Пустые чувства

      Ветровая стена, защищающая их от вторженцев снаружи, была всё по-прежнему высока и непреодолима. Гриммджоу подошёл к Альте в ожидании протянутой руки, но пустая лишь прошла вперёд и осмотрела местность, для себя что-то прикидывая в уме. Разве они не собирались возвращаться в Лас Ночес?       — Есть ещё одна проблема, — пояснила Альта и снова повернулась к нему. — Возьми своё оружие.       Гриммджоу задавался целой кучей вопросов, но вместо разглагольствований молча вынул из ножен Пантеру.       — А теперь используй свою способность, с помощью которой можно перевернуть всё с ног на голову.       Гриммджоу не понимал, о чём она. Но мог догадываться. Он убрал Пантеру и использовал серо. Облако раскалённого песка взмывало вверх и стремительно росло, набирая скорость и направляясь к самой дальней стене бури. Ревущее неистовство стихии и поглотило атаку Гриммджоу, когда тот почувствовал цепкую хватку на руке, а на уши ударила привычная тяжесть сонидо.       Альта остановилась не у стен Лас Ночес и даже не в окрестностях. Но это место Гриммджоу прекрасно знал: Лес Меносов. Место единственное в своём роде. И оно было прямо под его ногами. Альта и Гриммджоу стояли у края провала, что был одним из многих входов в эту скрытую от глаз область. По ощущениям Сексты, они сделали не так много шагов, а, значит, находились ближе к пещере, чем Лас Ночес, гораздо ближе.       — Эта способность не так масштабна по разрушениям, как я думала, — рассудила Альта, и причём не выглядела такой уж разочарованной. — Но вещь полезная.       Вернулась её страшная кривая ухмылка, которую так не выносил Гриммджоу. Но какова Альта? Та, из его прошлого, или нынешняя? А она менялась когда-нибудь?       Важным был сейчас другой вопрос.       — Это серо, Альта, — произнёс Гриммджоу неуверенным тоном.       Она повернулась к нему.       — Что?       — Серо, — повторил он.       Гриммджоу внимательно пригляделся к ней. Застывшее в притворной непроницаемости лицо теперь не выглядело так уж убедительно. Теперь он смотрел прямо в глаза Альте, и они были уж слишком широкими от непонимания.       — Да… — ответила она наконец. — Из-за него нам пришлось уйти, потому что буря могла поменять движение в любой момент. Если так, сомневаюсь, что мы сможет вернуться туда.       Но Гриммджоу не повёлся на смену темы обсуждения: он был уверен, что никак не повлиял на природный катаклизм. Этого было бы мало.       — Ты не знаешь, как это называется?       — А зачем мне знать какое-то название? — вполне резонно парировала она. — Разве это настолько важно?       И он признал, что есть правда в словах Альты. Главное знать результат. Но что-то осталось, чего он объяснить не мог, какая-то фальшь, подозрительность. Гриммджоу лишь отмахнулся от этих мысли, потому что не считал нужным рыться в делах Альты. Всё, что ему нужно, она никогда не скроет.       — Ты заметил техническую проблему в использовании?       Он не припомнил никаких сложностей в создании серо, выпуске и контроле. Всё вышло как обычно, как он и рассчитывал.       — Тогда повторим. Доставай ресуррексион.       Гриммджоу послушно следовал указанию Альты. Она также достала своё оружие и тут же бросилась вперёд с заведённой для удара рукой.       — Используй! — скомандовала, готовясь нанести удар.       Но Гриммджоу был растерян. Он поставил блок и отразил нападение, но серо так и не смог использовать. Для этого нужно было прятать Пантеру в ножны, на что совершенно не было времени.       — Блядь, — выругался он.       Альта отступила от него и спрятала оружие. Теперь он понимал всю сложность ситуации.       — Тогда нужно научиться быстро создавать дистанцию между мной и противником, чтобы выиграть время.       — Нет, — возразила она. — Ты не будешь рисковать и ждать удобного момента.       Альта подошла вплотную к Гриммджоу, вытянула его руку, предварительно выхватив зампакто, и сложила в своеобразном жесте пальцы кисти, выпрямив средний и указательный.       — Я внимательно следила за тем, как ты выполняешь технику. Правильно?       Она просила оценить её уровень освоения. И был он как раз под стать Гриммджоу.       — Но мне проще иначе концентрировать реяцу. Этот вариант для быстрой атаки, которая выходит заметно слабее.       Он показал другой жест с раскрытой ладонью.       — Нам хватит и точного серо, хоть и в ущерб мощности.       Она снова сама сложила его пальцы, как нужно было, и обратила внимание на то, что таким образом оставались незадействованные пальцы. Которым Альта тут же нашла применение, вложив в них Пантеру.       — Сможешь? — спросила она его.       Гриммджоу не так сразу приноровился к новой методике, но точно мог сказать, что после некоторой практики особых проблем возникнуть не должно было.       — Давай попробуем, — предложила Альта.       И Гриммджоу с воодушевлением согласился.

