Там, где мы будем завтра - 2.

Я бегом принял душ, избавился от щетины, переоделся, и даже сумел придать своему лицу выражение не угрюмого упрямства, а спокойной сосредоточенности, и успешно: док, заглянувший в раздевалку, умудрился это отметить. - Прекрасно выглядишь, мой мальчик, - сообщил он мне, ожидая, когда я разберусь с бутсами и встану со скамьи. – На свою голову… Генерал теперь точно не выпустит нас из своих когтей. - Зачем генералу не выпускать нас, если мы и так никуда не сбегаем? – философски осведомился я, поднимаясь на ноги и подхватывая пояс и куртку с дверцы шкафчика. - Святая простота, - усмехнулся док устало. – Как же ты надоел мне со своей наивностью, чудовище!... – Он направился на выход, в короткий коридор – и я поспешил за ним: - А? Что?... Док, да в чем дело-то?... - Сам сейчас все узнаешь, - бросил он на ходу. И выдал: - Выход нам грозит. Я выправил воротник куртки, даже не сбившись с шага, хотя его слова меня искренне изумили: - Выход куда?... - Наружу, болван. - Нет, это я понял… Но зачем?... - На эвакуацию. – Коротко ответил он. Только тут я заметил, что мы идем в сторону лифтов на верхние уровни форта. И только когда мы зашли в лифт – док высказался, сердитый на мое непонимающее выражение на лице: - Мальчик мой, за все это время тебе было лень заметить одну из самых наших животрепещущих проблем, да?... - Эээ, док…Я реально мимо темы как-то, - честно признал я. - Тут нет мастера Дая! – Едко выдал мне в ответ док. – Того самого, к которому мы так отважно рванули!... «Хера себе…» Я похолодел. Без прикрас – меня изнутри продрало холодом: я еще ничего не знал, только осознавал…но мне тут же стало глубоко не по себе. Возня в медлабе забирала все наши силы и время, и я действительно не думал, что если я не вижу мастера Има Ган Дая – то его среди нас вообще нет…а оказалось – что жалкие останки его армии были ведомы только его офицерами. А все мы - лаааадно, только такие недоумки, как я, - машинально считали, что он среди своих, здесь, командует наравне с нашим генералом… Я втянул в себя воздух, порывисто и сильно, задержал дыхание – и понял, что держу себя в руках. «Здесь основные силы мастера Дая.» - Напомнил я себе. – «Почему же он сам – не здесь?...» - А где он, в таком случае? – задал я логичный вопрос. - Идем, - буркнул почти враждебно док, выходя из лифта. – Сейчас генерал сам тебе все расскажет… Я уже даже не помнил, что снаружи – постоянные сумерки, когда, миновав короткий коридор от лифтов – мы вышли в главный зал форта, превращенный в командный центр, а затем – пошли на выход, пройдя еще пару коридоров и зал при главном входе. Снаружи было темно и свежо. Воздух был пыльноватый и тяжелый, но мне он показался тягучим и сладким. До такой степени, что у меня зазудела и закружилась голова. И еще больше – она закружилась у меня от понимания, что над нами – туша крейсера, подсвеченная бортовыми огнями и свечением защитных полей. И что в четырех километрах он нас – стены ущелья уже как-то сильно раздались… Вокруг было полно солдат. Большинство – было «блестяшками», которых мы забрали с Камино, но порой среди них мелькали заслуженные «банки» бойцов с нашего борта, и некоторых я даже узнавал, как узнавали и нас, пару раз кивнув в приветствие. Снаружи. Это было просто прекрасно. Хоть и тяжело радоваться таким простым вещам тогда, когда так много проблем вокруг… Там, на пороге ночи, отброшенной назад прожекторами и свечением полей – нас и встретил наш генерал: - Идемте, - он подошел к нам со стороны, откуда-то от наружных складов и столовой, и голос его был все так же глубок, хоть и более сипловат, чем тогда, когда он помог мне очнуться. – У нас не так много времени… И мы пошли за ним. Наружу. Мне показалось, что в голосе джедая звучала изрядная доля досады. На ходу мое головокружение прошло, и я даже смог свободно расправить плечи и почувствовать, как моя накопившаяся усталость отступает. Это странное ощущение, но оно стоит того, чтобы хоть раз его испытать. Мы остановились у входа в небольшую