Сид и Дерек

События, происходившие до истории между Сидом и Дереком. — Чего ревешь? — сухо бросил светловолосый альфа, прислонившись спиной к окну. — Я не реву, — не менее раздраженно кинули в ответ. — Ну да, и звуки мне мерещатся, — фыркнул альфа, затягиваясь сигаретой. — Ты еще скажи, что тебя здесь нет и у меня галлюцинации из-за дохуя выкуренных сигарет. — Такое вполне может быть, — заметили из-за закрытой кабинки школьного туалета. Альфа на это лишь закатил глаза, но губы тронула еле заметная улыбка. — Мне поставили «отлично» за тест по математике, — после минутной тишины шмыгнул носом незнакомый мальчишка. — Не понял, — нахмурился альфа, начиная ощущать себя сверхидиотом. Он решил, что этого омежку серьезно обидели, а тот из-за оценки ревет. Из-за высшей оценки. От счастья, что ли, мать его? — Я специально ответил на все вопросы одним и тем же вариантом, — вздохнул омега. Альфе понадобилось некоторое время, чтобы переварить услышанное. — Хм… — неоднозначно протянул куривший. — И в чем проблема? — У тебя что, нет чувства самодостаточности? — буркнул мальчишка вопросом на вопрос. — У меня оно, блять, в избытке, — заржал альфа и ведь не врал, он был лучшим во всем. — Тогда представь, что однажды ты узнаешь, что все, чего ты достиг — не более, чем прихоть твоих родителей, — голос мальчишки дрогнул, сколько бы он ни силился держать себя в руках. — Короче говоря, все было ложью. Альфа представил, как все его достижения в баскетболе вдруг оправдаются тем, что ему всегда поддавались специально, и сглотнул горькую, с привкусом какой-то жгучей травы, слюну. Хорошо, что его отцу слишком плевать на своего сына, чтобы делать подобное. Тем временем щелкнул замок и дверца кабинки открылась, представляя ему худощавого и милого омегу. Тот нервно потеребил очки, смущенно разглядывая собеседника, который, в свою очередь, не стесняясь, оценивал его. Несмотря на то, что омеге четырнадцать, выглядел он очень юным и был ниже альфы на полголовы. — Меня зовут Джулиан, — робко улыбнулся омега, протянув свою ладонь для обмена дружескими пожатиями. — Лестер, — выдохнул альфа, туша тлеющий окурок о подоконник. — И лапу убери, мне этот бред ни к чему.

***

Школьная перемена. На ярко-зеленой лужайке, вдали от крыльца, сидели двое. — Как насчет жвачки? — невинно предложил Джулиан, двумя подушечками пальцев держа синий квадратик на уровне глаз альфы. Лестер глубоко затянулся сигаретой и выдохнул струйку дыма в лицо омеги в качестве ответа.

***

Игровой парк в центре города. Школьные летние каникулы. — Вау, — моргнул Джулиан длинными ресницами, когда Лестер с первого раза отстрелял по всем банкам. — Учился? — Ага, сам, — ухмыльнулся альфа, явно довольный, что произвел впечатление. — Какую игрушку желаете для вашего друга? — добродушно поднял брови мужчина, указывая на ворох висящих по краям палатки розово-желто-голубых игрушек. — Э-э… — протянул Лестер, не ожидавший такого подвоха. — Вон того льва, — приподнявшись на цыпочках, невозмутимо выбрал Джулиан, ткнув пальцем куда-то. — Что? — спустя минуту, воскликнул огромный желтый лев, завладевший лицом Джулиана, оставляя только серые глаза в неизменно квадратных очках и тут же ойкнул, получив чувствительный подзатыльник.

***

На ступеньках лестничной площадки школы во время контрольной по химии. — Вот что сразу — так бить? — прохныкал Джулиан, в очередной раз потирая ушибленное плечо. — Потому что раздражаешь, — лениво отозвался альфа и, положив ногу омеги себе на колени, предупредил: — Не двигайся. С этими словами он поднес зажигалку к резиновой подошве нового кеда омеги. — Ты мне уже третью пару портишь, — угрюмо произнес Джулиан, смиренно глядя, как язычок пламени плавит резину, отдаваясь ужасной вонью. — Я же запретил тебе гулять с другими, — фыркнул Лестер, сосредоточенный на движении зажигалки, дабы не обжечь ненароком свои пальцы. — Гребанный собственник, — беззлобно выдал омега, да-да, за несколько месяцев его язык несколько испортился из-за беспрерывно матерящегося Лестера. И тут же немедленно пожалел о своих словах, получив кулаком в живот.