***

      — Гриммджоу Джагерджак, — раздался из-за спины противный голос Люппи. — Айзен-сама проявил невиданную щедрость. Он приглашает тебя, чтобы приветствовать нового брата.       Гриммджоу сощурился. Приветствие новоиспечённых арранкаров стало делом закрытым, куда приглашали только Эспаду. Без их фрассьонов. Без арранкаров Нумерос и членов Приварон Эспады. А он бывший Секста, чьё исключение из списка элиты стало для всех делом о недееспособности из-за потери руки во время атаки на какого-то капитана какого-то отряда Готея 13. Айзен не мог допустить распространения мысли о том, что кто-то проявил инициативу и додумался до неподчинения. Потому Гриммджоу из мятежников превратился в отставного Эспаду-калеку, не сумевшего выполнить данную ему миссию. Айзен Соуске — забавная личность.       — Это огромный шанс для тебя, — продолжал Люппи, не скрывая злорадной физиономии. — В зависимости от того, как ты… проявишь себя, тебя, возможно, не выкинут в Гнездо Трес Цифрас к таким же, как ты, бывшим Эспада. Ты ведь до сих пор живёшь в своём логове как полноценный арранкар Лас Ночес, да?       Люппи хмыкнул. А Гриммджоу остался равнодушен. Всё это Альта предполагала. Как то, что Айзен даст ему второй шанс если не для того, чтобы что-то проверить, то хотя бы чтобы вдоволь навеселиться издевательствами. Так и то, что Люппи станет провоцировать его, а потом обвинить в произошедших накануне убийствах, ведь это его подчинённые учинили беспредел. Сам же мелкий засранец стал бы не просто свидетелем, а ещё одной жертвой, которая превзошла предыдущих и смогла ликвидировать страшную угрозу для Лас Ночес. Предвидя это всё, Альта и научила его самоконтролю.       Она сказала, что Гриммджоу готов.

***

      Они лежали на песке и говорили. Это было то единственное, чем Альта и Гриммджоу любили заниматься во время передышек. Полипы медленно покачивали щупальцами, наверное, улавливали какую-нибудь опасность, которой всё ещё не было. Их логово не тронула буря, как и предполагал Гриммджоу, но далеко не с первой попытки Альта смогла вновь найти проход через ветровую преграду. А сейчас она рассказывала ему то, что, по её мнению, собирается предпринять Айзен, и как это повлияет на других. В свою очередь Гриммджоу говорил, что будет делать он в таких случаях.       — В этот раз меня там не будет, — сказала она недовольно. — Поэтому запомни каждое слово, сказанное на собрании, с точностью. Только тогда мы сможем найти выход из ситуации, какой бы она ни была.       Но Гриммджоу странно смотрел на Альту, словно его что-то тревожило. И под её взглядом он высказал свои опасения.       — Ты действительно веришь, что я справлюсь?       Она просто улыбнулась.       — Конечно. Теперь ты выдержишь.       Он повернулся на спину и стал высматривать на потолке голубовато-зелёные узоры из анемонов, подложив руку под голову.       — Не выполнил задание и в сражении потерял руку и всю фракцию, — произнёс тихо Гриммджоу и досадно хмыкнул.       Альта слышала и понимала, что происходит. Потому ничего не говорила. А он резко сел и сказал куда-то вперёд, вглубь пещеры:       — Я рассчитываю на тебя, Альта. Ты ведь знаешь это?       Она протянула руку и коснулась кончиками пальцев шрама на месте когда-то цифры шесть.       — Твоё желание — моя забота, моя обязанность, мои мысли.       Гриммджоу находил в этом жесте что-то исцеляющее, хотя и знал, что шрам не исчезнет от касаний. Он вообще никогда не исчезнет. Как и рука не вернётся, ни его, ни Альты. Но они найдут то, что заменит им потерянное. Ведь друг друга они нашли.       — Что насчёт твоего подарка? — спросил Гриммджоу, выгибаясь под мягким движением пальцев.       Альта ухмыльнулась.       — Я ведь сказала, что у меня всё будет готово.       Гриммджоу повернулся и навис над ней, упираясь рукой со стороны тонкого плеча, с поистине человеческим воодушевлением и мольбой в глазах отправиться прямо сейчас. Альта рассмеялась. А Гриммджоу нетерпеливо забросил её себе на плечо и потащил к выходу. И поначалу Альта позволяла такое отношение к себе, но уже на полпути опомнилась и от души пнула Гриммджоу с требованием вернуть на землю. Но опасаться было нечего: она тут же поправила одежду и с улыбкой и таким же нетерпением схватила его за руку и понесла прочь из логова.       Стоило прибыть к месту назначения, как Альта и Гриммджоу оказались окружены кучей голодных пустых, не осознающих, на что идут ради утоления желания. Альта предоставила Гриммджоу возможность размяться и проверить, насколько эффективны её последние старания. И он разошёлся не на шутку. Эта разминка была ему нужна.       Гриммджоу поставил себе задачу: не дать и одному пустому приблизиться к ней и заставить вмешаться. Троих ближайших он сразу уничтожил даже без ресуррексиона и приступил к двум, что попались ему на глаза. Раздавив ногой маску одного пустого, что с криком повалился наземь вместе с ним, Гриммджоу плавно приземлился и беглым взглядом подсчитал количество противников. По меньшей мере, двадцать. Довольная ухмылка сама возникла на лице. Это лучшее из всех состояний в его жизни: упоение от битвы, что заставляет действовать более изощрённо, чем обычного. Хотелось смеяться.       — Ну и что это за низкосортное дерьмо? — раздалось слева от Альты.       Она повернулась и поприветствовала Артуро.       — Всего лишь первый взнос. Ты же не думал, что я так сразу принесу тебе целую кучу арранкаров?       — В тот раз они вполне охотно бежали за тобой целой толпой.       Артуро протянул руку навстречу светящимся огням душ, и за его спиной на мгновение раскрылись крылья.       — Планы большого босса изменились.       — Это как его хобби. Потому Айзена не сразу разоблачают. Вот и ты повелась, потому что думала, что ему тоже интересно, как и тебе, кто ты такая. А тот вскоре охладел, когда понял, что использовать тебя особо негде. До тех пор, пока ты не проявишь себя.       Он многозначительно посмотрел на неё. Но Альта только фыркнула. Тогда Артуро обратил внимание на творящееся за её спиной.       — На тебя летит здоровый пустой с уже разинутой пастью, — прокомментировал он равнодушным тоном. — И если ты сейчас обернёшься, то успеешь атаковать первой.       — Даже не подумаю, — лукаво отозвалась она.       И пустой отлетел далеко в сторону под ударом ноги Гриммджоу, а Артуро коротким движением забрал новую душу.       — Интересный парень, — не совсем честно оценил Артуро. — Ты всех своих сторонников заставляешь голодать?       — Всё ради таких моментов.       Альта наблюдала за смеющимся от души Гриммджоу и не могла налюбоваться. Но это ещё не весь её подарок.       — Следующее ему понравится ещё больше. Как и тебе, Артуро.       — А его съесть позволишь? — спросил он и кивнул в сторону бывшего Сексты. — Он один стоит тридцати душ.       — Только после меня, — категорично заявила Альта.       — Какая ты хитрая. Знаешь ведь, что не могу.       — Не стоило в этом признаваться. Ты мог бы запудрить мне мозги и использовать.       — Предпочитаю съедать и не волноваться лишний раз, правильно ли ты уяснила то, что я тебе сказал, — признался Артуро, на что Альта кивнула, признавая, что в этом что-то есть. — Думаю, финальный босс подоспел.       Он кивнут в сторону адьюкаса, перекрикивающего других. Тот спрыгнул прямо к ним с края высокого плато, что являлось его собственностью уже давно. А к рогу на его маске была привязана тёмно-синяя материя, извивающаяся в тон ветру и резким скачкообразным движениям пустого.       Гриммджоу заметил новоявленного противника лишь когда разобрался с последней мелочью, не удосужившейся спасти собственные жизни. И сразу же атаковал, но нога наткнулась на иерро, а его самого всем телом отбросило значительно назад. Тогда Гриммджоу понял, что без Пантеры на сей раз точно не справиться. И немедля начал атаки ресуррексионом, который тоже отскакивал от шкуры адьюкаса как от камня.       — Что он кричит? — спросил Артуро.       — Что-то про непозволительность ситуации и наши судьбы, как только уложит на лопатки.       — Нет, что кричит твой протеже?       Альта с удовлетворением перевела взгляд на недоумевающего Гриммджоу, что с новыми силами бросался на противника, но каждый раз ресуррексион проходился по шкуре пустого, защищённой чудовищным иерро. Несмотря ни на что Гриммджоу не сдавался и выглядел весьма удовлетворённым сложностями, которые думал преодолеть, чтобы превзойти самого себя.       — Он рад представившейся возможности повыделываться.       Но с таким темпом битвы Гриммджоу ставил себя в проигрышное положение. Он уже начал уставать, а его противник толком даже и не двигался, самоуверенный, как скала. Гриммджоу выругался. Он снова бросился на адьюкаса, ловко увернулся от атаки когтистых лапищ и шипованного хвоста, удар которым арранкар на себе уже испытал, и рубанул по маске, ту же отступая назад, потому что знал: сейчас же последует ответ лапами. Тогда-то Гриммджоу и использовал серо.       Вспышка лишила всех обзора, и никто не мог судить о результате предпринятой комбинации техник. Затем адьюкаса скрывало облако пыли и песка, но ветром завесу угнало в сторону. От увиденного Гриммджоу оторопел. От мощного серо в напоминание остался лишь след сажи на абсолютно целой и ни капли не задетой шкуре пустого. Это уже походило на сумасшествие. Такое прочное иерро — это уже уровень Эспады, а не жалкого пустого из Леса Меносов.       Тут он отчётливо услышал голос Альты и воспрял духом — наверное, именно этого он и ждал.       — Это твоё серо хоть и не причинило видимого урона, но малость оглушило засранца.       — Его защита непробиваема, — раздался голос кого-то, кто был Гриммджоу не знаком, и кого он с немалым удивлением только заметил. — Но эта мелочь не готова принимать тяжёлые атаки.       — Кто…       — Вымотай противника, — тоном, не терпящим возражений, сказала Альта, внедряясь в сознание и лишая всяческого желания разбираться с чем-либо кроме оппонента.       Гриммджоу оскалился в предвкушении. Череду атак по слабым местам маски ошалелого адьюкаса он порой заменял на серо. И так он без остановки лупил по пустому, не причинив особого вреда, пока не надоело. Он решил закончить всё одним ударом.       Быстрым резким движением он подкинул Пантеру чуть выше и схватился за острое лезвие, сжимая со всей силы. И, как только кровь тёплым потоком хлынула по руке к локтю, он отпустил свой ресуррексион и направил поток реяцу в ладонь, смешивая два необходимых для следующей атаки компонента.       — А вот это уже проблема.       Артуро понял, что намеревался сделать Гриммджоу, но времени на какие-либо действия уже не оставалось. Он схватил Альту за руку и притянул к себе, за спиной тут же засияли его духовные крылья.       — ГРАН РЭЙ СЕРО! — крикнул Гриммджоу.       