пристройку, но внутрь не пошли, встали кругом, чтобы слушать генерала: встали кругом, потому что к нам на ходу присоединились два коммандос из наших, два пехотинца из даевских, - один – капитан, и один – майор…и один боец, о котором надо рассказать особо. Это был коммандер Брут, помощник генерала, некогда – заместитель Альфы Девять-Восемь, теперь занявший его место. Вообще-то – он прежде был хард-пехом, как говорят, пока Альфа не забрал его к себе в спецгруппу. Я не знаю, так ли это, но готов допустить, что это правда: коммандер Брут действительно даже на мимолетный взгляд – это гора тренированных мышц, которая двигается быстрее, чем ты понимаешь, как он опасен – а понимаешь ты это очень быстро – и еще опасней – он казался тогда, когда стоял вместе с нами в «мегабанке», боги знают каким путем попавшей к нему: это секреты генерала, и они достаточно жутковаты, чтобы желать их знать. Даже клоны-коммандос – не имели такой брони. Коммандер Брут, сам превосходящий по мощи обычных клонов – смотрелся в этой броне вообще всеподавляюще. Чудовищно до замирания сердца в желудке, если честно. Все, как в сказке: мрачный темный гений – и его могучий помощник… Наш «темный гений» осмотрел нас поочередно и мимолетно – и произнес: - Собственно, господа, план разработан, - он мельком посмотрел на меня – я это не увидел, на нем же визор, я это просто это почувствовал – и продолжил: - Еще раз оглашу ситуацию: силы мастера Дая были разделены. Большая часть – здесь, с нами…то, что от них осталось. Мастер Дай с двумя батальонами, прикрывавший отход основных сил, оказался загнан в тупиковые ущелья на границе Сумрачной Зоны севернее долины, которая ныне занята сепами, - он кивнул Бруту, тот поднял руку – и активировал встроенный голопроектор в своем наруче, показывая окрестности. Генерал повел над картой рукой, указывая на другую, дальнюю от нас сторону долины, в которой теперь копились сепские силы, желающие добраться до нас. Генерал указал на те самые ущелья: – Они вот здесь. По последним сводкам – их осталось не более четырехсот бойцов…и полторы тысячи местных, в предводительстве с самим Ченом Сендуллой, возглавляющим местное сопротивление… - Генерал говорил коротко и емко, и я слишком четко ощутил, какая сила стоит между нами и попавшими в западню отрядами мастера Дая…и понял, почему генерал так сумрачен. Ну, кроме того, что у нас всегда все на пределе и просто кошмарно само по себе. Он считал, что отправляться на эвакуацию мы должны были в первые же часы противостояния, пока сепы не подтянулись в долину окончательно, а вокруг – царила суматоха. И он был уверен, что мы бы справились… Только вот его помощник был с ним абсолютно не согласен: - Сэр, при всем моем уважении, но отправиться сразу по высадке – мы не могли, потому что были абсолютно не подготовлены для этой операции – и не имели даже связи с генералом Даем, - прогудел он, когда ии Корво перевел дух, чтобы окончательно рассказать, какой удар наши силы будут должны нанести, чтобы отвлечь сепов от наших канонерок и шаттлов, которые полетят на эвакуацию. Коммандер сделал это на грани тактичности и грубости, но ему, как мы все прекрасно знали, спускалось и не такое. – Мы были даже не информированы о том, что его силы разделились…а теперь время упущено, и вам это известно! - Мне, коммандер, известно, что если мы не попытаемся снять их, - генерал кивнул на карту над рукой помощника, - В ближайшие сутки – то нам действительно незачем будет туда рваться!... Никого просто не останется. Коммандер Брут выдохнул, как фыркнул, став лицом еще темнее – и еще мрачнее. Кажется, в какой-то миг ему хотелось сказать что-то совсем не уставное, но он сдержался. Только враждебно покосился на своего генерала, бросив: - Все это не правильно!