Я прошу тебя...

***

Вернувшись к домой, Рикки первым делом позвонил Рамиросу. - Я слушаю вас, господин виконт, - вежливо отозвался он, отложив бумаги, которыми занимался до сей поры. - Экспертиза отобранных мной картин уже состоялась? – отрывисто поинтересовался Риккард у своего управляющего. - Да, господин, - быстро откликнулся тот, слыша раздражение в голосе хозяина, - что- то случилось, ваше сиятельство? – осторожно спросил он. - Да, - нехотя ответил юноша, - но это тебя не касается. Хотя… - Рикки на секунду задумался, - мне нужны сведения обо всех, кто в последнее время активно интересовался мной. Сможешь мне их предоставить? - Я попробую расспросить персонал, медленно произнес управляющий, размышляя над тем, как лучше исполнить пожелание хозяина, - конкуренты? – догадливо поинтересовался он у Рикки. - Вроде того. Попытка шантажа. - Плохо дело, - посерьезнел Рамирос, у них есть что-то конкретное? - Пока не знаю. Это только предстоит выяснить. Для начала найди-ка мне ловкого малого, который сможет раскопать и, главное, с умом истолковать найденные сведения о нашем противнике. «Жаль, что Вито ранен», - с горечью подумал Рикки, - «я ведь так и не узнал, что он раскопал на этого мерзавца». - Все будет сделано, - отозвался меж тем Рамирос, - что-то еще, ваше сиятельство. - Да, - Риккард поудобнее перехватил трубку переговорного устройства, - устрой-ка мне на завтра абонемент в историческую секцию Первой Королевской библиотеки. Да переговори там, чтобы мне дали допуск к архивам Валентира I. Ты вроде хвастался, что у тебя там есть знакомец? - Есть, - согласился Рамирос, - я не уверен, что смогу получить допуск первой категории, но вторую точно гарантирую. - Вот и замечательно, повеселел Рикки, - а пока подготовь результаты экспертизы картин. Я сейчас подъеду. Отключившись, Рикки хмыкнул: - Ну, что, господин шантажист, посмотрим, кто будет смеяться последним. Встав из-за стола, юноша прошелся туда-сюда по своему рабочему кабинету. «Нет, мне просто необходимо позвонить Вито. И не только затем, чтобы вытрясти из него информацию по Максу. В конце концов, надо же поинтересоваться, как он себя чувствует. Совсем я забыл про его рану. А еще считаю себя его другом». Снова подойдя к столу, Рикки набрал знакомый номер. Сначала его долго не соединяли. Потом трубку взял заспанный дворецкий. - Его сиятельство, маркиз Сольди изволят отдыхать, - пробасил он недовольно. - Доложи своему господину, что его беспокоит виконт Стаффолдрок, - в голосе Риккарда сквозили едва заметные виноватые нотки. Его друг пострадал из-за него, а он еще и не дает ему отдыхать. Подождав еще какое-то время, Рикки услышал в трубке хрипловатый голос маркиза. Голос звучал странно, вовсе не так, как должен звучать голос человека, отдыхающего после ранения на дуэли. Виторио дышал так, будто задыхался после долгого бега, или… При мысли об этом «или» Риккард почувствовал, что его бросило в жар. «Нет, о чем я только думаю?» - укорил он сам себя, - «Вито же ранен. Не может же он заниматься…этим с дырой в боку?» Однако смущение нисколько не помешало юноше весело поинтересоваться: - Я не оторвал тебя от чего-то важного? Или от кого-то? – невинно добавил он. Виторио поперхнулся воздухом. - Рикки! - возмущенно завопил он, тщательно разыгрывая негодование, - как ты мог так подумать? Ты же меня знаешь! - Знаю, поэтому и интересуюсь, - как ни в чем не бывало, отозвался Риккард, мысленно