Семейный отдых.

Парень шагал по практически пустым улицам. Он специально выбирал места, где можно было не попасться на глаза людей. Было холодно. Нет, наверное, холодно было только ему. Чувство смятения не покидало его. «Джи» – это имя крутилось у него в голове всю дорогу домой. Нет, он не чувствовал вины за то, что случилось. Да и случилось ли вообще? Где-то час Сынри гулял по вечернему Сеулу, не решаясь вернуться в общежитие. Не хотел выслушивать Джи и искать ответы на вопросы, где же до сих пор он был и почему не позвонил. Несколько пропущенных вызовов – это было, конечно, серьёзно и говорило о том, что лидер так быстро не успокоится. «Ну могу же я хоть ненадолго побыть один!» – сказал про себя парень. Джиён и раньше очень волновался за мемберов и, если парни приходили домой позднее обещанного, то старались не попадаться на глаза лиде. Джи старался не показывать то, что сердит, он просто спрашивал причину, а потом дулся целый вечер. «Думаю, дома добра не ждать», – подумал Сынри, выходя на дорогу, чтобы поймать такси. – Сынрррии-оппааа! – вдруг услышал он женский голос позади себя. «Черт, меня засекли». Парень сделал вид, что не понял, к кому обращаются, и выругал всех такси за то, что не приезжали. – Сынри-оппа! Это ведь ты, да? Девушка, ну что тебе неймётся? Он развернулся и посмотрел на обладателя столь звонкого голоса. Прохожие стали тоже останавливаться, пытаясь понять, айдол перед ними или нет. «Чёрт, чёрт, чёрт!» – процедил певец, но решил ничего не предпринимать. Макнэ улыбнулся и поклонился фанатке, думая о том, что уже скоро новость о том, как один из бэнгов гулял по городу, появится в сети. Девушка оказалась проворной. Она, быстро начав копаться в сумке, достала розовый блокнот с карандашом и подбежала к Сынри. Протянув карандаш, она взглянула на певца и спросила: – Подпишите, пожалуйста. – Глазки а-ля Кот из «Шрека» удачно выполнили свою миссию. Макнэ рассмеялся и, посмотрев на девушку, взял карандаш. Она начала подпрыгивать рядом и хлопать в ладоши. – Тсс, – прошептал он девушке, приложив указательный палец губам, и она кивнула, радуясь тому, что сегодня он даст автограф только ей. – Как твоё имя? – спросил Сынри, подняв на неё глаза и внимательно посмотрев. Девушка смутилась и произнесла: – Ким Михва. – Ким Михве, – выговаривал макнэ, когда писал, – узнавшую оппу поздним вечером, от Сынри. – Он подписался и протянул девушке блокнот. – На держи, и не задерживайся на улице допоздна. Хорошо? Девушка расплылась в улыбке и закивала. «Небось, думает, что я уже влюблён в неё без памяти». Наконец, подъехало такси и остановилось около них. Сынри помахал ей на прощание и уже собирался открыть дверцу, чтобы сесть в машину, как вдруг услышал: – Оппа! Это правда?? Глаза Сынри переметнулись вновь на девушку. О чём она? – Да, – сказал он, подумав, что Михва не поняла его, – девушке опасно гулять ночью. – Нет, – засмеялась она, – правда, что ты, оппа, встречался с директором отеля Лотт. В Интернете появилась фотка, что вы вместе заходите в отель. Все только об этом и говорят. Эта новость так его удивила, что он поперхнулся собственной слюной и начал кашлять. Что?? Как? Когда?? Когда они успели заснять его? – Пока, – сказал Сынри, обращаясь к вестнице, и, наконец, уселся в машину. Назвав адрес водителю, он достал из кармана телефон и открыл ньюсвик, чтобы просмотреть последние новости. – Та-Да! Вот и я! – воскликнул он, смотря на фотографию, где он поднимался по ступеням отеля Лотт, а рядом с ним, почти касаясь рукой его спины, поднимался Джинхо. «Тесные отношения Сынри и директора одного из самых роскошных отелей в Корее». Следующая новость. «Сынри из BIG BANG встречается с директором отеля Лотт Сеул?» – ААА! – простонал Сынри, откидывая голову назад. «Когда они успели? Часа два назад, я только выходил из отеля. Боже, как же быстро все разузнали! Что же делать? Интересно, Джи уже