Отражение зеркал

      — Снова не спишь, нии-сан? А ведь отдых ещё никого не убил, — слова вновь звучат с неким укором, но Саске желает своему брату только счастья. — Когда ты вернулся?       — За полночь, — старший всегда немногословен. Таков его характер, характер Учиха. — Я не голоден, спасибо, — опередив обычный вопрос, ответил он.       Облокотившись на спинку дивана, Итачи чуть повернул голову к нему… к тому, кого поклялся защищать. Длинная чёлка наверняка мешала глазам, но Саске никогда не говорил об этом и, кажется, был вполне доволен длиной. Небольшая татуировка на шее слева в виде символа Учиха была у всех его представителей, и он не исключение. Поверх чёрной майки была одета фиолетовая рубашка, на поясе серых брюк висел протектор с чёрной лентой. Сейчас он ходит босиком, но брат прекрасно знает, что его выбором на сегодня станут сандалии тёмного цвета. Хоть какое-то разнообразие в цветах, не то что у него самого: всё чёрное, серое или тёмно-синее.       — Надеюсь, слова Хокаге были не шуткой.       — Нет, конечно. Сегодня выпуск как раз того курса, в котором должен был ты учиться, — вздохнул Итачи. И почему именно им так не повезло с отношениями с коноховцами?       — Значит, это мой шанс, — натянув чёрную беспальцовку на вторую руку, улыбнулся Саске. — Ну, я пошёл.       — Подожди, — приостановил его старший. — Ты постоянно говоришь о своей мечте, но чем она отличается от желаний детей, которые хотят стать Хокаге? Только трактовкой?       — Не смей сравнивать мою мечту с этими детскими мечтаниями. И не смей меня сравнивать с Хокаге… никогда… Чтобы мир менять, власть не нужна. Та ночь научила меня многому, но вот, — он сжал ладонь в кулак, — она не научила Деревню ничему, — он выдохнул, приходя в себя. — Буду не раньше обеда.       — Иногда твоё желание напоминает мне худшую стадию ненависти, — уже самому себе поведал Итачи, потому что его слова заглушил звук закрывающейся двери.       И почему Саске всегда так неприятны разговоры о его мечте? Разве это не его личное дело?       Резкий порыв воздуха ударил по лицу — Саске подпрыгнул, убегая от квартала подальше.       Третий Хокаге постоянно обвинял его, что он носит маску счастливого человека, весельчака, хулигана в какой-то степени. Но разве это маска?       "— Почему вы не верите, что я на самом деле такой?       — Твой отец, брат - все Учихи такие.       — Хватит сравнивать меня с другими! Я — Учиха Саске!"       Почему он не может быть весёлым, счастливым, хулиганистым парнишкой, что вполне естественно для его возраста? Он же просто может иногда стать спокойным, собранным шиноби, специально для дела. Он искренне не понимал «каменных, неживых» людей. Не понимал, как можно ходить всю жизнь со стальным лицом.       Разогнавшись почти до своего предела, Саске чуть не пропустил здание Академии, куда и направлялся. Отдышавшись, он осторожно прошёл на территорию, где было очень много учеников и их родителей. Все до единого посмотрели на выжившего из печального клана: кто-то с презрением, кто-то с интересом, а ученики и вовсе с вызовом. Но не было ни одного взгляда, который бы посочувствовал ему. По крайней мере, Учиха не замечал таких. Он сглотнул, когда толпа стала перешёптываться. Только благодаря опущенной голове и длинной чёлке удалось скрыть подступающие слёзы. Но всё внезапно стихло, что очень испугало брюнета.       — Я очень рад, что ты пришёл, Саске-кун, — прозвучал недалеко за спиной знакомый голос. — Надеюсь, ты готов.       — Хокаге-сама… — Учиха обернулся: позади него стоял высокий блондин, почёсывая затылок. На нем, как и всегда, впрочем, был надет белоснежный лёгкий плащ с кандзи бордового цвета, обозначающими Четвёртый Хокаге, и на протяжении всего подола виднелся рисунок, напоминающий огонь, красного цвета. Плащ всегда расстёгнут, а под ним был зелёный жилет джонина.       