успокаиваясь. Если Вито изображает из себя шута – значит, все не так серьезно, как навоображал себе юноша, и маркиз чувствует себя в пределах нормы. Поэтому Рикки усмехнулся и лукаво спросил друга: - Ну и как тебе он? - Шикарен, - с удовольствием отозвался Вито, развалившись на кровати в своей спальне и подгребая к себе под бок разомлевшего после жаркого соития Анри, - я даже завидую тебе. Ты ведь попробовал его первым. - Еще неизвестно, кто кого попробовал, - мурлыкнул Анри, вклиниваясь в разговор. Услышав комментарии графа де Корнуа, Рикки смущенно хмыкнул. - Я рад, что у тебя все в порядке, Вито, - серьезно проговорил он в трубку, стараясь, чтобы невидимые собеседники не догадались о его смущении. - Виконт, душка, а чего от вас хотел граф Фонтебье? – проговорил Анри, вплотную прижимаясь к Виторио и пытаясь отобрать у того трубку переговорного аппарата. Услышав про Макса, Виторио насторожился. Положив трубку так, чтобы ответ Рикки был слышен им обоим, Вито произнес: - Чего я пропустил? Макс приставал к тебе, Рикки? Угрожал? Рикки поморщился. Этого и стоило ожидать. Его друзья чересчур заботливы. Ясно же было, что граф де Корнуа не утерпит и станет задавать вопросы. А уж о Вито и думать нечего – сыщик не успокоится, пока не вытряхнет из Рикки все подробности произошедшего. - Ну, так что? – не вытерпел Виторио. Молчание друга ему очень не понравилось. Это означало, что произошедшее с юношей достаточно серьезно. Маркиз знал, что со своими проблемами Рикки предпочитает разбираться сам, но такое положение дел его совершенно не устраивало и Вито решил: во что бы то ни стало добиться правды. В этот раз Рикки не справится один. Это ясно. Осталось только убедить в этом самого юношу. - Он пытался шантажировать меня, - со вздохом признался Риккард, помолчав еще немного, - граф раздобыл где-то сведения о моих делах в столице, грозился опорочить меня и Анику. - Что он хотел от тебя? – напряженно поинтересовался Вито, прижимая к себе заинтересованно прислушивающегося Анри. - Свободного доступа в замок до помолвки, - отозвался Рикки, решивший все же умолчать о намерениях Макса относительно Аники. - И ты согласился? - Да. Я не видел иного выхода. У меня же нет ничего на него. - Зато у меня есть, - жестко проронил Виторио, - твой будущий родственничек задолжал довольно кругленькую сумму одной весьма серьезной личности, которая грозится не только отобрать у графа отцовское имение, но и несколько подпортить его здоровье, возможно, даже со смертельным исходом. Завтра с утра я перешлю тебе все материалы по этому делу.- А много он задолжал? – поинтересовался Рикки, мысленно анализируя открывающиеся перспективы. - Полмиллиона фунтов. - Сколько?! – Риккард ошеломленно замер, - но ведь на эти деньги можно купить пару-тройку наших замков. Неужели он думает, что… Юноша замолк. Осенившая было его идея выкупить долговые бумаги графа, развеялась как дым. Таких денег у него не было. Даже если продать новую антикварную лавку, то… Нет, на такие жертвы он не пойдет. Все равно это бессмысленно. Полмиллиона фунтов не наскрести даже после продажи. Значит, остается один выход – найти то, что ищет граф, раньше него. Тогда на руках Риккарда окажутся все козыри. Осознав это, юноша скомкано попрощался с Виторио и Анри. Выйдя из кабинета, виконт направился в гардеробную. Надо было переодеться перед поездкой к Рамиросу. Гонка за «сокровищами семьи Роккорс» началась.