***

— Лестер, я мазохист? — Ты занудный девственник. — У меня все впереди. — Мечтай. — Но… разве я не красивый? — Захлопни свои щенячьи глаза. — Они кошачьи, я люблю котиков. — Хуетиков. — Из количества твоего мата можно написать блатной самоучитель. — Так чего не пишешь? — Я занят поиском альфы для потери моей девственности. — Ты потеряешь еще и зубы, и глаза. — Не пугай мою мечту.

***

Местное кафе города, куда забрели двое после тренировки Лестера. — Что за запах? — невольно повел носом Лестер, оглядываясь по сторонам, откуда бы мог плыть запах плавленного шоколада, если здесь готовят суши. — Я ничего не чую, — пожал плечами Джулиан, у которого был слабый нюх, и впился в трубочку из бумажного стакана кока-колы. Лестер хотел было проигнорировать манящий аромат, но он все усиливался с каждой секундой, мешая сосредоточиться. Тогда парень начал вспоминать, есть ли на этой улице ближайшая кондитерская, но в голову ничего не лезло. Впрочем, вскоре все встало на свои места, когда немногочисленные посетители начали поворачивать головы в сторону Джулиана. — Очкарик, — осторожно позвал Лестер, стараясь медленнее дышать. — У тебя течка. — Хорошо, — автоматически бросил Джулиан, углубленный в свои конспекты, веером разложившиеся на поверхности стола. Лестер глубоко вздохнул, прикидывая — оштрафуют его за избиение омеги в этом заведении или персонал закроет на это глаза, лишь бы не было долгих разбирательств. — Ебанат, быстро оторвался от своих ебучих бумажек и поднял на меня свои ебучие глаза, — прорычал он, заставляя Джулиана непонимающе уставиться на злого и одновременно чуть смущённого альфу. — Ну? — с булькающим звуком допил Джулиан кока-колу. — У тебя течка, — выпалил Лестер, глядя куда-то в сторону. — Лестер, у меня завтра экзамен и мне не до твоих шуток, — скрестил руки на груди омега, привыкший, что тот вечно подъёбывал его этим. — Бляяя, — стукнул кулаком по столу светловолосый альфа. — Придурок, у тебя течка прямо сейчас, ты ничего не ощущаешь?! Раздражённо цокнув языком, Джулиан прислушался к себе и следующую минуту просто не двигался. Лестер вдоволь восхитился актерской способностью омеги изображать мёртвого котенка с крайне удивленной мордой. «ТВОЮ МАТЬ!!!» — говорили глаза Джулиана. «ТЕБЕ КОНЕЦ!!!» — ухмылялись глаза Лестера. В действительности же, альфа встал и потащил ошарашенного течного парня за шиворот к выходу из заведения, на ходу одаривая страшными взглядами тех, кто пялился на них. — Эй, а ты не должен разве броситься на меня в порыве страсти? — промямлил Джулиан, когда они оказались на улице и стали шагать к его дому, который, благо, был недалеко. — А ты не должен разве валяться с адской болью в животе? — ехидно выгнул бровь Лестер, пнув мелкий камушек у бордюра, отчего тот пролетел пять метров. Он лукавил, омегу очень хотелось разложить и трахнуть ещё давно, но свежий осенний воздух и какое-то странное чувство удерживало парня от такого действия. Никто из них не знал, что их связывает. — Надеюсь, у меня ничего болеть не будет, — съежился Джулиан, нервно поправляя очки и рюкзак. Он ненавидел боль. — Значит, я тебя бью — все ок, а если из-за течки — то пиздец? — от души заржал Лестер, как гиена, но омеге нравился его высокий звонкий смех. — Нет, не ок, — обиженно нахмурился Джулиан и вздохнул. — Но я понимаю, что тебе это нужно. — Хуйню не неси, — беззаботно оскалился Лестер, хватая омегу за шею и начиная легко душить. На самом деле, он не хотел, чтобы тот видел, как простые, но точные слова задели его.