… Генерал и ухом не повел, что говорится: - Мы двинемся через час. Через полтора часа – надо начинать обстрел долины. Мы полетим в обход, - он указал на карте, как именно: предстояло еще дальше забраться на темную сторону планеты, проделать путь над горами - и зайти к отступающим практически в лоб. Подняв взгляд от карты, я заметил, что слева от меня, за моим плечом стоит и почти не дышит Чарен. А генерал именно в этот миг посмотрел на меня, потом на моего дока, помолчал миг – и резко бросил: - Нет, док. Летите не вы. Летит Варна. – И я с замиранием сердца позволил себе понять окончательно, почему среди всех этих людей – стою я сам. - Сэр, я против, - так же резко бросил док. - Зато я – за, - отрезал генерал. – Вы остаетесь тут. Потому что он быстрее вас. А вы – опытней его. Это мое окончательное решение. И на основе всего услышанного я сделал вывод, что мой док уже не один раз бодался с генералом, пока я штопал «ручных» и снимал «откаты». - Сэр, - внезапно поддержал моего дока майор из даевских. – Нет никакой необходимости везти подвергать риску контингент медлаба. У наших медиков больше опыта в проведении подобных операций… – Он просто не знал…за что и получил. Хорошо еще обошелся краткой речью, а не как положено по Уставу… - Майор, - ну, я уже говорил, что наш генерал – не душка на сантименты, да? Он уставился на майора таким взглядом, что ни визор генерала, ни визор майорского шлема не помог последнему не ощущать себя последним идиотом. Если судить по тону генерала. Яда в генерале – завышенное содержание, что он и продемонстрировал: - Вы, верно, не в курсе, но МОЙ опыт позволяет мне судить, кто на что способен, и это касается не только вас и ваших братьев!... Свое воинское звание лейтенант Варна носит вполне заслуженно, и у меня совершенно нет времени доказывать вам обоснованность моего взгляда на жизнь. Но, чтобы вас успокоить – я так и быть прикажу нашим медикам подобрать себе команду поддержки с двойным боезапасом. - Простите, сэр. – Пошел на попятный майор. Генерал сделал вдох. Потом выдох. Я – да и Чар, думаю, тоже, - зная его, поняли, что он находится в состоянии крайнего напряжения, которое было трудно уловить солдатам генерала Дая. Вдох и выдох – это его способ экстренно успокоиться. А сам факт напряга – нам, к примеру, говорил о том, что он знает больше, чем говорит. И все, скорей всего, куда хуже, чем вот-вот готовая начаться операция… - Ничего, майор, - уже спокойней и ровнее отозвался ии Корво. – Просто доверяйте мне чуть больше, хорошо? Я знаю, что делаю…насколько вообще возможно что-то знать. – Он посмотрел на коммандос: - Ваша задача вам ясна?... - Да, сэр, - отозвались они почти в унисон. И старший из них, капитан Фиирст, негромко заговорил, указывая на карту, раскрывая ту часть операции, что ложится на их плечи…но я не стал его слушать. Потому что Киим Дана, дернув меня за рукав, повернул лицом к себе. И взгляд моего дока, и его настрой – был сумрачным. И он прямо сказал мне, помолчав: - Ты можешь отказаться. И тогда я – полечу вместо тебя…но ты ж меня прямо на месте за это пристрелишь?... – он отвел взгляд, нахмурившись еще сильнее. - Вроде того, - отозвался я. Отозвался хрипловато, потому что у меня пересохло в горле. Док вздохнул – и коротко бросил: - Эчи, ты… В общем, твоя прежняя бригада МП пока неполна, твой МП-первый все еще в боксе…найди себе других. И действительно – помощнее, что ли… - Да, док. Найду, если генерал сам не выдаст… - Снарягу я тебе сам подберу, но ты все-таки проверь. - Да, док. Он снова помолчал, потом поморщился – и все-таки сказал: - Не подставляйся там, понял? - Это как получится, - чуть беспомощно, но честно отозвался я. Док положил мне на затылок свою горячую каменную ладонь и чуть сжал пальцы: - Без «как получится»…- Отпустил. – Я просто…тревожусь. В этот раз. – И пошел прочь. Я посмотрел ему вслед, понимая его – и чувствуя, как внутри ворочается комок пустоты: я не начинал бояться. Я просто понимал, куда лечу. У дока сердце было не на месте…и боялся он за двоих. Док Чарена тоже что-то тихо говорил ему, пристально глядя в глаза…и генерал не одергивал нас, дотачивая последние детали операции. И мне тогда показалось, что он просто давал нам время. По-человечески. Каждый наш выход – это опасность и смерть, что бродит