***

Сборы были недолгими. И вот уже Рикки уселся в коляску, запряженную парой гнедых лошадей, и направился в свою контору, расположенную в достаточно престижном районе города. Недвижимость там была достаточно дорога, но все расходы окупались, так как именно в эту контору приезжали благородные господа для заключения сделок с торговым домом «Вартонс компании», главой которой и был Риккард. Престиж компании стоил таких жертв, так что Рикки и не думал отказываться от этого места и переносить офис куда бы но ни было. Остановив коляску, Рикки соскочил на землю и постучал в двери конторы специальным бронзовым молоточком, прикрепленным к двери именно для этих целей. Время было уже позднее, и контора была закрыта для посетителей. Но Рамирос, которого Риккард только недавно назначил главным управляющим своей компании, был еще здесь, предупрежденный о приезде хозяина. - Добрый вечер, ваше сиятельство, - управляющий самолично открыл дверь и склонился в сдержанном поклоне. - Добрый вечер, Рамирос, - поздоровался Рикки, проходя внутрь обширного холла, сдержанные, лаконичные тона оформления которого говорили о неплохом достатке и великолепном вкусе хозяина. Никакой кричащей роскоши – только элегантность и комфорт. Риккард специально нанимал иностранных мастеров для оформления его конторы. Пришлось заплатить немалую сумму, но виконт не сожалел, считая, что в его деле важна каждая мелочь и даже цвет драпировок и тематика шпалер, украшавших стены, может повлиять на потенциального клиента. Быстро сняв перчатки и элегантный цилиндр, Риккард прошел в свой рабочий кабинет. Вслед за ним зашел и Рамирос. - Ну, так что там с экспертизой картины, - нетерпеливо поинтересовался юноша, усаживаясь в кресло, - да ты присядь, не стой над душой, - Рикки с неудовольствием глянул на мнущегося около двери управляющего. - Заключение пришло сегодня утром, ваше сиятельство, - проговорил Рамирос, усаживаясь на стул для посетителей, - я положил его в папку для особо важных бумаг, - он глазами указал на темно- синюю папку, лежащую на краю письменного стола, - но на словах могу сказать следующее. Картины подлинные. Датированы окончанием Истребительной войны. И вот еще что, - мужчина немного помолчал и продолжил, эксперт сказал, что под слоем краски в углу картины есть еще один слой. Я взял на себя смелость попросить его проверить, что там. Картину мы не испортили – у экспертов свои методы. И самого эксперта я тоже предупредил о неразглашении полученной информации. - Ты так говоришь, будто там, по меньшей мере, тайна королевских сокровищ спрятана, - немного нервно перебил его Рикки и замер, напоровшись на внимательный взгляд управляющего. - Ваша интуиция бесподобна, - склонил голову Рамирос, - на картине действительно сокрыта тайна. Загадка. И эта тайна напрямую связана с вами, господин виконт. – Рамирос вытащил из кармана листок бумаги, сложенный в несколько раз и протянул его Риккарду. « Мой друг, мой спаситель, Прими дар любви. И в башне, что связана с ночью одной Ты эту любовь от невзгод сохрани. И тьмою неведенья тайну укрой». - Странные строки, - медленно проговорил Рикки, прочитав послание несколько раз, - если стихи – то очень плохие. Но, насколько я помню, его величество, король Валентир был очень плохим поэтом. - Да, - кивнул головой Рамирос, - он сам в этом признавался в своих мемуарах. - Осталось только провести экспертизу почерка, - задумчиво откликнулся Риккард, просчитывая свои дальнейшие действия, - займешься этим? - Конечно, господин. Если эти строки действительно написаны рукой короля Валентира, то эта картина бесценна. - Я не собираюсь ее продавать…пока, - Рикки запихнул бумагу в карман, - поэтому все делаешь быстро и в строжайшей тайне. И как можно скорее достанешь мне пропуск в библиотеку. Ее посещение становится воистину первейшей необходимостью. Рамирос снова кивнул головой. У его господина