И после мгновения безмолвной тишины перед глазами пронеслась яркая вспышка голубого цвета, а уши Альты заглушило сумасшедшим грохотом. Но больше она ничего не почувствовала. Удар Гриммджоу сотворил настоящий хаос: пыль стояла плотным туманом, а ветер, как назло, затих, их с Артуро ноги были засыпаны чуть ли не по самые колени, и пытаться выбраться они не рисковали из-за никакущей видимости. Но стоило Артуро взмахнуть рукой — и пыль с большего рассеялась, а песок, сковывающий ноги, отмело в сторону, так что просто вытащить их не составило никакого труда.       Альта чувствовала на себе взгляд Гриммджоу. Он был виноватым, обеспокоенным и полным облегчения. На секунду Гриммджоу забыл, что есть кто-то помимо врага, но Альта не Альта, если позволит остановить Гриммджоу из-за себя. О собственной безопасности она вполне готова позаботиться сама. Оставался ещё один вопрос.       — А ты кто такой? — спросил Гриммджоу, не церемонясь, когда приблизился к ним с Артуро.       — Ты мне грубить вздумал? — леденящим душу голосом ответил арранкар.       Сияющие крылья стали плотнее и ярче, и по сравнению с ними окружающий мир словно окутало тьмой. Это был невозможный поток подавляющей реяцу, и Гриммджоу видел это. Но его ничто и никогда не останавливало.       — Да, таков мой протеже, — хвастливо поведала Альта, чем и остановила их обоих. — Разве он не прелесть?       Артуро полностью вернулся в изначальную форму арранкара, устало вздохнул и перевёл на неё взгляд.       — Смотрю, тебя немало развлекает вся ситуация. Напомнить, что ты недавно чуть дух не испустила? Всё по-прежнему прелестно?       Альта фыркнула, а Гриммджоу, который никогда ничего не слышал о таком от неё, смотрел удивлёнными глазами то на одного, то на другую.       — Так что хватит заниматься воспитанием и переходи к делу.       Альта закатила глаза и с противной, хоть и миловидной улыбкой представила арранкаров друг другу.       — Гриммджоу Джагерджак, как ты уже знаешь, мой любимейший протеже.       И, не дожидаясь никакой реакции, Альта отвернулась от Артуро.       — Гриммджоу, это мой…       Тут она всерьёз задумалась. Как представить Артуро? Инвестор? Опекун? Случайный прохожий и волонтёр?       — Это мой брат, — сказала-таки она. — Так ведь, Артуро?       — Брат? — переспросил Гриммджоу.       Артуро тоже всерьёз задумался.       — Да, — закивал он. — Думаю, это больше всего охарактеризует меня. Я Артуро Платеадо, брат Альты.       Гриммджоу нутром чуял недосказанность, но решил не заморачиваться и подождать, пока Альта сама ему всё расскажет. Вместо дальнейших отступлений он перешёл сразу к делу.       — Этот валяется в отключке и очнётся ещё нескоро. А ещё ему одну лапу размозжило и хвост оторвало.       Он показал за спину большим пальцем. Альта удовлетворённо кивнула ему и пропустила Артуро. Тот осмотрел пустого, что-то прикинул в уме и отступил на шаг.       — Хорошо. Идёт. Десяток душ в нём точно скопилось, и я могу считать это отличным взносом.       Артуро поглотил всю реяцу пустого до капли, и тот обмяк и рухнул, постепенно осыпаясь и превращаясь в песок. Осталась лишь синяя материя. Артуро, взяв её, с любопытством рассмотрел, а после вплотную подошёл к Гриммджоу и с серьёзным лицом всунул прямо в руку.       — Не оплошай, Гриммджоу Джагерджак.       Тот без слов принял ткань и подошёл к Альте, чтобы отдать.       — Это тебе подарок от Артуро, — весело пояснила она. — В чём заключается, ты уже понял, да?       — Чего?       От непонимания ситуации Гриммджоу забыл о тренировках в пещере и по старой привычке плюнул на самоконтроль, выражаясь в лице всеми возможными способами. И Альта не преминула его осечь: если он хотел справиться со встречей лицом к лицу с Айзеном и Люппи, он должен быть готов ко всему угодно, даже к тому, о чём сам Гриммджоу никогда бы не подумал. И арранкар вернул себе спокойствие.       — А ведь я помню тебя, — внезапно обратился к Артуро. — Тогда, у Айзена…       Артуро то ли притворно, то ли всерьёз — кто его знает — задумался в попытках понять, о чём он, Гриммджоу, говорит. А вот Альта всерьёз воодушевилась.       — Как всё неспроста, оказывается.       — А, — протянул Артуро. — Тебя самого с твоим, признайся, вызывающим видом я не помню, что странно. Или нет, учитывая, в каком бешенстве я тогда был. Но вот почему твоя реяцу кажется такой знакомой.       — Значит, — встряла Альта, — Гриммджоу застал тебя уже после предательства Айзена.       — Предательства? — аккуратно уточнил сам Гриммджоу.       — Да, он часто так делает, — без малейших колебаний ответил Артуро. — Обещает что угодно: силу, признание, власть… Возможности. Но это слова, не более, причём это слова, подобранные так верно, в нужное время и нужному собеседнику, что ты не имеешь права отказать. И если Альта, как собственно и ты, Гриммджоу, расплатились только за то, что вовремя остановились, то я же…       — Артуро дошёл до самого конца. И в итоге стал всего лишь отвлекающим манёвром. Первый арранкар, ставший таковым лишь благодаря собственным силам, а не камням каким-то, должен был погибнуть, чтобы Айзен потянул время, собрал побольше своих экспериментальных зверушек, натренировал их и выпустил в мир людей.       Гриммджоу хмыкнул. Цинизм прекрасно описывал ситуацию, в которой они все оказались.       — Но нам нужно знать его мотивы, — подвёл к сути дела Артуро.       — Что мне нужно сделать на собрании?       