Второй шанс

*** — Андерс, может ты отдохнешь? – Мариан тронула отступника за плечо. Маг, не отрывая взгляда от зеркала, покачал головой. — Если ты решишь заморить себя голодом или не будешь спать – она быстрей не вернется… Андерс продолжал сидеть в той же позе. Отступница вздохнула и отошла. — Я же говорил, что это бесполезно, – фыркнул Фенрис. Хоук пожала плечами и присела к нему. — Хотя бы попыталась. Зачем мы вообще отпустили ее одну? – Мариан раздраженно оглядела обоих мужчин. — Она справится. В ней чувствуется… сила, — задумчиво ответил эльф. — А если бы я туда пошла? Фенрис опустил голову. — Я бы тебя не пустил, — сказал он. — Это почему? Во мне силы не чувствуется? – Хоук с улыбкой посмотрела на эльфа. — Нет. Просто… Просто это ты. Я бы тебя не отпустил, — все также повторил Фенрис, хмуро разглядывая спину отступника. Мариан осторожно прикоснулась к его руке. Слова эльфа были для нее словно еще одним признанием. Она переплела свои пальцы с его и Фенрис, покраснев, опустил голову еще ниже. Хоук откинулась, прижавшись спиной к скале, не отпуская его руку. События последних двух недель прокручивались в ее голове. Кусланд будто стала катализатором всего, что с ней произошло. Ее стремительное появление в доме Защитницы, измена Андерса, ночь с Фенрисом, разрыв отношений с отступником, возврат к эльфу, это путешествие, признание Фенриса в любви... А сейчас это бессмысленное ожидание возврата ферелденки из зеркала. Мариан размышляла, что может быть по ту сторону мрачного стекла. Элувиан манил магессу, требовал, чтобы она прикоснулась к нему, растворилась в его магии. А вдруг Лионель уже мертва? Вдруг с той стороны нет ничего, вообще ничего? Что будет делать Хоук, если Андерс не захочет уходить отсюда, надеясь на возвращение своей, как уже поняла Мариан, старой любовницы? — Уже прошло около восьми часов, — глухо сказал Фенрис. Он, в отличии от Хоук, боялся зеркала. Лириум болезненно реагировал на присутствие рядом предмета, столь огромной магической силы, и эльф постоянно морщился от слабых покалываний в лириумных клеймах. — Да… Так долго, — протянула Мариан. — Может ты сама отдохнешь? – с легким беспокойством Фенрис повернулся к ней. — Думаю, можно, — со вздохом ответила магесса. Отходить от любимого не хотелось, но неожиданно эльф притянул ее к себе. Хоук с улыбкой положила голову ему на плечо и уснула. *** Больше всего это напоминало Тень. Лионель оглядывалась по сторонам. Вокруг нее плясали разноцветные ошметки тумана, шумела трава. Действительно шумела – Кусланд слышала еле слышный шепот, исходящий, казалось, от сочных зеленых стеблей. Девушка, сжав на всякий случай кинжал в руке, опустилась на одно колено и наклонилась к земле, вслушиваясь в звуки. Шепот усилился. Его тон изменился – вместо рассерженных тихих голосков теперь полились умиротворяющие перезвоны далекой музыки. Глаза Лионель сами собой стали закрываться. Желание прилечь на землю и передохнуть после долгого похода под землю нахлынуло на нее со страшной силой. Девушка чуть было не поддалась ему, но вдруг вспомнила, как точно так, поддавшись сну в лесу Бресилиан, она очнулась только через несколько часов. Тогда ее разбудила Морриган, поразившая годами убивавшего путников демона. Сейчас ведьма вряд ли примчится к ней на выручку. Кусланд напрягла всю свою волю и с трудом поднялась на ноги. Шепот сразу смолк. Девушка быстро пошла вперед. По крайней мере, она надеялась, что идет вперед. Туман отступил дальше от нее, будто испугавшись путницы. Лионель злилась. Она не думала, что здесь будет… так. В ее понимании Элувиан был