железная хватка. Как он быстро разобрался со странным посланием. Однако, почему он так ничего и не сказал о «спасителе короля», которому, похоже, были и посвящены эти немудреные строчки. Ведь виконт знает, что это – его предок. Неужели это ему не интересно. Хотя… Рамирос мысленно оборвал себя. Если господин не хочет говорить об этом – значит так и нужно. И не управляющему лезть в дела господ. Его дело – помочь господину раскрыть тайну надписи. - Завтра с утра пропуск в библиотеку будет лежать на вашем столе, - пообещал управляющий и, откланявшись, вышел из кабинета. Риккард вытащил из кармана бумажку и вновь прочел стихотворные строки. «Нда… задача с двумя неизвестными. И если персонажи этой любовной истории понятны, то что за «дар любви» отдал король моему предку. И не за ним ли охотится наш незабвенный Макс? Весьма вероятно. И если он так рвется в замок, то башня, о которой говорится в загадке – явно одна из башен нашего замка. Вот только какая? Родичи прочесали их все – и не нашли ни малейшего намека на сокровища. Одна надежда, что в библиотеке я что-нибудь раскопаю». Встав из-за стола, Рикки снова запихнул бумажку в карман. Папку с результатами экспертизы он решил положить в сейф. «Так надежнее». Исполнив задуманное, юноша отправился домой. «Надо поспать. Сегодня был чрезвычайно насыщенный день. А завтра с утра – в библиотеку».

***

Теплый летний вечер неумолимо подходил к концу, сменяясь бархатной темнотой ночи, что распростерла свои крылья над засыпающей столицей огромного королевства. Худощавый светловолосый мужчина в домашней одежде комфортно развалился в глубоком плетеном кресле, рядом на изящном столике стоял графин заморского вина и высокий хрустальный бокал, наполненный наполовину. В руках мужчина, которого все окружающие знали под именем графа Фонтебье, держал пожелтевший свиток, такой старый, что, казалось, еще немного – и он рассыплется прямо в руках, превратившись в груду бумажной трухи. На свитке красивым ровным почерком была записана легенда, которую знало практически все королевство – легенда об отважном рыцаре, спасшем своего сюзерена – великого короля Валентира. Чернила на свитке выцвели до того, что текст едва угадывался. Но Максимиллиану и не нужно было его перечитывать – он помнил весь текст наизусть. Весь, до последней буквы. И то, что остальные считали лишь красивой легендой, было для потомка оруженосца бесстрашного графа Оровера де Роккорс непогрешимой истиной, не подлежащей сомнению. Ведь этот свиток являл собой ничто иное, как завещание, в котором оруженосец графа признавался в том, что он своими собственными глазами видел, как великий король подарил своему верному рыцарю великое сокровище, бесценный дар. И тот, не смея отказать своему венценосному возлюбленному, принял дар, укрыв его от злых взглядов и нескромных мыслей в своем замке. Отложив свиток, Максимиллиан потянулся к бокалу и, сделав глоток, снова задумался. - Все-таки я – неисправимый идиот, - пробормотал граф, вертя в руках хрустальный бокал, - похоже, сегодня я совершил феерическую глупость. Нет, своего я добился, но какой ценой? Я должен был сделать это…как-то иначе. Но этот мелкий гаденыш так взбесил меня, что я не отдавал себе отчет в своих действиях. Вот же мелкая дрянь! Рикки…язвительный мальчишка с растрепанной каштановой шевелюрой… Один только вид этого паршивца вызывает глухое раздражение и заставляет совершать идиотские поступки. Но тогда почему тогда Макс не может забыть то, как юный Виконт подбежал к поверженному маркизу, как обеспокоено суетился возле него. Почему это воспоминание непонятной болью отзывается где-то в самой глубине души? Сердце? Почему оно дает о себе знать? Неужели глупая выходка избалованного мальчишки так задевает его, Макса? Да не может этого быть. Это просто несусветная глупость. Макс резко поставил бокал на столик. Капли вина, плеснув через