***

В комнате Лестера после школы. Их «дружба» перевалила за год. — Не так я представлял свой первый раз, — подслеповато прищурился Джулиан, когда с него сняли очки и небрежно бросили на пол. — Не быть мне Ромео, — расстроенным голосом съязвил Лестер, вжимаясь в него телом. — У тебя есть еще шанс, если отпустишь мои руки, — насмешливо проговорил тот, заглядывая ему в глаза. И Лестер бы сдался, но власть над беззащитной омегой кружила голову. Поэтому проигнорировав его слова, он торопливо снял с себя футболку, джинсы и трусы. Это вторая течка Джулиана, и в этот раз он прямо сказал, что хочет его трахнуть и слегка растерялся, не получив сопротивления. Впрочем, даже если бы омега не согласился, Лестер бы взял свое. Это они хорошо понимали, особенно Джулиан, который наслышан о веселой личной жизни альфы. Половина омег в школе носит его запах. Как ни странно, бурные похождения Лестера не мешали им обоим продолжать препираться, ходить куда-нибудь вдвоем и постоянно проводить время вместе. Сейчас они в комнате Лестера, его отца командировали в другой город на два месяца. Джулиан между поцелуями невольно гадал, тащил ли тот сюда омег или занимался этим с ними в других местах? Спросить об этом его парень так и не решился, уверенный, что на этот вопрос получит больной ответ во всех смыслах. Лестер жадно лапал худое тело омеги, покрывал горячими поцелуями острые ключицы, вдыхал приятный сладкий запах шоколада. Русые волосы Джулиана рассыпались, придавая ему ещё большую наивность. Касания и скупые ласки Лестера непроизвольно заставляли невинного омегу выгибаться и издавать свои первые в жизни красивые, робкие стоны от взрослого удовольствия. Они одуряли и без того опьяненный желанием разум альфы, заставляя того неосознанно рычать. Не в силах больше сдерживаться, главный хулиган школы одним движением перевернул омегу на живот и согнул его колени, не обращая внимания на натянувшиеся металлические наручники через прутья кровати. С тех пор, как он открыл для себя возможность полного доминирования в сексе, то активно пользовался этим, вкупе с различными садистскими девайсами. Романтичным принцем он никогда не был, но каким-то образом все тянулись к нему, даже Джулиан. Лестер предпочитал брать грубо и грязно, удовлетворяя в первую очередь себя. Хоть Джулиан и улыбался, и храбрился, приглушённый голос из-под простыни всё же выдал его истинные чувства: — Будет очень больно? — Да, — не стал утешать Лестер, приподнимая к себе его бедра, проводя пальцем по ложбинке между упругими половинками. — П… потому что само собой или специально? — даже не видя лица Джулиана, альфа знал, что тот сейчас нервно кусал левый уголок нижней губы. — Специально, — смаковал слово Лестер, пристраиваясь к блестящему от смазки и судорожно сжимающему отверстию. — Ебаный… — слово «садист» утонуло в рваном крике Джулиана, когда Лестер без предупреждения резко вошёл в него. — Ебаным, вернее, затраханным, здесь будешь только ты, — прижавшись к спине Джулиана, задыхаясь от ощущений, ядовито прошептал альфа на ухо. Лестер сделал новый толчок, заставляя омегу вцепиться в цепочку наручников и заскулить. — Расслабься, — прошипел альфа, чувствуя, как крайнюю плоть зажало узкими горячими стенками внутри него. — Пытаюсь, — было огрызнуто в ответ, но как-то сдавленно и жалко. Не дав Джулиану и передышки, альфа начал глубоко и жестко трахать, вырывая из его горла стоны и всхлипы. Кровать от резких движений Лестера скрипела, комната медленно пропахивала сексом, болью одного и удовольствием другого. Хрупкие плечи парня покрылись засосами и следами от сильных агрессивных пальцев альфы. Желая видеть эмоции, Лестер остановился и перевернул его обратно на спину. Закинув его ноги себе на плечи, он продолжил вбиваться в желанное тело. Большим пальцем дотянулся до зажмуренных глаз и вытер слезы. Джулиан так и не открыл глаза, поэтому альфе пришлось дать легкую пощечину, чтобы тот посмотрел на него. Во взгляде, на удивление Лестера, не было ненависти, только бесконечное терпение, доверие и немного обиды. Доверять Лестеру? Из разряда невозможных вещей, но, тем не менее, так и есть. Вскоре, опавший член омеги начал твердеть, слезы высохли, к щекам прилилась кровь. Каждый новый толчок уже приносил Джулиану дрожь удовольствия и альфа поймал себя на том, что таким он ему нравится больше. — Л…л… — выдыхал Джулиан, сжимая ладони в кулаки, игнорируя жжение на запястьях. Он первым кончил со стоном, выгнувшись, как котенок, спустя пару минут к нему присоединился и Лестер, не забыв сначала вытащить член. Их спермы смешались и испачкали мягкую простынь. Отдышавшись и опустив ноги Джулиана, альфа наклонился к его шее. — Нет, — встрепенулся омега, отодвинувшись настолько, насколько позволяли скованные руки. — Лестер, не надо метки. Пожалуйста, — умоляюще закончил Джулиан, глядя на него испуганными оленьими глазами. Сердце Лестера неприятно кольнуло, сжалось от ревности, хотя его омега ещё ни с кем, кроме него, и не трахался. И не трахнется. Он только его. — Больно хотелось, — нарочно равнодушным голосом бросил он, но руки, сжавшие бока Джулиана, говорили об обратном. — Сними с меня наручники, – морщась, попросил омега, предплечьем вытирая пот с виска. — Мы еще не закончили, — фыркнул Лестер, забавляясь от его наивности. — Думаешь, я так просто прощу твое общение с Майклом? — Нет! — взвыл Джулиан, дёргая наручниками, понимая, что попал в ловушку. — Да! — хищно оскалился Лестер, зажав зубами губу омеги до крови.