рядом. Но порой бывают выходы, когда смерть смотрит прямо на тебя. Когда часто ходишь с ней рядом – начинаешь это ловить. А потом мы с Чареном остались одни. Его док тоже ушел. Генерал закончил выдавать инструкции майору, который стал ответственным за погрузку народа, за которым мы летели, коротко поругался с коммандером на тему того, что оставляет его на базе взамен себя, вызвав неподдельное изумление у майора, не привыкшего к таким перепалкам – и отправил всех готовиться. В конце концов подойдя к нам. - Господа, - посмотрел он на нас сверху вниз. – Что с вашими МП? - Мои – один на койке, остальные – скорей всего в охране, сэр, - отозвался я честно. – Надо брать других. - У меня их нет вообще, - ответил коротко Чар: он не ходил в этот раз в сопровождение, он разворачивал медлаб. - Так, - генерал на миг помолчал, соображая. – С вами должно быть не менее шести человек. Плюс каждой группе я выделяю по «харду» и «паре». - «Харды»? – неподдельно изумился Чарен, вскинув брови. «Харды» - это бойцы из ударной группы генерала. Парни в «мегабанках». Вот вроде коммандера Брута. А «пара» - это двойка коммандос в поддержку «харда». Страшная тройка в бою. Сам видел. – Сэр, но…вы так уверены, что там будет настолько плохо?... - Не хочу это проверять, - покачал головой генерал – и откровенно добавил: - Боюсь, нас всех там ждет очень горячий прием, и у нас будет не так много времени, чтобы выцепить из-под носа сепов генерала и его людей. Вы умеете оказывать действенную помощь под огнем…а мы – умеем прикрывать. Так что пока мы будем отвлекать сепов на себя – просто делайте свое дело, ладно? - Да, сэр, - отозвался Чар. Я только молча кивнул: о чем разговор…могли бы и не просить. - Я уверен, что с набором МП вы способны справиться сами. Через сорок пять минут – я жду вас и ваших МП здесь, господа. - Да, сэр. И мы отправились собираться. За полчаса – я умудрился заполучить новые броню и шлем, до меня принадлежавшие погибшему на прошлой операции «двойке» Вахтеру, Тому Сабо, парню из второй спас-бригады, и в его кобуры, на его же перевязи – легли мои штатные бластеры: мы тоже носили оружие, что логично. Я был посредственным стрелком, у нас для перестрелок были сопровождающие, но быть вооруженными мы были обязаны. Стараясь не замечать косых взглядов выписанных солдат, что получали снарягу в той же секции арсеналки, что и я, я собрал на себя броню – наколенники, наголенники, наплечники, налокотники, наручи, сегментарку от шеи до паха – навесил на себя сверху пояс с подсумками, повертелся, подвигал руками, понял, что где-то что-то жмет, разоружился, снял броню, перепроверил крепления, оделся обратно – и понял, что почти готов. Из вооружения – кроме бластеров и боезапаса на две смены – я взял с собой только две разрывных и две ЭМ-гранаты. И вибронож. Все остальное – было не моим делом. Каждый грамм в снаряге у нас, как и у солдат – учитывался строго, именно поэтому – у нас были облегченные бластеры, с поражающей дистанцией всего в 100-150 метров, зато повышенной точности и мощи. Закончив со снаряжением себя – я отправился собирать свой ранец. Мы собирались с Чареном отдельно, порознь, ровно потому, что каждый медтех должен быть автономен по определению, даже если играет в команде, а взгляд со стороны, даже взгляд собрата-фельдшера – мешает сосредоточиться. Даже если наборы у вас – одинаковые… Придя на фармсклад, я застал там своего дока, уже доливавшего последний, десятый контейнер с «тоником» - смесью поддерживающих веществ и воды, с ладонь размером – у столика в уголке, столика, на котором была аккуратно разложена снаряга, и стоял мой открытый ранец. Медпаки. «Обоймы» ампул-инъекторов: порой вытаскивать их из боксов медпаков – значит, терять секунды, и потому – мы использовали гнезда от мелкокалиберных реактивных охотничьих патронов, напаянных на полипластик. «Обойму» мы крепили, как и запасные медпаки - на ремни ранца и перевязи. Почти так же, как солдаты – навешивают на себя «запаски». Пять минут. У меня было всего пять минут, чтобы