край, окрасили в ярко-алый цвет белоснежную кружевную салфетку. - О чем я только думаю? – разозлился сам на себя граф, - о несносном паршивце с невыносимым характером? Да, я не могу не признать, что он хорош, просто неприлично хорош, но… Внезапно вспомнились невыразимо-притягательный взгляд юного виконта – дерзкий и смущенный одновременно, его плутовская улыбка, тонкий стан, затянутый в дорогой камзол, изящные, почти женские руки в замшевых перчатках для верховой езды… Макс приглушенно застонал. «Демоны! Я снова и снова вспоминаю его. Ну, чем мог зацепить такого пресыщенного жизнью жуира как я этот несносный юнец? Почему я не могу просто выкинуть его из головы, полностью сосредоточившись на его сестре? Ведь мне нужен вовсе не он. Аника – вот мой пропуск в замок. О ней я и должен думать. А я не могу! Демоны! – граф резко вскочил, отшвыривая кресло, - да меня просто тошнит только при мысли о том, что я должен «играть в любовь» с этой мелкой девчонкой! Она совершенно не в моем вкусе, хотя я, в принципе, совсем не привередлив. Если бы не мое отчаянное положение, я бы и не глянул в ее сторону. Но вот ее братец… нет, все-таки он хорош, стервец! И я буду не я, если не заполучу этого мальчишку в свое личное пользование. Хотя…нет, я точно идиот! Как я смогу его заполучить, если только сегодня я сделал все, чтобы заставить его возненавидеть себя!? И на кой демон я решил шантажировать виконта? Не иначе эти его шашни с Виторио сподвигли меня на эту несусветную глупость. Демоны, я что, ревную? Так…пора идти спать, а иначе я неизвестно до чего додумаюсь. Ну, какая может быть ревность, когда я на дух не переношу этого мальчишку? А?» Раздраженно сплюнув, Максимиллиан отправился в спальню, решив, что со всеми проблемами лучше разобраться с утра, «на свежую голову».

***

Всю обратную дорогу до замка Рикки был молчалив и задумчив. Не реагировал на подначки Макса, ехавшего вместе с ним и Аникой в почтовой карете, отмахивался от обеспокоенных вопросов сестры. - Не сейчас, Аника, извини, - бормотал он отстраненно, и снова замолкал, невидящим взором уставившись в окно. Молодому виконту было не до разговоров. То, что он узнал сегодня в королевской библиотеке, заставило Риккарда надолго задуматься. «- Чего вам угодно, ваше сиятельство, - статный седовласый библиотекарь неловко поклонился, злясь про себя из-за собственной неуклюжести. Его правая нога не сгибалась в колене, поврежденная в одном из сражений, из-за чего бывшего воина и отправили в бессрочный «отпуск», предложив занять вакансию библиотекаря в королевском книгохранилище. - Меня интересуют хроники Истребительной войны, а также личная переписка его величества Валентира Первого и его сиятельства, графа Оровера де Роккррс. – худощавый юноша деликатно сделал вид, что не заметил ранения старого воина. - А по какому праву вы требуете показать вам личную переписку этих высокочтимых господ? – Старый воин нахмурился, пристально разглядывая посетителя, - у вас есть необходимый уровень допуска? - Я являюсь прямым потомком Графа, - отозвался Риккард, протягивая белую картонку пропуска. -Хмммм, - невнятно хмыкнул библиотекарь, изучая протянутый документ, - что ж, в таком случае, извольте проследовать за мной, - и он, прихрамывая, отправился куда-то в недра библиотеки. Книги, книги, книги…бесчисленные сонмы книг. А еще пухлые папки с документами, тубы со свитками и даже – восточное тканное письмо и узелковые письма дикарей с Закатных островов. Чего только не было в специальном хранилище королевской библиотеки. Рай для исследователей. Только Рикки пришел сюда вовсе не за этим. Ему нужна была информация о самой известной и самой таинственной личности в истории. Король Валентир I. Великий король, восстановивший королевство из руин и сделав его самым могучим на этом континенте. Король, бесследно исчезнувший в самом расцвете своей жизни. Сколько слухов породило