Родителей - выбирают

      - Мам, я пришел! – крикнул Гарри с порога, скидывая промокшую насквозь мантию.       - Мы тебя уже заждались! – отозвался вместо Лили с кухни Сириус. – Дуй с нами чай пить!       Гарри послушно прошествовал в уютное помещение и уселся на свое место. Вся семья была в сборе – родители, брат и крестный с Ремусом, что само по себе было удивительным явлением.       - Опять гулял? – улыбнулась Лили, потрепав младшего сына по вихрам.       - Сидел с книжкой у озера, - отмахнулся Гарри. – Жаль, дождь пошел…       - Ну, ты хотя бы был на свежем воздухе, - вздохнула мать. – Итак, дети, завтра мы идем в Косой Переулок!       - Ур-р-ра-а-а!!! – завопил Мэттью. – А зачем?       - За палочками, конечно же! – весело подмигнул ему Джеймс. – Или вы, молодой человек, безобразно забыли о своем дне рождения?        «Ах, да, завтра же тридцать первое… - припомнил Гарри. – Придут письма из Хогвартса, и все дела!»        Для каждого ребенка День Рождения – долгожданный праздник, но Гарри давно изменил приоритеты. С того самого дня, когда ему открыли дверь в мрачный ветхий дом, так не похожий на особняк Поттеров, мальчик четко усвоил: дата в календаре всего лишь дата. Счастье один раз в год не сравнится с тихими часами, проведенными в не-одиночестве.       И уж тем более не сравнится с долгожданными письмами. У Гарри было достаточно тайн от родителей, тайн ненамеренных, возникших из-за невнимательности самих Поттеров. Не то, чтобы их младший сын старался скрыть от них свое увлечение рисованием, просто как-то так сложилось, что альбом с рисунками не видел никто, кроме его хозяина. Равно как никто не знал о «Истории Хогвартса» под подушкой Гарри и коробочке с леденцами под кроватью…        Но теперь у мальчика была самая настоящая ТАЙНА. Тайна, разделенная на двоих, такой миниатюрный заговор молчания, крепость которого письма от настоящего отца подтверждали раз за разом. И это было целиком и полностью личным делом Гарри. Он даже испытывал некое удовольствие, строча ночами под одеялом обстоятельные ответы – хотя к нему в комнату ночью никто и не заходил, антураж дополнительной таинственности Гарри очень нравился.       Ему нравились и маленькие традиции, появившиеся за время существования ТАЙНЫ. Хотя бы уже потому, что это были его собственные традиции, а не семьи Поттеров! Например, письма, написанные исключительно зелеными чернилами – мелочь, но такая значимая. Цвет глаз любимой женщины и ребенка для одного, цвет факультета отца для другого. Обязательный рисунок от Гарри и не менее обязательный росчерк в виде змеи от Снейпа в конце очередного пергамента. И, с завидной периодичностью, флаконы с простенькими зельями, отправляемые декану Слизерина на экспертизу и оценку стараний младшим Поттером…       Парные кружки в старом мрачном доме. Их приволок сам Гарри в остром порыве собственничества и желании застолбить территорию. Одна, темно-зеленая с серебристой змеей, была торжественно вручена Северусу, другая, серебристая с зеленым василиском, поставлена на полку. К вящему удивлению и тихому удовольствию мальчика, декан Слизерина теперь пил чай исключительно из его подарка.       Обязательный совместный ужин. Завтрак – только на улице, сидя на покосившемся крыльце, не особо презентабельном на вид, но почему-то очень удобном. А в дождь – посиделки на чердаке, куда проникала свежая прохлада и был слышен умиротворяющий стук капель по крыше…       Северус как мог шел навстречу, и Гарри это ценил.       И он слишком долго был один среди неблизких близких, чтобы радоваться банальному Дню Рождения.       - СОВЫ! К нам летят СОВЫ! – радостный ор разнесся по всему особняку, застав обитателей где ни попадя.       - Ну-с, молодой человек, кажется, это вам! – Джеймс картинно поклонился, указывая Мэтту на большую красивую сипуху. Тот дрожащими руками кое-как снял письмо с лапки птицы и нетерпеливо разорвал его.       - Я еду в Хогвартс! – победно воскликнул Мэттью, вскидывая кулак.       - Да я и не сомневался, - хмыкнул Гарри, распечатывая свое письмо.       - Гриффиндор, жди пополнения! – хохотнул довольный Сириус. – Парень, я в тебя верю!       - Сириус! – возмущенно одернула его Лили, скрывая улыбку.       - Я надеюсь, ты будешь таким же классным, как твой отец! – вывернулся крестный. – И отхватишь самую красивую девчонку!       - Мой сын и так шикарен, - довольно заметил Джеймс. – Кровь не вода! Волдеморта в годовалом возрасте уделать, а? Не подведи, Мэтт!       Гарри скромно стоял в углу кухни и с интересом наблюдал за представлением. Пять минут, полет нормальный, сейчас и о нем вспомнят.       - И ты храни честь нашей семьи! – пафосно провозгласил Блэк, хлопая второго крестника по плечу. – Да минёт тебя занудство Когтеврана, тормознутость Пуффендуя и отстойность Слизерина!       «Ага, минёт, как же!»       - А если не минёт? – невинно поинтересовался Гарри.       - А куда ты денешься? – даже удивился Сириус. – Ты же все-таки Поттер!       «Какая неожиданность…»       - Дети! – объявила Лили. – Шагом марш переодеваться! Мы идем в Косой Переулок за подарками!       Мэттью тут же испарился, оставив брата наедине со взрослыми.       - Мам, отец, можно, я подарок сам себе сделаю? – тут озадачил родню Гарри.       - Почему нет, - пожал плечами Джеймс, переглянувшись с женой. – Тебе сколько денег дать?       - Я хочу сам купить себе все к школе, - пояснил мальчик. – Ну, в смысле, совсем сам.       - Но ведь это семейный праздник, - мягко сказала Лили. – Мы хотели провести этот день все вместе.       - Я обязательно зайду в книжный магазин, и хотел бы побыть там, никуда не торопясь и никого не задерживая, - честно ответил Гарри.       - Джеймс, пусть сделает, как хочет! – неожиданно вступился за него Сириус. – Нас с тобой вспомни! Чуть что – деру от родителей, чтоб не мешали, - крестный хохотнул.       - Мне кажется, это неправильно, - покачала головой Лили. Но все-таки согласилась: - Хорошо, Гарри, но пообещай, что позже обязательно присоединишься к нам!       - Хорошо. Я пойду сейчас, можно? Пока народу мало.       - Беги уже, - усмехнулся Джеймс, протягивая сыну кошелек. Студенты-Мародеры могли часами бродить по Косому Переулку, надолго останавливаясь то у лавки с метлами, то в том же книжном, поэтому стремление младшего погулять в свое удовольствие он прекрасно понимал.       - Спасибо! – обрадовался Гарри и был таков.       Было бы ложью утверждать, что младший Поттер так уж хотел провести время в одиночестве, все-таки родителей и брата он любил. Однако Гарри прекрасно отдавал себе отчет – некоторые покупки могут вызвать ненужный интерес, поэтому хотел перестраховаться. Вот взять, например, те же книги. Северус посоветовал ему литературу, не входящую в школьную программу, не запрещенную, но и не самую однозначную. «Теорию Темной и Светлой магии» Джеймс Поттер точно не одобрит, а «Введение в Защиту от Темных Искусств» за авторством слизеринца и подавно. Сами Мародеры в свои школьные годы не стеснялись читать подобное, а то и хуже, но своих детей Джеймс старался воспитывать в парадигме Гриффиндора, не приемля двойные стандарты.       Но, кроме книг, была еще и палочка, весьма четко определяющая суть своего хозяина. Гарри не сомневался, у него на руках окажется «темное» сочетание, откровенно странное для Поттера. Учитывая, что мальчик твердо собрался поступать на Слизерин, привлекать лишнее внимание до распределения он совсем не хотел.       