***

— Не прямо в машине же? — А почему бы и нет? — Здесь нет смазки. — А кто сказал, что она нам нужна? — Лестер! — Заткнись и лезь ко мне! — Ты невыносим. — Только сейчас это понял?

***

— На мне живого места нет. — Не ной. — Иногда у меня ощущение, что я не доживу до совершеннолетия. — Ну, сдохнешь молодым. — Из тебя хреновый романтик. — Я слышал «хреновый»? — Ну, давай, уменьши лимит моих кошачьих жизней... э-э, стой, я пошутил!!!

***

— Что опять не так? — Хуя ты посмотрел на него? — На велосипед? — Ты сейчас доиграешься. — Я правда не понимаю… ай, ладно-ладно… мне понравилась его футболка, и я пытался понять, где он купил её. Честно! — Вечером. У меня. Дома. — Ле-е-естер! Твоя ревность сведет меня в могилу! — Разве? Ты уже труп!

***

— Зачем ты его избил?! — Нехер лапать тебя. — Он возвращал мне учебник!!! — Да мне похуй! — Похуй, говоришь?! Похуй?! У него лицо разбито и рука сломана! Ты переходишь все границы! — Хватит орать, уши вянут, топай за мной. — Никуда я не пойду! — Еще как пойдешь! — Что? Что ты сделаешь? Изобьешь? — Изобью и потащу. — Только посмей… Отпусти!!! Спустя три часа. — Я ненавижу тебя, — прошептал Джулиан под нежными поцелуями альфы, лежа вместе с ним на кровати — голые и мокрые после секса. Когда Лестер так себя вёл, омега был готов простить ему всё, что угодно. — Мне похуй, — прижимаясь губами к виску, шепнул тот в ответ.

***

— Ты в курсе, что нас называют больной на всю голову парочкой? — Кто? — Да вся школа! — Тебя это ебёт? — Пока ты меня ебёшь – да. — Ну и что ты хочешь от меня? — Для начала — перестань меня бить у всех на виду. — *тонкий смех* Тогда тебе пожизненно придется делать мне минеты каждый день. — Слишком дорого! — Вот и захлопнись.

***

— Не забывай своих омег, которых ты трахнул. — Не понял. — Один из твоих фанатов меня чуть не отмутузил в туалете. — Кто? — Вот что сразу «кто»? Да и еще с таким лицом. Нет, Лестер, я сохраню бедняге жизнь.

***

— Что это? — Книги из полок в библиотеке совершили крестовый поход на меня. — Разбили лоб, рассекли губу и порвали рукав футболки? — Именно так… стой-стой, я понял… Нейт Энати… только не убивай и не ломай ему ничего!