его царствование! Сколько тайн и загадок оставил после себя его Величество король Валентир I. Но вот, наконец, и библиотекарь, несущий подмышкой какую-то пухлую папку. - Вот, посмотрите, что я нашел. Этот листок выпал, когда я уронил папку, - старик протянул Риккарду старый документ, обтрепанный по краям, - похоже на какую-то загадку. Написано рукой самого короля Валентира. Это уж точно. Я занимался историей этого периода и могу сказать вполне определенно. - Да, странное послание, - согласился Рикки, прочитав выцветшие от старости строчки, написанные рукой великого монарха, - такое ощущение, что это – что-то наподобие завещания. Но ведь подобного просто не может быть. Завещание короля Валентира – достаточно известный документ и это письмо на него совершенно не похоже. Документ, показанный ему библиотекарем, и вправду был странным. Нет, начинался он вполне стандартно для завещания: «я, находясь в твердом уме и памяти…», а вот потом и начинались странности. Во-первых, король обращался не к своим потомкам, а к «чадам, что несут в себе кровь, что более драгоценна собственной», во-вторых, почему в этом странном завещании написано, что «пусть пройдут века, ведь только будущее может рассудить нас»? И в третьих в этом документе тоже упоминается «дар любви», о котором Рикки уже знал из текста, спрятанного под картиной. Но самое странное даже не это. В документе упоминался «мрачный замок, что хранит великую любовь и великую горечь». Почему-то Рикки не сомневался, о каком замке идет речь. Рок-ор-андар, «горное гнездо» в переводе с давно исчезнувшего языка. Родовое гнездо графского рода Роккорс и его, Рикки, дом. - Рикки, ты заснул? – обеспокоенный голос сестры вывел юношу из задумчивости, - мы уже приехали, а ты все сидишь и не выходишь из кареты. - А? Да ты права, я сейчас, - Рикки выбрался из кареты и направился к замку. Максимиллиан проводил его странным взглядом и, покачав головой, отправился следом.

***

В замке графа Фонтебье встретили настороженно. Максимиллиан прилагал поистине героические усилия, его обаянию мог позавидовать любой, но все было бесполезно: слуги шарахались от него, как от прокаженного, сбегая, стоило ему только отвернуться. Графиня отделывалась холодной вежливостью, граф – так и вовсе не удостаивал незваного гостя своим вниманием, а Аника с Рикки только что не шипели сквозь зубы, вынужденные оказывать гостеприимство поневоле. Его поиски тоже не давали никаких результатов. Хотя, как можно назвать поисками его осторожные попытки покопаться в пыльных и запущенных комнатах и коридорах замка, когда каждый момент ожидаешь, что неугомонные дети графа совершат очередную дерзкую выходку, направленную на то, чтобы окончательно вывести Макса из себя. И ведь чисто работают, мерзавцы. Максимиллиан был точно уверен, что и промокшая насквозь постель от перевернутой среди ночи вазы с цветами, и погрызенный якобы мышами совершенно новый камзол – это их рук дело, но доказать граф ничего не мог. А неясные подозрения не предъявишь. Нет, Макс, конечно, пробовал поговорить с Рикки, но упрямый паршивец только невинно улыбался и отрицал всяческую вину. А в ответ на угрозы он предлагал поискать компромат на мышей – вдруг они тоже поддадутся шантажу. И так каждый день. За неделю своего пребывания в замке Максимиллиан не добился ровным счетом ничего. «Но может, сегодня мне удастся хоть немного поискать, удовлетворенно улыбнулся Макс, выходя из своих покоев. Макс радовался не зря. С утра семейство графа уехало на какое-то торжество к своим соседям. Звали и его, но Макс отказался, сославшись на недомогание, чем вызвал подозрительный взгляд Риккарда. И вот теперь граф Фонтебье остался в благословенном одиночество. Слуги не считались – их и так было мало, а после отъезда господ они и вовсе перестали попадаться Максу на пути, когда он методично обшаривал замок в поисках какой-либо подсказки