Предать Бога. La neige

- У меня сейчас просто истерика начнется, - пробормотал Сергей, когда мы вышли на сцену для оглашения рокировки. Мне очень понравилось исполнение песни "Вопреки", и стало ясно окончательно: наши силы равны. Что тут ещё можно менять? - Мы видим удивительные такие метаморфозы, - начал Константин, - которые происходят с этими ребятами, которые ещё, скажем так, два, два с половиной месяца назад были птенцами, а теперь это прямо вот птицы, которые уже почти готовы летать самостоятельно, и за это огромная благодарность нашим замечательным наставникам, всем без исключения, спасибо. Седокова и Лазарев переглянулись. Ох, как они в этот момент, наверное, ненавидели друг друга! Каждый из них хотел привести свою команду к победе. - Наша задача - создать два равноценных в музыкальном плане коллектива, которые будут совершенно равны, но будут равнопритягательны для публики. Итак... Я зажмурилась. Если кого-то у меня сейчас отнимут... это будет рана, большая рана в сердце. Потому что мы будем соперники. - Алексей Сайгак переходит в команду Анны Седоковой. У меня упало сердце. Такого поворота я просто не могла предугадать. Меня же уже переводили! Зачем снова? Мне так хорошо с этими... "Ну не надо!" - чуть не взмолилась я. Артём с такой силой сжал моё плечо, что точно потом синяк будет. Зато мои мысли быстро собрались в кучку. - Спокойно, брат, мы всё ещё рядом. Мы обнялись, и я перешла под плечо Маркуса. Единственный человек, который мне так же дорог. - И в команду Сергея Лазарева переходит... Анатолий Цой. Я метнула взгляд на лицо Ани, и меня поразили её глаза: огромные черные, наполненные каким-то чувством, раз в десять хуже отчаяния. Да и сам Толя сильно растерялся. - Прошу вас, Анатолий, - попросил его Константин. Цой крепко обнял Седокову, и та заплакала. Игорь Верник попытался её успокоить. - Я искренне ещё раз благодарю наставников за понимание и за долгое терпение, - кажется, почти вздохнул продюсер. - Теперь вам придется готовить эти команды к решающему финалу, и именно одна из этих команд и будет группой, которую я буду продюсировать. Аня отобрала у Верника микрофон. Она задыхалась. - Я хочу... Вам сказать, что Вы у меня только что... душу вырвали... Мы создавали эту группу с первого дня, и я... не знаю просто... Сергей тоже проронил, что он ошарашен и совершенно выжат, как лимон. - Константин, - спросил вдруг Верник, - мы в одном шаге от финала. Теперь-то можно раскрыть секрет: как будет называться эта команда? Я поняла, что раньше как-то этот нюанс никого из нас не волновал. А теперь вопрос встал ребром, и во мне вспыхнул интерес, впрочем, как и в остальных. Это же такая творческая часть проекта, пусть принадлежащая и не нам! Константин не стал долго мучить наше любопытство: - Вы уже наверняка привыкли вот к той букве, которая сзади вас, к огромной букве "М", которая является основным символом нашего проекта. Поэтому я предлагаю... и даже настаиваю на том, чтобы группу нашу новую назвать... "MBAND". Хм, а мне нравится. Немного не по-русски, я бы могла придумать и лучше, но раз он настаивает... так уж и быть. Потом Верник стал толкать речь про голосование, которое откроется пятнадцатого ноября (как долго-то ещё...), а мы не могли дождаться возвращения в репетиционный лагерь. Когда камеры выключили, мы все облегченно повалились прямо на сцену. Аня кинулась рыдать к Толику. Нравится он ей. Просто сильно симпатизирует, как человек и артист - какой между ними может быть роман? Едва держась на ногах, мы поползли с вещами в автобус. На улице уже была почти ночь. Я даже не заметила, как затянулись съемки. Мы тепло прощались с "Джокерами" и Артёмом, Артуром, Костей и Димой. Жалко было до слез. Теперь у меня столько друзей - товарищей, с которыми я прошла эту жестокую битву бок-о-бок, но судьба разбросала нас по четырем странам... Свидимся ли когда? Если они все планируют остаться в Москве, то наверное, да... В автобусе я заняла самые последние места, но отрубиться не успела: рядом упала заплаканная Анна. Я протянула ей влажные салфетки. - Вытрите лицо. О макияже уже можно не беспокоиться. - Спасибо, Лёш, я... сегодня у вас переночую, - всхлипнула Аня, вытирая щеки. - Завтра утром поговорим, а сейчас мы слишком устали. Но именно сейчас мне хочется поговорить кое