Вопрос Гриммджоу звучал как добровольный вызов на важное для всех дело. Альта и Артуро как-то одинаково улыбнулись. Чем они нравились Гриммджоу, так это своей открытостью и прозрачностью. Ни вранья о происходящем или же мнении о нём, ни лукавства, ни пустозвонства, только самая скверная правда о том, что они собираются использовать его для достижения целей, сказанная самыми прямыми словами.       Именно поэтому Гриммджоу смог предложить что-то самостоятельно.       — Признаться, я об этом не так думала.       Альта почти смеялась и смотрела на Гриммджоу с неподдельным интересом. Наконец-то её взгляд был направлен прямо на него. Теперь Гриммджоу должен сам показать, к чему приведёт его выбор.       — Это было бы неплохо, если бы мы смогли выведать что-то с твоей помощью. Попробовать можно.       — Но не забывай, — внезапно пронзительным голосом сказала Альта. — Сейчас прежде всего нужно спасти тебя.       — Айзен даёт тебе шанс облажаться по полной. Разочаруй его. Это будет незабываемым зрелищем.       Гриммджоу не знал, что ему думать. Единственное, в чём Альта не признаётся, так это почему выбор пал именно на него, несдержанного бывшего Сексту, потерявшего всех своих сторонников. Почему не Койот Старк? Да, Примера был неимоверно благодарен своему спасителю, но Альта была членом Стаи, была намного ближе. Именно из-за неё Старку пришлось встать против решения Айзена. Гриммджоу не сомневался, что при умении Альты излагать правду чётко и прямо она смогла бы переубедить Примеру. А что сама Альта? Едва ли она сможет пойти против Койота Старка.       Вместо того, чтобы идти на поводу своих желаний, в которых он не сомневался, Альта Мадригаль сейчас тратит все силы на то, чтобы спасти Гриммджоу жизнь. Что ему было думать об этом? Он просто принимал всё с благодарностью, которую не знал, как выразить.       — Я сделаю всё, что скажете, — заверил обоих Гриммджоу.       — Значит, не делай ничего.       Гриммджоу удивлённо посмотрел на Альту.       — Ха?       — Она права. Просто смотри, молчи, постарайся запомнить всё происходящее, заметить скрытое, услышать несказанное. И подумай, что тебе нужно будет делать потом. Но на собрании молчи.       — И ты знаешь, что ты с этим справишься. Что бы ни произошло и зачем бы тебя ни позвали, теперь ты знаешь, что готов.       Так ли это? Гриммджоу смотрел на Альту в поисках доказательств, но она была так спокойна, так уверенна. И он решил, что большего ему и не надо.

***

      Никак не сопротивляясь, Гриммджоу позволил ухватить себя за воротник и прижать спиной к стене.       — Зачем она тебе? — спрашивал Койот Старк, злостно шипя ему прямо в лицо.       Гриммджоу направлялся в зал, где должна была пройти эта «приветственная вечеринка» Айзена и Эспады. И по пути они с Примерой пересеклись. Так всё привело к сложившейся ныне ситуации.       — Захотел пойти на дно — так топись сам. Не увлекай за собой Альту. Она вела себя тихо и не высовывалась из своей комнаты. До тех пор, пока не стало известно об этом собрании.       Гриммджоу недоумевал: как она могла быть всё это время в Лас Ночес, когда Гриммджоу думал, что не то чтобы большую часть времени… Он был уверен, что Альта не покидала пещеру. Но сейчас было не время предаваться рассуждениям. Он потом всё узнает. Гриммджоу просто спросил у Койота:       — Почему ты мне это всё говоришь, а не ей?       — Да потому что она не говорит ни с кем! Ни со мной, ни с Лилинетт. Просто сидит с закрытыми глазами.       Старк выглядел дико выведенным из себя. Он весь трясся от едва сдерживаемой ярости. Но в глазах Гриммджоу видел лишь отчаяние. Больше ничего Койоту не оставалось, кроме злости и надежды, что хотя бы он, Гриммджоу, сможет на неё повлиять. Койот постарался вернуться к сути дела.       — Знаешь, зачем тебя позвали на это собрание? Думаешь, что Айзен сожалеет о том, что ты был лишён звания Сексты? Нет.       Старк, успокоив свои эмоции, отпустил Гриммджоу, чтобы поговорить чётко и основательно. И сам Гриммджоу воздал должное: Примера держался достойно своему званию, даже если взять в учёт эту его небольшую слабость. Наверняка никто не посмеет так легко ей воспользоваться просто хотя бы потому, что это Примера Эспада.       — Я знаю, — честно признался Гриммджоу. — Они сделают вид, что готовы дать мне шанс. А я должен повестись.       Койот понял то, о чём тот пытался сказать между строк.       — У вас есть план, — тихим голосом заключил он.       Гриммджоу не ответил. Это бы означало «да». Койот нервным движением взъерошил волосы на своей голове и принялся усердно взвешивать все «за» и «против».       — Ладно. Даже если у вас получится справиться с этой ситуацией, вы же не думаете, что сможете дойти до конца? Чего вообще вы хотите добиться?       Гриммджоу слегка улыбнулся.       — Всего лишь вернуть то, чего лишились.       Койот отступил с дальнейшими вопросами с большим облегчением. Но ещё Гриммджоу увидел, как тот помрачнел: кое-что у Альты он забрал собственными руками. Тогда бывший Секста и решил во чтобы то ни стало добиться того, чтобы они с Альтой поговорили.       К залу они пошли наравне друг с другом. И Гриммджоу никак не мог отделаться от мысли, что стоило бы всё рассказать Койоту и при возможности задействовать. Но Старк и Лилинетт — стая Альты. Потому ей решать.       — Ой, Гриммджоу! — окликнули его сзади.       