или зацепки, которая указала бы авантюристу на сокровища, спрятанные в замке. То, что сокровища – не выдумка больного воображения его предка граф не сомневался. По свидетельствам очевидцев его предок отличался особенным здравомыслием, если не сказать больше. Такого зануду и правдолюба надо было поискать. «И как он только уживался с графом Роккорс, которого хроники иначе как «Сорвиголова» и не величают? - в который раз изумился про себя Макс, - наверно, также как и мы с Рикки цапались по любому поводу». При мысли о Рикки у Максимиллиана испортилось настроение. Этот мальчишка так и не простил его. Белее того, Максу казалось, что его ненависть только разгоралась с каждым днем и лишь угрозы бесчестья сестры удерживала виконта от широкомасштабных военных действий. «Может мне попробовать помириться с ним? Ну, пообещать, что не трону Анику…» - возникшая мысль так удивила графа, что тот резко остановился в каком-то полутемном коридоре, скупо освещенным одним единственным фонарем, чей свет едва пробивался через закопченное стекло. - О, демоны, и о чем я думаю, - простонал Макс, растирая руками лицо, чтобы избавиться от странных мыслей, - я же решил, что не буду иметь ничего общего с этим мальчишкой. Или нет? Неизвестно до чего бы додумался Максимиллиан, если бы его не прервали самым необычным образом. Глубокий вздох, более похожий на стон, раздавшийся за спиной графа, заставил Макса вздрогнуть от неожиданности и резко обернуться, чтобы лицом к лицу встретить неизвестность. Перед ним стояла невысокая женщина, в старинном платье. Густая вуаль скрывала черты лица, но по осанке и манере держать себя Макс догадался, что дама принадлежит к высшим слоям общества. - Леди? Что-то случилось? – вежливо поинтересовался он, разглядывая незнакомку. - Случилось? Да, случилось. Горе пришло в этот дом, - от голоса женщины Макса пробрала дрожь. Такая безысходность и нечеловеческая мука звучала в нем. - Вам не стоит переживать, - попытался успокоить он даму, - скажите, может я чем-то могу помочь? – поинтересовался он. Макс действительно хотел помочь страдающей леди. Что бы про него не говорили, а граф все-таки не был законченным мерзавцем. Чуткость и благородство не были ему чужды. - Вы? Вор, подобравшийся так близко? – голос женщины окреп. В нем зазвучал гнев, - вы бессчетный человек, воспользовавшийся бедой этой семьи. Вы змея, пригретая на сердце. Вы лишь умножаете мою скорбь и усиливаете боль. - Но леди, - Макс оторопело смотрел на печальную женщину, я… Слова дамы занозой засели в сердце. Казалось, что с того? Еще один человек ненавидящий его, Макса. Сколько их было таких? И живых, и мертвых. Но почему-то именно ее боль и ее ненависть пробили броню его сердца, вытащив наружу то, что Максимиллиан давно и тщательно прятал внутри. Стыд…мучительный стыд за совершенные действия. Да, он мерзавец, и даже его отчаянное положение не может быть оправданием этому. - Леди, я попробую все исправить, - только дав это обещание Макс понял, что он натворил. Он пообещал исправить, но не знал, как это сделать. Да и можно ли что-то исправить в такой ситуации? И что тогда будет с ним, Максом? Люди, которым он задолжал, не поймут, если он не принесет деньги в срок. А других способов добыть их, нет. Макс уже все перепробовал. Так как же быть? - Вы пообещали, - тихий голос женщины прозвучал, будто небесный глас, - я, леди Рамона, графиня Роккорс. И я буду следить за вами, граф. Максимиллиан только мрачно вздохнул. Задачка становилась все более невыполнимой. Макс не собирался отказываться от поисков так просто. Но и забывать данное обещание он тоже не собирался. Оставалось только попытаться выполнить оба условия. И он постарается – не из таких переделок выкручивался. - Что же, продолжим поиски. Вот только найду кого-то и поинтересуюсь, что за леди Рамона проживает в замке. Насколько я помню, графиню зовут как-то иначе.

