Два месяца в объятьях несвободы

Закончив эфир и попрощавшись со слушателями, Ривай отключил микрофон и потёр уставшие глаза. Студийные часы показывали четыре часа утра, и, включив авто-прогрев автомобиля, он неторопливо направился к лестнице. Аккерман всегда спускался по лестнице, чтобы размять затёкшие за эфирное время ноги. Тусклое освещение лестничной клетки действовало убаюкивающе, и Ривай, в очередной раз зевнув, попытался отогнать сон, помотав головой. Ездить за рулём в сонном состоянии не входило у него в привычку, поэтому он редко брал машину на ночную работу и возвращался на такси. Но сегодня всё расписание слетело к чёрту из-за прорванной трубы в ванной. Вначале они два часа бегали с тазиками и тряпками, так как вода успела залить прихожую и добраться до входа в гостиную. А потом Эрен уехал на открытие какой-то модной галереи и оставил Ривая дожидаться мастера в гордом одиночестве. Мастер, опоздавший на пару часов, провозился с трубой вдвое дольше, чем планировал Ривай, и тем самым сдвинул все запланированные дела на вечер. Понимая, что он ничего не успевает, было решено ехать на машине, и вот теперь, приближаясь к выходу из здания радиостанции, он уже мечтал оказаться дома. Дом, который раньше встречал его неизменной тишиной и тёмными окнами, теперь изменился. Если в гостиной горел свет, значит Эрен сидит за обработкой отснятого материала. Обычно он так погружался в работу, что не слышал, как открывалась входная дверь. А Ривай, пользуясь этим, останавливался в темноте прихожей и наблюдал за ним. Серьёзный и сосредоточенный взгляд в монитор, монотонное кликанье мышкой и неизменная чашка какао рядом. Но стоило ему заметить возвращение своего парня, он сразу завершал работу и, пока Аккерман принимал расслабляющий душ, заваривал ему чашку чая. Дом, в котором раньше не присутствовали посторонние запахи, изменился до неузнаваемости. Привычные освежающие ароматы геля для душа смешались со сладко-фруктовыми и заполнили собой ванну. Даже кондиционер для белья, обычно нейтрального запаха, сменился на что-то цветочное. Стопки белых полотенец разбавились синими, оранжевыми и зелёными, к чему Аккерман привык не сразу, порываясь устранить их из зоны видимости. К привычному запаху чая, и лишь иногда кофе, примешался так любимый Эреном какао и горячий шоколад, различия между которыми Ривай не видел. Одно его радовало — то, что Эрен не пользовался парфюмом, и никаких посторонних ароматов мужских духов по квартире не распространялось. Ривай помнил, что буквально пару месяцев назад он приходил в пустой дом, ложился в никем не согретую постель и погружался в спокойный сон. Но однажды всё изменилось, однажды после ночного эфира он не смог уснуть на протяжении пары часов, его так захватила беседа с одним из гостей, что осталось много приятных впечатлений. А после личной встречи и посиделок в кафе мысли завертелись вокруг него с невероятной силой. И если за рутинными делами и работой он отвлекался, то стоило его голове коснуться подушки, как притягательное лицо улыбающегося зеленоглазого парня вставало перед глазами. На протяжении месяца Ривай тонул в навязанных воображением картинках. На протяжении месяца запрещал себе надеяться на что-то большее, чем дружба. И как его старания были разрушены в один момент и болота зелёных омутов увлекли его в свою пучину без возврата. Ривай прошёл по тускло освещённому холлу, попрощался с дежурившим охранником и, открыв стеклянную дверь, вышел на улицу. Вдохнув прохладный ночной воздух и глянув на россыпь созвездий в ночном небе, направился к своему автомобилю. Машина стояла вдали от фонаря и, немного приглядевшись, он заметил кого-то рядом. Аккерман нахмурил брови, он уже приготовился к худшему и настроился на драку, разминая по пути пальцы и крепче сжав кулаки. Но когда он подошел ближе, то заметил, что человек у машины один и просто стоит, не пытаясь её вскрыть или как-то повредить. Сделав ещё несколько шагов, он расслабился и удивился одновременно. Рядом с автомобилем, опираясь на него, стоял Эрен и разглядывал ночное небо. — Чёрт тебя дери, Эрен, какого ты здесь делаешь? — парень даже вздрогнул от неожиданности. — Не пугай меня так, я же не ожидал, что ты подкрадёшься из темноты. — Я вообще-то уже настроился драться, но вовремя тебя узнал. — Ривай заметил, что у ног Эрена стоит большой бумажный пакет. — Что это? — указал он на него. — Тёплая куртка, а ещё я привёз вкусный кофе, — он перевёл взгляд на крышу автомобиля, на которой стояло два больших бумажных стакана. — Привёз? На чём? — Аккерман, недоумевая, смотрел на парня. — На такси, метро уже закрыто, — пожав плечами, ответил Эрен. — Зачем мне кофе и куртка, если через полчаса мы будем дома? — Нуу, — задумчиво протянул Йегер, почесав подбородок, — сегодня такое чистое небо. — При чём тут небо, Эрен? Я тебя определённо не понимаю. — Давай встретим рассвет… Ривай просто стоял и молчал, смотрел в зелёные болота глаз, очерчивал взглядом лукавую улыбку и думал: какая ещё невероятная идея может посетить этого парня и на которую он сможет ответить отрицательно? Кажется, в копилку их общих моментов сегодня упала ещё одна мини-награда в виде такой симпатичной идеи, делающая их так глупо важно ближе.