Случай на съемочной площадке

      Бьянки, сидя за столом, все закрывалась руками: ей казалось, что Рокудо — это единственная ее головная боль, но все оказалось сложней. Никакой дисциплины, каждый гнул свое, каждый хотел большую роль, каждый перед пробой озвучивал свое желание, кого он хочет играть. На удивление ей самой, этот проект восприняли радушно: новая идея и совсем не добрый сюжет, как в их сериале, привлекал своим 18+ рейтингом. — Не вижу я тебя, Блюбелл, в этой роли, будешь или в массовке, или найди свой типаж, я не помню кто там есть, кто мог бы тебе подойти, — устало повторяла девушка. — Ну, не вышла ты ни лицом, ни ростом, ни формами. — Я без проблем стану блондинкой. Я внимательно прочла сценарий, будет очень много голографий, рост мне всегда можно нарисовать при монтаже, — все не унималась она. — Ах… Не твой это персонаж, не твой. — Оу, понятно все с тобой. Сама хочешь, да? Ты-то точно подходишь, ведь так? - девушка дулась, складывала руки крестом и показывала язык. — Мне этого сериала уже с головой хватает, — на выдохе ответила Бьянки и подозвала Генкши, чтоб он ее вывел.       Девушка сняла очки и потерла переносицу. Они еще никого не утвердили на основные роли, что уже говорить о возможной массовке. Кажется, им до конца жизни только в комедиях и играть. — Может быть Елена? — предложил рядом сидящий Базиль, просматривая список актеров. — Легче Спейду надеть парик, чем дозвониться до нее. Как только она узнала, что снятые с ней дубли возможно не войдут в эфир, она послала меня и бросила трубку, даже не выслушав до конца. А ее агент уже вроде как нашел ей новую роль, что-то про богов без дома, или бездомный бог, не помню. — С таким ее колким характером не думаю, что она далеко пойдет. Хотя... Она сыграла очень нежную и сдержанную девушку у нас, быть может ее талант это все компенсирует.       Бьянки засмеялась, когда поняла, что Елена, возможно, единственная, кто точно не актриса одной роли, как большинство вокруг. И пока Ариа пробовалась на роль Шимон, а Базиль делал пометки о ее игре, Бьянки смотрела по сторонам и остановилась она на Дино, который пил кофе и печатал кому-то сообщение в телефоне. — Каваллоне!       Крикнула она, привстав из-за стола. Большинство людей на площадке и в очереди перевели свое внимание на него. Дино посмотрел по сторонам и подошел к Бьянки с Базилем. — Да? — Так, Ария, спасибо, мы найдем тебе что-нибудь другое, — она прогоняющие махнула ей рукой и попросила Дино показать бесстрастное лицо и манерно поднести руку к лицу. — Вот, — ее глаза горели огнем. — Каранамори Шимон сыграет Дино Каваллоне.       Бьянки, поймав вдохновение от такой удачи, настроилась закончить с кастингом уже сегодня. Ей определенно начало вести. Дино стоял перед ней, не зная, правильно ли он все услышал, Базиль смотрел на Бьянки с недоумением, а стоящие в очереди девушки на роль роковой блондинки начали кричать, что Бьянки шутит так же, как и готовит. То есть отвратительно.       Но она не ошиблась, когда посчитала, что дальше дело пойдет быстрее: актеры отлично вживались в роли, хотя, возможно, это было из-за страха получить женского персонажа, как Тсуна и Дино, или же не получить по тем же причинам. Но везение на ее стороне не задержалось, хотя как на это посмотреть.       Джинжер, Кен и Гокудера чуть ли не устроили драку за роль рыжего парня из отдела безопасности. Хаято кричал, что он должен быть рядом с десятым максимально близко и долго, Джинжер, который походил на эту роль больше всех кандидатов, закатывал глаза на вопли Гокудеры и насмешек Кена, который хотел быть в команде «которая_не_за_Рокудо_Мукуро». А вот Чикуса, которого взяли на роль некого Генозы, все слезно, — к огромному удивлению всех, ведь излишняя эмоциональность никогда не была ему присуща, собственно, как и любые другие эмоции, — умолял дать ему любого другого персонажа, который находится на стороне Мукуро. Но Бьянки это только убедило в правильности ее выбора: «Вот точно также поплачешь, когда умрет Скуало» говорила она, на что Суперби кричал, что никогда не подпишется на роль старика со вставной рукой.       Тем временем, когда Дино осознал, что да, он, именно он будет играть длинноногую блондинку с фетишем на девушек, ему стало по-настоящему дурно. — Дино-сан, вы в порядке? — Хару подбежала к парню, который еле стоял на ногах, не теряя равновесие только благодаря стене за его спиной. — Учись курить, Каваллоне, — дремав рядом произнес Хибари, который уже давно прочел весь сценарий, внес правки для своего персонажа и отдыхал до предстоящих съемок. — Похудеть тоже не будет лишним, — заметил Фран, что все еще читал сценарий. — Красный будет ему к лицу, — добавил Фуута. — Как и коротенькая юбочка, — Аоба все не мог перестать смеяться с нового образа Дино. — Лицо отбелим и будет красоткой, — Луссурия уже начал думать над будущим макияжем.       Компания, которая собралась вокруг Дино, бурно дискутировала, как будто его и нет тут вовсе. Гокудера, рисуя наброски будущего главного оружия для сериала, кривился с них в усмешке: — Еще один глава мафии женщина.       