И, наконец, самое главное… Выскочив из дома и отбежав в укромные кусты, Гарри быстро «перетек» в свою настоящую внешность. Так ему нравилось намного больше!       Утром в Косом Переулке людей действительно было немного, и Гарри первым же делом направился к Олливандеру, чтобы не столкнуться случайно с родителями позже. Звякнул колокольчик, приятная, пропахшая древесиной прохлада опустилась на плечи посетителю. От таинственного полумрака лавки невольно пробежал холодок по спине, и Гарри поежился.       - Доброго дня, мистер… - Олливандер запнулся, внимательно разглядывая мальчика. – Мистер Снейп, полагаю?       - А-ага, - кивнул Гарри, немного испугавшись. Такое обращение было непривычно, а уж такое быстрое узнавание… Неужели они с отцом и впрямь так похожи? «А что же будет через несколько лет?!» - ахнул про себя ребенок.       - Поразительно, - задумчиво заметил Олливандер. – И очень необычно. Не беспокойтесь, я сохраню ваш секрет так, как храню секреты своего мастерства.       - А как вы?.. – Гарри запнулся, поняв, что проговорился.       - Ваши глаза, - просто ответил старик. – Из всех, кто когда-либо покупал у меня палочки, такой оттенок был только у одного человека. Ведьмы. Вашей матери. У вас есть одноутробный брат, и, поверьте, я могу сделать выводы, как такое могло случиться.       - Может быть, я метаморф? – предположил Гарри.       - Попробуйте, - Олливандер, не глядя, достал с полки длинную узкую коробочку. Мальчик безрезультатно взмахнул предложенной палочкой. – Однозначно нет. Палочки для метаморфов весьма специфичны, поэтому слабо, но откликаются на таковых все, без исключения.       - Вы точно никому не скажете? – решился Гарри.       - Никому, - твердо пообещал волшебник. – Ну-с, молодой человек, вы правша или левша?..       Спустя полчаса Гарри выходил из лавки, прижимая к груди заветную палочку – мореный дуб и перо феникса. «Необычное сочетание, необычный покупатель», - заявил страшно довольный Олливандер. Палочка оказалась сестрой палочке Темного Лорда по своей сердцевине, а по дереву – Северусу Снейпу.       - Мореный дуб, глазной нерв василиска, - озвучил тогда Олливандер. – Ваш отец тоже непростой волшебник, очень непростой…       И, на прощание, старик временно изменил цвет глаз Гарри.       - Чтобы не вызывать лишних вопросов, - тонко улыбнулся он в ответ на удивление ребенка. – Через четыре часа спадет, будьте готовы.       Гарри от всей души поблагодарил старика и резво дунул за следующим подарком к школе – за питомцем.       День стремительно превращался в по-настоящему праздничный.       Разумеется, вдоволь набегавшись по Косому Переулку, Гарри не стал искать родителей и брата – ему не терпелось рассмотреть покупки поближе, в тишине и спокойствии. Поэтому он направился прямиком за тишиной и спокойствием, то есть, в Паучий Тупик.       - Я пришел! – громко оповестил он, скидывая ботинки и отбрасывая ненужные сейчас очки на зеркало в прихожей.       - Уже? – приподнял брови Снейп, выглядывая из гостиной. – С Днем Рождения, ребенок!       - Спасибо, но ну его к черту, - честно ответил Гарри. – Я тут себе такое купил!..       - А почему не сова? – поинтересовался Северус, разглядывая черного поджарого кота с поразительно желтыми глазами.       - Сова не умеет мурлыкать, - пожал плечами мальчик. – Я назвал его Снейпом!       - Как?! Прости великодушно, но почему?       - Ну, домашние питомцы всегда члены семьи, - хмыкнул Гарри. – А раз он тоже теперь член семьи, значит, Снейп.        Северус ошарашено покачал головой.       - И как ты это представляешь себе в Хогвартсе?       - Я – прекрасно, остальное это проблемы Хогвартса.       - Ты бы еще летучую мышь приволок.        - Я буду оригинален, - нахально усмехнулся Гарри. – И сравню тебя с котом. Кстати, тут такое случилось…        - Олливандер очень проницателен, - задумчиво произнес чуть позже Северус, мягко потирая губы подушечками пальцев. – С его профессией это неудивительно, но кто тебя понес гулять в таком виде?!        - Мне так нравится, - насупился Гарри. – Сегодня мой День Рождения, и это мой подарок мне!        - А вечером меня завалят письмами с вопросом, почему же я скрываю своего сына! – рассердился Северус. – А это не то, на что я хочу отвечать!        - Ну, прости, я не просил меня рожать! – тут же ощетинился Гарри.       - Это очень опасно, идиот! Будь моя воля, я бы забрал тебя насовсем, дал свое имя и фамилию, - зельевар раздраженно потер лоб. – Но если Темный Лорд вернется…       - Ага, а когда он вернется? Он там, часом, записочку с датой не оставил? Мол, не теряйте, буду тогда-то, чмоки-чмоки? Если завтра – то ты прав и все такое, - продолжал кипятиться мальчик. – А если через лет пять-десять? Я не всю жизнь буду походить на отчима, уж извини!       - Чем позже о тебе узнают правду, тем лучше. Ты хочешь скандал на всю Британию? Жить надоело?       Гарри упрямо сверкнул глазами.       - Если я тебе уж так не нужен…       - Не был бы нужен, не стоял сейчас тут! – огрызнулся Северус.       - Я хочу свою семью, - прямо сказал Гарри. – Мне надоело быть не совсем Поттером!       - Если хочешь быть слизеринцем – не руби с плеча! Хорошо, давай объявим о родстве прямо после распределения, - холодно заявил зельевар. – Опозорим честь твоей матери. Поставим под угрозу твоего брата. Мне объяснять про возможности магии крови?       - Как будто честь моей матери не будет опозорена через десять лет! – мрачно буркнул ребенок.       - Хотелось бы надеяться, что к тому времени твой брат убьет Лорда окончательно, - в тон ему сказал Северус. – Одной проблемой меньше…       Некоторое время они сидели молча, смотря в разные стороны.       - Хорошо, - нехотя признал Гарри. – Ладно. Что ты предлагаешь? Тянуть время до упора?       - Я поговорю с Дамблдором, - решился Северус. – В любом случае, надо как-то защитить тебя от родственников… Сына-слизеринца они не переживут.       Разговор с директором получился тяжелым. Выслушав исповедь своего преподавателя, Альбус надолго ушел в себя, а потом задал тот же вопрос, что и Гарри:        - И что ты предлагаешь, Северус?        - Он попадет на Слизерин, - вздохнул тот. – Просто потому, что не Поттер. Желание насолить родне не лучший советчик, но и мне не удалось его уговорить, - он пожал плечами.       - Факультет в данном случае не самая насущная проблема. Распределение иногда преподносит странные сюрпризы, - директор нахмурился. – Лили и Джеймс прекрасно это знают, значит, поймут. Не обрадуются, но поймут. Что касается всего остального… - Дамблдор помолчал, явно собираясь с мыслями. – Проведи обряд усыновления. Это защитит мальчика… временно. До совершеннолетия.       - А внешность?       - Будет меняться постепенно. Твоей точной копией он точно не будет, это введет в заблуждение студентов и преподавателей.       - А Лили? Постепенные изменения незаметны, когда они происходят непрерывно и на глазах, - возразил Снейп. – Но когда есть, с чем сравнить…       - Думаю, я смогу убедить Поттеров дать Непреложный Обет молчать обо всем, что касается их семьи и всех родственников, - кивнул директор. – Гарри – украденный ребенок, это оправдывает Лили. Не думаю, что Джеймс обвинит ее в измене. А ты вполне в состоянии себя защитить. Себя и… сына.       - Даже от Темного Лорда? – как-то горько усмехнулся Северус.        - Даже от Волдеморта, - твердо сказал Дамблдор. – И даже от меня, если потребуется.       - От вас? – приподнял бровь Снейп.        - Я не хочу иметь тебя во врагах, - вдруг признал директор. – Поэтому хочу кое-что рассказать тебе о Волдеморте…       Альбус Дамблдор не зря считался величайшим волшебником современности. Острый ум, выдержка, исключительная память и сила – все это делало его фигурой опасной во всех отношениях. Светлым директор себя никогда не считал, но над имиджем работал исправно, справедливо полагая, что репутация сработает на опережение, и, чего греха таить, этим активно пользовался.        Но это утро перемешало все его тщательно лелеемые планы.        Волдеморта Дамблдор загонял в ловушку – как умел, коварно, не считаясь с людьми… и детьми, как бы мерзко это ни звучало. Оправдание было одно: Темный Лорд нес большее зло чем то, что творил сам Альбус ему в противовес. И кроме Альбуса не было волшебника, способного хоть как-то ему, Лорду, противостоять. По крайней мере, сам Дамблдор так считал до сегодняшнего разговора.        Карты в руки, ветер в спину – директор Хогвартса плел свою сеть без оглядки на любую мораль, ведь в любви и на войне все средства хороши. Но сейчас он, как никогда раньше явно, понял одну простую вещь: Лорд Волдеморт оказался творением куда как более темным и страшным, настолько мрачным, что в дело вмешались силы, не подвластные людям…        История с Избранным Мэттью Поттером выглядела странно, но безобидно и в духе случайных счастливых совпадений. Стоило добавиться к ней истории Гарри Поттера, как все перевернулось с ног на голову.       Эйвис Принц искренне хотела спасти свой род. Но и Джеймс Поттер далеко не слабый волшебник! Чистокровные маги умели защищать себя от таких поползновений, и то, что защита на этот раз не сработала, уже говорило о многом. Гарри Поттер… что уж теперь, Гарри Снейп должен был родиться. Случайностей в таких вещах не происходит никогда.       Особенно если учесть, что юный Гарри змееуст. Странный дар, которым не владели ни Принцы, ни Поттеры. Но очень даже владел Волдеморт – снова совпадение? Интересное совпадение, да…       «Отметит, как равного себе» - так звучало Пророчество. Шрам на лбу Мэттью – метка? Вывод тогда напрашивался сам собой, но если копнуть глубже, метка ровно ни о чем не говорящая, если не знать предыстории ее появления. Равный – значит, равный, умеющий и знающий то, что знает и сам Волдеморт. Серпентаго, например…        Видимое не значит истинное. Что стоило понаблюдать за братьями?.. Ничего. Но Дамблдор этого не сделал. Что ж, даже великие могут ошибаться.       И вот он, закономерный щелчок по носу. Мальчик-змееуст, своеобразный, но метаморф, обладающий редкой силой воли, наследственный легиллимент и окклюмент, обученный Дореей Поттер, в девичестве Блэк… Недооцененный в семье юный темный маг.       Маг, у которого все-таки есть отец, с которым даже Дамблдор не рискнет связываться в открытое противостояние. В двадцать лет Северус нашел себе силы солгать Волдеморту и не попасться. И наивно считать, что за десять последующих лет забитый нервный ужик не превратился в василиска. Глава Дома Слизерин – не просто звание, с таким приходилось считаться…       И все-таки Дамблдор не зря был величайшим волшебником своего времени. Он четко ставил перед собой цели, и в главной из них – уничтожить Волдеморта – спонтанно образовавшаяся ячейка общества, по выражению министерских чинуш, вполне может стать добрым союзником, а то и основной ударной силой. Что ж, если требуется отступить с главных ролей нового противостояния – пусть будет так. Порой тактический проигрыш может обернуться стратегической победой, а Альбус это вполне в силах обеспечить.       А для начала – надо убрать Философский камень из школы…