Прошлое - прошлому

Поправляя подушку, Райнер улыбался, вспоминая уже почти прошедшие выходные — они с Бертом вернулись из похода, проведя в горах сутки. Поход прошел как положено — с палатками, сидением у костра, купанием в речке и невероятным количеством насекомых на квадратный метр. Тем приятнее было наконец спать в теплой постели, не боясь, что из-под одеяла выползет какая-нибудь сороконожка. Он заметил, что в последнее время уже не так боится ночи. Он подозревал, что все дело в том, что теперь он не чувствовал себя одиноким. Когда он засыпал, чувствовал рядом плечо Берта, слышал его дыхание рядом с собой, и это будто прогоняло все страхи. Он нуждался в Бертольде. Еще раз быстро кинув взгляд на лежащего рядом парня, Райнер откинулся на подушку, чувствуя, как от усталости слипаются глаза. Ему снился сон. Машина катила по смутно знакомой дороге. Солнце стояло высоко, но жара не чувствовалась. Мимо мелькали аккуратные домики, невероятно высокие деревья. Пляж. Три счастливых ребенка гоняются за мокрым лохматым псом, хохоча и визжа, когда пес отряхивается и брызги летят прямо на них. Поворот. Внезапно наступившая ночь не вызвала удивления. Все вокруг будто обволок чернильный дым, оставляя лишь едва различимые силуэты. Впереди виднелся дом, в котором тускло светила одинокая лампа под потолком чердака, напоминая маяк. Райнер проехал мимо дома, нога, уже дернувшаяся, чтобы надавить на тормоз, замерла. Он и так знал, что в этой комнате. Три подростка тайком распивают с трудом добытую бутылку вина. Двое пытаются развеселить худощавого высокого мальчишку, грустящего из-за расставания с девушкой. Райнер снова посмотрел на дорогу. Прямо перед ним вырос коридор из фонарей, и Райнер понял — нужно двигаться за ними, тогда без труда отыщется нужное место, то, куда — он чувствовал — он сегодня должен попасть, цель его маленького путешествия. Впереди восходило солнце, оно не слепило глаза, а лишь золотым светом окрашивало пустоту вокруг, селя в душе Райнера необъяснимое радостное предвкушение. Он подъехал к большим воротам, украшенным витиеватой резьбой, рядом с которыми стоял человек. Райнер вышел из машины и кивнул Берту, подошел к нему и заметил в руках друга букет полевых цветов. Да, это хорошо, что Бертольд их не забыл, это правильно. Берт улыбнулся ему и сказал идти за ним следом. Райнер не смог ослушаться, да ему и не хочется. Они прошли через ворота. Посреди бескрайнего поля позолоченных солнцем колосьев возвышался холм. Чем ближе они подходили к нему, тем сильнее нарастало волнение, тем больше разжигалось любопытство. На вершине холма нет ничего, только серый могильный камень. Бертольд, потянув Райнера за рукав, сел рядом с камнем и возложил цветы. Он ничего не сказал, только положил руку на проступающую надпись. «Берик». Бертольд обернулся и с легким удивлением посмотрел в глаза Райнеру. — Ты не хочешь попрощаться? — Райнер перевел взгляд от лица друга на могилу и не смог выдавить ни слова. Но, видимо, это было не нужно. Бертольд мягко взял руку Райнера в свою и приложил к камню. И тогда Райнер увидел — рядом с ними сидел взъерошенный подросток, смотрящий на них так, как не смотрел никогда при жизни, со светлой грустью во взгляде. Берик поднялся с колен, отряхиваясь и улыбаясь старинным друзьям. Потом вскинул руку в знак прощания и, раскинув руки, стрелой помчался с холма, исчезая среди колосьев, наверное, навсегда. Открыв глаза, утыкаясь в макушку сопящего под боком Берта, Райнер почувствовал, как на душе становится легко, как будто кто-то отодвинул бетонную плиту весом в тонну, к тяжести которой он уже привык. Солнце тонкими лучиками проникало сквозь занавеску, вселяя в него безудержную радость. На цыпочках пробравшись на кухню, он собрался приготовить что-то особенное на завтрак. А потом он пойдет и скажет хозяйке, что съезжает окончательно. Да, ничто не стояло на месте. Пора было двигаться дальше.