Shape of my heart

      Олег смотрел на своего брата, Сергея, мирно жующего свой унылый ужин. На этот раз мать даже не поленилась сходить в магазин, и это были даже не полуфабрикаты.       Олег, будучи студентом, давно бы мог съехать и жить, как нормальный человек, честно тратя всю степендию и зарплату бармена, но он не мог оставить младшего брата на попечение матери, которая не больно-то часто появлялась дома, будучи постоянно окружена разными мужчинами.       Порой она пропадала неделями. После смерти отца, она-то из них троих страдала меньше всего. Но не Сережа. После этого улыбчивый талантливый мальчик превратился в совсем иного человека. На худых запястьях начали появляться глубокие порезы, рисунки потеряли всю яркость, а голубые беззаботные глаза помутнели. Мальчик стал все чаще бывать один, иногда полностью игнорируя окружающих.       Его единственным интересом стал интернет. Место, где он мог общаться с виртуальными людьми, становясь таким же виртуальным, бегая от реальности и не собираясь туда возвращаться. У него это и вправду получалось. За полгода он стал худшим учеником класса, полностью игнорируя домашнее задание и замечания учителей. Так же он игнорировал временами и своего брата, не представляя, какую боль ему этим приносит. - Вкусно?-Олег поинтересовался у брата, ведь стрепня была как-никак его приготовления, -если хочешь, я могу сходить за шоколадным мороженым, это ведь твое любимое - Нет, спасибо, я наелся, пойду пожалуй, посплю, - Олег понимал, что заставлять делать брата домашнее задание было бессмысленно, а матери до этого и дела не было. Поэтому он последовал примеру брата, это было именно то, в чем он нуждался после дня в институте и рабочей смены.       Когда Олег пришел в темную комнату из душа, то застал спящего мертвым сном брата. При свете луны и фонарей он выглядел поистине ангельски. Его фарфоровая кожа казалась еще белее, темные отросшие волосы блестели как шелк, а худой стан стал будто высечен из мрамора.       Хотелось потрогать, хотелось прижаться всем телом и никогда не отпускать… Но нет, это было запретно, неправильно во всех отношениях. Сережа бы точно его не понял, не понял бы никто. Он мог лишь уснуть, зарыть свои чувства глубоко на дно, как всегда и делал, а завра уже жарить очередную бабу в каком-нибудь дешевом ночном клубе, которая никогда не узнает, чего хочет он по-настоящему, никто не узнает…