четко, быстро, внимательно все осмотреть и упаковать. Док помогал мне, помогал молча и спокойно, как на операции: он даже не желал мне удачи. У нас не принято. Когда я улечу – он отошлет кого-нибудь завалиться спать на мое место. И этому «кому-нибудь» скажут: занято. А он ответит: ничего. Хоть пару часов у меня есть. Как придет – освобожу, мне все равно на обход…Мы странные люди, никто уже не скажет, на каких ассоциациях родилось это суеверие: если твое место не пустует – ты жив. Но мы его соблюдаем. До этого момента – мы почти всегда выходили «в поле» вместе с доком. Я помнил только один раз, когда нам пришлось разделиться…и, хотя я очень подгонял время, оставшееся до вылета – в тот миг я уже ощущал пустоту готовности к выходу. И не собираясь впадать в мандраж – просто хотел потратить хотя бы пару минут на разговор с доком, который обо мне волновался. Нечего тут скрывать: он относился ко мне то ли как к племяннику, то ли сыну, которого у него никогда не было, не знаю, почему. Я отвечал ему той же полуродственной привязанностью, как мог. И мы отлично ладили. Порой – он был занудой, но я не мог припомнить времени, когда мог сказать: он просто невыносим. Хотя по его словам – я частенько таким был… Я хотел поговорить с ним. Но знал, что нельзя. Он просто хлопнул меня по спине, не глядя в глаза, когда я надел ранец и навесил на ремни «обоймы». Прогоняя меня. «Чтобы быстрее вернуться». Так принято. - С меня кав, - только и буркнул он напоследок. - Остыть не успеет, - как можно более легкомысленно отозвался я, не оглядываясь, уходя со склада прочь. Чарен ждал меня уже в оперативном центре, у терминала, просматривая списки личного состава, и кивнув мне, он проговорил, будто продолжая прерванный разговор: - Можно наших взять, есть сотня «свежих», из них вот…но, знаешь – я бы еще кого-то из «местных» прихватил. - Что так? – я вгляделся в списки. - Они очень уважают мастера Дая, - посмотрел на меня Чарен мимолетно. Опустил взгляд обратно на монитор. – И слух о том, что он не здесь – среди народа уже пошел… - Наш даевских завернет, - заметил я. – Просто по медпоказаниям, - последнюю фразу я проговорил совсем негромко: в оперцентре были не только наши солдаты, и обижать людей джедая-никто не хотелось. - Многие уже выпущены наружу. Но… - Вот именно что – «но», Чар. Я всецело доверяю их силам и нашим умениям…но они страшно вымотаны. Сам знаешь. Я бы – завернул. - Согласен. Но им будет…не по себе. - Это переживаемо. Они же все понимают, верно?... Чар молча усмехнулся: ну да…Мы все всё прекрасно понимаем. Интересно, хоть кому-нибудь от этого легче? И, разумеется, именно в этот момент – сзади раздалось: - Сэр?... – я дернулся едва заметно, подумав, что мою фразу кто-то все-таки услышал: оказывается, к нам неслышно подошел один из пехоты, и, когда мы обернулись – снял шлем, коротко представившись: - Капрал КС-2079. Это был тот самый последний, «напряженный» «ручной», которого я «делал». Капрал Джерк. - Капрал Джерк. - Да, сэр, – он едва заметно, но четко кивнул, глядя мне в глаза. – Прошу прощения, сэр…могу я задать вопрос? - Только быстро, капрал. - Сэр, судя по вашей экипировке - вы собираетесь в заброс, по периметру объявлена предварительная «красная»…и известно, что генерал Дай был оттеснен от наших основных сил на марше стратегического отступления. – Исполнил он мою просьбу. – Это связано с вашим заданием, сэр? - Вполне возможно, капрал, - ответил я осторожно. – И чего вы хотите? - Я хотел бы сопровождать вас, лейтенант, сэр. Мы с Чареном переглянулись, я поморщился, осознав, что в центре на нас уже косятся, а один из пехотинцев – так вообще приостановился, поглядывая то на нас – то на своего сержа, что остановился рядом с ним. Вот так, и только так: сопоставить данные, понять, что к чему – и бодрым шагом навстречу с офицером, от которого зависит успех дельца… уже, наверное, к тому же, пребывая в курсе, что мы сами ищем себе МП. - Я не уверен, что генерал одобрит вашу кандидатуру, капрал, - покачал головой честно