загадочная, злая и темная. На душе сразу стало как-то пусто, невольно хотелось убить себя, чтобы покончить с этим, но мы, переборов это, направились к Лисс и, как оказалось, не ошиблись. — Что же было дальше? — вновь спрашивал мастер. Этот разговор всё больше и больше заставлял его нервничать, перебирать свои руки. Никто этого не заметил, кроме Нацу. Он пока только предполагал, но не догадывался, почему Макаров ведет себя так. А тем временем Мира продолжала: — Я первая вышла к нашему лагерю и увидела бледную Лисс. Какая-то девушка в черной накидке стояла возле неё, приковывая к дереву взглядом. Все моментально насторожились. Нацу с интересом вслушивался в каждое слово, смотря на реакцию мастера. — Как она выглядела? — задала вопрос Эрза. — К сожалению, я не видела её лица. Думаю, что Лиссана могла видеть его. Взгляды переместились с Миры на её сестру. Та утерла тыльной стороной руки лоб и начала говорить: — Как и говорила Мира, она была в темной накидке, капюшон которой скрывал половину её лица, но другую половину мне удалось рассмотреть. Это были аристократичные черты лица с положенной им бледностью кожи, темно-карие глаза, на одном из которых виднелся знак в виде протекшей капли крови. Так же проглядывали черные волосы, но одна прядь была окрашена в кроваво-красный цвет. Мастер побледнел. Это заметил Драгнил и насторожился. — Она что-нибудь говорила? — поинтересовался Грей. — Да, она сказала лишь одну фразу, которая врезалась в мою память. — Что же, что же она сказала? — Розалин Уэст « Убийца Сердец». Нацу ударило в голову. Он пошатнулся и присел на рядом стоящий стул, а мастер вскинул руки от удивления. Остальным это имя ничего не говорило. — Еще она сказала «Кровавая капля», — добавила Миражанна. Никто не мог понять, что же произошло. Мастер побледнел и ничего не объясняя ринулся в свой кабинет. Нацу же ударил кулаком по столу и кинулся вон из здания гильдии. Хеппи последовал за ним. Не успели они отойти, как их догнала Эрза и начала говорить: — Нацу, что с тобой происходит? — Со мной? Ничего, — холодно отвечал тот. — Не обманывай себя, Нацу! — Эрза, что ты хочешь услышать? — Нацу, Люси пора отпустить, не нужно больше страдать, — произнесла она. — Ты сама понимаешь, о чем говоришь? — взгляд Драгнила стал более грозным. — Понимаю! Довольно страданий, думаешь, я не вижу, как ты изводишь свое сердце и душу?! Прошлого не вернуть, но ведь нужно как-то жить дальше. Поверь, всем нам плохо и одиноко, ты не один! Но… — Довольно! — крикнул парень, не дав договорить. — Люси умерла, слышишь, умерла и твои слезы не вернут её к жизни! — со слезами на глазах произнесла Эрза. — Как бы мы этого не хотели, но это так! Хеппи сложил свои лапки у рта и тихо ронял слезы. Нацу успокоился и, развернувшись, подошел к аловолосой. Проведя по её красным локонам рукой, он произнес: — Ты не понимаешь, чего требуешь от меня. Ты хочешь, чтобы я жил дальше, как ни в чем не бывало: вновь веселился, улыбался, смеялся, ходил на задания. Но как, скажи мне, как пережить эту боль? Как заживить эту рану, которая каждый день напоминает о себе? Если даже там, где ты находишься, всё напоминает о ней? Я не верю в её смерть, и никогда не поверю. — Нацу, она не умерла, да, она жива в наших сердцах. На это парень усмехнулся и, убрав руку с волос, развернулся. Отойдя на несколько шагов, парень вновь обернулся и с улыбкой произнес: — Люси жива, и она жива не только в наших сердцах. — Тогда почему ты каждый день ходишь на её могилу? — диким криком взорвалась девушка. — Если она жива, то почему ты носишь на её могилу цветы? Почему? На это Нацу ничего не ответил, лишь сжал кулак и быстрым шагом кинулся прочь. — Эрза, зачем ты так? — всхлипнул Хеппи. — Не лишай его последней надежды. — Мне просто больно смотреть, как он мучается, — взрыдала Эрза, упав на колени. — Хватит жить одними надеждами на чудо, которого никогда не произойдет. — Люси жива, — проговорил Хеппи, — и он обязательно когда-нибудь докажет вам это. С этими словами синий кот, всхлипывая, устремился за Нацу, который, сжимая кулаки, направлялся к своему дому. Тем временем Макаров, закрывшись в своем кабинете, сидел, сложа руки, и о чем-то размышлял. Он пытался сопоставить все события, пытался соединить все случайности. И внезапно он понял одну вещь, в которую он до последнего не мог поверить. Резко