каким-то коридором, выведшим ее бы на хоть какие-нибудь следы Морриган. Теперь Тейрин оказалась на непонятном туманном отрезке Тени, не представляя, как выберется отсюда и вернется к остальным. Она даже сомневалась, действительно ли это Тень… Девушка шла уже несколько часов. Пейзаж вокруг периодически менялся. То Лионель шла по песку нежного-розового оттенка, то снова ее сопровождала уже молчащая трава, иногда ей приходилось пробираться по заваленным острыми камнями холмам. Все это время Кусланд не покидало ощущение, что за ней следят, пристально изучают десятки невидимых глаз. Звук собственных шагов и шум дыхания были единственными сопровождавшими ферелденку звуками. Победительница Мора порадовалась бы даже атаке порождений тьмы или любого другого врага, лишь эта тишина прошла! Внезапно она услышала шум воды. Веселый плеск ручья показался Лионель самым прекрасным звуком в мире. Даже не задумавшись кто вообще может ждать ее возле воды, столь редкой в этих местах, она рванула на звук. Через тройку десятков метров Кусланд наконец-то увидела ручей. Подбежав к нему, она все же настороженно огляделась, но вокруг все также никого не было. Лионель провела кинжалом по прозрачной воде и придирчиво оглядела оставшиеся на лезвии капли. Вода как вода. Девушка осторожно опустила в ручей ладонь и почувствовала приятную прохладу. Обрадовавшись, Кусланд плеснула себе в лицо несколько пригоршней воды, пытаясь освежиться после долгого пути. Она сняла с пояса одну из опустевших фляг с водой и попыталась зачерпнуть воды из ручья, но фляга так и осталась пустой. Лионель нахмурила тонкие брови. — Что за демон… — девушка повторила попытку, но фляга упорно не желала наполняться. Кусланд задумчиво посмотрела на печать заклятья, нанесенного на металлическую поверхность – оно должно было не допустить, чтобы хозяйке фляги подмешали яд в питье. Или отогнать любую магию. Даже если бы вода была зачарованна или отравлена, она должна была оказаться внутри уже полностью очищенной. Кусланд внезапно сообразила. — Иллюзия… Героиня Ферелдена поднялась с колен, оглядывая местность. Пейзаж быстро таял. Яркий солнечный свет сменился на серый полумрак. Земля под ногами превратилась в такое же серое каменное крошево. Зелень и ручей бесследно исчезли. На сером песке вокруг было множество отпечатков ног. Лионель бродила не один час по одному и тому же месту. От безысходной ярости она сделала единственное, что могла. — Морриган! На ее крик откликнулась, но вовсе не ведьма. Со всех сторон к ней приближались пепельные призраки. Тейрин с кривой улыбкой взялась за рукоятку меча. — Ну наконец-то… *** — Бетани, — Хоук протянула руки к стоящей возле старого родительского дома девушке. Сестра, улыбаясь, схватилась за них. — Мариан! Ты так давно не приходила! – воскликнула счастливая Бетани, обнимая старшую сестру. Хоук смотрела на нее. Да, именно такой она помнила свою любимую сестренку. Веселой, улыбающейся, радующейся каждой минуте красавице, а не почти переломанным напополам куском плоти. Бетани изучающее смотрела на нее. Она провела по черным растрепанным волосам Мариан, приоткрывая небольшой шрам на левой щеке. — Этого я не помню. Откуда он? — Я даже не знаю, — Хоук нахмурилась. Она изо всех сил силилась вспомнить, откуда взялся шрам, но не могла. Сестра махнула рукой. — Не важно. Ты такая радостная, Мариан! Я никогда не видела тебя такой! Расскажи, что случилось, — Бетани заглянула в ее глаза. Хоук сбивчиво стала рассказывать ей про Фенриса. Сестра слушала ее, не перебивая. Хоук вспомнила как пила вино вместе с эльфом и рассказывала