За Четвёртым стоял мальчик такого же возраста, что и сам Саске. Пшеничные волосы забавно торчали во все стороны, а новая повязка Деревни Листа на лбу буквально блестела. Небесно-голубые глаза внимательно осматривали с головы до ног Учиху. Он поморщился, заприметив красно-белый символ на шее наследника. Блондин потёр щёки, на которых виднелись свежие синяки и три тёмных полоски. Он отряхнул рукав светло-оранжевой куртки от пыли, затем вышел из тени отца, засунув руки в карманы брюк, в тон куртке.       — Хокаге-сама, вы можете проходить! — выкрикнул Ирука, открыв двери здания.       — Пойдём, Саске-кун? — Четвёртый протянул ему руку. Тот неуверенно кивнул, вытянув ладонь в ответ. Широко улыбнувшись, Минато вложил туда небольшой подарок, сразу скрывая его от глаз брюнета закрытием ладони. Несколько секунд он продолжал держать в своей руке руку мальчика. — Пусть это станет опорой для тебя, точно так же, как и брат.       Хокаге ушёл вместе с сыном в сторону здания. Саске расслабил пальцы: на его ладони находилась небольшая фигурка оскалившегося волка, сделанная из кристально прозрачной стали. И вроде бы ничего примечательного, только вот на шее этого зверя виднелся маленький символ проклятого клана, как раз слева, что подсказывало, что Учиха-младший имеет прямое отношение к этому хищнику.       Губы дрогнули в улыбке, тёплой и благодарной, а в глазах отразились блики утренних солнечных лучей. Саске подбросил фигурку, затем, поймав, убрал её в карман брюк и прошёл вслед за остальными учениками.       Сев рядом с шатеном среднего роста и собачкой с белой шерстью, он подпёр голову рукой, прикрывая глаза. Мальчик, сидевший рядом, с интересом разглядывал его, поглаживая пса. Его взгляд упал на пояс брюк.       Протектор с чёрной лентой, на котором было много вмятин и потёртостей. Что здесь делает генин первого ранга?       — Итак, сегодня замечательный день: вы все стали генинами и вам пора разбиться на команды. Группы по три ученика и одного наставника. Команды формируются по силе, а никак не по моему желанию, — он посмотрел в сторону Наруто. — Первая команда: Юрасай Касуми, Симидзу Такаши, Саито Рока. Вторая команда...       Все новоиспечённые генины внимательно слушали Четвёртого Хокаге, некоторые радовались, другие — огорчались. Не всем смог он угодить в выборе напарников, но против него идти ученики боялись — не просто же так его назначили Хокаге.       Минато улыбнулся, взглянув на следующий состав. Над ним он думал недолго.       — Седьмая команда: Узумаки Наруто, Харуно Сакура, Учиха Саске.       — Саске-кун, зайди ко мне через минут двадцать.       — Хорошо, Хокаге-сама, — бросил брюнет через плечо, уходя за территорию Академии ниндзя.       Узумаки Наруто и Харуно Сакура… Первый — сын Хокаге и один из лучших выпускников, а вторая, насколько он позволяет себе знать, — ученица Цунаде, молодой ирьёнин. Неплохой состав, осталось узнать, кто наставник. Уже ближе к вечеру они познакомятся с ним. Единственным отстающим звеном останется он…       Не спеша прогуливаясь по лавкам в центре деревни, он забрёл в оружейный магазин, где так любил бывать. Продавец многое рассказывал ему про оружие, их методы использования, что сделало его неплохим знатоком.       — Добрый день, Ясуши-сан, — поздоровался Саске, махнув рукой в знак приветствия.       — Добрый, — кивнул мужчина. Заметив, что мальчик оглядывается в поисках своего любимого экземпляра, он поспешил предупредить его: — Его купили сегодня, минут семь назад. Я даже не верил, что за пятнадцать тысяч рё продам его.       Учиха провёл пальцами по полке, где всегда лежал экземпляр: чисто, ни единой пылинки. Всего две тысячи… ему оставалось накопить две тысячи!       — Кстати, твоя партия продана с блеском! Две триста с меня, как и обещал.       — Ага, — пробормотал Саске, выходя из небольшого здания, окрашенного в серый цвет. Засунув руки в карманы брюк, он нахмурился и отправился в сторону Резиденции Хокаге.       