Младшая неврастения

На пороге моей квартиры стоял довольно улыбающийся Артём и Андрей, наш общий друг, с которым я не общался, кажется, ещё дольше, чем с Тёмой. Стоят и улыбаются так хитро, а по глазам видно, что что-то точно задумали. Из транса меня выводит низкий насмешливый голос Андрея. - Ну что, хозяин, пустишь? С ума они, что ли, сошли? Придти сюда в полдень вместо того, чтобы быть сейчас на торжественной линейке. Но что бы я там себе сейчас ни думал, просто отправить их восвояси нельзя, так что послушно отхожу от дверного проёма, пропуская незваных гостей внутрь. - Вы в своём уме? Вам сейчас надо быть на площади, а не шастать по чужим домам. - Мы как раз туда и собирались, - низким хрипловатым голосом спокойно проговорил Андрей, проходя сразу в мою комнату, - Да вот только по пути решили, что без тебя будет совсем не круто. - И именно поэтому, мужик, давай быстрее собирайся, и пойдём, - подхватил Артём, начиная бесцеремонно рыться в моём шкафу в поисках парадного костюма, вот бесстыжий. - С дуба рухнули оба? Никуда я с вами не пойду, Тём, ну ты-то должен понимать… - смотрю на него немного осуждающе, чтобы он понял, ибо не хочется поднимать эту тему открыто в присутствии Андрея. Не то чтобы я ему не доверяю, просто не хочу, чтобы ещё один человек смотрел на меня снисходительно. - Один единственный выход на улицу на пару часов тебя не убьёт. Постоишь с нами там, с людьми поболтаешь, а потом мы сами проводим тебя домой. Идёт? – выудив-таки из шкафа белую рубашку с чёрными брюками, Тёмыч демонстрирует мне их совместное сочетание. - Нет, не идёт. Давайте вы будете воплощать все свои бредовые фантазии в жизнь как-нибудь без меня? - Ты всё равно мне должен, так что одевайся молча, - задорно почти пропел Артём, кидая в меня поочерёдно штаны и рубашку, и направился к выходу из комнаты, топая дальше на кухню. – Дрон, иди сюда, тут конфеты есть! Андрей, по-идиотски улыбнувшись, кинул на меня шальной взгляд и вихрем умчался из комнаты, предоставив мне возможность спокойно переодеться и собраться, наконец, с мыслями. Эти двое не отстанут от меня, это уж точно, так что лучше уделить им пару часов времени. Нехорошо только то, что мы будем находится на улице под палящим полуденным солнцем, из-за которого у меня обычно резко подскакивает давление. Хотя, наверное, я сам себя больше накручиваю. Уж одна единственная непродолжительная прогулка с друзьями должна пройти нормально, я думаю. Спустя десять минут мы уже покидали мой дом, неспешно направляясь в сторону центральной площади. Жара ударила по мне сразу, отчего ноги стали тяжёлыми, и идти становилось всё труднее с каждой минутой, и, естественно, это не осталось незамеченным Артёмом, отчего он специально чуть замедлил шаг, за что ему большое спасибо. Не скажу, что был не рад увидеть своих одноклассников, но и в особом восторге тоже не был, потому что знаю, что никто из них искренне по мне не скучал, да и скучать вряд ли будет. Здороваясь с учителями, ловлю на себе их удивлённые взгляды, конечно, они же не ждали увидеть меня сегодня на торжественной линейке, ведь весь преподавательский состав был уже в курсе моей особой программы обучения на этот год. Единственным человеком, поприветствовавшим меня с искренней радостью, была моя классная руководительница. Приятной внешности женщина, чуть за пятьдесят, высокая, статная, она чем-то неуловимо напоминала мне маму, которая всегда также грациозно держалась на людях, сохраняя при этом вокруг себя уютную атмосферу. Я был не обделён традиционным штампом в виде красного следа от её помады на своей щеке, который, кстати говоря, не так уж и хотелось стирать. Я был безмерно ей благодарен также за то, что она не задавала мне лишних вопросов и, видимо, сохранила до сих пор втайне от одноклассников то, что они меня в этом году вряд ли ещё увидят. Что ни говори, а мне всегда нравилась эта атмосфера школьных мероприятий, где бы они ни проходили. Пусть директор произносил долгую и малосодержательную речь о планах на этот учебный год, пусть ученики создавали гул своими разговорами, слушая выступления в пол-уха, всё равно мне нравилось то, что происходило вокруг. Здесь всё было такое родное, такое светлое. Наверное, я окончательно свихнулся со своей лирикой, но это не сильно меня огорчает. Солнце