Перемены судьбы

Спеша на встречу с другом, Савада благополучно ставил свой рекорд, он не натолкнулся не на одного знакомого в лице: Хибари, Гокудеры и Ямомото, которые преследовали его уже неделю. Он еще понимал, что нужно этим двум, но проснувшийся интерес бейсболиста его откровенно пугал. А кого не испугает парень, ходящий за ним больше трех дней, с лицом, откровенно напоминающим маньяка, ищущего себе жертву. Наконец, прибежав в городскую библиотеку и переводя дух после марш-броска через весь город, Тсунаеши на трясущихся ногах (его физическая подготовка до сих пор желала лучшего), поднялся на верхний этаж. Тихонько приоткрыв двери, ведущие в главный зал, шатен настороженно огляделся. С самого утра его беспокоило дурное предчувствие, но библиотека нисколечко не изменилась с его прошлого прихода. Все те же высокие стеллажи, удобные кресла рядом с окном, атмосфера неприкосновенности. Сасагава развалившись в кресле, что при его росте и комплекции выглядит очень забавно, слушал музыку, покачивая головой в её такт. Стоило перешагнуть порог, как бесцветные глаза, подсвеченные желтыми искорками, уставилась на моё лицо, ну не совсем на лицо, а на предположительное местонахождения оного. Просканировав несколько секунд, Реохей заулыбался, создавая вокруг себя ауру опаляющей жизнерадости.  — Савада, ты, наконец, объявился, я уже заждался, — полу радостно — полу ворчливо проговорил блондин. Не будь они в библиотеки с крайне раздражительной бабулькой, ор боксера уже бы оглушил отвыкшего за несколько недель Саваду-старшего. Он по нему очень скучал, ведь тот был единственным человеком, который знал про него абсолютно все. Каждый раз Ёши, садясь в кресло, ощущал, как на него давят позолоченные стены. Причина была одна: трусость. FlashBack Маленький Тсунаеши испуганно озирался, он отстал от семьи довольно давно, засмотревшись на витражи соседнего магазина. Они были такие яркие, переливающиеся как будто кусочки радуги, а лучи заходящего солнца превращали стеклышки в сияющею композицию красок. Когда он отвлекся от витражей, заметил, что его семья уже ушла. И вот спустя продолжительного поиска по заброшенному пустырю, для того, чтобы найти кого-то, кто может отвести его в полицейский участок, он увидел надпись: «Осторожно, стройка!» Для шатена, обладающего внушительной фантазией, мигающие огоньки вокруг плаката выглядели очень зловеще. Припомнив всех монстров с несколькими глазами и собрав всё свое мужество, ребенок уже хотел шагнуть в сторону доносившейся вдали шуму стройки, но услышал громкий крик. В нем боролись два чувство: мальчишечье любопытство и желание вернуться домой, в последний раз оглядевшись на стройку, он побежал в сторону кричавшего человека. Заинтересовавшим событием оказалась борьба двух мальчишек. Драки между парнями-подростками были не такой уж редкостью, но то, что он видел, заставило замереть от ужаса на продолжительное время. Никогда не вступавший в жесткую драку Тсунаеши не понимал, как ему поступить. Три подростка старше его, нещадно избивали юркого блондина, но хоть тот и был ниже и хрупче своих противников, он не уступал им, возвращая каждый удар, попавший по нему. Савада замер, пораженный тем, что у того мальчишки по рукам, перед ударом, посверкивали желтые искорки, но просияв секунду исчезали. Завороженный желтыми всполохами, он не заметил, как один из нападавших разозлённый тем, что не может никак вырубить верткого парнишку, в бешенстве, не понимая, что делает, ударил со спины чем-то большим по голове блондина. Шатен всего на секунду не успел закричать, но уже было поздно, горе-нападавшие успели за это время прийти в себя и уже с нарастающим ужасом смотрели на жертву их безумства. Из головы ребенка шла кровь, он не естественной куклой лежал на земле. Восьмилетний ребенок, заблудившийся в улицах, не знал что делать. Хотелось бежать, помогать, хоть что-нибудь делать, но паника вызванная кровью снова подкинула воспоминания о недавних происшествиях, и желание помочь жертве разборок понемногу отступало, заменяясь всепоглощающей яростью. Но через мгновение мысль о том, что его новый знакомый может умереть, отрезвила его. Нападавшие уже давно убежали, и когда наступила тревожная тишина, Тсуна не выдержал, долго сдерживаемые слеза подступили к горлу. Было очень больно, страшно и обидно. Так и нашли их строители: в истерике плачущего