***

— Лестер, мне кажется, что я тебя знаю тысячу лет. — Пожалуй, с тебя хватит вина.

***

— Я хочу постричь свои патлы. — А ножницы в жопу тебе не запихнуть?

***

— Кто этот парень? — Ради бога, он мой одноклассник! — Да мне… — Да-да, тебе похуй, я знаю, так хули ты ревнуешь меня к каждому дереву? — Садись в машину, едем ко мне. — Ты шутишь, да? — А похоже, что я шучу? — Лестер… — Сел в машину! — Я не твоя собственность! — Не заставляй меня повторять! — Ненавижу тебя. — Взаимно.

***

— Лестер, если ты был бы с сердцем ласкового котёнка, я бы влюбился в тебя без памяти. — А я в тебя нет.

***

— Что ты получил? — Хватит скакать вокруг меня. — А может, я кролик. — Хуелик. — Ну скажи. — «Удовлетворительно». — Я могу помочь с математикой. — Обойдусь. — О-о, какие мы гордые, я младше тебя всего на два года!.. Ах-х-мм… ты прав, я кролик, что я вообще смыслю в математике?!

***

— Еще раз тронешь мои чипсы – сломаю руку. — Не жадничай, это моя компенсация. — Да? Интересно, за что? — Меня жестко выебали десять минут назад. — Я тебя всегда ебу. — Но не в кабинке школьного туалета же!

***

— Мои синяки будут скучать по тебе. — Скажи им, что скучать долго не придется. — Ммм… надеюсь, поездка затянется. — Один день без меня равно десять кулаков, очкарик. — Убедил, вернусь со скоростью света. Поцелуй меня на прощание. — Отвали. — Ну, Ле-е-еси!

***

— Эй, где объятия и жаркие поцелуи?! — поиграл бровями Джулиан, плюхнувшись на колени альфы. У Лестера была новая квартира, подаренная на день рождения отцом, и для удобства тот поделился дубликатом ключей с омегой. Приехав с шахматного турнира по городам, он за неделю успел очень соскучиться по своему психованному, ревнующему, но любимому садисту. Но, вместо ожидаемой реакции хотя бы в виде небольшой улыбки, получил кулаком в живот и был грубо отброшен на пол. — Нда… — протянул омега, потирая затылок. — И я тебя тоже рад видеть. — Кто он? — осведомился Лестер, прожигая насквозь взглядом. — Ты про засранца, который выбил у меня короля и этим выиграл всю игру? Да, я был бы не против, если ты бы попинал его, кубок был таким красивым… — театрально вздохнул омега, смахнув несуществующие слезы. В следующие секунды его слезы стали реальными из-за неслабого удара в ухо. — Ты… ты ебанулся? — выдавил из себя Джулиан, когда звон в ушах поутих, а пол перестал шататься. — Себе задай этот вопрос, — пригвоздил альфа, сжимая кулаки. — Я не понимаю… — беспомощно прошептал Джулиан и тут же вскинул руки в попытке защититься, но Лестер знал, куда бить. — Не понимаешь? Когда трахался с другим, тоже не понимал? — выдыхал альфа, молотя кулаком Джулиана через каждое слово. — Что?! — в шоке раскрыл широко глаза Джулиан, глотая солоноватую кровь, наполнившую рот. — Ты рехнулся?! Я ни с кем не спал! — Не смей врать! От тебя несет другим альфой! – в бешенстве прорычал Лестер и опустил ногу на спину омеги, который пытался подняться. — Даже если и так, то это мое дело – с кем спать! Ты трахаешь, кого хочешь, но не позволяешь мне трахаться с другими?! Что смотришь?! Держал меня за идиота?! Ты даже в мое отсутствие перетрахал десятку омег, я это чую! И что? Я с тобой скандалю?! — зло выкрикнул со слезами Джулиан, не понимая, что этим лишь все усугубил и спустил все тормоза. — Сука… — красивое лицо альфы исказилось яростью. Джулиан попытался отползти, но его пинком перевернули на спину, тогда он просто закрыл голову руками, зажмурившись в ожидании боли. И она не заставила себя ждать. Впервые альфа бил на полную силу, словно действительно хотел покалечить, а может и убить. Рука у Лестера была тяжелая, Джулиан рыдал, хрипел, просил поверить ему, и в конце концов, просто сорвал голос, способный лишь тяжело вздыхать, крупно дрожа всем телом. Деревянный лакированный пол холодил пылающую скулу и гудящую голову. — Это еще не всё, — Лестер присел на корточки и взял левую руку омеги, поглаживая. — Наверное, я испытывал к тебе какие-то чувства, что называют любовью. Но ты доказал мне обратное, спасибо, шлюха. — Разве это всё ты называешь любовью? — улыбнулся Джулиан сквозь боль, обнажив окровавленные зубы. — Ты больной высокомерный эгоист, который не умеет ни любить, ни дружить… — омега закашлялся и выдохнул, — … я жалею, что тогда подошел к тебе. — Надеюсь, еще больше пожалеешь, — с этими словами Лестер начал ломать его пальцы один за другим. Через двадцать минут случайный прохожий нашел бессознательного подростка у мусорных контейнеров.