начало довольно сильно припекать, как только время перевалило за час дня. Парни парились в своих строгих костюмах, девушки изнемогали из-за неудобных, но безумно красивых нарядов, и всем уже очень хотелось разойтись по домам, но ведь все мы прекрасно знаем, что экзекуция ещё не закончена. После торжественной части на площади нас ожидали классные часы в своих кабинетах в здании школы. Но до него нашей троице не суждено было дойти, потому что парни так решили. - Лучше в кафе посидим, - предложил Артём, уводя нас в совершенно противоположную сторону от школы. - Но ведь Марина Васильевна сейчас проводит для вас классный час. - Да на них же каждый год одно и то же, чего мы там не слышали, - лишь фыркнул на моё беспокойство Артём и подбежал к свободному столику забегаловки под открытым небом, каких много стояло летом по всему городу. Спорить с ним настроения больше не было ни у меня, ни у Андрея. Мы просто согласились с тем, что есть, и довольно потягивали свои коктейли из стаканов. Если честно, то мне вообще не хотелось ничего заказывать, потому что не хотелось ни пить, ни есть, да и денег я с собой не взял, но Артём, видимо, решил основательно взяться за моё здоровье, так что всё оплатил, да ещё и пристально следил, чтобы я всё выпил. Странно, наверное, но в последнее время я почему-то плохо ощущаю вкусы. Раньше это распространялось лишь на блюда из морепродуктов, но теперь я понял, что не различаю и некоторые фруктовые вкусы. Хотя, наверное, это всё из-за жары, я просто перегрелся. - Так что там насчёт учёбы? – тихо спросил Андрей, и я сразу заметил, насколько ему неловко. Кидаю неодобрительный взгляд на Волкова, который делает безучастный вид, будто он тут не при чём. Надеюсь, он не разболтал слишком многого, иначе неудобно получится. - Ну, вот особая программа у меня, представляешь, - из-за нервов начинаю грызть трубочку, но при этом стараюсь не меняться в лице, чтобы ничем себя не выдать. - По какому поводу? Не просто так оно ведь. - Да там фигня такая, не парься, короче. Это из-за нервов. - Нервов? Серьёзно? – парень саркастически улыбнулся, демонстрируя мне свою руку с вечно трясущимися пальцами. Да-да, он тоже имел некоторые отклонения в нервной системе, но это сказывалось лишь на внешних факторах, его, например, постоянно мелко трясло, и это не прекращалось даже во сне. Так что, думаю, ему было действительно странно слышать от меня о проблемах схожего рода. - У меня другое, моя проблема здесь, - стучу пальцем по собственной голове, на что Андрей многозначительно хмыкает, а Волков вдруг раскатисто смеётся, наверное, пытаясь разрядить обстановку, что у него, слава богам, всегда хорошо получалось, и этот раз не стал исключением. Не успеваю понять, отчего, моя голова кружится, но это совсем не как обычно, а очень даже приятно, сразу лёгкость и свежесть разбегаются по всему телу. Наверное, такое бывает после выпивки. Думаю, это жара так странно действует на меня. Мир вокруг кружится, голоса становятся немного отдалёнными, а взгляд упорно не желает фиксироваться на чём-то определённом. Первым моё странное состояние замечает Андрей и спрашивает, нормально ли всё со мной, хотя для меня и неожиданно слышать от него такой вопрос, я понимаю, что он пока ничего так и не понял. - Пора вести тебя домой, мужик, - всё так же задорно посмеивается Артём и, буквально беря меня под руки, ведёт в сторону дома. Такие резкие перепады самочувствия не случались со мной ещё никогда. Точнее, столь неожиданно, конечно, бывало, но чувства, что я испытываю сейчас, для меня новы. Быть может, это обострение или новая стадия, не знаю. До дома мы добираемся вовсе не быстро, так как Артёму приходится буквально тащить меня на себе, как груз, хотя я и пытался казаться нормальным и даже предпринимал попытки идти вовсе без его поддержки, но потерпел неудачу, о чём не трудно догадаться. Андрей постоянно косился на меня, я чувствовал его взгляд, проживающий дыру в моей спине, обеспокоенный взгляд. Я молился всем богам, чтобы он ни о чём не догадался и списал это на что угодно, только не на реальную причину. Я растеряю последние остатки своей гордости, если увижу в глазах друзей сожаление и сочувствие. Не знаю, что мне делать, как быть, хоть и понимаю, что эта ложь не может продолжаться вечно, но пока я ещё не