You've made my life bright colors.

— Так вот куда ты хотел меня привести? — улыбнулась Лин, спрыгивая с мотоцикла, и глядя на двухэтажное здание клуба. — Бинго, — кивнул Сехун, припарковав мотоцикл. — А почему именно сюда? — Потому что именно здесь я провожу большую часть своего свободного времени, и именно здесь зарабатываю себе на жизнь. Не считая работы у отца. О том, что его отец — криминальный авторитет, девушка предпочитала не думать, потому что детей нельзя судить по родителям. Нет, если Сехун убивал людей и грабил других — это уже совсем всё меняет. Но Лин не верила в то, что этот человек способен на такие поступки, вопреки всему, что о нём слышала. Он не мог убить дедушку и лучшего друга! — А каким образом зарабатываешь? — В основном — гонками. Я люблю скорость, и всегда мечтал быть свободным и быстрым, как ветер. Мне удаётся это почувствовать лишь тогда, когда я сижу на своём железном коне, — усмехнулся парень, открывая перед ней дверь. Лин с первых же секунд зажмурилась от ярких вспышек и громкой музыки, которую было слышно уже на улице. Глаза разболелись от контраста темноты и ярких, неконтролируемых вспышек света. — Я ничего не вижу, — проскулила она, пытаясь нащупать что-нибудь. Схватив первое, что попалось под руку, она ойкнула, когда поняла, что это была рука Сехуна. — Тебе и не нужно видеть. Просто держи меня за руку. Я хочу, чтобы ты поняла: несмотря на то, что ты не можешь доверять себе из-за своей болезни — ты можешь довериться другим. В этом нет абсолютно ничего постыдного, уж поверь мне. Хотя, нет. Лучше не верь, — усмехнулся Сехун, как показалось Лин, слегка грустно. Закрыв глаза, она потихоньку двигалась за Сехунов, маленькими шажками. Неожиданно её начали толкать. — Не волнуйся, это танцпол. Я хочу увидеть как ты двигаешься, — услышала она охрипший голос прямо возле своего уха. — А ты? — Я тоже потанцую. Или ты думала, что я не умею? — послышался его смешок уже откуда-то сбоку. — Я не умею, — съязвила Лин, переминаясь с ноги на ногу. — Да брось. Это легче, чем кажется. Тем более, что тут достаточно темно, чтобы никто не увидел, что ты танцуешь плохо. Так специально задумано во всех подобных заведениях. — Зачем тогда тебе это нужно, если ничего не увидишь толком? — Потому что хочу. И не волнуйся, тем, кто стоит рядом — видно. Мы в самом центре. Вздохнув, Лин мысленно чертыхнулась. Вот зачем ему это понадобилось? C чего ей вообще танцевать для него? Выдохнув, она попыталась прочувствовать музыку, но по её мнению, это выглядело смешно. Подтверждением стал едва слышный из-за громкой музыки гортанный смешок парня. — Я же предупреждала, — топнула она ножкой, сжав кулачки. — Почувствуй это. Она вздрогнула от лёгкого прикосновения к своему плечу. Тёплые пальцы прочертили дорожку от ключицы до запястья, и обхватив его, подняли руку вверх. Вторая рука легла на талию, слегка повернув её, и Лин послушно покачнула бёдрами. — Вот так, — похвалил Сехун, чьё горячее дыхание коснулось её ушка, — У тебя хорошо получается. Теперь сама. Сдержав стон разочарования, когда он убрал свою руку с её талии, Лин подняла вторую руку, вновь качнув бёдрами, и немного запрокинув голову. Опустив руки, она положила их на свои бёдра, качнув головой, чувствуя как волосы щекочут щёку. Прогнувшись, она быстро провела линию от щиколотки к бедру, и сделав поворот на сто восемьдесят градусов ухватилась за крепкое плечо Сехуна. Прислонившись спиной к его спине, она вновь качнула бёдрами, ухватив пальчиками пряди его волос, и прокрутив их. Он послушно стал повторять её движения, но спустя мгновение резко