Повелительница Скал

      Прошло шестнадцать лет с того времени, как Рэйчел Окделл стала Рэйчел Алва. Много воды утекло, много всего изменилось в Кэртиане. Алва стал регентом после того, как Катарина Ариго-Оллар ушла в монастырь. По слухам, ей явился с того света призрак убитого супруга, после чего женщина удалилась от власти и предпочла тишь монастыря шуму дворца. Талиг одерживал победы на море и на суше. С Дриксен и Гайифой был подписан мир на весьма выгодных для Талига условиях. Оллария благополучно восстановилась после Излома. А Надор стараниями Алвы стал процветающей провинцией, подобно Кэналоа. Но в Надоре Рэйчел почти не появлялась, живя то в столице, то в замке Алвасете. Она на всю жизнь полюбила шум прибоя, белый мрамор стен старинного замка, веселый говор кэналлийцев, их зажигательные пляски и прекрасные песни. А в Надоре хозяевами стали Эдит и Реждинальд. Сначала виконт Лар, а после смерти отца – граф Ларак был опекуном девочек, а когда им исполнилось по семнадцать лет, пути малышек разошлись. Эдит поняла, что мягкий, всегда доброжелательный Наль ей нравится, несмотря на разницу в возрасте. И она заявила, что или он возьмет его в жены, или она уйдет в монастырь с сестрой. Дейдре пошла в монастырь. Она всегда мечтала посвятить свою жизнь Создателю. Рассказы матушки, которая больше всего времени проводила с болезненной Ди, возымели свое действие. Когда-то малышка мечтала о том, как будет жить в монастыре, молиться за всех родных и близких да вышивать. Эдит и Реджинальд отговаривали ее, но Дедйре осталась верна девизу Окдедлов. Тверда и незыблема. И она настояла на том, что ее желание выполнили. Свое восемнадцатилетие она встретила будучи уже послушницей монастыря святой Женевьев.       Рэйчел узнала об этом и расстроилась. Она думала, что сумеет выдать младшую сестру удачно замуж, увидеть племянников, порадоваться за счастье Ди. Но Рокэ справедливо заметил, что каждый человек сам выбирает себе счастье. И Рэйчел не могла не согласиться с мужем. Зато Эдит и Наль жили дружно и род Лараков-Окделлов продолжился. У них было двое сыновей и младшая дочь. Он несколько раз гостили в Кэналлоа. Но сестра призналась, что северный климат родного Надора ей куда ближе, чем жаркий край у моря. Рэйчел родила еще одного ребенка, сына. Рокэ был счастлив тем, что у него появился наследник, которого назвал Рамиро. - Теперь в роду Алва трое Рамиро, - сказал он жене. Рэйчел хотела назвать сына Аланом, но не стала перечить мужу. Про себя она решила, что Создатель подарит ей еще сына. Но, увы, больше детей у нее не было.       Стефания росла красавицей. Южная внешность стала со временем еще ярче. А совладать с норовом красавицы мог разве что Рокэ. Стефания обожала фехтование, ездила на диких морисках не хуже юноши, плавала отменно и заплывала далеко в море. - Ей бы мужчиной родиться, - говорил порой Алва, узнавая об очередной проделке своей любимицы, - и я сразу бы посочувствовал тому, кто осмелится взять этакое чудо в оруженосцы. Рамиро старался не отставать от старшей сестры в проделках. И часто сорванцы приходили домой в изодранных рубашках, с синяками и ссадинами, ели свой ужин и падали, едва дойдя до комнат.

***

      Ничто не омрачало жизнь регента и его супруги. Прошлое было накрепко забыто, спрятано и похоронено под плитой с надписью «Эстебан Колиньяр, маркиз Сабве. 381г К.С. – 398 г. К. С.» Ни разу ни Рэйчел, но Рокэ не вспомнили о том наглом юноше, что решился на подлость.       Лишь раз прошлое подняло голову, напомнив о себе. Это случилось во дворце в праздник в честь Дня Рождения Его величества Карла Четвертого. Стефания вовсю кокетничала с юношей, чуть похожим внешне на нее. Анри Колиньяр, сын Анны-Ренаты и Арнольда Манрика волей еще Катарины получил титул. Сейчас ему было около шестнадцати – осенью юный герцог отбывал в Лаик. Рэйчел вздрогнула – на миг ей показалось, что она видит перед собой своего насильника. Те же темные глаза, точеный профиль, хищный оскал, выдаваемый за улыбку. «Спокойно, - приказала она себе, стараясь, чтобы сердце не билось, как сумасшедшее, - это не он. Не ОН! Тот, кого ты до сих пор… боишься, похоронен много лет назад. Эот мальчишка – просто родич, и не его вина, что ему досталась в наследство внешность покойного дядюшки».       Но внутренний голос нашептывал, что душа покойного маркиза Сабве явно вселилась в это тонкое тело. Уж очень похожими были жесты, движения. А когда он, рассказывал что-то Стефании, откинул со лба волосы, Рэйчел едва не стало дурно. Сейчас она могла бы сказать со всей уверенностью, что видит перед собой погибшего Эстебана. - Как ты могла, - распекала позже она дочь, - ты хоть знаешь, кто такой этот юноша,ч то вскружил тебе голову. - Отчего сразу вскружил? – недоуменно пожала плечами Стефания, - Я просто удивилась, что внешне мы немного похожи. Анри очень мил и по-своему забавен. Он рассказывал мне о южной Эпинэ. - А вы ему о Кэналлоа? – подошел регент, - И о том, как лихо карабкаетесь по скалам и выбиваете шпагу у старого Хосе? Тогда, боюсь, вы отпугнете его еще до того, как он узнает, что вы умеете ездить без седла. Колиньяры предпочитают более слабых и беззащитных женщин. После, когда праздник уже закончился, Рэйчел сказала, строго глядя на дочь: - Мне не нравится, что ты общаешься с этим молодым человеком. Не забывай, сын третьего сына Манриков и дочери Колиньяров, которые в свое время находились под арестом в обвинении в измене Талигу. - Мама, ты сама говорила, что дети не отвечают за грехи отцов. И рассказывала мне про своего отца, герцога Окделла, - вскричала дочь, удивленная и обиженная запретом. - Не в этом дело, - устало ответил герцог Алва, - просто эта семья… так скажем, ненадежная. И мама не хотела бы, чтобы ты общалась с Анри, хотя, надеюсь, он окажется вполне достойным человеком. - Если что, я вызову его на дуэль, пообещал Рамиро. - Я сама вызову, - едко ответил старшая сестрица. Рокэ расхохотался. - А если вы оба вызовете на дуэль меня? Точнее, на учебный поединок? Ну-ка, бегом! Кто быстрее до оружейной, тому достанется лучшая рапира. Оба рванули туда, причем Стефанию не смущали длинные юбки, в которых она научилась бегать быстрее, чем брат в брюках.       Рэйчел смотрела на них, и думала… О многом. О том, что благодаря Рокэ она стала той, кем и не метала быть. О том, что у нее лучший муж и лучшие дети. Которых, кажется, все-таки будет трое. - Надеюсь, это будет мальчик, - шепнул ей на ухо Рокэ, обнимая за плечи. - А если девочка – тоже не беда. У нее будет, с кого брать пример. А над Кэналлоа все так же светили звезды, и так же билось о берег море. До следующего Излома был почти целый Круг.