Феномен гало

Тем вечером Гарри так и не вернулся домой. Зейн попытался навести справки, и ему сказали, что примерно в четыре часа утра айди Сида мелькнул в центре управления полётами. Гарри покинул Баламб по воздушному сообщению, так никому и не сообщив о своих планах. Найл от поездки в Доллет отказался, заявив, что у него есть нерешённые вопросы в военной академии. С учётом того, что маг попросил доступ к личному профайлу Евы, было понятно, под кого он собирался копать. Провожая своего капитана, Найл велел ему не спускать с девушки глаз. – Понятия не имею, что она такое, но держи ухо в остро, – сказал он, отдавая Зейну свёрток с настойками и отварами первой необходимости. Он успел показать Клэйфилд только некоторые из рун Восстановления и теперь переживал, что этого недостаточно. Зейн подозрения насчёт Евы не разделял, поэтому просто пообещал заботиться о ней. В Доллет ходили лишь ночные поезда. С обострением военной ситуации в мире железные кони цивилизации стали ходить значительно реже, но подводное железнодорожное сообщение по-прежнему оставалось главной связующей лазейкой между материком Галбадии и островным государством Баламб. Ночь накануне экзамена Ева провела в своём общежитии, понимая, что уже навряд ли сюда вернётся. Голова была полна мыслей, и заснуть ей позволили лишь двадцать капель сильной настойки гатогеннуса. Зейн сказал, что не заедет за ней в училище, а местом встречи выбрал вокзал Баламба. Еву и других испытуемых в Сиды туда доставила служебная машина. В дороге говорили мало: Еву никто не знал. Присутствующие курсанты были несколько старше и мало располагали к себе. Это были два брата-близнеца, что без конца проверяли, правильно ли заряжены их револьверы, и девочка, что очень активно полировала гравировку на рукоятке своих нунчак. – Я бахнул туда парализующего порошка, – пояснил один из мальчиков, имея в виду дуло пистолета. – Это семейная реликвия, – прокомментировала девочка. Все четверо не имели ни малейшего представления о том, что их ждёт. – Я рад, что смотрящим выбрали капитана Малика, – признался один из близнецов, когда они уже подъезжали к вокзалу, – так я больше спокоен за свою жопу. – Сидами не станем, так хотя бы не подохнем, пока он с нами. Зейн же, казалось, совсем не разделял их мыслей о единстве. Коротко поприветствовав своих подопечных на перроне, он велел всем быть тише воды, ниже травы. Задание, что ожидало их в Доллете, в военной академии значилось под грифом «Секретно». В другой раз полевой экзамен обязал бы их одеть форму, но сейчас об этом не могло быть и речи. Никто в Даллете не должен был обратить на них внимания. Курсантам полагалось совместное купе, тогда как Сид устроился куда шикарнее. В тот день Зейн представлял собой апофеоз собственного высокомерия, поэтому Ева здорово удивилась, когда капитан кивком головы велел ей выйти из купе и следовать за ним. Она понимала, что это даст повод для сплетен и пересудов касательно её экзамена, но всё равно пошла. Рядом с наёмником существовал какой-то островок спокойствия, и Еве хотелось сохранить это чувство подольше. – Эта часть поезда немного пафосная, – сказал Зейн, пропуская её внутрь, – зато близко к вагону-ресторану. Интерьер купе оставлял желать лучшего. Красный бархат и позолоченные детали могли бы подойти Премьер-Министру или же Генералу Галбадии, но она себя здесь чувствовала не в своей тарелке. Она прошла к огромному зеркалу у другой стены и заметила на веках следы от туши. Ранее в машине у неё так сильно зачесались глаза, что она, должно быть, растёрла макияж. Зейн выудил из брюк коммуникатор и принялся тыкать в экран стилусом, без конца проверяя всякие обновления. – Я заказал ужин сюда, – сказал он через пару минут молчания. – Не уверена, что смогу есть, но спасибо, – прошептала Ева, присаживаясь на краешек кровати, что стояла здесь же. Они это не обсуждали, но Ева надеялась, что капитану хватит совести уступить девушке постель. – Да, ты не Гарри, что вечно ест, – о своём коллеге Малик сейчас отозвался едва ли не с раздражением. Его беспокоило то, что Стайлс не выходил на связь. Зейн снял куртку, повесив её на спинку стула. В этом купе