По пути Учиха заметил знакомого блондинистого парнишку, Узумаки Наруто. Он выходил из цветочного с букетом каких-то чёрных цветов. Махая рукой девчонке из клана Яманака, насколько Учиха позволяет себе знать, Наруто уходил вглубь толпы. Не обратив на это должного внимания, Саске пожал плечами, продолжив движение.       Идти пришлось недолго. Через пару минут он уже был в кабинете Хокаге.       — Ещё раз здравствуй, Саске-кун, — кивнул Четвёртый. — Садись, у меня к тебе есть разговор.       Слегка поморщившись от тона и самих слов, ведь такое добром не кончается, тот сел на стул.       — Неделю назад заходил Итачи, просил кое-что для него сделать, я и согласился. Позавчера все нужные бумаги были приготовлены, — достав из ящика стола стопку бумаг, он протянул её Учихе. — Передай их Итачи. И… поддержи его, ладно?       — Хорошо, Хокаге-сама, без проблем, — забрав листы из рук Четвёртого, уверил он его. — Я могу идти?       — Конечно, Саске-кун.       — Пожалуйста, не добавляйте к моему имени приставок, ненавижу это, — выходя за дверь, поведал тот.       — Хорошо. Учиха-кун… неплохо звучит, — рассуждал Минато, потирая подбородок.       Брюнет улыбнулся, качая головой. Минато вообще редко можно увидеть грустным, разве только… десятого марта, ну конечно!       «Сегодня же десятое, теперь понятно, почему Наруто-сан шёл с цветами», — хлопнув себя по лбу, догадался он. Убедившись ещё раз, что память подводит абсолютно всех, Саске направился к дому.       — Они две противоположности. Лёд и пламя. Лето и зима. Чёрное и белое. Кроваво-красный мак и алая роза.       — Разве так не положено быть братьям, Хирузен? Это вполне естественное положение вещей, — пытался возразить Данзо, отпив воды из стакана.       — Ты не понимаешь! Они сближаются, если так продолжится, то скоро они догадаются обо всём, и его уже придётся защищать нам. Их надо выбить из игры… — смахнув своей фигурой фигуру противника на доске, предложил Сарутоби.       — Тогда у меня есть несколько идей, как это сделать, и самая первая мне нравится больше всех. Вот как мы поступим…       — Эй, Итачи! Ты дома? Тут тебе передать просили…       Из ближайшей двери, ведущей на кухню, показался старший брат. Его лицо больше походило на живое, не то что утром: вялое, безжизненное, уставшее. Он молча протянул руку в ожидающем жесте. Обидевшись, Саске бросил документы и начал снимать обувь. Смотря на сопящего брата, который пытался снять сандалии, Итачи слегка улыбнулся.       — На кухне онигири с тунцом, — объявил он.       — Я не хочу, — пробубнил младший, садясь на диван.       До встречи ещё около двух часов. Итачи давно для себя приметил, что брат не обладает таким качеством, как пунктуальность, и потому часто опаздывает. Искоса смотря на того, он читал данные самого первого листа бумаги.       «Учиха Итачи, джонин. Дата назначения: седьмое марта. Специализация: гендзюцу. Должность: командир команды генинов».       А большего ему и не надо… Джонин? Джонин! Вот и всё.       Он устал. Он не достоин повышенного внимания. Как и той должности, которую занимал. Любому человеку нужен отдых… Пускай глупенького парнишку он видеть будет редко, но это лучше, чем два с половиной месяца. Всего два с половиной месяца в год! Вы представляете, насколько это мало?! Итачи знает, что брату попадётся хороший учитель. Ещё лучше, если этим учителем будет он сам.       Старший вздохнул, повернув голову к отдыхающему парнишке: тот сидел, запрокинув голову назад, и что-то мечтательно нашёптывал себе самому.       Саске меняет его, меняет точку мировоззрения, а Итачи, в свою очередь, изменяет его, готовя к нелёгкой жизни шиноби. Хотя она уже изрядно потрепала их обоих. И каждый раз казалось, что хуже уже просто некуда, но нет: становилось довольно-таки хуже в последующие испытания.       