***

— Сын, может, объяснишь, что произошло? — в который раз устало произнес отец-альфа, вторые сутки не вылезавший из кресла у больничной койки. — Ненавижу… ненавижу… ненавижу… — словно в бреду, бормотал себе под нос с полуприкрытыми глазами парень, весь обмотанный бинтами и обколотый большой дозой обезболивающего.

***

— Как вас зовут? — Джулиан Лехови. — Сколько вам лет? — Шестнадцать. — Простите, но аборт делают с восемнадцати, ранее — с присутствием или разрешением от родителей. — У меня есть разрешение. — В таком случае, подождите, пожалуйста, в коридоре.

***

В этот день в одной из лучших спортивных школ города царила особая атмосфера — выпускной бал. Выпускники сновали по коридору туда-сюда, перешептываясь и заразительно смеясь. За смехом они старались скрыть грусть от предстоящего расставания со ставшим за много лет родным местом и близкими одноклассниками. Парни щеголяли в отутюженных смокингах с бабочкой, а девушки в роскошных платьях. Всё для того, чтобы этот важный день стал светлым и теплым воспоминанием для каждого из них. Подготовка и организация этого события всегда ложилась на плечи учеников, учащихся на один класс младше выпускников. Джулиан как раз был одним из этих учеников и после нескольких дней хлопот по поводу бала, он наконец-то смог выдохнуть и проникнуться всеобщим настроением. Выпускники разбились на пары и кружились на празднично разукрашенной баскетбольной площадке под медленную музыку. Среди них не было того, кого Джулиан ожидал увидеть, но затем подумал, что это и к лучшему. Он улыбнулся Сиду, который бросил на него теплый взгляд через плечо Дерека. Счастливый и слегка смущенный. Новость, что он омега, конечно же, повергла Джулиана в шок, а затем заставила так заливисто рассмеяться, что его очки сползли на кончик носа. Об этом секрете вся школа все же узнала, но, благодаря Дереку, любой намек на конфликт или насмешку был уничтожен. Глядя на эту парочку, жмущуюся в дальнем уголке площадки, дабы скрыться от любопытных взглядов, Джулиан ощутил легкую зависть. Вот она — чистая и искренняя любовь. А не его беспорядочные связи с альфами. Иронично, что теперь он оправдывает чужие слова когда-то прошлого человека. А может, его сделали таким? — Джу, этот столик нуждается в пополнении, — захмелевший высокий альфа, его одноклассник Эндрю, нетвердым пальцем указал на нужный столик. Класс Джулиана должен присутствовать на выпускном балу и следить за порядком. Но большинство, как Эндрю, напивались до поросячего визга и провожали выпускников во взрослый путь ползком и пьяным угаром. — Хорошо, — кивнул Джулиан и поморщился, когда тот в порыве благодарности сжал ему руку, пачкая липкостью неизвестного рода. Сообщив однокласснику-качку, чтобы тот принес выпивку, Джулиан вышел в школьный коридор по направлению к туалету. Небольшая комната утопала в тишине и полутьме, благодаря скудному освещению уличного фонаря из окна. Джулиан хотел включить свет, но передумал — он знает здесь каждый уголок, как свои пять пальцев. Открыл кран с теплой водой и начал споласкивать руки с мылом. Вспыхнувший огонек в отражении темного зеркала стал неожиданностью настолько, что Джулиан вздрогнул и уронил мыло в раковину. — Тебе идет этот костюм, — ленивый голос принадлежал до боли знакомому человеку, стоящему в самой тени комнаты. — Первый попавшийся, — пожал плечами Джулиан, возвращая мыло на место. Они с Лестером за последние три года с того злополучного дня сталкивались в коридорах много раз, но каждый из них делал вид, что видят друг друга впервые. Поразительно, как