встав, он начал шарить по своему столу в поисках книги. Несколько минут спустя он её нашел. Открыв пыльные страницы, он жадно начал искать нужную ему информацию. Взгляд остановился, мастер нашел нужную ему страницу, на заголовке которой было написано «Убийца Сердец». С каждым прочитанным предложением лицо его бледнело, в горле стало першить, от чего он тут же закашлял. Дочитав до конца, Макаров ужаснулся. Большая беда скоро настигнет всё королевство и весь мир. Он отбросил от себя книгу и через запасной выход выбежал из гильдии и направился в сторону леса. — На кой черт мне эти травы? — бурчала себе под нос Полюшка. — Всё равно лечить некого! Внезапно она увидела Макарова, который со всех сил бежал к ней, ну или пытался бежать. — Тебя каким ветром сюда принесло? — Самым нехорошим! — Хандрати хватило? — язвила та. — Не время шутки шутить, большая беда свалилась на наши головы! Полюшка насторожилась. С минуту подумав, она жестом пригласила Макарова к хижине. Войдя внутрь и заперев на засовы дверь, Полюшка поинтересовалась: — Что случилось? Рассказывай! — Розалин Уэст «Убийца Сердец» из гильдии «Кровавая капля»! Полюшка тут же выронила из рук травы и в испуге присела на близ стоящий стул. — Как «Убийца Сердец»? Не может этого быть… — Еще как может быть! — перебил её мастер. — Но это еще не самое страшное. — Что же тогда? — Полюшка не могла скрыть своего волнения. — Неужели… — Да! — уверенно произнес мастер. — «Убийца Сердец» никто иная, как Люси Хартфилия! Ночь. Мир незаметно погружается во тьму, и никакие звезды не смогут осветить бесконечные просторы земли. Луна. Светлая луна из последних сил пытается осветить хоть какой-нибудь ничтожный клочок земли, но темные тучи не давали ей этого сделать. Сидя под деревом и бездумно пялясь на небо, парень прокручивал в голове слова, сказанные аловолосой особой. А ведь она, как не странно, права. Почему он до сих пор ходит на её могилу и тихо роняет слезы? Раз он уверен, что она жива, то почему сейчас сидит на месте, а не бороздит просторы вселенной в её поисках? Разум говорил ему, что Люси умерла и с этим нужно смириться, но сердце твердило другое. Нацу запутался, запутался в собственных размышлениях. Он твердо решил, что распутать всё это поможет только одно… — Нацу, ты уверен в этом? — беспокойно проговаривал Хеппи, летя следом за Драгнилом. — Уверен! — твердо отвечал тот и двигался дальше. Восходящее солнце освещало путь нашим героям. Эта дорога была уже вытоптана и выучена наизусть. Каждый день, на протяжении многих лет по ней ступала нога единственного человека, который сейчас полный решимости надвигался к могиле. В его руках виднелась лопата. Хеппи летел следом и заметно волновался. Откуда не возьмись, появились тучи и заволокли синее небо. Послышался тихий раскат грома, отчего Хеппи вздрогнул, а Нацу нахмурился. Казалось, будто сама природа препятствует этому и не хочет, чтобы парень наконец-таки узнал правду. Мелкие капли дождя падали с небес. Нацу с неким страхом перед неизвестностью начал раскапывать могилу. Хеппи сидел рядом и, сложив обе лапки у рта, мирно ждал. Дождь с каждым взмахом лопаты усиливался, в последствие чего земля становилась тяжелее. Нацу это не волновало. Капли стекали с его лица, сливаясь с собственными слезами. Что же он увидит? Иссохший скелет или же просто пустоту? Страх овладел им, и парень на минуту остановился. Хеппи тоже не смог вынести такого зрелища и разрыдался. — Нацу, остановись, Нацу! Не нужно ворошить прошлое! — всхлипывал кот. На это розоволосый парень лишь улыбался и продолжал копать. Ничто не могло его остановить, даже он сам. Разум отговаривал, а сердце твердило одно: «Люси вовсе не умирала!». Внезапно лопата на что-то наткнулась и от этого звука оба вздрогнули. По лицу Хеппи по-прежнему лились слезы и он, не в силах смотреть на всё это, отвернулся. А Нацу, собрав всю волю в кулак, вытащил гроб из-под земли и, не решаясь открыть его, присел рядом. Сердце сковало, к горлу подступал ком. Драгнил всё-таки решился, решился поднять крышку гроба, мечтая увидеть пустоту и ничего более. Переборов себя, он сделал это и убедился в том, что так трепетно твердило ему сердце: «Люси вовсе не умирала, она по-прежнему жива…» Хеппи повернулся и, увидев, что в гробу никого не оказалось, еле слышно произнес: — Значит, нас обманули… Нацу