даже письменный стол был. – Это же не обычное задание для Сида, правда ведь? Сид удивился, как хорошо Ева скрывает свои эмоции. Если страх и был, то где-то глубоко-глубоко под замком. – Верно, – выдохнул он, оглядывая журналы о модернизации оружия, что любезно оставили для них проводники, – обычно посылают махать ганблейдом в огненные чертоги. – Я там не была, – выдохнула девушка. Пещера с духами к северу от Баламба считалась тренировочной локацией школы, но младшие курсы туда обычно не водили. – Я свожу, когда вернёмся. Они снова замолчали, но Ева чувствовала, что недостаток информации всё ещё сковывает её. – Почему всё делается в такой спешке, да ещё и инкогнито? С кем мы должны будем встретиться в Доллете? – Ты же слышала мастера Сида в тот раз... Зачем спрашиваешь? – Зейн не любил, когда люди притворялись глупее, чем они есть. В дверь постучали. Сперва Зейн напрягся, но потом вспомнил, что заказал доставку еды. Расплатившись, он сам завёз тележку с их ужином внутрь. Услышав запах мяса, Ева с трудом сдержала позывы тошноты. Сид же ел как ни в чём не бывало. – Губернатор Доллета давно играет на два фронта. А сейчас он кое-что задолжал Сиду Крамеру. Мы едем, чтобы забрать это, – видя, что Ева не понимает, Зейн высказался доступнее, – приказы, документы, что подтверждают локацию войск Галбадии в Лесу Чокобо... – Что? – задохнулась Ева. – Тимбер, Рыбацкий горизонт... Теперь это? На пути остался лишь Баламб. – Да, наши территории сильно бы улучшили позиции президента Доллинга на мировой карте. – Разве это не государственная измена? Отдать те данные? – Продать, а не отдать, – поправил её Зейн, – нашёлся очень заинтересованный клиент. Ева отчего-то догадалась, что речь идёт не о Сиде Крамере. – Мы лишь посредники, – кивнула она, – а кому на самом деле нужны эти документы? Мастер говорил что-то о младшем сыне кардинала Томлинсона. – Да, Доллет может неплохо нагреться на деньгах Луи, – кисло произнёс Малик. Её удивило, что Зейн отозвался о молодом человеке в таком духе. Он назвал его по имени, словно они давно были знакомы. – Мы пересекались, – уклончиво ответил Сид. – Что-то я не вижу, чтобы ты был от него в восторге. Зейн наконец закончил трапезу и взял в руки чашку крепкого кофе. – Ты точно не хочешь? – спросил он её, указывая на напиток. Ева пожала плечами. – Давай. – Тогда встань и возьми, – ухмыльнулся капитан. Ева молча взяла свою чашку, так как не чувствовала желания ругаться. Ей хотелось больше узнать об отпрыске военной элиты. – Он штатский, – отозвался Зейн, – насколько я знаю, он никогда не числился ни в Саду Баламба, ни в Трабии. – Почему он тебе не нравится? – Покажи мне власть, руки которой не перемазаны по локоть в крови, – нахмурился Зейн, – Эстар не внушает мне особого доверия, ровным счётом как и Галбадия. – Но это войска Галбадии заняли твою родную деревню, не Эстара, – напомнила ему Ева. Малик промолчал, пялясь в одну точку. – Мне никто этого не говорил напрямую, но я предполагаю, что Луи окажется в Доллете в те же дни, что и мы. Зейн снова уткнулся носом в свой коммуникатор, пытаясь выйти на связь с Гарри. И снова ничего. – Бесит меня это, – ругнулся он, отшвыривая гаджет дальше на диван, – я должен знать, что за дела у Стайлса с Сидом Крамером. Скрытность Гарри в последние несколько недель беспокоила парня. – Он вообще интересный персонаж, – отозвалась Ева, вспоминая день, когда впервые увидела Гарри через стекло тренировочного центра, – однажды я видела, как он разорвал грушу, только ударив по ней. Зейн фыркнул. – Не преувеличивай, – рассмеялся он, – он занимается с профессиональными мешками. Их вес, бывает, доходит до ста килограммов. Он не мог просто пробить её. Ева почувствовала себя так, словно ей нанесли смертельную обиду. "Что значит "не мог", если она видела это своими глазами?" – Говорю тебе, всё так и было, – протянула она, особо не надеясь, что Зейн ей поверит. – Хорошо-хорошо, – продолжал смеяться он, – когда Гарольд вернётся, попросим его повторить сей трюк, и ты увидишь, что он не Кинг Конг! Ева отвернулась, говоря себе срочно отыскать потерянное равновесие. Пренебрежение Зейна к её словам здорово её обидело.