ему о сестре и брате – теперь разговор повторялся с точностью наоборот. Может именно то воспоминание спровоцировало этот сон и Мариан захотела поделиться всеми своими переживаниями хоть с призрачным видением сестры. — А как же Андерс? – задала Бетани самый ожидаемый вопрос. Мариан запнулась. Она не могла так просто выкинуть отступника из своего сердца. Но они оба сделали выбор и должны следовать. — Я надеюсь, что он уйдет вместе с Лионель… Сестра кивнула, даже не спрашивая кто это такая. Да и зачем? Эта Бетани — всего лишь дух, призрак, отголосок воспоминаний о прошлом, всегда живущий в душе Мариан. Она и так знает, что сестра хочет ей рассказать. Уже не раз Хоук сбегала в мир грез, чтобы хоть с ее помощью заглушить свою боль и обуздать страхи. Только так Мариан могла идти вперед, защищая и оберегая своих любимых людей. Защитница… Поначалу этот титул казался ей таким нелепым. Наверно, и Кусланд титул Героини Ферелдена казался таким же. Лишь со временем Мариан поняла его значение. Защитник Киркволла – это не просто человек, совершивший что-либо значимое для города. Нет. На нее равнялись, ей подражали, к ней прислушивались. Авелин уже не раз говорила ей о том, что Киркволлу нужна Наместница, нужна Мариан. Первый раз Хоук задумалась об этом всерьез. Для города она больше не была беглой отступницей или известной наемницей. Она была символом, оберегающим проклятый Город Цепей. Бетани снова заговорила. Ее голос вдруг показался сестре изменившимся. — Как ты думаешь, Мариан, что было, окажись мы обе в Киркволльском Круге? Хоук задумалась. — Тебе бы там не понравилось. Казематы... oни ужасны. Даже ферелденская Башня Круга гораздо лучше, по словам Андерса. – Хоук продолжила. – Знаешь, я никогда не видела столько одержимых, как за последний год. Круг прогнил насквозь… Даже Орсино ничего не может сделать. Горожане ненавидят и боятся магов из Казематов. Мередит подмяла под себя весь город. Правда, многие храмовники понимают, что с ней городу становится только хуже. — Ты должна исправить это, — вдруг жестко сказала младшая сестра. Черты ее лица искажались, медленно превращаясь в кого-то другого. — Как? – Хоук следила за переменами в сестре. — Круг не спасти. Ты должна убить Мередит. Теперь вместо сестры перед Хоук стояла Кусланд. На ней был золотой доспех, украшенный гербами династий Тейринов и Кусландов, темные волосы были уложены на манер короны, а за спиной виднелись рукоятки двух перекрещенных мечей. Такой Хоук не видела Лионель никогда, но именно так выглядела Героиня Ферелдена в тот момент, когда вместе с Алистером вела свою армию, собранную из всех народов своей земли, на Денерим, атакованный порождениями тьмы во главе с Архидемоном Уртемиэлем. Вот только глаза… глаза остались Бетани. — Тогда храмовники не допустят, чтобы я стала Наместницей, — Мариан будто не удивилась смене сестры на «соперницу». — Ты должна повести их за собой. Ты сможешь это, я знаю, — девушка говорила странным «двойным» голосом – теплый Бетани и решительный Лионель. — Они ненавидят меня! — Ты знаешь, что это не так… Каллен… Сон таял, Хоук уже не слышала, что говорит ей призрак. Мариан в последний раз задумчиво посмотрела на Бетани-Кусланд, просыпаясь в объятьях Фенриса. *** Андерс оторвал взгляд от по-прежнему поддернутого легкой рябью Элувиана и повернулся к проходу из пещеры. Что-то не давало ему покоя. Скверна и раньше странно вела себя на Глубинных Тропах, но сейчас словно что-то блокировало его чувства. Смутные отзывы беспокойства заставили его подняться и подойти к выходу. Фенрис молча проводил его взглядом, почти