Но вместо приветственных жестов он дождался удара громадиной серповидной формы. Гриммджоу, натасканный хитроумной и самой непредсказуемой пустой из всех ему встречавшихся, среагировал вовремя и рукой перехватил удар.       — Засранец, когда это ты стал таким самоуверенным, что даже ресуррексион не достаёшь?       Гриммджоу смотрел на Нойтору и понимал, что ему становится смешно. Но в лице не изменился. Он понимал, что поводов веселиться нет. Потом. Всё потом.       Давление оружия Нойторы на руку Гриммджоу усиливалось, и она постепенно то поддавалась, то рывком отбрасывала его обратно, но с некоторым удивлением можно было прочувствовать, что сама рука была абсолютно невредима. Причём заметил это не один Гриммджоу.       — Чего? — противно заголосил Нойтора.       Он осмотрел с головы до ног противника, что никак не поддавался на провокацию, и заметил кое-что необычное.       — Это ты что на пузо примотал? Решил-таки, как и все, скрыть свою дырень?       Нойтора иронично и в своей манере хмыкнул. Но всё, что получил в ответ, это взгляд, полный разочарования, словно Квинта внезапно оказался тем, кто позорит их всех. А ведь Гриммджоу и правда стал стыдиться того, что мог считать Нойтору противником. И арранкара это зацепило. Терпеть такие взгляды он никогда не намеревался. Он совершенно не отдавал себе отчёт в том, что намерения устроить сечу ему не простят.       — Квинта, — мерно произнёс Койот как бы в приветствии.       Теперь Гриммджоу понял, от кого, скорее всего, Альта научилась останавливать теряющих самообладание арранкаров одним словом.       Нойтора нервно дёрнул уголком рта и сложил оружие, строя самые невинные виды и списывая всё на шутки. А сам про себя думал и не мог не дивиться: обзавестись доверительными отношениями с Примерой почти невозможно. Койот Старк не пускал никого в своё окружение, и пока что исключением были лишь Лилинетт и Альта. Как этого смог добиться какой-то Гриммджоу Джагерджак? Причём почти сразу после лишения своего места в Эспаде. Такое обстоятельство не делало чести Люппи — это значило, что Примера его не одобрил       Люппи тоже был здесь в этот момент, когда Нойтора пытался вывести Гриммджоу из себя. И он тоже видел то, что произошло после. Самое разумное, что он посчитал нужным сделать: вжаться в угол и с дрожащими от уязвлённой гордости губами ждать, пока Примера не пригласит Гриммджоу пройти в зал, и те не скроются в темноте, очерченной белым мрамором.       Собрание проходило как всегда неспешно, нудно и, как Айзен любит, весьма помпезно. Много высокопарных фраз, произнесённых загрудинным голосом, что нещадно разрезали тишину. Гриммджоу устроился на самом высоком постаменте — так, он полагал, можно увидеть больше, а обострившийся за последнее время слух как раз способствовал такой возможности. Пока в зал вносили камень Хоугиоку, он беглым взглядом окинул всех присутствующих. Странно, собрание началось уже как добротное время назад, а двоих эспадовцев здесь нет. Где пропадали Улькиорра и Ямми?       Но сейчас думать об этом значило отвлекаться. Чего Гриммджоу не мог себе позволить. Нужно было смотреть и запоминать.       Новено с потерянным видом осматривал всё вокруг, наверняка не знал, чем себя занять. Нойтора же даже вида не скрывал, что ему скучно: он то зевал, то разминал затекающие плечи, то переминался с ноги на ногу. Койот, хоть и держался важно и с виду мог показаться сосредоточенным, на самом деле ещё ни разу не сменил объекта своего пристального внимания: некоей точки в полу, которую заприметил бы только он сам. Эти трое расположились само близко к Айзену и замурованному арранкару. Остальные стояли в тени и занимались кто чем: Октава не отрывал взгляда от своих бумаг, Септима, убеждённый, что тени надёжно скрыли его, осмелился заснуть, и теперь единственное движение, которое он совершал, так это периодически ронял голову и снова возвращал на прежнее место. Его Величество Секунда расположился на постаменте слева, но намного ближе к Айзену: видно, старость Бараггана сказывалась, и тот уже сомневался в своей способности слышать всё. И если бы Гриммджоу не был так близко к нему, то наверняка бы тоже подумал, что старик спит и даже позволяет себе сопеть. Вместо свиты Короля рядом с Барагганом сидел Люппи, с довольным видом болтая ногами в воздухе. Наверняка излишне смелый сучёныш выражал протест Примере. Ну, а Трес вальяжно расположилась на последнем постаменте. Она единственная была сосредоточена и ждала рождения нового арранкара.       В руках прошедшего в центр зала Айзена был круглый маленький камешек в прозрачном корпусе — как думал Гриммджоу, защитном. Но воспользоваться силой этой штуковины не позволили.       — Это Улькиорра. Разрешите войти.       Двери со скрипом открылись. В зал вошли последние из Эспады: Четвёртый и Десятый.       — Ах, — воскликнул Айзен и улыбнулся им, как долгожданным гостям, — вы всё-таки пришли.       Отказаться они не могли. А значит, у них были причины не приходить, причём одобренные самим лидером. Гриммджоу мысленно одёрнул себя от раздумий и снова стал наблюдать.       — А мы тут как раз собирались заканчивать.       Теперь Айзен снова был увлечён лишь скрюченной фигурой пустого, которого собирался перевоплотить.       — И какова на данный момент сила Хоугиоку?       — Пять процентов от возможного. Впрочем, как я и ожидал.       Интересно.       — Прежний владелец, что сразу запечатал камень и ни разу не касался его, не мог понять, на что тот способен. Урахара не имеет ни малейшего понятия об уровне Хоугиоку.       