я. – Выход крайне «горячий», и он предпочтет взять…ммм…тех, кто менее… - Я понимаю ваши мысли, сэр, - аккуратно перебил меня капрал, все так же сверля меня взглядом. – Но генерал может прислушаться к вашему мнению, как медика. - То есть, вы считаете, что Варна способен переупрямить генерала, - Чар не сдержался и усмехнулся. - Я уверен, что лейтенант Варна может поручиться за меня, а я – оправдаю доверие лейтенанта Варны, каким бы «горячим» не был выход. – Никаких сомнений. Прямой взгляд и четкая речь. Краем глаза я заметил, что парочка сержант-рядовой решительно направились к нам, на ходу снимая шлемы – и только вздохнул: вот порой их прямолинейность…не знаешь, что с ней и делать. Сколько не жалей их – они все равно будут рваться туда, где хуже всего, и твое желание хотя бы временно оберечь их – не играет никакой роли. Вообще. - А вы сами, капрал, адекватно оцениваете свое состояние? – Спросил не менее прямо Чарен: порой прямота – единственный способ выяснить правду у этих загадочных белых парней. - Да, сэр, - невозмутимо отозвался капрал. – Умение оценивать свои силы – основа выживания, сэр. Нас учат этому прежде всего, - в переводе это означало: я знаю, на что способен, и с башкой у меня все в порядке. Когда вы слышите подобное, сказанное терпеливым тоном, как для дебила, по сто раз на дню – порой вам хочется закатывать глаза и тихо выть, как от зубной боли. Хорошо хоть, у нашего генерала многие от таких речей уже отошли…так то у нас. А то – другая часть, другой генерал и все такое… И тут Джерк добавил: - И я уже выполнял обязанности МП, у меня есть опыт, который может вам пригодиться. - МП? – я даже поневоле заинтересовался. – Здесь, на Рилоте? - Нет, сэр. До генерала Дая я служил в ударном батальоне, приписанном к штурмовому полку генерала Колара. Аген Колар. Я мало знал о нем, но если нашего генерала звали Ситом за злобность, генерала Скайуокера – Бантой за упрямство, то генерал Колар – был их полной противоположностью. Его почти слепая, беззаветная преданность и его доверие Ордену – были известны куда больше, чем его выигранные кампании. Судите сами, хорошо это или плохо. У меня тогда мелькнула мысль, что, возможно, именно на службе у Колара Джерк и потерял свое первое отделение, но спрашивать об этом я, разумеется, не стал. - Это хорошо, капрал, только генералу этого будет мало, - заметил я негромко. - Генерал может послушать вас, если он не доверяет заключению медиков, выпустивших меня, - упрямо повторил капрал, все так же глядя мне в глаза. - Я уверен, что он одобрит ваш выбор. - А я, если честно – нет, - искренне отозвался я. - Сэр, - капрал откровенно перешел в наступление. – Я знаю эту планету и ее особенности лучше, чем прибывшее с вами пополнение, - это была тактичность по-клонски, если вы не поняли. – Я входил в состав второго разведотряда… - и вот на этом – я его прервал взмахом руки: - Я понял, понял… - вздохнул я. Отказывать капралу не хотелось просто потому, что чисто по-человечески – я его понимал. К генералу Даю солдаты относились отлично – я тогда еще не знал, какой он, видел только реакцию солдат – и было логичным, что многие захотят рвануть ему на помощь, как и капрал Джерк, но тащить их, только вставших на ноги…ладно. Думать об этом я мог бы еще целых полминуты, но решение дилеммы прервало то, что подошедшие пехотинцы четко отдали нам честь – и в рядовом я узнал Таймера. Судьба, как сказал бы док. Не судьбень, как сказал бы наш генерал. Он потом это самое и сказал. А вообще-то – это было перекладывание ответственности, если вы не поняли. - Сэр!... – выдали сержант и Тай в унисон. Сержант опустил руку первым – назвался: - Сержант КС-1017. Могу я задать вопрос?... Чарен неслышно рассмеялся, похлопав меня по плечу – и отвернулся к монитору: сам с ними разбирайся!... - Или сразу хотите услышать ответ? – в упор поинтересовался я. - Э, с-сэр?... – едва заметно вскинул брови он, запнувшись. - Давайте проверим мою паранойю, - предложил смиренно я. – Господин Таймер увидел наш разговор, выцепил его