Как кошмары часто преследуют заслуженный сон Итачи, как Саске отчаянно тренируется, пытаясь скрыть свои недостатки за непроглядным туманом умений. Как младший злится, когда возвращается домой побитым, рассказывая, что он вновь спокойно проходил по одной из улиц, а потом на него напали дворовые мальчишки, несколько старше его. И все прохожие смотрели на это спокойно, как-то буднично, как будто это происходит постоянно. Как старший молча может просидеть на холодных листьях, вспоминая родных, совершенно не шевелясь, до тех пор, пока не придёт Саске и, крепко обняв, попросит идти домой. Разве это нормальная жизнь? Почему все забыли трагедию пятилетней давности? Почему их считают какими-то выродками, не заслужившими жить и не знающими, что такое дружба, любовь и чувства?       Итачи сел рядом с братом, который уже успел уснуть и сейчас мирно посапывал с лёгкой улыбкой на лице.       — Вы не имеете права говорить так о нём, Хирузен! Вы ничего о нём не знаете.       — А многое ли известно тебе, Итачи? — и тут Учиху передёрнуло. — Кроме того, что вы связаны кровно, что он инвалид, мечтающий глупый пацан?       Учиха не нашёлся с ответом, как ни старался. Задания Анбу сказываются на нём и на брате.       — Вот! И ты тоже ничего не знаешь, — Сарутоби указал на него.       — Нет! И мне кое-что известно! В отличии от других представителей клана Учиха, он умеет мыслить лишь в одном направлении, ставя перед собой цели, которые можно достигнуть, — Хирузен приподнял голову, поняв, что имеет в виду юнец.       Революция Учиха…       — Он свято чтит память о жертвах геноцида, не оскорбляет славный прах слезами. Лишь… — он запнулся, вспоминая недавно прошедший день памяти и скорби, — стоит на месте, смотрит на плиты и молчит.       — И это всё? — в возникшей паузе спросил Третий Хокаге.       — Его глаза… Вы когда-нибудь вглядывались в его глаза?! Там скрывается что-то ирреальное! Что очень трудно передать словами.       — Тут я с тобой поспорю, — возразил Хирузен, устало массируя виски.       Повисла тишина, которую прерывать никто не собирался. Пока. Их взгляды были упёрты друг в друга, но спустя минуту Итачи не выдержал этого, отведя взор. Проведя пальцами по переносице, Сарутоби тяжело вздохнул.       — В этих глазах нет страсти и желания жить. Яркие эмоции только тонкая накидка поверх бездонного озера боли.       По телу ударила мелкая дрожь. Он… да как он смеет?! Раздражает!       — Свободен, — бросил Третий как ни в чём не бывало.       — Эй, хорош спать! Дрожишь!       Саске продолжал настойчиво трясти брата за плечи, пытаясь разбудить. Тот, что-то неразборчиво пробормотав, открыл наконец глаза. Хлопнув пару раз по щеке брата, младший улыбнулся, довольный собой. Он продолжил обматывать бинт вокруг левого запястья, скрывая ещё один символ.       — Кошмары? — участливо поинтересовался Саске, завязав узел на повязке. Итачи заторможено кивнул. — Говорил я, надо развеяться, взять ещё один отпуск.       — Не в этом дело, — мотнул головой старший. Брат удивлённо приподнял брови, но быстро нашёлся со следующей фразой.       — Поздравляю, — ухмылка украсила его лицо. Глядя на непонимающий ни черта взгляд старшего брата, Саске махнул рукой. — Забудь. Я обещал кое-кому встретиться, так что, пойду я, пожалуй.       Получив одобрение в виде утвердительного кивка, он покинул дом.       — Иногда мне кажется, что ты сенсор.       — Да нет, Цунаде-сама, — махнул рукой Саске, — не преувеличивайте, — он поравнялся с женщиной, бросая взгляд на Деревню.       — Как ноги?       — Привык уже, фантомной боли почти нет, — холодно ответил Учиха, затем добавил: — Давно… Надолго к нам? — решил он сменить тему.       — Прилично, — кивнула головой Сенджу.       Спокойно разговаривая на разные темы, в основном касающихся Деревни и её дел, Саске был вынужден прервать беседу. Попрощавшись с женщиной, он спрыгнул с платформы, приземлившись на ветку дерева, затем слез и с неё. Встреча проводилась в Центральном парке, около Мерцающего фонтана. Придя туда, Учиха обнаружил там Сакуру, которая вглядывалась в рябь на воде, образовавшеюся из-за упавшего листка. Он никак не смог заставить себя вспомнить, что же это напомнило ему.       — Эм, привет… — начал Саске, привлекая внимание девушки. — Меня зовут Саске. Учиха Саске.       Смотря на протянутую руку брюнета, Сакура слегка растерялась. Она не раз видела, как его всячески избивали и обзывали дворовые мальчишки, но и вступиться не могла: дядя запрещал это делать, аргументируя тем, что не заслужил он этого. Да и сам Саске помнил девушку. Один раз, года два назад, она помогла ему добраться до госпиталя, потому что сам сделать бы это он смог только через полчаса, а то и больше.       — Мальчик, проснись, пожалуйста. Мальчик, — прозвучал сверху робкий голос, а до плеча осторожно дотронулись.       Открывался лишь один глаз, другой совсем заплыл — пацаны старались изо всех сил. Над ним расстилалось небо в тёмно-серых тучах, а в стороне розоволосая девочка стояла на коленях и легонько трясла его за плечо. Сложившаяся ситуация быстро отрезвила его. Он упёрся ладонями в землю и попытался подняться, но резкая боль в теле, преимущественно в области живота и спины, не дала ему сделать это беспрепятственно. Судорожно выдохнув, Саске предпринял вторую попытку, которая увенчалась успехом. Неровно стоя на ногах, он глянул в сторону девочки.       — Сколько время?       — П-почти восемь вечера, — заикаясь, ответила та, так же поднимаясь с холодной земли.       — Брат ещё не вернулся, хвала небесам.       Он развернулся и, прихрамывая, пошёл прочь.       — Подожди! Госпиталь в другой стороне! — Сакура быстро подбежала к Учихе. И вовремя: тот вновь собирался познакомиться с землёй. — Давай я провожу тебя. Тут совсем рядом.       — Я сам справлюсь, — огрызнулся Саске, отвернув голову.       Обречённо закатив глаза, Харуно схватила его за невредимую правую руку и направилась к госпиталю. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, и потому Саске поравнялся с ней.       Спустя минут пятнадцать медленной ходьбы они прибыли на место. На крыльце стояла Цунаде, и Сакура помахала рукой, привлекая её внимание. Та быстро обернулась и поспешила помочь.       — Спасибо тебе, — выдохнул Учиха, глядя на девочку в упор.       Её зелёные глаза… и его чёрные…       — Мы тогда даже не познакомились, — вспомнила Сакура, пожимая руку брюнета. — Харуно Сакура.       Она села на скамейку рядом с фонтаном. Новоиспечённый друг сделал то же самое.       — Да…       — О чём болтаем? — ребята обернулись на голос: на воде стоял Наруто. На нём была чёрная куртка, а не оранжевая, как утром. Сделав эффектное сальто, он приземлился на скамейку. — Как-то тут пустынно, обычно народу много.       — Интересно, кто у нас будет учителем, — скорее у самой себя поинтересовалась Сакура, посматривая на вход в парк.       А Саске знал… Вернее, догадывался. Брата сделали джонином, в тексте было указано, что наставником какой-то команды — раз. В пять вечера проводится всего две встречи: у них, и у первой команды. То, что Итачи не спешил, «сказало», что он идёт на одну из этих встреч — два. Ну, а три — Хокаге такой человек…       Наруто резко кинул себе за спину кунай, как только обернулся. Саске проследил за его взглядом.       «Хах, это было легко…»       — Реакция не подвела, — констатировал очевидный факт Итачи, бросая оружие в воду.       Под расстёгнутым зелёным жилетом виднелась синяя рубашка. Руки были в карманах чёрных штанов, но это не помешало заметить мелкие шрамы, которыми ладони были просто усыпаны. Красные сандалии немного запылились, что говорило о том, что он спокойно шёл по улице, никуда не спеша.       — Я видел тебя неподалёку, — заявил Наруто, немного расслабившись.       — Ха… Интересно, — тихо произнёс Анбу, слегка прищурившись. — Меня зовут Учиха Итачи, и я буду командиром вашей группы.       — Узумаки Наруто!       — Харуно Сакура!       — Учиха Саске, — как-то сдавленно ответил тот, потупив взгляд.       «Родственнички…» — заметил Наруто и ухмыльнулся.       — Первый из вас, добравшийся до пятого тренировочного полигона, получит перевес в первой тренировке.       Саске, к удивлению новых напарников, приготовился к бегу, слегка наклонив корпус и отводя левую руку назад. Наруто нахмурился, затем бросил удивлённый взгляд на капитана. Тот кивнул головой, искоса наблюдая за братом. Это состязание несправедливо по отношению к нему.       — Сейчас!       По команде генины сорвались с места с помощью сильного прыжка, а Учиха-младший, перепрыгнув скамейку, побежал в крону деревьев, где и скрылся от взора Итачи.       Облокотившись спиной о ствол дерева, Анбу спокойно ждал новых учеников.       Первое впечатление они произвели неплохое. Особенно Наруто со своим броском куная. Сакура тоже была готова к атаке — это было видно, как она частенько поворачивала голову на странные шумы вокруг. А Саске наверняка догадался о самой личности учителя.       Спустя одиннадцатиминутное ожидание на полигоне появилась Сакура. Отдышавшись, она подошла к Итачи. Тот показал ей сесть рядом, а сам продолжил прислушиваться.       «Она использовала навыки чакры. Ходьба по деревьям».       Минуты через две из леса показался Саске: красный, крупные капли пота стекали по лицу, но тот продолжал бежать. Он улыбнулся, глянув на девушку, что уже отдыхала в тени, и случайно споткнулся о камень, который не заметил. Рухнув лицом вниз, он задержал дыхание.       Итачи уже хотел встать и осведомиться, всё ли в порядке, как внезапно услышал смех. Такой чистый, безмятежный. Такой до одури детский. Тело продолжало содрогаться, а сам Саске перевернулся на спину.       Неожиданно он замолчал, стоило только Узумаки появиться рядом с ним.       — Тринадцать минут, — подвёл итог Учиха, встав с травы. — Думаю, можно начинать.       Саске подскочил с земли, Сакура подошла к товарищам, а Наруто напрягся.       — Задание состоит в том, чтобы убедить меня в своей пригодности, готовности к такой жизни, понимайте это как хотите.       — Победить тебя? Это будет весело, — потирая ладони, прошипел Наруто, сверкнув солёно-синими глазами.       — Забавно… — простонал Саске и тяжело вздохнул.       — В каком-то смысле — да, нужно победить меня, — пожал плечами Итачи.       Узумаки отскочил подальше, начав продумывать план действий. Сакура запрыгнула на ветку дерева.       — Ты не понял задания, Саске?       В воздухе витал какой-то едкий дым, показавшийся ему запахом догорающей правды. Ему не совладать со своими сверстниками, а здесь… задачка похлеще. Воин Анбу, Учиха…       Его тренировки с братом были настолько редкие, что способностей как таковых Саске просто не знал.       Хмыкнув, Саске нанёс первый удар. Вернее попытался: он был блокирован выставленной ладонью. По вздёрнутой вверх брови Саске догадался о заинтересованности брата. У младшего было восемь месяцев, чтобы стать сильнее. Пора показать, что потратил он это время не зря!       Он каких-то чувствах и речи быть не может… Настоящий бой, без поддавков, спасений, обид. Терпение, мастерство, боль… они — сегодняшние спутники.       Итачи только защищался, откровенно говоря, ему было скучно. До определённого момента. До того, как Саске отскочил от него, начав складывать печати.       — Стихия Огня: Огромный огненный шар!       Чакра, преобразованная в огонь, стремительно приближалась к воину Анбу. Тот немного помедлил, но всё же смог уйти от атаки. Приземлившись неподалёку, он стряхнул пыль с жилета. Сзади показался расплывчатый силуэт — Итачи резко обернулся. Сакура собиралась ударить… по земле? От удара земля клочьями разлетелась в стороны, а Учиха еле успел отскочить. На его лице застыло удивление.       Внезапный свист воздуха за спиной — Наруто подпрыгнул. Несколько появившихся клонов заставили командира отступить подальше. Сбитое дыхание он быстро преобразовал в обычное, спокойное.       — Хороший удар, Сакура! — подбодрил Наруто подругу, улыбнувшись.       — Спасибо, — смущённо ответила она, чуть покраснев.       — Это всё? — ироничным тоном поинтересовался Итачи, вздёрнув бровь. — Я ожидал большего от в…       — Стихия Огня: Огненный шар! — раздался вновь за спиной крик.       — Стихия Ветра: Воздушный поток!       Взрыв огня, произошедший между Учихой и Узумаки, озарил место, начавшее темнеть. У обоих подкосились ноги. Клоны испарились с небольшим хлопком. Наруто поднялся с травы и отошёл подальше. Так же сделал и Саске. Харуно встала на том месте, где был учитель. Собрав в кулаке немного чакры, она ударила по земле. Вновь раздался взрыв. Дождавшись, пока дым рассеется, Сакура осмотрелась. Неподалёку от них на одном колене стоял Итачи, переводя дыхание. На его щеке красовалась небольшая царапина, оставленная камнем.       — Множественное теневое клонирование, — прошептал Наруто, сложив незамысловатую печать.       Появившиеся три клона, так же как и хозяин, еле-еле держались на ногах, но огонь борьбы продолжал гореть в глазах парнишки.       — Выдохся уже? — поинтересовался Узумаки, немного скосив взгляд.       Саске скрипнул зубами, но поднялся с земли.       — Размечтался, зубрилка, — сплюнул он.       — Чего сказал?!       — Что слышал!       — Не ссорьтесь, мальчики, — отодвинув парней на расстояние как минимум полтора метра друг от друга, проговорила Сакура. — У нас впереди есть целая жизнь, чтобы узнать, кто зубрилка, а кто — ниндзя.       Хмыканье командира оторвало их от своего занятия. Тот с каким-то вялым лицом стоял на ногах, будто происходящее последних минут не сильно удивило его.       — Это всё?       Ухмылка украсила лицо Саске, а сам он со странным упоением прикрыл глаза.       Сзади на Итачи набросился настоящий Саске, ибо тот, что стоял перед ним, растворился в воздухе. Сомкнув пальцы в замок на шее брата, он отчётливо прокричал:       — Наруто, давай!       Клоны и сам Узумаки, хрустнув пальцами, побежали на Учиху-старшего.       Обречённо вздохнув, Итачи с помощью ловкого приёма сбросил с себя брата, затем расправился и с Наруто вместе с клонами. Младший Учиха на несколько секунд потерял ориентацию в пространстве, отчего оказался подвешенным в воздухе. Точно так же, как и его новый товарищ.       — Удивительно, вы впервые видитесь, но между вами сложилась командная работа. Даже воинам Анбу требуется больше времени.       — Сочтём за комплимент, — ответил Наруто, пытаясь разжать кулак командира.       — Думаю, такие ниндзя будут полезны Деревне. Завтра приступаем к миссиям.       — Да! — воскликнул Саске, замахав руками.       Отпустив мальчишек, Итачи подошёл к Сакуре.       — Кто тебя научил ходьбе по деревьям? — поинтересовался он.       — Эм… Цунаде-сама показывала этот приём. Ну, я и решила воспользоваться им.       — Прекрасно. У тебя хорошие навыки контроля, да ты и так ирьёнин, тебе ли не знать. Умница, — положив ладонь на её плечо, проговорил Учиха.       Кивнув, девочка улыбнулась, слегка покраснев. Подошедший Наруто взял её за руку, намереваясь проводить.       — До завтра, было интересно с тобой сражаться, — кинул он, и вместе с Сакурой они пошли прочь с полигона.       Харуно обернулась и помахала рукой на прощание. Саске так же поднял руку вверх.       — Знаешь, братец, сегодня ты удивил меня, — потирая подбородок, заявил Итачи, когда парочка детей скрылась за листвой.       — Правда?       — Конечно, — кивнул воин Анбу, — не каждый в твоём возрасте мог создать два огненных шара с интервалом, менее, чем минута. Даже я такого не мог. Да и то, что ты самостоятельно стоишь на ногах, означает, что запас чакры у тебя поистине большой. Опять же для твоего возраста.       Ничего не сказав, Саске крепко обнял брата, вдыхая такой родной запах. Губы Итачи растянулись в улыбке. Он прижал младшего к себе ближе, утыкаясь в его макушку.       — Ты молодец, Саске. Молодец, братишка, — шёпотом произнёс старший.       

Просто в этой жизни нет смысла без тебя,       И моя мелодия уже не моя.       5sta Family — Моя мелодия.