Айзен говорил очень самодовольно.       — Однако же теперь я наверняка знаю: если «спящий» Хоугиоку распечатать и позволить ему вступить в реакцию с высокой призрачной плотностью, превосходящей даже капитанов, то на миг он может высвободить всю свою мощь.       Поначалу Гриммджоу не понимал, о чём так увлечённо толкует Айзен. Но когда тот продемонстрировал всё сказанное на деле, всё стало на свои места: распечатанный камень, прикосновение Айзена к нему, мгновение затишья — и панцирь новорождённого пустого разбивается в дребезги, отлетая назад, а Койоту даже пришлось уворачиваться. Но, к слову, сам пустой — уже арранкар — не почувствовал ровным счётом ничего, кроме ослепления ярким белым светом и слабости, сменяющейся невероятным приливом сил. Каждый арранкар, созданный Айзеном, испытал подобное.       — Как тебя зовут, новый брат?       — Вандервайс… Вандервайс Марджела… — произнёс арранкар монотонным голосом.       Маленький и несуразный на тоненьких дрожащих конечностях, он словно и вовсе не был способен понять, что здесь происходит и что нужно делать. Айзен улыбался. В то время как все эспадовцы скептически осматривали недоразумение и не могли избавиться от одной мысли: неудача.       Гриммджоу снова выбросил из головы лишние рассуждения и сосредоточился на происходящем. Среди всех находящихся в зале единственными невозмутимыми были сам Айзен, наслаждающийся вызванным ажиотажем в мыслях своих подчинённых, и Улькиорра. Причём Квадро в хладнокровии превзошёл даже своего господина. Айзен это видел.       — Улькиорра, — позвал он его благосклонно.       Тот поднял взгляд.       — Ты помнишь то, о чём мы говорили недавно?       — Да.       — Я даю тебе картбланш. Приведи мне эту девочку. Иноуэ Орихиме.       — Как прикажете.       Гриммджоу не понимал, о чём речь, хотя другие наоборот выглядели ни капли не удивлёнными и спокойно пропускали информацию через себя. Именно сейчас был тот момент, когда бывшего Сексту можно было застать врасплох. И Айзен им воспользовался.       — Почему бы тебе не присоединиться к ним, Гриммджоу?       Он не знал, что делать. В голове кричали слова Альты: «Молчи и ничего не говори». Но разве могли они предположить, что Гриммджоу сразу же, немедля пошлют с миссией? Он пытался представить, что на его месте сделала бы Альта. Наверняка деловитым тоном ознакомилась бы со всеми тонкостями предстоящей работы. И Гриммджоу смог бы так же. Но до сих пор молчал. Что-то гложило и твердило, что такое активное участие ему не удастся с такой же лёгкостью, как Альте. Гриммджоу не был уверен, что не будет выглядеть слишком самовольно и нагло. На его месте следует молчать и со всем соглашаться. А Гриммджоу не понимал, с чем именно: возможность ли это или западня. Тогда он решил рискнуть и в случае чего не втягивать никого в это. Гриммджоу согласился. Сухо, кратко.       — Айзен-сама, я не вижу ещё одного участника, — внезапно заявил Улькиорра.       Гриммджоу вздрогнул. Он был почти уверен, что знал, о ком говорят. И этот кто-то сейчас далеко за пределами Лас Ночес.       Айзен обернулся, не сразу осознавая, о чём говорит Квадро, но быстро догадался.       — Думаю, — протянул он с улыбкой, — она ждёт за дверями разрешения для себя войти в зал. Не будем забывать, что она всего лишь фрассьон.       Гриммджоу сжал зубы, но старался соблюдать равнодушие. Ей даже никто не мог сообщить. Но даже если есть у неё осведомители, она едва ли успеет в Лас Ночес так скоро. Улькиорра распоряжается открыть двери, и Гриммджоу так и хотел подскочить, придумать что-нибудь на ходу, оправдать или отвлечь внимание и потянуть время. Но всё так же сидел, потому что ничего в голову так и не пришло, а подскакивать без причины себе дороже: слова Альты глухо стучали в голове и останавливали его от любых действий.       Двери снова заскрипели, и в зал ровной уверенной походкой вошла не кто иная, как Альта. Гриммджоу не смог сдержать выдох облегчения, лишь приглушить его. Альта сделала несколько шагов вперёд и остановилась, не отходя далеко от проходной части перед дверями без соответствующего на то разрешения, что было бы непозволительно для фрассьона. Конечно, Айзен и не ждал, что тут она проколется. А вот губы Койота слегка дрогнули, что заметил Люппи. Но тот никак не отреагировал. Неужели то, что собирался сделать сейчас Айзен, было намного интереснее? Гриммджоу тоже посмотрел на Альту и только сейчас задался вопросом: как она умудрилась здесь появиться? Это было невозможно.       Альта как будто почувствовала, что он забил свою голову размышлениями и мельком бросила взгляд прямо на Гриммджоу, хотя тот и был скрыт тенями. Но даже такое быстрое движение подействовало как нужно: Гриммджоу вновь опомнился, уже в который раз. И почему она считала, что он справится? На деле оказалось, что Гриммджоу слишком легко теряет сосредоточенность.       — Проходи, Альта, — сказал Айзен. — Я рад, что ты пришла.       Но она просто стояла и смотрела на него, словно спрашивала, шутит ли Айзен. Такое поведение могло бы обрети плохой поворот, если бы Альта не вовремя вздёрнула подбородок и, выпрямившись, прошла внутрь и остановилась сбоку от Улькиорры. Тот внимательно изучал её, не отводя глаз, а в свою очередь Альта не обращала на такое любопытство никакого внимания и смотрела лишь на приветливо улыбающегося Айзена.       — Как твоя рука? — спросил он беззаботно.       