по источнику звука и отфильтровал…или господин Джерк оставил включенной связь в своем шлеме на общей для вашей части частоте в режиме «прием-передача». – Я кивком указал на шлем под рукой капрала. Кто проведет в обществе этих людей хотя бы полгода – и не таким приемам научится… - Ах да: или он все прочел по снаряге и моим губам, что совершенно не сложно. Сержант чуть заметно потемнел лицом, еле слышно кашлянув, а Таймер невозмутимо уставился куда-то вдаль. - Господа, вы все – только из медлаба, - угрюмо обозначил я. – Вы догадываетесь, куда меня пошлет мой генерал с такой группой МП? Капрал чуть сердито покосился на сержа. Тот не среагировал. Он просто ответил мне одной фразой: - Там наш генерал, сэр. - Если есть возможность провести эвакуацию оставшихся – мы хотели бы принять в этом участие, сэр, - негромко и прямо добавил капрал. Я молчал только миг. Ну что я мог им ответить, а?... - Сколько вас? - Пятеро, сэр. - Шестеро, - перебил сержа капрал. – Я пока не приписан к другому отделению. Серж на капрала даже не посмотрел, просто поправился: - Шестеро, лейтенант, сэр. - Я не знаю, что сейчас оторвет мне генерал, - тоскливо вздохнул я. – Но через десять минут вы должны быть у главного входа с двойным боезапасом…с учетом того, что вам придется таскать раненых, что значит – никаких карабинов.... И не забудьте взять по комплекту полевых мобильных носилок с медсклада. Ясно? - Да, сэр!... - Бегом!... Телепортироваться они точно не умеют. Но исчезать за вздох с глаз долой – у них отлично получается. - Ну куда ты их тащишь?... – буркнул Чарен с досадой, как будто не он только-только предлагал взять кого-нибудь из «местных». – Да тебя генерал просто сожрет!... - А ты бы не рвался на помощь, если бы Сит попал бы в беду? – поинтересовался тихо я, отсутствующе пялясь на монитор системы, введя данные по отделению, попутно переводя Джерка в отделение Сэллена. - Будь я только с койки – побоялся бы не справиться. - Да ладно. – Я отбил сообщение – уже через дэку - дроиду на складе, чтобы отделению выдали «трубки», «мобилки» - те самые носилки. - Правду тебе говорю!... - Так ты и не клон. - Не потому, что я не верен генералу, - нахмурился Чар. - Потому что ты задохлик, - согласился я, обрывая перепалку между нами. – Ты уже выбрал МП? - Да, из наших. Кто был, того и позвал…Четвертое отделение, с которым я в прошлый раз работал – на крейсере, заняты…а жаль. Толковое отделение попалось… - мы пошли на выход, стараясь не замечать тех, кто все еще косит на нас взглядами, я слушал, как Чар неторопливо в сотый раз рассказывал о находчивости отделения, с которым он работал до Рилота…а сам все думал: вот как выйдем мы сейчас, вот как посмотрит генерал на моих МП…и слушать меня не станет. Или объяснит доходчиво, какой я дебил. И какие слова я найду для оправдания?... Оба наших отделения нарисовались рядом с нами почти единовременно. Те, кто шел с Чаром – были из «старых», проверенных солдат ии Корво, на оплечниках двоих из них я заметил даже полустертые «плетеные кольца», эмблемы икта’сае, говорившие о том, что эти солдаты в войсках нашего генерала с самого начала войны, что они освобождали еще его планету, Ситорай…когда генерал вообще еще не был военным. И это внушало некоторую уверенность. Когда к нам присоединился сам генерал – он даже приветливо кивнул им, назвав по именам, в который раз обозначив, что помнит почти всех своих людей, как ни странно; его самого – никто не сопровождал… И у меня откровенно екнуло в желудке, когда генерал повернулся и посмотрел на нас с Чареном. И на наших МП. Потом посмотрел еще раз – и поманил меня отойти в сторонку. Я тихонько прочистил горло – и отправился к нему. - Варна, - добрейшим, и от того – страшенным голосом, не сулящим мне ничего хорошего, обратился он ко мне. И спросил: - Какого хатта ты делаешь?... - Выполняю ваши приказания, - честно ответил я, ощутив, как сердце рухнуло в желудок. - Не имей мне разум, ладно? – все так же добрейше попросил генерал-джедай. И тихо, сдержанно плюнул в меня