рассмеялся. Утирая лицо руками, громко рассмеялся. Безумие овладело им в этот момент и он, не осознавая происходящего, в исступлении сорвался с места и ринулся бежать. Хеппи хотел было лететь за ним, но подумал, что лучше позвать на помощь Эрзу и Грея. Он незамедлительно полетел к зданию гильдии. Грей и Эрза в это время сидели за столиком, опустив головы и думали, как помочь Нацу. Внезапно распахнулись двери, и с криками влетел Хеппи: — Нацу… Люси… Помогите! Эрза с Греем тут же соскочили со своих мест и кинулись к Хеппи. — Что стряслось? — хором спросили они. — Нацу… Там… Некогда объяснять! Хеппи кинулся вон из гильдии, а за ним быстрыми шагами последовали Эрза и Грей. Нацу со всех ног бежал к дому Полюшки. Им обуревала злоба и ненависть, он готов был разорвать сейчас всех, кто был причастен к этой лжи. Зачем было врать? Если она не умерла, то где же она сейчас? Вспоминал он то время, когда ему чудился её запах и теперь убеждался в правоте своего чутья. Ветви деревьев, кустарники царапали ему лицо и руки, но парень не обращал на это внимания. Сейчас его главной целью было выяснить только одно — где Люси. — Далеко вы собрались? Полюшка и Макаров вздрогнули, повернувшись, они увидели перед собой Нацу Драгнила. — Ты что здесь делаешь? — недоумевал мастер. — Какие черти тебя принесли, проваливай! — вскричала Полюшка, но тут же утихомирилась. Взгляд Драгнила помутнел, тело постепенно стало покрываться огнем, кулаки сжимались. — Что стряслось, Нацу? — в испуге спросил тот. — Это вы мне сейчас всё расскажете! — проговорил, повысив тон. Оба стояли с побледневшими лицами и не знали чего и думать. Внезапно послышались шорохи и перед ними уже появились Грей, Эрза и Хеппи. Нацу обернулся и с улыбкой, полной презрения, начал говорить: — Вот и все, наконец, в сборе, теперь ваш черед говорить, Полюшка-сан. — Что я должна говорить? — не понимала она. Драгнил рассмеялся, да так горько, что по телам друзей прошли мурашки. Им овладело безумие. Нацу резко оборвал свой смех и спросил: — Где Люси? Всех как током ударило, но только не Хеппи, ведь он знал, что Люси была жива. — Тебе еще раз повторить? Люси умерла и… — Не лги нам! — вскричал розоволосый. — Зачем ты лжешь? Грей и Эрза молча стояли и не могли понять, что творится сейчас у них перед глазами. Нацу обернулся к друзьям и с взглядом, полным уверенности, проговорил: — Люси никогда и не умирала. — Он повернулся к Мастеру и Полюшке. — Она жива, ведь так? Мастер взглотнул и начал нервничать, а Полюшка с твердостью произнесла: — Ты обезумел, она давно мертва! Нацу горько усмехнулся и, двинувшись в сторону леса, сказал: — Идите за мной. Идя по вытоптанной тропинке, наши герои поняли, куда ведет их Нацу, но не понимали, — зачем это вдруг понадобилось. Полюшка обо всем догадалась и нервно перебирала руки, а Мастер, схватившись за сердце, шел вперед. Грей и Эрза недоумевали, но продолжали молча следовать за Драгнилом. Хеппи летел рядом с Нацу. Вот, наконец, они пришли. Нацу повернулся ко всем лицом и указал рукой на могилу Люси. Эрза упала на колени и с её глаз потекли слезы не то горя, что слезы радости. Грей просто онемел и пытался что-то выговорить, но ничего не получалось. Ошарашенные Макаров и Полюшка бездумно смотрели на пустой гроб, но Нацу вывел их из этого транса: — Я жду, говорите, где Люси? — Мы не знаем где она, в тот день, она просто сбежала. — Как сбежала? Почему? — вскрикнул Драгнил. — Зачем было говорить, что она мертва? — Это было её решение, и никто не вправе был Хертфилию останавливать. — Где она сейчас? — Наверное, давно мертва. Она бы не выжила в суровых условиях леса, ведь всем известно… — Закрой свой рот! — взбесился Драгнил. — Люси не слабая и никогда ей не была! — Однако, стоя под её окном, ты тогда говорил наоборот, — укорила его Полюшка. Хеппи, Грей, Нацу и Эрза расширили глаза. «Так значит, она слышала тот разговор». Драгнил сжал свой кулак и, вновь покрывшись огнем, твердо произнес: — Грей, Эрза, Хеппи — вы идете со мной! Мы сейчас же отправляемся на поиски Люси! — Ты не сможешь изменить прошлое, Нацу! — произнес вслед мастер. Нацу повернулся к нему и с уверенностью ответил: — Не изменил бы, не будь я Нацу Драгнилом. «Сириус, ты поклялся разорвать узы, которые связывают меня с Нацу. Как ты сможешь сделать это, если даже сама тьма не смогла разорвать их…»