о чем с тобой, можно? Я нахмурилась. О чем это она? Ехать нам ещё было минут десять, поспать я уже не успею... - Ну, давайте... - Можно на "ты". Артём, - девушка потрясла сидящего впереди Пиндюру за плечо, - пересядь к нам, пожалуйста. - Ох, уже и умереть спокойно не дают... - проворчал Тёма, в темноте перебираясь к нам. На кого-то он упал в процессе этого, когда автобус тряхнуло, кажется, на Свята. Бедный Степанов и такая лошадь, как Артём... - Тём, - шепотом спросила Аня, - как так получилось, что в наш лагерь попала девочка?.. Артём издал странный задыхающийся звук. Я вдохнула и не смогла выдохнуть. ЧТО... ТОЛЬКО ЧТО... АНЯ СПРОСИЛА? - Не понял, - ответил Тёма. - Всё вы поняли. Девушка девушку чувствует сразу, пусть и выглядит она, как мальчик, - Аня, кажется, совсем не злилась и не собиралась "стучать". Я шумно вздохнула. Это поразительно, насколько я была глупа, отправляясь на этот проект и думая, что никто не узнает, что я на самом деле девушка. Пиндюра прислушался. В автобусе все спали крепким сном. На передних сидениях тихо переговаривались Никита и пересевший и обиженный до глубины души, что его чуть не раздавили, Свят. - Ты должна молчать, Аня, золотце, - чуть ли не взмолился Тёма. - Да, она девушка, но ты ничего не знаешь - она просто не могла не поехать! Седокова перевела взгляд на меня. Я до сих пор сидела со стеклянными глазами и впивалась пальцами в салфетки. - Сайгак, ну отомри уже. Как тебя хоть зовут-то? - Саша... - пролепетала я. - Александра... Нет, я был Лёшкой и останусь им. - История интересная, но не для разговоров сейчас. Если обещаешь хранить секрет до конца проекта, мы расскажем, - пообещал Артём. - Если расскажете завтра, обещаю не выдавать, - хихикнула Анна, как девочка. - Доставайте чемоданы, мы подъезжаем. Это был ещё один шок для меня. Но я слишком устала, чтобы о чем-либо думать. Как в тумане я дотащила чемодан до комнаты, увидела возле окна даже незастеленную кровать, упала в подушку лицом и уже через полторы минуты выключилась. Остальные, кажется, последовали моему примеру. Какое же это было счастье: проснуться утром не по подъему, не в половине восьмого, как обычно, а самой, ближе к полудню, потянуться и зажмуриться от солнца. На улице шелестел листьями ветер. Ночью, судя по запаху, прошел дождь. В комнате никого не было и царил легкий хаос. Я встала, подошла к окну и выглянула на улицу. Точно, был дождь. И листья золотистые, как и положено им в конце сентября. Мои вместе с Аней сидели на скамейках возле спортплощадки. Я заправила кровать, вытащила из чемодана вещи и быстро сбегала в душ, в котором никого не оказалось. Что-то напевая из мультика про удава, попугая, мартышку и слоненка, я натянула джинсы, кофту потеплее и спустилась к своим. Другой команды почему-то не наблюдалось. - С добрым утречком, засоня, - рассмеялся Гриша. Я зевнула и села напротив Ани. Чувствовала я себя теперь не очень комфортно: казалось, что все ребята тут знают, кто я на самом деле. - Не думал, что когда-нибудь буду так счастлив, проснувшись в полдень, - улыбнулась я. - А другие где? Давно вы тут? - Те тоже только встали, жрать дружно пошли, - Свят посмотрел на часы. - С полчаса мы тут. Пропустил ты немного. - Сейчас повторю для Лёши, - сказала Аня. - Кстати, потом хочу поговорить с тобой отдельно. Я кивнула. Вчера начавшийся разговор надо закончить обязательно. И желательно, вместе с Артёмом. - Повторюсь, я очень горжусь вами. Вы у меня огромные - преогромные молодцы, что сидите здесь. Вы - восемь лучших из лучших парней. Я возлагаю на вас большие надежды. Значит, план такой... Аня мысленно что-то прикинула и выдала: - У нас целых полтора месяца до оглашения результатов. Пока Константин пишет песни для вас, вы стоите перед выбором: остаться тут или съездить повидаться с родными. Далее. Нужно, конечно, отрепетировать песню и записать всё это. Также отснять про каждого из вас небольшой репортаж... Завтра вечером вы едете дружно отдыхать в пентхаус Москвы - такой маленький бонус за проделанную работу... Оторвитесь там. А так, сейчас вы будете почти всё время предоставлены сами себе. Вопросы есть? Вопросов нет. Всё, что сказала Анна Седокова, мы восприняли очень радостно. Я смогу съездить к маме! Целых полтора месяца мы будем с Тёмой тут, вместе проводить