развернул её, прижав к груди, чем вызвал тяжелый выдох. Лин даже сквозь одежду чувствовала тепло его пальцев, сжавших её талию. Запустив пальцы в её волосы, Сехун немного потянул их, и девушка послушно откинула голову, невольно застонав от прикосновения потрескавшихся губ к нежной коже подбородка. Проведя ими дорожку до ключиц, парень отпрянув, вновь развернув её к себе спиной, заключив в кольцо своих рук, и в этот же момент мелодия стихла. Лин тяжело дышала. Не из-за танца, а оттого, что ей захотелось больше, чем легкое прикосновение губ к своей коже. Она хотела горячих поцелуев, покусываний... — Думаю, пора смочить горло. У тебя в нём явно пересохло. Послушно следуя за ним, не отпуская руки, девушка нащупала возле стойки бара стул, и вскарабкалась на него. Именно вскарабкалась, потому что элегантно присесть в него ей не позволял маленький рост. — Что будешь пить? — Воду. — Нет, так не пойдёт, — усмехнулся Сехун, и Лин услышала, как он подозвал бармена, и сделал заказ, которого она уже не услышала. Уже через мгновение в её ладонях оказался стакан с прохладной жидкостью. — Открой глаза, — попросил Сехун. — Не могу, глаза разболятся. — Доверься мне. Девушка послушно открыла глаза, и на неё тут же были надеты очки. Солнцезащитные. — Попросил у бармена. Он мой друг, — не дожидаясь вопроса ответил он, поправив прядь её волос. Поблагодарив его, она сделала глоток из своего стакана, и тут же закашлялась из-за обжегшего горло алкоголя. — Что это такое? — Не скажу. Но не волнуйся. Если его распробовать, то понравиться. В нём есть нотки лесных ягод. Главное: больше не делай таких больших глотков. Пей маленькими,— посоветовал Сехун. — Мне нужно явиться домой до одиннадцати. Желательно трезвой, — улыбнулась Лин, почувствовав на языке сладкое послевкусие ягод. — Не волнуйся: доставлю в целости и сохранности. — Здесь очень шумно. Я хочу выйти, — попросила девушка, допив коктейль. Сехун взял её за руку, и они вместе продвинулись к выходу, протиснувшись сквозь толпу. Наконец вдохнув свежий, прохладный воздух, Лин забеспокоилась о том, что абсолютно не знает который час, но её раздумия прервали чьи-то крики. — Кого я вижу! О Сехун, неужели это правда ты? — кто-то грубо оттолкнул её от парня, и с Лин упали очки. Жаль, что в такой темноте она могла разглядеть лишь линии, но по смешкам могла понять, что подошедших трое. — Лин, отойди, — серьёзным тоном попросил Сехун, встав в стойку, и подняв кулаки к груди. Послушно отступив на пару шагов, девушка обняла себя за плечи. — Ну надо же, какая красотка. А у тебя отличный вкус. Жаль, что ты больше никогда не сможешь почувствовать сладость её губок, потому что будешь валяться мёртвым, с отрезанным языком в ближайшей канаве, — зло выплюнул тот самый мужчина. — Ну, попробуй вырвать мне язык, если не боишься за целостность своих конечностей после того, как приблизишься ко мне. — Какой дерзкий. Мой друг будет рад, когда я отправлю тебя к нему. Лин вскрикнула, услышав звук удара, и хриплый вдох. Как же больно, когда не можешь видеть что происходит вокруг тебя! Она слышала звуки драки, и не могла понять все ли трое напали на Сехуна, и в каком он состоянии, но это продолжалось лишь до того момента, пока она не почувствовала что-то холодное на своей шее, и грубое прикосновение к своим волосам. — Отпусти его, или я перережу твоей крошке глотку, — услышала она хриплый голосу своего уха, и почувствовав зловонное дыхание, пытаясь не вдыхать пары алкоголя. Всё тело сковал ужас, когда до неё дошло, что к её шее прижат нож. В подтверждение своих слов, мужчина потянул сильнее