Время шло к ночи, почти все персонажи были отобраны, и только Фонг все вздыхал, примеряя на себя образ парня, который хоть и играет какую-то роль в сюжете, сам появляется там разве что в качестве фотографии. Бьянки засыпала, отбирая массовку или персонажей на один раз. Гокудера, закончив с эскизами роботов, которые появятся в сериале, штаба квартиры и прочих мелочей, ушел отсыпаться: на площадку его не позовут еще часов пять, и он мог отдыхать. Луссурия досконально изучил всех главных персонажей и того, кто будет их играть, чтобы подобрать нужный макияж каждому. Спанер приступил к технической сборке оружия по эскизу Хаято, который назвали «доминатор».       В павильоне настала тишина, перебиваемая только шагами или посторонним техническим шумом, никого нельзя было застать за разговорами, только за работой. Большая часть уже разъехалась по домам и те, кто не приурочен к помощи в съемках, не появятся здесь до своего появления в камере, разве что разок на неделе, для снятия мерок для костюмов, потому что те, что снимали для «Реборна» уже могли быть не актуальны.       Выспавшийся Хибари пошел проведать Дино отошел — ли он от такого шока или нет. В его гримерке было пусто и позже оказалось, что Каваллоне находился у Хаято. Раздраженный парень учил Каваллонне курить, но тот был совершенно не обучаем. Гокудере оставалось все меньше времени на сон в отличии от Каваллонне, который в свободном графике. Дино ждал Хаято долго, и пока тот был занят работой, Каваллонне успел поужинать и немного поспать, чего не скажешь о Хаято, что шел в свою гримерку с мечтами о сне и мягкой подушке. — Нашли кого брать на роль, та... Адельхейд. Она бы подошла на эту роль, если перетянуть грудь немного.       Хибари прокашлялся в кулак от сигаретного дыма, посмотрел на Дино. Такими темпами и с его удачей он вполне мог заработать себе на болячку-другую. — Если я не ошибаюсь, сестра утвердила ее на роль нашей напарницы. Такая безэмоциональная девушка, вот с ним встречаться будет, — Гокудера кивнул на Дино и зазевался. Ему уже давно пора спать.       Каваллоне встал и подтянулся: еще чуть-чуть и его кожа будет источать этот запах, потому что одежда уже давно впитала это в себя. Он поблагодарил Хаято и предложил Кёе сходить за кофе — шел пятый час утра. И пока занятые работой люди боролись с приступами сна, Бьякуран, накручивая себе на палец локон спящей Бьянки, выпрашивал для себя роль. — Я ведь так люблю Року-тяна, ты просто должна позволить мне прооперировать его.       Девушка хмурилась и мычала, находясь в состоянии между глубоким сном и окружающим миром. Только сознание проваливалось в зону недоступности, как сладко-противный голос Бьякурана вытаскивал ее оттуда. — Эй, ты же в курсе, что тот был черновой вариант? в утвержденном сценарии Мукуро проломит «тебе» голову и сбежит, — Базиль, исходя из своих заметок, что он делал последние сутки во время кастинга, подмечал, кого брать на проходных в сюжете персонажей. — Правда что ли? — Бьякуран выглядел слишком удивленным. — А, ну, везде есть светлая сторона, ведь у меня будет много сцен с Тсунаеши, — он, преисполненный духом, продолжил шептать Бьянки, стараясь ей дать команду на то, что именно он должен играть шефа полиции — главного антагониста вселенной, а также именно он должен быть голосом той самой Сивиллы. Фонг снова вздохнул: почему-то была надежда, что голос Сивиллы отдадут ему, ведь фактически его персонаж им и является, собственно, как и «сознанием» в той сцене, о которой мечтал Бьякуран.       Такеши и Ламбо проверяли друг у друга выученный текст, хотя это больше походило на умирающие причитания Ламбо о том, что ему никак не пойдет красный цвет волос, в то время как Такеши думал, как лучше ему подать своего персонажа, ведь по описанию он слишком резок и сторонник насилия, чего нельзя было сказать о самом Ямамото.       Хибари и Дино, что поехали в круглосуточный фастфуд, чтобы привезти еды и кофе всем, не могли решить, что взять будет лучше всего. Хибари звонил Реохею и просил уточнить количество людей на площадке, так как Каваллоне, который должен был это сделать, забыл.       Сам же Дино все не вынимал незаженную сигарету из рта, уже прокусив фильтр, читал меню, пока Кёя отошел. Девушка в красной форме улыбалась и просила у Дино автограф, а еще побеспокоилась о его здоровье, ведь курение это очень вредно. Каваллоне посмеялся и по секрету рассказал ей о том, что они всей командой готовят боевик, но потом осекся, вспомнив, что он играет не крутого парня, как это может показаться, а лесбиянку айтишницу.       Прервав милую беседу, Хибари сделал уже точный заказ и сел за один из столиков у окна, ожидая, а Дино, не теряя времени, продолжал практиковаться, стоя по ту сторону окна от Хибари, на улице. Кёю ждало занимательное представление от Каваллоне, который уже обжег себе пальцы, пытаясь зажечь сигарету, почти сжег себе куртку и чуть не задохнулся, подавившись дымом.       А в павильоне Деймон искал Кикё: их ожидала увлекательная и творческая работа — создать несколько человеческих скульптур. Юни, согласившаяся стать «натурщицей» еще даже не представляла что ее ждет и, возможно, для этой милой девочки придется вызывать скорую. Если, конечно, она настолько невинна и чиста, как старается это показать. А Хана, что была не так уж и далека от этих человеческих скульптур, а точнее ее персонаж имел к ним прямое отношение, уже слишком живо вошла в образ девушки с искаженным чувством прекрасного.