время! Боже, как я, оказывается, ждала этого! Мы ещё немного поболтали, а потом Аня увела меня в сторону столовой. Настроение у меня моментально упало. - Пошли. Я так понимаю, ты хочешь видеть Артёма. - Да, - я исподлобья взглянула на нее. - Я просто не смогу ничего тебе рассказать. Память ещё свежа. Пусть Тёма... он тоже в курсе. На Пиндюру вместе с Раммом мы натолкнулись прямо в дверях. - О, Тём, пошли, - махнула рукой Аня. - Мы как раз за тобой. Артём быстро передал Влада в личное пользование Никиты и смылся. Уже через пять минут мы гуляли в парке на другой стороне озера. Я очень долго мучилась молчанием. Пиндюра сжал мою руку, я не ответила. Говорить с Аней не хотелось, поэтому медленно, но Тёма рассказывал сам. Как я ему была благодарна - не выразить. - А ты думала о том, что будет с тобой после финала? - спросила вдруг Седокова. Я растерялась. - В... в смысле? - Потом всё равно бы все узнали. Если Костя... это будет скандал, понимаешь? Который обернется против тебя? Я потеряла всякую надежду окончательно. Аня меня просто так не выдаст, она за меня, но я сама-то должна думать головой. - Я просто приехала вместо брата, - глухо отозвалась я. - Как решать ситуацию - моё дело. - Но уже финал! Если ты могла раньше просто придумать что-то и уйти, то теперь ты претендент на победу. Подумай, может, я поговорю с Костей... - Нет, - отказалась я. - Я решила. Мне неважно, попаду я в бойз-бенд или нет, я лишь поклялась, что дойду до финала, потому что мой брат этого заслуживает. - Но ты - девушка, ты не твой брат! Я закусила губу. - Сейчас я - он, и возможно, останусь им. Даже моих документов больше нет. Меня похоронили. - А как ты будешь семью создавать? Вот Артём знает, что ты девушка... - Он будет молчать. - А то, что он... кхм... - Аня застеснялась. - Ты "парень", а у вас как бы отношения... Тебя это не напрягает? У меня задрожали губы под её взглядом. Ещё пару секунд - и я просто расплачусь. - Ань, да ты довела её, - Артём хотел было обнять меня, но я отпрыгнула назад и умчалась куда подальше от этого места. Я спряталась в каких-то кустах (как выяснилось, это был шиповник, потому что все руки и ноги быстро покрылись ссадинами) и хорошенько там проревелась. Мне было обидно за себя. Я столько всего прошла - голодание, бессонные ночи, сорванное горло, изуродованная внешность, - а Аня предлагала мне отказаться от всего достигнутого. Ну нет, не хочу, чтобы мои труды пропадали зря. - Э-эй, бегущий по лабиринту, где ты?! - услышала я вдруг голос. Конечно, кто ещё, кроме него, может меня искать. - Я тут, - нехотя отозвалась я, растирая онемевшие ноги. Сколько же я просидела на холодной земле? - А-яй, - зашипел Артём, забираясь ко мне в кусты. - Ты что, Рапунцель, в колючей башне забыла? - Я не Рапунцель, я Джордан О Нил*. - А-а-а, пошедшая против правил... На, - парень протянул мне теплое одеяло и вытащил меня из кустов. - Ну ты и ледянющая, Санька. Пошли, погреемся. Я закуталась в одеяло, и мы почти бегом вернулись в здание. - А где все? - я подышала на замерзшие руки. - В бассейне плещутся, мы с утра уже немножко посоставляли план. Холодные деньки наступают. - Где греться будем? - мы вошли в жилой коридор. -...в душе? Хотя тоже ужасно хочется в бассейн. - Ну, иди... Я что, держу тебя? Артём прижал меня к стене и начал беспощадно целовать прямо в коридоре. - О нет, я хочу участвовать в твоем согревании. Я отпихнула его. - Не надо. Я не хочу пострадать ради твоей прихоти. Я верю тебе, но... не хочу промахнуться. Парень улыбнулся и погладил меня рукой по плечу. - Понял. Ты хочешь, чтобы я стал импотентом. - А тебе лишь бы было, в кого пихать свой конец, - фыркнула я. Артём хлопнул меня по заднице и приказал: - Быстро под горячий душ, после поговорим! И я отправилась греться. Я могла спокойно постоять или посидеть на кафельном полу под струями горячей воды, отдохнуть и расслабиться, зная, что никто меня не потревожит. * Джордан О Нил - героиня одноименного американского фильма "Солдат Джейн" (1997). В правительстве США возникают дискуссии на тему дискриминации по половому признаку в военно-морском флоте страны. Для доказательства того, что женщина может служить наравне с мужчинами, при поддержке одной женщины-сенатора лейтенант Джордан О’Нил принята в подразделение спецназа «морские котики».