за волосы, отчего Лин всхлипнула, и почувствовала как острие задевает кожу, оставляя царапину, из которой спустя мгновение стекла капелька крови. Судя по тишине, парень послушно отпустил мужчину. — Так то лучше. Бро, избей его сначала, пусть знает как вякать на нас, — рассмеялся мучитель Лин. Она без ошибок поняла, что следующий удар предназначался Сехуну, и судя во звуку упавшего тела, его били ногами. Всхлипнув, потому что услышала лишь один единственный стон парня, Лин попыталась вырваться, и была отброшена, и ударена в живот. — Что малышка, нравится слушать, как твоего дружка избивают? Может ты хочешь присоединиться к нему? — Не трогай её! — зарычал Сехун, и Лин услышала какую-то возню, и хрипы. — Бро! Ах ты... Договорить мужчина не успел, потому что в его живот был воткнут его же нож, выбитый Сехуном, чего Лин не видела. — Ты как? — прикоснулся парень к ней, отчего она вздрогнула. — Что ты с ними сделал? — прошептала она, закрыв лицо руками. — Не волнуйся, они живы, — солгал Сехун, оглянувшись на бездыханные тела. — Думаю, стоит вернуть тебя домой сейчас. Подхватив девушку под локоть, он помог ей подняться, усадил на мотоцикл, и накрыв её плечи своей курткой, отошел на достаточно далёкое расстояние. Достав из кармана джинсов телефон, он набрал знакомый номер. —Да? — Я возле клуба. На меня напали, и я немного намусорил. Отправь кого-нибудь прибрать здесь. Спасибо. Сбросив звонок, он вернулся к мотоциклу, на котором сидела вздрагивающая от шока девушка. Обняв её, Сехун, прижал её голову к своей груди, успокаивающе проведя ладонью по её волосам. Когда она перестала дрожать, он завёл двигатель, и надев на неё шлем, застегнул свой. Выжимая из мотоцикла всё возможное, он гнал по полупустой трассе, а в груди кипела ярость. Да как эти выродки посмели заявиться рядом с его местом, и напасть на него. Как они посмели поднять руку на хрупкую девушку! Он конечно тоже не был святым, но никогда не вредил старикам, девушкам и детям. Если такое и происходило, то лишь по необходимости, если те заходили слишком далеко. Когда он увидел как та сволочь схватила Лин, у него в голове как-будто что-то щёлкнуло. Хотелось разорвать его на куски, и вместе с тем было страшно, что своими действиями он сделает ещё хуже, поэтому он послушно терпел побои, продумывая дальнейшее развитие событий, но когда эта мразь заставила её плакать... Помотав головой, он осторожно припарковался в переулке неподалёку от дома девушки, и помогая ей спрыгнуть с мотоцикла, обнял. Да, его работа не была такой чистой, какой ему хотелось бы. Ему вообще не хотелось подчиняться правилам семьи, но... Глянув на девушку, прижавшуюся к нему, он пообещал себе, что во что-бы то ни стало защитит её. Если кто-нибудь даже подумает о том, чтобы навредить ей, он сделает так, что этот человек будит молить о смерти, и получит её спустя некоторое время. И умрёт самым болезненным способом, который только можно вообразить. —Лин? Она подняла голову вверх, посмотрев на него заплаканными глазами. — Прости за то, что произошло сегодня. Обещаю — такого больше никогда не произойдёт. Сехун провёл её до двери дома, и дождавшись, пока она трясущимися руками найдёт и вставит ключ в замочную скважину, поцеловал её в щёку. — Знаю, будет сложно, но попытайся заснуть, малышка. Завтра буду ждать тебя с самого утра здесь, и мы прекрасно проведём весь выходной вместе. Обещаю, что сотру из твоей памяти сегодняшние ужасные события. Девушка вымучено улыбнулась, и открыв дверь вошла в дом. Обернувшись, она опустила глаза. — Спокойной ночи, Сехун. Возвращайся домой осторожнее.