знает?» Вдруг зазвонил его телефон, певец быстро выпрямился в сиденье, даже не посмотрев на экран, взял трубку. – Джи? – Это твой менеджер, Сынри. Где ты был? Что за новости про тебя и этого директора? – послышался строгий голос мужчины в трубке. – Сонбенним, это просто знакомый, мы сегодня чуток выпили вместе, – ответил парень, прикусив губу. – Это-то понятно. Но в отель-то чего заходить? Сынри остановился, пытаясь найти ответ на вопрос. Проведя рукой по волосам, он продолжил: – Нуу, это… это чтобы продолжить пить. – Где ты сейчас? – Еду в общежитие, – проговорил певец, сжимая переносицу между пальцами. – Вот и правильно. Я уже звонил Джиёну, – как ни в чём не бывало сказал менеджер. – Джи знает? – вскрикнул Сынри, понимая, что его ждёт дома. – Он лидер, Сынри, если ты ещё не забыл, хотя видимо так и есть. Всё, я отключаюсь. Ужасные новости! Это просто катастрофа! Джи уже узнал. Сынри с содроганием сердца вспомнил пропущенные вызовы. Беды точно не миновать. Доехав до дома, Сынри поднялся наверх и открыл дверь. Было тихо, и парень бесшумно проскользнул в квартиру. – Ребята! – крикнул он. Никто не ответил, и Сынри поднялся наверх в свою комнату. Где же все? Когда он прошёл мимо комнаты лидера, сердце учащённо забилось. Сынри решил пока не испытывать судьбу и не заходить к Джи. Он прошёл сначала в свою комнату и стал раздеваться. Сняв футболку, он сел на кровать и положил её на колени. Начиная нервничать из-за допущенной оплошности и обругав себя последними словами, он быстро переоделся и спустился вниз. В горле пересохло, и он направился на кухню. Было так странно не слышать голоса в общежитии. Неужели дома никого нет? Медленно потягивая прохладную воду, Сынри услышал шаги за своей спиной. Он замер, а сердце начало свою подрывную деятельность. Макнэ повернулся лицом к лидеру. Было видно, что он зол, и одно слово – это как чиркнуть спичкой возле бочки с порохом. – Джи, я сегодня… Джиди перебил его, не дав продолжить: – Я знаю, уже видел. Наступило минутное молчание. Сынри поднял глаза на лидера, затем его взгляд переместился на его губы. Он понял, что совершил ошибку, и был вынужден отвернуться, чтобы сосредоточиться. – И кто он, Сынри? – спросил Джиён, подходя сзади к макнэ. – Джи, он просто знакомый. Мы просто пили вместе, – выдохнул Сынри, чувствуя всем телом близость Джиёна. Джи рассмеялся и протянул руки, чтобы обнять макнэ за талию. – Ты думаешь, я ревную? – прошептал лидер ему на ухо. Сынри содрогнулся от его опаляющего дыхания. Он не ревнует? Ему наплевать, даже если бы я трахнулся с тем придурком? – Не ревнуешь? – спросил Сынри, поворачиваясь лицом к Джи и внимательно всматриваясь в его лицо, чтобы найти доказательство, что ему не всё равно. – А должен? Он же просто друг, как ты и сказал. – Его рука поднялась и коснулась лица макнэ, начиная поглаживать. Довольно обидно. Ну ничего, ты пожалеешь о своих словах, Квон Джиён. «И почему в голове у меня крутятся непристойности?» – подумал Сынри. Отбросив мысли о том, как Джи берёт его здесь, прямо на кухонном столе, он поднял глаза на Джи и перехватил его понимающую улыбку. «Нет, ну о чём думать-то, когда он стоит так близко, – простонал он про себя. – Сейчас тебе будет не до улыбки, Квон Джиен-щи». Сынри задвигал талией, чтобы освободиться от объятий старшего, и, подавив смешок, сказал: – Ладно-ладно, всё, отпусти. Раз тебе всё равно, то я могу уйти, да? Джинхо-щи, наверное, заждался меня, – соврал он. На минуту Джи замер, и Сынри, воспользовавшись этим, развернулся и прошел мимо него. Вдруг его сильно схватили за локоть и оттолкнули к столу. Парень глухо ударился об твёрдую поверхность. – Аах, – заскрипел он зубами и, удовлетворённо улыбнувшись, оттолкнул Джи. Тот чуть попятился назад, но потом придвинулся ещё ближе. Захватив макнэ в плен своих рук, которые расставил по бокам, он взглянул на него и, чуть наклонив голову в бок, стал