Другая Реальность

Диана. Её руки причиняют мне боль. Её злобный взгляд испепеляет меня изнутри. Но этот взгляд пропитан не только ненавистью, но еще и страхом. Она не останавливается и сжимает мои руки все сильнее и сильнее. Я не могу отцепить её. Я уже не чувствую своих рук, чувствую только как кровь в моих жилах переходит из одной стороны в другую. Я просто не в силах ее остановить. Где моя сила? Где мои навыки Бесстрашной?Как-будто они в миг покинули меня и оставили одну. В моих глазах начинает медленно все расплываться. Я чувствую как кто-то отцепляет её и я падаю, но меня успевают схватить и я оказываюсь у кого-то в объятиях. Я открываю глаза и чувствую, что я у кого-то на груди. У кого-то мускулистого и сильного. Я чувствую, что крепкие сильные руки на моей пояснице. Я моментально поднимаю голову и замечаю лицо Эрика. Я вижу на его лице ухмылку, как-будто он только, что получил подарок от Дед Мороза, но еще я замечаю в его глазах беспокойство. Я моментально отстраняюсь от него. Что бы он не подумал, что мне нравится быть в его объятиях.Нет, конечно мне нравится находиться в его объятиях, но блин, я с Питером. — Ты в порядке? — спрашивает меня Эрик. Я сразу кидаю свой взгляд на свои руки. И от маминых рук, остались огромные сине-желтые синяки. — Вроде да, — отвечаю я. Он медленно прикасается к моей руке и проводит пальцем по моим синякам. От его прикосновения по моему телу проходит вибрация, но еще и боль. И я нервно издаю звук. — Ай! — Больно? — спрашивает меня Эрик. — Да, — отвечаю ему я. Он немного подумав, хватает меня за руку и проговаривает: — Идем в госпиталь. Я следую за ним, но всё равно по пути проговариваю: — Это всего лишь синяки. Они быстро пройдут. — Ага. Они пройдут но только, когда будут бои,твои соперники будут пользоваться твоими синяками, как твоей слабостью,- проговаривает нервно Эрик. — Ну тогда ладно. А где моя мать? — сменяя тему,спрашиваю  я. — Мы с Максом её оттащили от тебя. Я остался с тобой, а Макс увел её. Дэрек медленно осматривает синяки на моих руках. Тем временем, Эрик стоит рядом скрестив руки и задумчиво наблюдает. — Мда, синяки конечно не малые. Но их можно вылечить, — проговаривает Дэрек и достает из ящика мазь и протягивает ее мне. — Спасибо, — говорю я и забираю мазь. — Пожалуйста, а ты - показывая на Эрика - отведи её в комнату и еще, намажь ей синяки, потому что она не дотянется либо не до мажет,- говорит не много с усмешкой Дэрек. Эй, мне чет как-то обидно. Я конечно знаю, что я победитель по жизни и руки у меня из жопы растут, но мог бы мне это и не напоминать. Эрик одобрительно кивает ему в ответ. Но не я. — Блин, ну мазать, это как-то слишком. Я и сама справлюсь, — проговариваю неодобрительно я. Но меня никто не слушает. А Эрик лишь берет меня за руку и ведет в общую комнату, как какого-то провинившегося ребенка. Войдя в общую комнату, я замечаю лишь тишину царившую в ней. Все на родительском вечере, ведь не всегда выпадает такой шанс. И по моему, по книге, родительский день всего лишь один раз. Ну да, сейчас родители с детьми обмениваются обнимашками, приятными словами и конечно, родители плачут и говорят детям, что их им не хватает. Но у меня конечно все никак у всех. Моя встреча прошла с мамой,с синяками и желанием убить меня. За то есть один плюс. Я не такая как все, моя семья не такая все. И все у нас никак у всех. Ну норм. Я сажусь на свою кровать. Эрик садится рядом со мной и забирает мазь из моих рук, как у ребенка спички. — Твой синяк слишком большой, лямку майки приспусти, — проговаривает серьезно Эрик. Я моментально слушаюсь и теперь на месте синяка лямка от лифчика. И я даже как-то неловко краснею. — И эту приспусти, — проговаривает немного с усмешкой Эрик. — Сойдет и так!