ребенка и лежащего в своей крови мальчишку. Потом оказалось, что охранники увидели идущего возле стройки мальчика и поспешили отправить его в участок. Это их и спасло. Как только они попали в больницу, его нового знакомого отвезли в палату на экстренную операцию, а к нему прибежала мама, Ёши постарался слиться со стенной только бы его не забрали домой. Почему-то он не мог перестать бояться за пострадавшего, даже сильнее, чем полгода назад, где на кону висела его жизнь. Странный новый знакомый был слишком необоснованно важен для него. Стоило только вспомнить огоньки и бешенную драку блондина, и сердце сжимается в дикой боли, а мысли подкидывают, словно издеваясь, всё больше и больше картинок смерти. Он не заметил, как мама ушла и его перенесли в пустую палату, находясь в апатичном состоянии, заговорив только для того, чтобы попросить врача положить после операции больного к нему в палату. Судя по всему, было что-то в его глазах, что заставило их с ним согласиться. Через долгое время, показавшееся вечностью, врач вышел, прошелся по помещению грустным взглядом и стал говорить в пустоту диагноз. Для восьмилетнего ребенка профессиональные фразы не дали абсолютно ничего, но в череде слов Тсуна вычислил главное. Потеря зрения, полная и не поддающаяся лечению в обычной клиники. Почти всё время пока Реохей был без сознания, в голове у Савады звучал приговор врача, было страшно не то, что смотреть прийти к блондину, а посмотреть в слепые глаза, понимая, что твоя нерасторопность стоила кому-то зрения. Пересилить свой страх удалось к концу года, случайно увидев Сасагаву в библиотеке беспомощно таращившего на забитый книгами шкаф. Предложить свою помощь, удивив тем самым начинающего боксёра, ведь никто не знал о его слепоте кроме родителей и учителей, а уже через несколько дней мы вытянули из друг друга нужную информацию. Дружба, начавшаяся с книг. А через несколько месяцев Семпай рассказал, всю правду в обмен на рассказ о прошлом. Оказывается его родители, заметив, что он потерял зрение, как-то неправильно, и каждый день видел всё больше очертаний именно людей, предметы так и оставались «невидимы». Они возили его по многим клиникам, пока однажды один из лучших специалистов Японии, не отправил их к человеку по имени Верде и даже дал примерный адрес. Но пока отец Реохея ездил в поисках загадочного доктора, боксер всё больше не понимал, что с ним твориться. Люди виделись его глазам, как объект, подкрашенный разными красками, но чем более ярче цвет, тем сильнее он «видит» людей. Когда шатен узнал об этом, в голове у него, наконец, встали на свои места некоторые детали: постоянное пробивание стен в школе, крики, шум и Экстремальный бокс с применением Пламени. Тогда всё и научилось. Пока родители нового друга наперебой ездили по всем странам мира, ища нужного ученого, тратя при этом много денег, Тсуна вместе с Киоко старались улучшить жизнь Сасагавы. Попытки самим освоить Пламя для того, чтобы подсвечивать предметы, увенчались успехом только у блондина. В девушке не ощущалась даже крошечного очага силы. А вот у шатена дела принимали очень странный оборот. Собственного Пламени в нем не было, но он с разрешения Реохея мог использовать его желтое Пламя, но оно меняло оттенок на янтарный цвет. После, в первый раз увидели аркобалено грозы. Когда они занимались изучением своих способностей, сзади к ним подкрался ученый, и уважительный хмык заставил их резко выпустить накопившеюся энергию. После им пришлось искать, слившегося с местностью Верде, для того, чтобы пригласить его на чай, пока ученый попивал кофе в компании Сасагавы-младшей. Оказалась, ученый приехал по просьбе родителей, искавших доктора для их ребенка . Сам ученый не выглядел опасно, но взгляд, словно разрезал тебя на составляющие и с интересом рассматривал внутренности. Шатен опасливо поглядывал на нового человека осматривавшего друга. Время от времени теня «интересно», он поглядывал на Ёши. Позже он предложил нам сделку: в обмен на изучение Пламени, он помогает нам обоим развиваться и постарается вернуть зрение Сасагавы — старшему. И после этого начался Ад. Наше собственное любопытство вытекло в занятия боевыми искусствами и хакерству. Сейчас мы каждую пятницу встречаемся в библиотеке, где в первый раз встретились, обсуждаем проблемы, забирали специальные книги для слепых и отправляемся домой к Верде.