сразу переключившись на проснувшуюся Хоук. Маг добрался до барьера, через который четверка прошла несколько часов назад. С этой стороны он был хорошо заметен – прозрачная завеса, за которой все выглядело слегка размытым, будто колыхалась от потоков воздуха. Андерс осторожно просунул сквозь него руку и прислушался к своим ощущениям. Магия пропускала его, разрешая покинуть пещеру. Отступник шаг вперед… Желудок скрутило. Их было много! Слишком много! Несколько десятков! Почуяв Серого Стража, из-за угла показался здоровенный гарлок, размахивающий почти такой же огромной булавой. Андерс мгновенно достал посох и послал в него электрический заряд. «Проклятье, они пришли сюда, только потому что я Серый Страж!» Гарлока отнесло прочь, но за его спиной показался следующий. Маг сделал несколько шагов назад, увеличив дистанцию. Он снова оказался за завесой барьера. Гарлок, помчавшийся на него, вдруг вспыхнул ярким пламенем и завизжал, катаясь по полу пещеры. Андерс оглянулся, ожидая увидеть позади Мариан, каким-то образом пославшую заклинание, не задевшее его, но ее не было. — Барьер! Их не пускает барьер! – облегченно вскрикнул маг. В проходе показался эльф с двуручником в руках. Хоук бежала следом за ним. — Андерс, что?.. Проклятье!! – вскрикнула девушка, разглядев Порождений тьмы за завесой. Она выхватила посох, собираясь сражаться, но маг преградил ей и Фенрису дорогу. — Они не могут сюда попасть! Этот барьер защитит нас. — А как ты собрался выбираться отсюда, маг? – мечник злобно уставился на него. Андерс захлопнул рот и задумался. — С таким численным превосходством нам их не одолеть. Даже когда Лионель вернется… — Если вернется, — пробурчал эльф. Хоук возмущенно ударила его по плечу. Маг решил проигнорировать замечание эльфа. — Я не знаю… Их действительно слишком много. Нам не хватит лириума, чтобы перебить их всех, — Андерс торопливо просчитывал варианты. Хоук вдруг шумно втянула воздух. — Я могу восполь… — Нет! – Фенрис схватил ее за плечи и встряхнул. – Ты больше не посмеешь сделать это! — Фенрис, это может быть наш единственный выход! – Мариан попыталась сбросить его руки, но эльф крепко держал ее. — О чем ты, Хоук? – недоуменно спросил отступник. — Я могу воспользоваться магией крови, — выпалила магесса. Фенрис издал протестующий стон. – Я спасла тебя с ее помощью уже раз, — Хоук перевела взгляд на бывшего раба. — Нет, Хоук! Я не могу позволить тебе сделать это снова! — Я согласен с эльфом, — Андерс сложил руки на груди. Мариан рассерженно посмотрела на обоих. — Болваны… Над ней вдруг треснул потолок и куча каменных обломков посыпалась прямо на магессу. В последний момент эльф сбил ее с ног и откинул ближе к пещере. Андерс обернулся. Два стоящих позади барьера эмиссара с поднятыми посохами хищно оскалились. Со стен сыпались все новые и новые обломки, засыпая выход из пещеры, в которой порождения тьмы явно вознамерились похоронить путников живьем. Андерс метнул в них несколько заклинаний, но падающие камни мешали прицелиться. Он быстро догнал Фенриса и Хоук. — Они отрезали нам путь, — Хоук закусила губу, лихорадочно соображая. Вдруг она повернулась к Элувиану, задумчиво вглядываясь в него. – Теперь у нас не осталось вариантов. – Потолок в пещере начал медленно разрушаться следом за туннелем. – Мы должны идти туда. — Мы даже не знаем, что там, — Фенрис зашипел, попятившись назад. Было понятно, что он лучше вернется к Порождениям тьмы, чем шагнет в зеркало. — Придется узнать, — отрезала Мариан, подхватывая с пола свой мешок. Маг сделал то же самое и первым пошел к Элувиану. — Встретимся на