Гриммджоу снова напрягся. Этот вопрос ставил в тупик с ответом, который следует дать. Если сказать, что всё в порядке, то Айзен решит, что наказание было недостаточным, и всенепременно потребует усугубить его. Ну, а если наоборот рассказать всё так, как оно было на глазах у Гриммджоу, то Альта выставит себя слабой и способной лишь жаловаться на выпавшие на её долю сложности, и её положение фрассьона можно будет с лёгкостью поставить под сомнение. Но больше всего Гриммджоу зацепил тот факт, что Айзен пытался задавить Альту именно таким способом. И теперь приходилось стараться усмирить нарастающий гнев. В этом помогало наблюдение за поведением Альты. Наверное, как раз поэтому так много арранкаров не может отвести от неё взгляд. Только в этот раз Гриммджоу было труднее поддаться её влиянию.       — Я могу просить перейти сразу к сути дела?       Вот так просто, хоть и отчасти нахально для потерявшего всякое доверие фрассьона, она избежала этой сложной ситуации, особо не думая над формулировкой ответа.       — К чему такая спешка?       Айзен продолжал строить праздный вид и сделал два шага в её сторону.       — Мне сказали, времени нет на то, чтобы объяснить, зачем меня вызывают. Думаю, с целью его экономии было бы разумно объясниться прямо сейчас и заняться насущным.       — Как всегда, ты не оставляешь никому сомнений в собственной преданности делу, — одобрительно сказал Айзен и улыбнулся.       Но было в этом что-то подозрительное, и это сама Альта. Гриммджоу видел, с какой лёгкостью ей даётся лепить какое хочешь лицо независимо от того, что происходит и как её пытаются разбить. Но сейчас, когда Айзен не слишком-то сильно наседал на неё с провокацией, Альта была словно вытянута по струнке. А ещё складка между её бровями не исчезла ни разу за всё время после появления.       — Тогда почему бы тебе не стать правой рукой Гриммджоу?       Альта чуть опустила голову и теперь смотрела на Айзена исподлобья, а Койот за спиной Айзена и вовсе едва сдерживался от громких возражений.       — Нет, только на время этого задания, — уточнил он свои слова.       Повисла тишина, но не такая гнетущая и напряжённая, как до этого. Альта не давала ответ, раздумывала о возможностях. А Гриммджоу хотел возразить, ссылаясь на личную неприязнь у Альте, которая якобы разрушила его жизнь в Эспаде. Он не хотел втягивать Альту, но понимал, что каждый здесь присутствующий, даже до сих пор спящий Септима, верил, что они оба достаточно близки, чтобы не просто терпеть общество друг друга, но и общаться на равных и строить совместные планы.       — И каков твой ответ?       — Я сделаю так, как скажет Примера.       Вот что выдала внезапно Альта. Точнее, это было вполне обычно для её положения, но никто не ожидал, что Альта прибегнет к своей зависимости от Эспады сейчас, когда ей даёт своё распоряжение сам Айзен. Но таков устав, и фрассьоны не смеют ослушаться своих Эспад. Ради своего Примеры Альта не облегчала свою участь и с должной покорностью приняла наказание. И сейчас она показывает всю свою преданность ему, как фрассьон первого среди них, как пример для остальных приближённых Эспад. Вот только оставалось неясным, чем грозит такое общество для Примеры, но он был в силах справиться со сложностями, какими они бы ни были. Гриммджоу не верил это, он это знал наверняка.       Койот подошёл к Альте и ко всеобщему удивлению — даже Альты — погладил её по голове. А потом повернулся к Айзену.       — Я не думаю, что это хорошая идея. Как показал прошлый опыт, совместная работа Альты и Гриммджоу не приносит положительных результатов. Когда доходит до дела, они расходятся во мнениях и лишь ссорятся, что срывает все планы.       Айзен отвернулся и, глядя на возившегося на месте Вандервайса, решил просто торговаться, даже не стараясь искать обоснований, потому что знал: с Койотом Старком такое не пройдёт.       — В случае успеха я верну ей всё утраченное и сниму наказание.       Это было очень много для Альты. Потому Койот и придвинулся вперёд, но всё же пока не давал отступного.       — Разве Альта ещё не прошла своё наказание? Она доказала свою преданность мне: лишилась руки, при этом пройдя через не столько телесные страдания, сколько моральные, но так и не решила как-то помочь себе и просто смиренно сидела в своей комнате в ожидании распоряжений. Вы, Айзен-сама, лично тому свидетельствовали, разве не так?       Айзен ничего не ответил. Что значило, что так всё и было. Но Гриммджоу вновь задумался. Это было невозможно, и ему уже не терпелось спросить у Альты в пещере, что происходит.       — Это будет последняя проверка, — пообещал Айзен.       Верить его обещаниям глупо, но когда он что-то говорил при всей Эспаде, то эти слова непременно несли за собой подоплеку. Потому Старку не оставалось ничего другого, кроме как согласиться. Откровенно говоря, ещё ни разу Айзен не получал отказа.       — Альта, — обратился к ней Койот. — У Улькиорры есть задание, и ради его выполнения ты перейдёшь под его руководство. Сделай всё, что Квадро потребует, и не допусти провала.       Альта коротко кивнула и больше никак не уделила внимание Примере. Никогда такого ещё не было, но сейчас Альта была словно простая подчинённая, а не член Стаи. Она повернулась к Улькиорре. Поначалу долго смотрела на него, наверняка оценивала, но никак это не выказывала, а затем смиренно сказала:       — Приказывайте.