наблюдать за реакцией младшего. Сынри же жадно пожирал глазами изгиб его губ, который был таким чувственным, даже когда выражал иронию как, например, сейчас. Облизнув губы, Джи поддался вперед и коснулся губами губ макнэ, пробуя их на вкус, соблазнительно скользя по ним, а затем медленно приоткрыл рот и постарался проникнуть языком внутрь. Сынри вдруг отстранился и, проведя кончиком языка по своим влажным губам, прошептал: – Ну так как, тебе всё равно? Я пойду? Язык Джи повторил все движения его языка, очертив траекторию, и тем самым выдал ответ: – Только попробуй. Он нежно поцеловал младшего, но с каждой секундой его губы становились все требовательнее, и он подчинял его своим движениям. Сынри протестующе простонал, и Джи отстранился от него, подумав, что зашел слишком далеко. – Джи, не надо… – Я знаю, Сынри, я знаю, – прошептал парень про себя. Появилась мысль сразу же выйти из кухни и дать макнэ время побыть одному. – Прости, я… Закончить лидер не успел, его прервал тихий голос Сынри: – Я готов, – прошептал он, – только не отходи от меня, не надо. Старший застыл. Он, что действительно так думает? – Что? – недоверчиво спросил Джиён, поднимая голову макнэ указательным пальцем за подбородок и вглядываясь ему в лицо. Сынри вздохнул и, преувеличенно закатив глаза, сказал: – То, что слышал, я готов и… и, ну как это сказать… Его лицо стало пунцовым, и он быстро отвернулся, уставившись в окно. – Ты покраснел? – недоуменно спросил Джи, и его лицо озарила ленивая улыбка. – Не жалей меня, – тихо выговорил Сынри, всё ещё созерцая вид из окна. Джиён рассмеялся и, повернув его лицо к себе, страстно поцеловал, раскрывая его губы языком. Всё не отлипая от него, он потянул его на себя и стал двигаться назад. «Это, хоть один раз, должно произойти в моей комнате, ну или в его, не важно, главное – добраться туда целыми и невредимыми, ничего не задев», – думал Джи. Но оторваться от младшего он просто не мог. Он обхватил его лицо обеими руками, всё так же самозабвенно целуя, и продолжал делать шаги назад, иногда отрываясь, чтобы оглянуться и проверить, нет ли на их пути препятствий, типа стола. Вновь повернувшись уже к тяжело дышащему макнэ, он оглядел его с ног до головы и сказал: – Сынри, я хочу раздеть тебя сейчас. Остановившись, Джиён завёл свои руки за его спину и, почувствовав весь жар, исходящий от тела Сынри, стал медленно приподнимать одежду, чтобы дать тому ещё один шанс передумать. Но Сынхён-младший не нуждался в этом. Всё, о чём он сейчас думал, это то, что ему очень хорошо. В подтверждение своих мыслей он откинул голову назад и чуть слышно застонал, когда руки Джи прошлись вдоль его позвоночника, успокаивающе поглаживая. Лидер не преминул воспользоваться этим и уже в следующую секунду примкнул губами к шее Сынри, извлекая из того полустон-полукрик. Язык безоговорочно нашёл глухо бьющуюся жилку и с удовольствием лизнул её. – Сынри, – прошептал Джи, пытаясь прийти в себя и избавиться от жара, душившего его из-за человека, обнимавшего его, – я хочу сделать это в моей комнате, – продолжил он, поднимая указательный палец и показывая наверх. Он уже был на грани того, чтобы сорвать с младшего брюки и войти здесь же без подготовки, но мысленно приказал себе остановиться и взять себя в руки. Но сам же противореча своим словам, он быстро стянул с себя футболку и, бросив её на пол, взглянул на Сынри, который оглядывал своего хёна с жадным блеском в глазах. Он уже хотел было сделать то же самое, но его остановили руки лидера. – Я хочу сделать это сам, – ответил Джи на немой вопрос Сынри, затем схватил его за руку, сплёл их и, повернувшись, направился к лестнице, ведущей наверх. Ему не терпелось опять поцеловать своего макнэ, словить каждый стон, выходивший из него, каждый вздох. Ему хотелось дышать вместе с ним, слиться в одно. Поднявшись наверх, Джи толкнул Сынри к стенке, и тот, больно