могут люди в одно мгновение стать друг другу чужими или заклятыми врагами. — Как всегда скромный, — фыркнул альфа, затягиваясь сигаретой. У Джулиана возникло ощущение дежавю. Туалет. Сигареты. Первая встреча. Последняя. — Уже знаешь, куда пойдешь после школы? — задал новый вопрос Лестер и так искренне, что омега поверил — ему по-настоящему интересно. — Вариантов много, возможностей тоже, но остановлюсь я, наверное, на программировании или бизнесе, мне же нравится математика. Да и с соревнованиями по шахматам несложно совместить. Уеду из города после школы. А ты? — Джулиан закрыл кран и повернулся, поправив любимые очки. — Если с баскетболом не выйдет, то займу место президента компании отца, — хрипло произнес Лестер. — Желаю удачи, — кивнул Джулиан и собрался выйти из туалета. — Подожди, – выдохнул альфа, медленно приближаясь к вздрогнувшему парню. Они по-прежнему были разного роста, Джулиан ниже на полголовы. Сигарета, все еще тлеющая, выскользнула из разжатых пальцев на кафель. Лестер осторожно прикоснулся освободившимся пальцами к мягкой теплой щеке. У Джулиана по всему телу пошли мурашки, он понял, что не в силах сдвинуться с места. Взяв его левую руку, Лестер поднес к губам и мягко провел ими по костяшкам ладони, вдоль тонких пальцев, линий шрамов, которые обладатель оставил на коже, как напоминание, и с сожалением произнес: — Прости. То слово, которое Джулиан и не надеялся услышать. Многолетняя обида и не вытрезвленная ненависть рассыпались, подобно пеплу сгоревших дотла поленьев боли. Незримо стало легче дышать, будто кто-то вытащил камни из его легких. И он даже поддался, когда язык Лестера неспешно провел по его губам, пробуя на вкус. Их губы и языки знали друг друга наизусть, сплетавшись так легко, словно они расстались только вчера. Парни не торопились, стараясь как можно дольше растянуть каждое мгновение, движение, ощущение их непонятного и незапланированного поцелуя. — Джу! — послышалось где-то далеко в коридоре, это был Итан. Парень Джулиана. Игнорируя его, они снова и снова сплетались между собой, вкладывая в это все невысказанное. — Джууу! — настойчивее крикнули уже ближе. И Джулиан отклонился, разрывая поцелуй: — Я должен идти. — Двигайся, очкарик, – насмешливо разрешил Лестер, вероятно, как всегда с надменным взглядом. — Не кури много, от сигарет желтеют зубы, - не остался в долгу Джулиан, разглядывая силуэт альфы в темноте. Издав смешок гиены, тот внезапно рассердился: — У тебя три секунды, чтобы убраться отсюда, иначе ответишь за дерзость. Один. Джулиан грустно улыбнулся и в три шага преодолел расстояние до выхода из туалета. — Два, — услышал он до того, как плотно прикрыть за собой дверь. Потому что есть вещи, которые нельзя изменить, исправить или простить. Иногда школьные романы должны оставаться школьными. Прощальный поцелуй — лучшее завершение, точка или три восклицательных знака истории их странной недодружбы или недолюбви. Может, однажды, они встретят своих истинных, которые заставят их поломанные сердца вновь забиться? Джулиан на это очень надеется. — Джу! Наконец-то! — сгреб омегу в медвежьи уютные объятия Итан и потащил по коридору. — Потанцуем? — Не хочу, давай уйдем, — попросил Джулиан, хитро выглядывая из-под длинных опущенных ресниц. — К тебе домой. — А как же бал? — плохо скрыл радость альфа, широко улыбаясь. — Мы там уже не нужны, — многозначительно взглянул на парня омега. На что Итан весело рассмеялся. Выйдя на крыльцо школы, Джулиан вдохнул свежий ночной воздух и увидел в переливающихся огнях города завтрашний новый день.