придумал, как более выигрышно обыграть эту ситуацию. Погодите, о чём я, какой ещё выигрышнее, я тут загибаюсь, как вообще о таком можно сообщить нормально? Всё, хватит думать, от этого у меня начинает болеть голова, и кажется, что весь этот шум вокруг меня, несмотря на мой притуплённый слух, сейчас в три раза громче обычного, сигналы машин и говор прохожих сбивают меня с толку, полностью дезориентируют, и если бы не Артём, я бы уже потерял сознание. Господь, почему ты сделал меня настолько слабым? Ощущение спокойствия и защищённости мне дарит только тишина моей квартиры. Друг сбагривает меня на кровать, а сам уходит с Андреем на кухню, забрав при этом мой телефон, что, кстати говоря, не очень вежливо по отношению к хозяину квартиры. Хотя, сейчас меня уже ничего не волнует, просто залезаю под мягкое махровое одеяло, и не важно, что на улице жара, ведь это единственный способ успокоиться. Хочется закрыть окно, как только слышу, что надоедливые птицы щебечут совсем рядом, но совершенно нет сил на то, чтобы встать и сделать это. Моё внимание отвлекает приглушённый разговор друзей на кухне. Надеюсь, они там шепчутся не обо мне, а даже если и обо мне, то, надеюсь, Артём не выкладывает всё сейчас Андрею, не расставляет по полочкам, верно? Потом я слышу, как он говорит уже громче и явно не с Андреем. Говорит по телефону, судя по всему. Не с моего же мобильника он звонит, да, это величайшее хамство, что я видел в жизни. Но даже злиться на него сейчас нет сил, чувствую только, как раскалывается голова и гудят ноги. Чёрт возьми, почему я согласился пойти с ними, если знал, чем вся эта затея закончится, неисправимый придурок просто. - Ил, спишь? – шёпотом спрашивает Волков, заходя вместе с Андреем в комнату. - Нет. Вы чего там делали? - Чай пили. Тебе так резко стало плохо. Почему не сказал, что простыл? – обеспокоенно спрашивает Андрей, и я улавливаю в его голосе нотки обиды и в то же время наставления. - Да ведь я и рот открыть не успел, а вы уже выпихали меня наружу, - стараюсь усмехнуться как можно непринуждённее, отчего голова взрывается новой вспышкой боли. – Чёрт. Таблетки от головы в ящике стола. Достань, пожалуйста, - обращаюсь к Волкову, хватаясь за голову. Он трогает мой лоб и выносит ложный вердикт, якобы у меня температура, это только показуха для Андрея, я знаю, а через минуту уже запиваю спасительную таблетку водой, услужливо принесённой другом с кухни. - Слышь, мы тут посидим немного, подождём, пока твои не вернутся. Ты, может, поспишь? – дурак Волков, я ведь не могу спать. Но положительно киваю в ответ лишь для их успокоения. - В комнате брата комп стоит, если что, - бросаю, прежде чем дверь в мою комнату за ними закроется. Проваливаюсь в дрёму, чему сам удивляюсь, хотя сам вовсе не собирался спать. Выхожу из этого состояния полусна только тогда, как слышу звук поворачивающегося в замке ключа. Кто-то из домашних вернулся. Слышу, как шаги направляются мимо моей комнаты по коридору, а потом возмущённый возглас: - Какого чёрта вы тут делаете, сопляки?! Стало даже стыдно за братишку и его невежливость, что, кстати, странно, но ожидаемо. Я ведь даже не смог предупредить его об этой неожиданности, так как телефон у меня изъяли и отдавать не собираются, как я понимаю. - Егор, - зову хриплым со сна голосом и слышу, как три пары ног быстро топают ко мне в комнату, а потом наблюдаю забавную донельзя картину, как брат втаскивает моих друзей за шкирки. - Это ещё что такое? - Егор, это не «что», а Андрей и Артём, отпусти их, - хихикаю, высунув улыбающуюся морду из-под одеяла. – Не притворяйся, что не знаешь их. - Я, может, и знаю, но что они делали в моей комнате? - Рубились в контру, разве не очевидно? – иронично выдаёт Волков, за что ловит смачный подзатыльник в исполнении брата. - Егор, ну хватит. Я ходил сегодня гулять и мне стало нехорошо, - вижу, как брат напрягается, но стараюсь вести себя естественно, чтобы никто ни о чём не догадался, - И парни привели меня домой, полечили и даже любезно дождались родственника, а ты тут затрещины направо и налево раздаёшь, - смотрю на него укоризненно, и это срабатывает. Он неуверенно мнётся, но всё же благодарит парней и сразу же пытается быстрее их спровадить. - Или нехорошо, я за ним присмотрю. Потом его ещё навестите, - спокойно