Здравствуйте, можно мне мятное печенье от Лорейн Паскаль?

Обнимающиеся Девен и Сент-Джон неуверенной походкой мучали серый асфальт. Заказанные блюда подали чересчур поздно, и пара прилично набралась. Они стали самой шумной парой в этом кафе, а виновна в этом песня, что хоть и тихо играла, всё же под конец смогла привлечь разгоряченное внимание своим припевом.

<<Давай пойдём в парк, Я хочу поцеловать тебя под звёздами, Может, мы зайдём слишком далеко, Нам просто наплевать. Нам просто наплевать. Нам просто... Давай займёмся любовью, давай пойдём туда, где нас могут найти...>>*

Наша пара просто взорвалась хохотом, как услышала это. Официант лишь устало покачал головой, он уже и сам был не рад, что эти бета и альфа так напились, их страстные ласки каждую минуту грозили перерасти в нечто большее. А что, если они эту песню за знак свыше примут и начнут прямо здесь. Да и выгнать их нельзя. Альфа — давний друг владельца кафе, постоянный клиент... Но такого он раньше себе никогда не позволял, каких только сногсшибательных моделей-омег не приводил — никогда ничего подобного не было. О, к радости официанта, они попросили счет, альфа расплатился, оставив отличные чаевые, и они вышли. — А мы уже сходили в парк, что делать теперь? — смеюсь, громко спросил Девен. — Небо сейчас ясное, я должен поцеловать тебя под этими звёздами, — альфа склонился к губам беты и неспешно поцеловал его покрасневшие губы. — Выполнено. А теперь зайдем дале-е-е-еко-о-о-о-о? — протянул Девен. — Непременно, мой Сусанин... Но сначала давай проверим наших друзей... Бета усмехнулся: — Уверен, что Лео своего не упустил... Ты же сказал, что стоны слышались... — Это правда, но всё может произойти, к тому же у меня дома шаром покати, а хочется тебя угостить... — Сент-Джон застенчиво замялся. — Идём-идём. Они медленно брели по тёмным улицам, придя в кондитерскую убедились, что у Лео и Мина всё протекает в лучшем виде, в чём оба, конечно, не особо сомневались. Сент-Джон хвалил небеса, что полгода назад купил квартиру в трёх кварталах от кондитерской... Держать бету за руку после всего произошедшего кажется чем-то простым, даже банальным, но необходимым. Беспорядок в квартире альфы Девена рассмешил: — Что ж ты не подготовился к свиданию? Не ждал меня? — бета тыкал своим указательным пальцем, точнее толкал, в грудь альфы, тот же лишь пятился назад, видя огонь в глазах возлюбленного. Любил Девен напускать на себя сварливость, что свойственна для жен с двадцатилетним стажем. Альфа так и пятился, пока задней стороной не уперся в кровать. Последний тычок, и альфа упал спиной на голубые простыни. Бета оседлал его бедра и снял через голову легкий свитер и бросил его на пол. Альфа же с трепетом наблюдал за ним. Девен принялся снимать кофту с альфы, целуя пресс и грудь. Альфа притянул бету к себе для поцелуя, но Девен приложил палец к губам Сент-Джона, тот понял, что проявление инициативы — то, чего сейчас хочется бете. Страстный наездник достал ремень из своих джинс, но он не откинул его, по ожиданиям альфы, а напротив: решил использовать в качестве наручников для своего удивленного любимца. У беты чудесным образом получилось связать руки альфы над головой, не разрывая разнузданный поцелуй. Затем бета быстро освободил себя и любовника от последней одежды. Аккуратно поглаживая возбужденный член любовника, Девен приподнялся и сел на него. Попривыкнув к ощущениям, он починал мерно двигаться на альфе, который спустя некоторое время начал подмахивать, добавляя скорости действу. Бета наклонился ближе к альфе, упираясь руками в его грудь. Язык коснулся соска, альфа издал стон, что вызвало улыбку на лице наездника. Поскольку угол изменился ещё сильнее, член альфы стал попадать по простате Девена. Альфа услышал протяжные стоны и приложил все силы, чтобы движения стали еще мощнее и ритмичнее. Вид беты просто зачаровывал: волосы взъерошены, глаза прикрыты, нижняя губа закушена, полупрозрачная кожа поблёскивает от капелек пота. Сент-Джону так хотелось прикоснуться к нему, чёртов ремень. Они снова кончили с разницей в несколько секунд. Но бета не спешил избавлять от оков чужие руки, он попросту лег на влажного альфу сверху, не вставая с члена. Ему не нравилась мысль о будущей пустоте, хотя белёсая жидкость вытекала обильными струями из него. Девен так и задремал на груди у возлюбленного, альфа, сначала думавший, как поступить: попытаться ли себя развязать, разбудить ли бету, расслабился и уснул.