***

- Леди Рамона? – горничная удивленно воззрилась на Макса, - вы ошибаетесь, граф, в замке нет никакой леди Рамоны. - Но она представилась как леди Рамона, графиня Роккорс, - пробормотал Максимиллиан, чувствуя себя до невозможности глупо. - Графиню зовут леди Раймонда, - отозвалась девушка, вы сего-то путаете. Может вы ослышались – имена-то похожи. Или над вами кто-то глупо подшутил? Как хоть выглядела эта женщина? - Невысокая, худенькая. Темные каштановые волосы, уложенные в высокую прическу. Кожа неестественно бледная, как будто дама всю жизнь провела в подземелье. Лицо прикрыто непрозрачной вуалью. Платье странного покроя. Такие я только на старинных картинах видел. – Макс замолчал, заново переживая встречу со странной женщиной. - Знаете, граф, - нерешительно пробормотала служанка, - мне кажется, что я знаю, про кого вы говорите. Идемте, я покажу вам кое-что, - и девушка, не оборачиваясь, поспешила в сторону крытой галереи, связывающей старую часть замка с более поздними постройками. Макс, кивнув, отправился за ней. Войдя в галерею, горничная остановилась. - Тут находятся фамильные портреты всех членов семьи Роккорс, начиная с графа Айсамеля – отца-основателя замка Роккорс. Идемте за мной, - и служанка пошла дальше. - Вот, посмотрите сюда, - девушка подвела Макса к портрету темноволосой женщины болезненного вида, - похожа эта леди на встреченную вами даму? - Да, это она, - Максимиллиан пристально разглядывал портрет. - Значит, она снова появилась, - шепот служанки был едва слышен. Макс повернулся к девушке, удивлено уставившись на нее. - Что это с ней? – недоуменно пробормотал он себе под нос, - она побледнела как полотно. Похоже, девчонка чем-то сильно напугана. Демон побери, да что же такое творится в этом проклятом замке? – мужчина зло скрипнул зубами, пытаясь справиться с раздражением. - Что с вами, сударыня? – обратился он к перепуганной девушке, - вы так побледнели. - Ничего, - голос горничной немного дрожал, - просто появление этой дамы не сулит ничего хорошего. Последний раз она появилась перед страшным пожаром в замке. Тогда чуть не погиб один из слуг. Его нашли в нежилой части замка без сознания, полузадохнувшегося от едкого дыма. Когда он очнулся, то рассказал, что леди Рамона спасла ему жизнь, выведя из огня. - Да кто же эта леди? Почему вы только недавно отрицали ее присутствие в замке, - разозленный Макс резко схватил девушку за плечи, хорошенько встряхнув ее. - Ее действительно нет в этом замке, - печально промолвила девушка, не пытаясь вырваться из хватки Макса. –леди Рамона, графиня Роккорс была женой Оровера д’Роккорс - героя Истребительной войны. Говорят, устав от невнимательности мужа, она покончила с собой, сбросившись с Северной башни. - Вы хотите сказать, что я видел призрака? Бред! – резко перебил ее мужчина, - не говорите глупостей, девушка! Я уверен, что повстречал живого человека. - Я не стану разубеждать вас, милорд, - горничная обиженно поджала губы, - только вам стоит быть осторожнее. Леди Рамона никогда не появляется просто так. А теперь – разрешите удалиться. У меня много дел, - и обиженная девушка ушла, оставив Макса в одиночестве стоять перед портретом графини. - Проклятый замок, - раздраженно пробормотал граф, не двигаясь с места, - идиотские призраки, замшелые легенды, обваливающиеся потолки. Но я все равно доберусь до истины. Я отыщу это треклятое сокровище, о котором писал мой предок. Оно должно быть здесь и я его найду. Должен найти!