ударившись, зашипел. Джи впился в его губы, покусывая их поочерёдно, тем самым заставляя своего парня дрожать и открывать рот, чтобы вдохнуть воздуха. Их возбуждённые плоти тёрлись друг об друга, заставляя гореть и требовать большего. Джиён просунул руку под майку и встретился с умоляющим взглядом Сынри. Он всё понял и, чуть наклонившись вниз, начал медленно приподнимать его одежду, сцеловывая каждую частичку, которая показывалась из-под футболки. Сынри обнял лидера за голову, и искры в глазах Джи превратились в пламя. Его губы дошли до сосков и взяли их в плен, заставив их затвердеть. Сынри вскрикнул от наслаждения, когда футболка полетела вниз, и с разочарованием заметил, как Джиён оторвался от него. Он уже был готов молить его о продолжении, но Джи не дал ему этого сделать, так как уже направился к своей комнате, таща его за собой. Оказавшись в комнате и захлопнув за собой дверь, парни остановились. – Джи, а что если ребята придут? – спросил взволнованный макнэ, повернувшись и посмотрев на дверь. Джиен подошёл к нему и притянул к себе. Их тела соприкоснулись, и его чресла чувственно задвигались: – Не придут, – ответил он, – сегодня мы одни. Дэ и Тэ поехали к родным Дэсона, они останутся там на ночь. «Небось, Тэ специально напросился в гости, чтобы оставить нас двоих», – подумал Джиён, улыбнувшись. – А Топ-хён сказал, что поедет на концерт Mucc с Донук-хёном. – На концерт? – удивлённо спросил Сынри. Джи кивнул. Его ладонь скользнула по его спине, и он поцеловал его в висок. Затем всё произошло довольно быстро. Джи толкнул Сынри на кровать и взобрался сверху. – Я люблю тебя, – прошептал он. Голос прозвучал настолько мягко, что сердце пропустило сразу несколько ударов, и Сынри, чуть приподнявшись, нежно поцеловал его. Джи ответил на поцелуй, его руки заскользили и сжались у него на запястьях. Он склонился над ним и накрыл губами сосок парня. Сынри глубоко вздохнул, и Джи почувствовал, как дрогнули под ним его бёдра, словно Джи уже вошёл в него. Отпустив его руки, Джи быстро снял с себя брюки и бросил их в сторону. Он проделал то же самое с Сынри, чуть приподняв его. Увидев его возбуждённо стоящий член, Джиён облизнулся. Лидер не медлил, он обхватил его ствол рукой, поглаживая и чуть сжимая его в ладони, а сам стал осыпать поцелуями его тело. От прерывистого стона, у него задрожали руки. Внизу живота напряжение всё усиливалось и усиливалось, посылая по всему телу озноб наслаждения. Джиён вернулся к губам младшего, проведя по ним языком, он приоткрыл их, врываясь в его рот, словно ураган, и, встретившись с его языком, простонал. Быстро скатившись с парня, Джиён дотянулся до тумбочки рядом с кроватью и достал оттуда смазку. «Ну что ж, лубрикант с банановым вкусом, испробуем тебя!» Открыв тюбик, он обильно смазал два пальца и направил его к заднему проходу Сынри. Чуть раздвинув свободной рукой его задницу, чтобы растянуть дырочку, он приставил пальцы к анусу и вошёл на миллиметр. «Господи, как же это чудесно», – думал Сынри, наблюдая за выражением лица лидера, который уже вводил в него второй палец. Он поднял руки и провел по себе, чтоб хоть как-то уменьшить возбуждение. Джиён взглянул на него и, не отпуская руки, наклонился над ним. Он поцеловал его в губы, вытаскивая из макнэ стоны, и ещё глубже засаживал пальцы в него. С каждым движением голова Сынри откидывалась назад, он открывал рот и беззвучно стонал. Джи ловил каждый стон с его губ своими губами, подчиняя движению его рук. – Джи, пожалуйста! – молил макнэ, даже не зная, о чём он молит. Он лишь понимал, что может умереть от наслаждения, и хотел всё большего. Его чресла неосознанно стали подниматься вверх, чтобы получить ещё больше. Его дырочка сжималась вокруг его пальцев и отпускала. Джиён всё быстрее двигал рукой, понимая, что младший сейчас кончит. Но он не дал ему этого сделать. Он вытащил пальцы из него, отчего Сынри почувствовал щемящую