другой стороне, — Андерс вздохнул и провалился во тьму. Хоук схватила слабоупирающегося эльфа за руку и потянула следом за отступником. — За… *** Она не справлялась. Лионель раз за разом наносила рубящие удары, но призраков становилось все больше. Кусланд устала, даже ее лириумные руки не могли справиться с такой нагрузкой. Кроме того, пейзаж снова начал меняться, под ногами опять начала убаюкивающе шептать трава. Магия иллюзии настойчиво окутывала ее, пытаясь заставить забыть где она на самом деле и зачем пришла сюда. — Нет, — прошипела Кусланд сквозь стиснутые зубы, но наваждение упорно возвращалось. Сжав меч лишь правой рукой, она схватила висящий на поясе маленький метательный кинжал и вонзила его себе в бедро. Боль резко отрезвила ее, видения снова ушли, оставив лишь толпу призраков. Но ненадолго. Откуда-то слева вдруг появился светловолосый отступник. Он попытался прорваться к Кусланд, но полетевший в его сторону окровавленный кинжал, остановил «виденье». Или не «виденье»? Вдруг он был реален? Лионель не знала, стоит ли доверять ему и просто продолжила бой. Андерс послал струю огня, уничтожившую почти треть призраков. Те, почуяв мага, начали отступать. Лионель добила нескольких, особо храбрых, и наконец повернулась к магу. Отступник сделал шаг к ней, но Кусланд подняла меч, прицелившись ему в грудь. — Почему ты здесь? – холодно спросила она. – Я прика… попросила тебя остаться. — В пещере обвал. Порождения тьмы пришли за нами. Пришлось пройти через Элувиан, — маг настороженно следил за ее рукой. — Тогда где остальные? – продолжила допрос Лионель. — Где-то здесь, я полагаю. Когда я прошел сквозь зеркало, то сразу увидел тебя. Они должны были идти за мной. – Андерс вдруг побледнел от испуга. – Вдруг они не успели пройти? — Если они здесь – мы найдем их, — Кусланд почти опустила меч, но в последний миг снова подняла его. – Андерс, если это ты, скажи что-то такое, что можем знать только мы, — чуть ли не умоляюще прошептала она. Отступник, прищурившись, посмотрел на девушку. — В Башне Бдения, — начал он, — после того, как ты приказала отпустить Натаниэля, я спросил, почему ты просто не прикончила его, ведь это было бы справедливо – расквитаться с сыном человека, вырезавшего всю твою семью. Но ты ответила, что сын не должен отвечать за деяния своего отца и слава всего рода не должна быть перечеркнута из-за деяний единственного их члена. — И ты еще говоришь о справедливости, — спокойно улыбнувшись, Лионель повесила меч за спину. — У тебя кровь, — Андерс потянулся к ее ранам, но Кусланд резко отодвинула его руку. – Без них я снова попаду в плен иллюзий. Вперед, мы должны найти Хоук и Фенриса. Они двинулись по пустыне. Ферелденка торопливо рассказывала магу об этом месте. — Никаких следов Морриган? – спросил Андерс после ее недолгого рассказа. — Нет… Я боюсь, что все это может быть зря, — девушка хмуро оглядывала горизонт. – Никогда не думала, что снова окажусь в Тени… — Это не Тень, что-то похожее, но не она, — отступник вспомнил как без малейших усилий Справедливость овладел им в Тени, когда Хоук попросила его помощи для спасения Фенриэля. – Я уверен, что здесь много проходов, ведущих в любую нужную нам точку, но как их открыть – я не знаю… Маг остановился и развернул ее к себе. — Лионель, ты должна сказать мне, что ты хочешь забрать у ведьмы? – Андерс строго посмотрел в карие глаза. Они тот час вспыхнули пламенем. — Забрать? Это она отняла его у меня! – ферелденка попыталась вырваться. — Его? Кого его? – маг схватил ее за руки. Взгляд Лионель забегал по его лицу, ее губы приоткрылись, но