Может мне еще и снять лифчик?- проговариваю неодобрительно я. — Ну если хочешь, снимай, я не против. Я все равно ничего нового не увижу,- со смехом отвечает Эрик. — Дурак! Я все равно не буду и ты не заставишь меня приспустить лямку! Но Такое ощущение, что Эрику нет дела до моих слов, он сам берет и опускает лямку с таким выражением лица, как-будто захватил какое-то царство. Я понимаю, что не надо перечить лидеру, поэтому от безысходности я лишь фыркаю ему в ответ. Он нажимает на тюбик мази,медленно и плавно размазывает по моим синякам. Он старается нежно проводить по моему синяку. От его прикосновений проходит некая дрожь по всему моему телу. Биение моего сердца ускорилось.Я лишь слышу его и свое глубокое дыхание. — Из-за чего твоя мать на тебя напала? -начинает разговор Эрик, тем временем не перестает намазывать. — Из-за смерти сестры. Она не знала, про то, что она умерла. И стала меня винить в её смерти, — говорю я и чувствую как по моей щеке скатывается медленно и плавно слеза. — Тогда, у тебя семья такая же сумасшедшая как и ты, — проговаривает с улыбкой Эрик и пальцем ловит слезу на моей щеке. Я начинаю хихикать как маленький ребенок и на моем лице появляется улыбка. Я чувствую как рука Эрика перемещается на мою талию и притягивает к себе. Наши губы соединяются воедино. Я пытаюсь остановиться, но мои губы меня не слушаются. А тем временем, его язык проникает в самую глубь и берет свое. И если честно, то мне не хватало моего беспощадного лидера. Я заставляю себя и свое желание оторваться от его губ. — Нет! Так нельзя! Я с Питером! - проговариваю я. — Он ничего не узнает, — поговаривает Эрик и опять касается своими губами. Я его отталкиваю и быстро покидаю помещение. Потому что я так не могу. Я не могу врать.Я не могу предавать Питера. Я не могу... Я направляюсь в Яму. И я не знаю, что мне делать… Я люблю Эрика, но и Питера я тоже не хочу терять. Боже мой, как же всё сложно... Я захожу в Яму, здесь все еще родители и неофиты.В этом месте царит семейная атмосфера. Меня замечает Питер и показывает жестом, что бы я подошла. Я моментально подхожу к нему и к его семье. — Познакомьтесь, это Диана-моя девушка, — говорит Питер и берет меня за талию. — Здравствуйте, — неловко говорю я. Они мне отвечают добрым приветствием. Тут я замечаю, что в Яму заходит Эрик и начинает за мной наблюдать. Я вспоминаю наш сегодняшний поцелуй и неловко кусаю губу. — Мам, а почему этот дяденька так серьезно смотрит на неё?-спрашивает маленькая сестра Питера. Все поворачиваются в сторону Эрика. И я неловко краснею. — Потому что это наш Лидер. Он за всеми следит, — спокойно проговаривает Питер. — Ну нет же, он на неё смотрит, не так как на всех!Он выделяет именно ее! — шумно и настырно говорит сестра. И тут я просто поперхаюсь своей же слюной. — Врятли он меня выделяет, если только не планирует меня убить, — говорю в усмешку и правдоподобно я. Боже, как же это по мне. Врать в сарказме. И все сразу на это ведутся. Ну вообще, я редко прибегаю ко лжи, потому что не считаю это хорошим поступком. И вообще, я не люблю людей, которые врут. Я обычно не вру, а просто недоговариваю или если не хочу говорить про что-то, то просто перехожу на другую тему. И всегда этот метод срабатывает. Но мне повезло, и маленькая сестра Питера угомонилась. Мои мысли просто сбиты с толку.