болтает он, умудряясь при этом незаметно выталкивать их из моей комнаты и продвигать ближе к двери по коридору. Не могу больше терпеть это шоу и через силу поднимаюсь, чтобы нормально проводить друзей, иначе, чувствую, они на меня обидятся. - Ладно, парни, спасибо за сегодня. Было реально весело. В следующий раз обещаю быть полностью здоровым, - пытаюсь весёлым голосом говорить с ними, при этом немного натянуто улыбаясь. - Ловлю на слове, - немного не в своей манере хмыкает Андрей, и я закрываю за ними дверь. Разворачиваясь, натыкаюсь на стоящего в дверном проёме брата, который обеспокоенно на меня смотрит, и вымучено улыбаюсь и ему, ибо не хочется его сегодня расстраивать. Надеюсь, он поверил в мой блеф. - Что случилось, пока вы гуляли? – спрашивает он, следуя за мной в комнату. Падаю обратно на кровать, чувствуя, как ломит в теле каждую косточку, но сдерживаюсь от сильного порыва застонать от этих ощущений. - Да ничего особенного, на солнце перегрелся, наверное, вот и стало немного дурно. Уже всё хорошо. Кстати, как всё прошло? – спрашиваю, стараясь вложить в голос как можно больше заинтересованности, лишь бы перевести тему разговора в другое русло. - Неплохо, были сначала в универе, торжественная часть, все дела, потом посидели в кафе. Я сейчас как раз оттуда, - весело улыбаясь, рассказывает брат, а я только радуюсь, что моя затея удалась. С другой стороны, начинаю немного нервничать, так как чувствую что-то необычное. В его глазах что-то плещется такое незаметное, моё подсознание уже угадывает, что именно, но мне не сильно хочется об этом думать. Перевожу взгляд на часы и понимаю, что время много, но память настырно отказывается вспоминать цифры. - Егор, сколько время? – всё так же не отрывая взгляда от часов, спрашиваю я у него тихим голосом, боковым зрением наблюдая, как он, озадаченно нахмурившись, смотрит на циферблат. - Полдесятого. А что? - Долго же ты. - Я ведь тебя предупреждал, - тяжело вздыхает брат. – У тебя совсем рыбья память. - Спасибо хоть, что не девичья, - иронично ухмыляюсь. – Кстати, это они так долго тут сидели? - Ну, видимо, да. Ждали чьего-нибудь возвращения. - Вот задроты, а, - недовольно тяну, но тут же неожиданная мысль будто выбивает весь воздух из моих лёгких. – Где родители? – чуть повысив голос, спрашиваю, уставившись на него обеспокоенным взглядом. - Кстати об этом, они тебе звонили, но ты не ответил. Их пригласили на чей-то там день рождения друзья, так что они вернутся только утром, я так думаю. - Понятно. Этот придурок отдал мой телефон? - Он лежит на моём столе, вроде бы, - задумчиво тянет Егор, поднимаясь с кровати и направляясь к себе в комнату немного неровной походкой. Нет, ну я так и думал. Неспроста же он был так несдержан. Наверняка, напоили силком эти его тупые одногруппники. – Вот он, - отдаёт мне мою прелесть, и обнаруживается, что она выключена. Я убью Волкова при первой встрече. - Егор, - я, конечно, не мама, чтобы заводить с ним подобные разговоры, но на душе слишком странно от этого, - может, пойдёшь спать? Ты повеселился сегодня, надо отдохнуть, а то завтра нехорошо будет. Брат лишь смеётся, наваливаясь на меня и падая вместе со мной на кровать. Его объятия такие тёплые, но сейчас мне почему-то немного неуютно в них, ведь когда он так близко, я даже чувствую едва уловимый запах коньяка или чего-то подобного и думаю, что бурно же они, наверное, отпраздновали. Хорошо хоть, что кому-то здравому из них пришла в голову мысль разойтись до того, как все будут в состоянии нестояния. Он залезает на кровать с ногами, даже забирается вместе со мной под одеяло и прижимается своей щекой к моей. Не могу этого видеть, но ощущаю, как румянец заливает мои щёки из-за этого ничего не значащего действия. Боже, да я ведь сам люблю так делать и обычно никакого дискомфорта не испытываю, а тут. Это всё Егор, надышал на меня своим перегаром, вот я и опьянел слегка, ну или это из-за того, что я сегодня явно перегрелся на солнце. Чуть отворачиваюсь от него, чтобы избавиться от этого глупого наваждения, но меня снова ненавязчиво разворачивают к себе, а в следующее мгновение чужие мягкие губы мимолётно касаются моих, и я слышу сопение брата, который отключился и теперь ровно дышал, провалившись в пьяный сон. Господи, это ведь не может быть правдой!