пустоту внутри себя и чуть ли не закричал. – Нет! Джи, вставь обратно! Пожалуйста! Войди... – Джи остановил его мольбу поцелуем и почувствовал, как руки макнэ обняли его, притягивая всё ближе. Тихий всхлип заставил его поднять голову и взглянуть на любимого. Слеза скатилась по щеке макнэ, и Джи с нежностью слизнул её. Ему в голову пришла одна странная идея, которую он захотел воплотить в реальность, Только он не знал, как к этому отнесётся Сынри. Он сполз с него и лёг рядом на бок, затем нежно коснувшись лица парня спросил: – Сынри, ты мне доверяешь? Сынри любопытно взглянул на него. Ему было сейчас абсолютно на всё наплевать, только бы чувствовать его в себе. Конечно, он верил, если б не так, он бы здесь не находился. Посмотрев на Джиёна, он только кивнул и удивлённо поднялся, когда Джи вскочил с кровати и подошёл к своему гардеробу. Какого было его удивление, когда Джиён вытащил из шкафа длинный атласный шарф и направился обратно к кровати. Он привстал на колени и посмотрел на Джи, который остановился около кровати и оглянул его с ног до головы, удовлетворённо улыбаясь и забираясь на неё. Положив синюю ткань рядом с собой, он притянул макнэ к себе и, запустив руку ему в волосы, впился в его губы. Его язык дразнил, настаивал и медленно сводил Сынри с ума, его возбуждённый и твёрдый, как камень, член вжимался в его тело, жёстко и требовательно. Сынри притянул его ближе. Их органы соприкоснулись. Джи, уткнувшись головой в шею макнэ и прикусив её, начал вращать бёдрами и тёрся своей горячей плотью об его, пошло стоная. Он опустил руку на член Сынри и заметил, что головка сильно набухла, и он готов кончить в любую минуту. Он нежно провёл рукой до основания его члена и сжал ладонь. – Джи, ты чёртов сукин сын! – стонал он. Он не понимал, что говорит и говорит ли вообще. Всё, о чём он думал, так это то, что он горит, и нужно потушить огонь внутри него. Джиён рассмеялся, отпустив макнэ, взял нежный атлас в руки и накинул его на шею макнэ. Тот удивлённо посмотрел на него и понял, что хочет сделать лидер, убедившись в своих догадках, когда Джи второй раз обмотал шарф вокруг его горла, сжав два конца в каждой руке. – Это то, что ты задумал? – спросил макнэ. Скарфинг. Его сердце бешено застучало то ли от испуга, то ли от предвкушения удовольствия. Да, конечно, их маленький эксперимент чреват смертью, но Сынри не беспокоился на этот счёт. Он безоговорочно доверял ему. Это был первый его такой опыт, и он занервничал. – Да, – кивнул Джиён. – Не боишься? Сынри покачал головой. «Наверное, я действительно не боюсь». Он решил позволить Джи решать, когда ему дышать, а когда нет. – Джи, я люблю тебя. Нежность затопила лидера, и он поцеловал любимого в висок. Он каждой клеточкой чувствовал его реакцию. Он внимательно посмотрел на него, отметив про себя и нежную ласку в его карих глазах, и интенсивность, даже напряжённость его взгляда. Джи опустился на кровать и чуть раздвинул ноги. Сынри подполз к нему и, закинув ногу через него, оседлал его. Он потянулся к пульсирующей плоти лидера, сомкнул вокруг него пальцы и чуть приподнялся, чтобы направить его должным образом в свою узкую дырочку. Его рука затряслась, дыхание застряло в горле. Он чуть изменил угол его проникновения, чтобы хоть как-то уменьшить боль входа. Джиён продвинулся чуть глубже, раздвигая его влажную дырочку и заставляя Сынри выгнуться от удовольствия, и вошёл до основания. Остановившись на минуту, чтобы дать телу Сынри привыкнуть к ощущению полноты внутри себя, Джи провёл руками по его животу, а затем пальцы прошлись по соскам, оттягивая их назад и сжимая. В момент, когда макнэ глухо замычал, Джиён приказал: – Двигайся, малыш. Сам же взял концы шарфа в руки и чуть потянул на себя. Сынри стал медленно приподниматься и опускаться на твёрдом члене лидера. Джиён потянул за шарф, лишая макнэ возможности вдохнуть. Сынри откинул голову и вскрикнул