Я не знаю, что мне делать. И я направляюсь на кладбище бесстрашных. Я вхожу на территорию кладбища Бесстрашия. Я прохожу скрипящие ворота и направляюсь по тропинке к могилам неофитов. По дороге, я слышу карканье ворон,сильный ветер,шелест деревьев. Как-будто сама природа в этом месте встречает именно меня. И меня это пугает. Я дохожу до могил неофитов. Вижу знакомый камень. Но я не вижу имя. Пыль захватила камень в свои объятия. Я провожу рукой по камню и теперь видна запись на могиле: Дианиссия — Я надеюсь, что ты слышишь меня. Я не знаю, что мне делать. Кого мне выбрать? Эрика или Питера? Я знаю, что ты бы выбрала Эрика, ведь он сильный, а так же и лидер. Но, а Питер: добрый, отзывчивый и всегда поддержит и поможет в беде. Но, а Эрику я не нужна, я для него как кукла, которой можно наиграться и выкинуть... Вдруг я слышу некий шум за моей спиной. — Раскапывайте, — проговаривает моя мать. И пять бесстрашных, с лопатами в руках идут к могиле Дианиссии и начинают усердно копать. Я замечаю не по далеку Макса и направляюсь именно к нему. — Что происходит? — спрашиваю чуть ли не криком я. — Твоя мать хочет похоронить тело Дианиссии в Отречении, — проговаривает хладнокровно Макс. Я наблюдаю за всем процессом и уже буквально через 15 минут вижу раскопанную яму и из неё вытаскивают огромный черный мешок. Мешок обклеен скотчем. Боже, похоронили как какое-то животное. Могли бы в гробу похоронить, как нормального человека. Моя мать осторожно отклеивает скотч. И с волнением распаковывает мешок. Когда мешок открывают, в мешке нет тела, нет костей. Лишь кусок дерева, размером как человек. И какие-то листья. Что за бред? Как-такое возможно? Где тело моей сестры? Вдруг, за моей спиной я слышу до жути знакомый мне голос: — Сюрприз! Я оборачиваюсь и вижу перед собой Дианиссию. У неё рыжие волосы как у меня. Тот же голубоглазый взгляд. Та же ухмылка не покидает ее лицо. Это шутка что-ли такая? Если да, то я ничего не понимаю! *** Эрик. Я спокойно захожу в зал. И вижу перед собой Ди, бьющую усердно грушу с тяжелым дыханием.Но она бьет грушу как-то по другому что-ли.. Может, она решила поменять стиль борьбы. Такое ощущение, что она очень давно не тренировалась и вот решила соизволить потренироваться. Я подхожу к ней и крепко обнимаю её. — Что ты делаешь? — спрашивает немного грубоватым тоном она. — Хочу закончить то, что мы начали, — говорю спокойно я. Я обнимаю её ещё сильнее, медленно и плавно целую каждый миллиметр на её ключице, как вдруг, замечаю, что на шеи нет той татуировки со штрих кодом.Но ведь татуировка на всю жизнь. И ее нельзя стереть. Я не чувствую запах её духов, которыми она вечно брызгается. Я смотрю на её глаза и замечаю накрашенные ресницы. Но Ди редко красится. Но самое ужасное, что эти глаза чисто голубые. — Что блять происходит? — восклицаю я и от хожу от неё на шаг. — Хах, ты наверное перепутал меня с моей сестрой. Ты так увлёкся ей, что даже не сразу заметил, что я не она, — говорит с усмешкой Дианиссия. Но как это возможно? Как она смогла выжить? И почему она по красилась в тот же рыжий цвет, что и Диана? - А мне интересно, что вы начали, что ты захотел так усердно закончить? - со своей фирменной улыбкой спрашивает Дианиссия. Это точно она. Зачем она вернулась?! Что за игру она затеяла?