ядом. – Какого е…крм…какого хера ты потащил с собой «местных»?!... Ты, медик – тащишь с собой людей, что только что из-под капельниц встали!... Тебе, твою мать, наших мало?!... - Сэр… - Варна, ты не должен был так делать. – Коротко прервал меня он. Я ощутил, как кровь прилила к лицу. - Да, сэр. - Ну, и как ты прикажешь мне исправлять ситуацию?... Я поднял взгляд на его лицо – и осознал, что вот прямо сейчас, впервые в жизни – буду спорить с генералом-джедаем по прозвищу Сит…и по нраву – как осколочная мина. Ужасное ощущение. - Я попрошу вас позволить им помочь вытащить их генерала, сэр, - тихо утвердил я. – И их братьев. - Варна, они тормозов не знают. Тормоза должны быть у тебя!... Он был прав. На все сто. Только он не слышал нашего разговора у терминала. - Сэр, - я первым нарушил короткое молчание. – Им это нужно…и они вас не подведут, сэр. - Я не сомневаюсь в них, Варна. Я сомневаюсь в том, что ты понимаешь причины моего…негодования, - генерал устало покачал головой, потом поднял руку – и снял визор. И я увидел его блекло-желтые, осуждающие глаза. Но даже не сразу понял, что с ними не так: мало ли какие глаза у людей бывают… Генерал на миг сжал переносицу – и потом посмотрел на меня. - Я понимаю, сэр, - возразил я. – Очень хорошо понимаю…но я доверяю им. Я действительно понимал. - Варна. Двое из них – только что от сотряса отошли. Это даже я вижу – и даже сейчас, не смотря на то, что я не спал уже трое суток. Так какого хера?... - Да, сэр. А у одного из них – мною же «пришитая» нога, - согласился я. – И после «выхода» - я надеюсь снова закатать их в койки, насколько это возможно…но не могу отказывать им в желании помочь мастеру Даю. Они ему преданы. Они его уважают… - Так не осложняли бы ему и мне жизнь!... – тихо рыкнул генерал. - Сэр, пожалуйста. Дайте им возможность...они не только выдержат – они сделают все, как надо! Если я могу ручаться хоть за кого-то – я за них ручаюсь. Они не подведут… Генерал пристально посмотрел мне в глаза – и я смог выдержать его взгляд, даже не смотря на то, что осознал в полной мере, почему генерала называют Ситом. - Варна. - Да, сэр. - Если что-то пойдет не так – я тебя уволю. С позором. Без выходного пособия. - Да, сэр. - И по возвращению – ты сам, лично, будешь трястись над ними, как мамочка. - Всегда, сэр. - М?... – он едва заметно вскинул брови в недоумении. - Я же медик. Мы постоянно над ними трясемся. Как…как над хрупкими деточками. «Хрупкие деточки» подкосили генерала. Я сам от себя такого не ожидал, ляпнул это машинально, даже покраснеть успел за свою глупость и дурь…но генерал внезапно зажмурился на миг, тихо мыкнул – и надел визор обратно. Он знал, как должен был поступить. И я знал, что не должен был брать отделение Сэллена с собой. - Ты редкостный угнут, Варна. В первый и последний раз я иду у тебя на поводу, понял? - Спасибо, сэр. - Откуда ты их хоть набрал?... - М…Капралу я «шил» кисть, Вару – ногу…э…это имя у него такое, сэр…Таймера – отправлял в койку…а потом они как-то стихийно столкнулись с нами у терминала в оперцентре. Поразительно вовремя, - честно ответил я. Генерал кивнул на группу – и мы пошли обратно. – Я не хотел их брать, сэр, но они были…убедительны. - Значит, не судьбень, - высказался генерал коротко. - Сэр?... - Будь я магистром Винду, я бы сказал – Сила вела и все такое…но я не Винду. Поэтому – не судьбень. Раз они так вовремя…на твою голову. - Вроде того, сэр, - было странно, остановившись, смотреть на выстроившиеся отделения, стоя напротив, рядом с генералом, как старший офицер, и еще более странно – понимать, что говорить с генералом оказалось куда легче, чем я думал. Генерал оглядел солдат – и негромко бросил: - Господа, вас проинструктируют в полете. Вы – летите конкретно со мной, вытаскивать генерала и его людей. Остальные группы – будут заняты эвакуацией местных повстанцев. У нас будет несколько минут, так что будьте внимательны!... И мы побежали в подземный ангар. Как только мы углубились в Сумеречную Зону – крейсер начал обстрел долины.