от нехватки воздуха. Руки легли на плечи Джи, и он опустился вниз. На горло больше ничего не давило, и он простонал. Спазмы удовольствия тихо пробуждались внизу его живота, и он продолжил скачку. Не успел он подняться, как петля закрыла ему дыхательные пути, и он приоткрыл рот, чтобы вдохнуть, но у него не получилось. Рука дотронулась до синий ткани, с одной стороны пытаясь снять её с себя, а с другой – затянуть потуже. Джи, который двигался вместе с ним, всё глубже проникая в его нутро, задел простату и расслабил петлю. По телу Сынри прошёлся первый озноб наслаждения. В голове всё спуталось, и он глубоко вздохнул, сжимая внутренние мышцы, от чего почувствовал, как член внутри него сильно набух. Потом все медленные движения сменились более требовательными. Джиён затягивал шарф при каждом новом движении, и Сынри задыхался, обезумев от желания и агонии, которая пожирала его изнутри. Яростные толчки, и петля всё уже завязывается вокруг шеи, практически душа макнэ. Глаза закатились, и он дотянулся до горла, понимая, что, если его сейчас же не освободят, он просто умрет. Но он продолжал двигаться словно обезумевший. На миг шарф расслабляется и, когда макнэ хочет вдохнуть, снова затягивается. Минутная потеря сознания, и Джи, не выходя из него, отпускает концы атласа, опрокидывает его на спину, начав яростно вдалбливаться в тело младшего. Липкий и скользкий из-за внутренних соков член появляется и исчезает вновь. Сынри, застонав приходит в себя, и его мозг будто взрывается на миллионы мелких частиц. Оргазм накрывает его с такой силой, что он, не выдержав, начинает пронзительно кричать, сотрясаясь в диких конвульсиях. Джи круто выгибается в последнем порыве войти глубоко в любимого и с силой сжимает бёдра парня. Сынри будто подбросили в воздух, и он, зажав руками влажные от их пота и спермы простыни, поднял чресла. Руки Джи крепко обхватили его за зад, и, сделав последний толчок, он кончает в своего любимого. Сынри всё ещё трясет, и Джи страстным поцелуем ловит все его стоны. Он обессилено падает на Сынри и закрывает глаза. Тяжёлое дыхание, сумасшедшее биение двух сердец в унисон, слипшиеся потные тела – парни пытались выплыть из этого чувственного круговорота. Джиён, поцеловав Сынри в лоб, скатывается с него и ложится рядом. – Я люблю тебя. – Я люблю тебя. Два признания произнесённых одновременно заставляют их рассмеяться. Джи протягивает руку и гладит макнэ по щеке, нежно освобождая из сладких пут. – Джи, у меня два вопроса, – говорит он, приютясь у лидера на груди. Джиён рассмеялся и, опустив руку на спину и вырисовывая незамысловатые узоры на его спине, сказал: – Задавай. Он был счастлив. Сынри теперь рядом с ним, радостный, довольный и такой родной. Только несколько часов назад, он ни в чём не был уверен. Те фотографии его обескуражили, и он подумал, что Сынри больше не сможет довериться ему. Как же всё получилось, однако! – Во-первых, – начал мелкий, – что делает смазка в твоей тумбочке? – А во-вторых? При этих словах Сынри поднял голову и взглянул на Джиёна. – Сначала скажи, что во-первых! Ты был уверен, что я сдамся? – Нет, – пошутил Джи, – мне просто понравился запах этой штуки. Похоже, я превращаюсь в Сынхён-хёна. Сынри тихо рассмеялся. Наступило молчание. – Ну, а второе? – нетерпеливо спросил Джи. Сынри задумался, затем протянул руку назад и, нащупав гладкую ткань, протянул её, спрашивая: – Как? Нет, не так. Где ты научился этому? Теперь настало время смеяться Джи. – Ты точно уверен, что хочешь знать? Сынри строго посмотрел на него и затем, вздохнув, произнёс: – Абсолютно неинтересно. – Поцелуй меня, малыш. Макнэ уже хотел возразить на счет "малыша", но лидер не дал ему этого сделать, притянув к себе и поцеловав. – Ребята, вы здесь? Лёгкий стук в дверь, и Топ влетает в комнату. Следом входит Сэвэн и, уставившись на шокированные лица друзей, заключает: – По-моему, их здесь нет.