вдруг послышался шум. Будто что-то огромное двигалось из вновь накатившего тумана к замершей паре. Перед ними замаячил огромный паук. Андерса передернуло от омерзения. Гигантские мохнатые ноги, тело, покрытое густой серо-черной шерстью, четыре пары глаз взирали на них с безопасного расстояния. Особое отвращение вызвали постоянно щелкающие хелицеры, сочащиеся каплями зеленоватого яда. Отступник направил на нового врага посох, но Кусланд неожиданно положила на него руку, заставив Андерса убрать оружие. К его изумлению ферелденка улыбалась. Лионель подошла ближе к огромному зверю и воткнула меч в песок между собой и ним. — Я приветствую тебя, Морриган! *** — … мной! Ох! Магесса приземлилась на голой серой равнине. Мариан огляделась по сторонам. Фенрис, которого она продолжала держать за руку, стоял рядом, а вот отступник исчез. — Андерс! – Хоук сделала несколько шагов, отпустив эльфа. – Андерс! Светловолосый маг так и не откликнулся на ее зов. — Фенрис, мы должны найти его! А потом и Кусланд, если она где-то здесь. Эльф никак не отреагировал на ее слова, продолжая стоять с опущенной головой. — Фенрис, что с тобой? – Хоук потянулась ладонью к лицу эльфа. Внезапно он с силой ударил по ее руке и отпрыгнул в сторону. — Ты дура, Хоук! Печешься о своем ненаглядном одержимом! Оглянись! Здесь нет никакого выхода, нам не выбраться из вашего проклятого зеркала! – эльф бешено смотрел на нее. — Мы найдем выход, возьми себя в руки, — Мариан возмущенно посмотрела на него. — Найдем? Найдем? – Фенрис вдруг поднял голову и безумно расхохотался. – Маги, маги, грязные отродья, ты и твой Андерс! – эльф начал переливаться лириумными сполохами. – Такие, как вы, изуродовали мою жизнь и жизни других! Может я не выберусь отсюда, но по крайней мере я остановлю тебя, а потом и его, — Фенрис выхватил меч и направил его в сторону Хоук. Магесса попятилась от теряющего контроль над собой эльфа. Она крепко сжала в руке посох. — Фенрис, очнись, это место что-то делает с тобой! – Мариан попыталась докричаться до него. — Вспомни, что было между нами, что чувствуешь ко мне! — Что было между нами? – эльф яростно чеканил слова. – Я чувствую себя грязнее, чем от ритуала Данариуса, после того, как спал с тобой! Мерзость! Из глаз Защитницы полились злые слезы. — Фенрис!.. – снова начала она, но он больше не стал ее слушать. Крепко сжав в руке меч, воин кинулся на нее. Мариан еле увернулась и попыталась наслать на него паралич, но лириум защитил своего хозяина. Обезумевший любовник резко развернулся, но Мариан наложила на себя невидимость. Фенрис замер на месте, его глаза оглядывали следы, оставшиеся от них обоих. Чуть не выдав себя ругательством, магесса вызвала небольшой вихрь. Он пронесся по песку, стирая отпечатки ног, и начал кружиться вокруг эльфа, скрывая их друг от друга. Мариан отбежала в сторону, пытаясь придумать, как выдернуть Фенриса из этого состояния. Она решила попробовать оглушить его и только потом наложить пару заклинаний для очищения разума. Магесса сосредоточилась, но вдруг из песчаного вихря яркой голубой молнией вынырнул эльф. В отчаянной попытке спастись Хоук выставила перед собой посох, но сверкающая рука уже пронзила ее грудь и Мариан почувствовала горячие пальцы Фенриса на своем сердце. Он сжал руку и невероятная боль содрогнула все ее тело. Это было гораздо хуже, чем удар Кусланд в поместье. Хоук вскрикнула, упав на серый песок. Над ней склонился эльф. На его лице промелькнуло удовлетворение, сменившееся через секунду потрясением, а затем отчаяньем. Но Хоук уже было все равно. Защитница Киркволла умерла.