Дорога в столицу

Я сидел на краю княжеской кровати, опершись локтями о колени, и барабанил пальцами по собственному подбородку. Под моим взглядом по комнате медленно перемещались из шкафа в чемодан разноцветные вещи. Иногда они ловили потоки тёплого воздуха из окна и развевались, как широкие паруса кораблей. Одежда была действительно слишком большого размера, изукрашенная различными оборками и блестящими камнями, в основном фиолетовая или изумрудно-зелёная. Самые отвратительные, на мой взгляд, цвета. На самом деле изначально я не должен был заниматься сборами вещей и прочими мелкими обязанностями и на службу к князю нанимался как помощник лекаря. Однако через какой-то промежуток времени что-то случилось с прошлым стюардом, и как-то незаметно так и не закончившему обучение «мальчику» пришлось занять его место. Работы было не сказать, чтобы много, но достаточно. Зато и жалование платили большее, что, несомненно, плюс. Повинуясь направлению моего взора, по комнате пролетел важно качающийся лиловый пиджак с огромными жёлтыми блестящими пуговицами. Он весело спикировал в открытую дорожную сумку вслед за туфлями цвета морской волны. Честно говоря, процесс сборки вещей оказался куда утомительней, чем я предполагал ранее. Князь, обладатель всех этих сокровищ, радостно оставил меня разбираться и поспешил скрыться за дверью комнаты. Наверное, завтракать перед дорогой. Солнце поднялось уже достаточно высоко, чтобы слепить глаза через окно комнаты пятого этажа, а конца и края этому утомительному занятию так и не предвиделось. Не то, чтобы я работал так уж тяжело, просто монотонное просматривание ярких подштанников хозяина явно не способствовало улучшению настроения и поднятию духа. Спасительным сигналом прозвучал звук открывающегося дверного замка. Выпрямившись, я отпустил все повисшие в воздухе вещи, и они с единым шорохом рухнули на пол, создавая ощущение беспорядка. Когда дверь наконец открылась, в комнату ворвался донельзя довольный с утра князь. В одной руке он держал небольшую фляжку, а другой размахивал так, что ключи, зажатые в ней, скорее били по ушам, чем звенели. - Фро-о-онт, мальчик мой! – воскликнул он, направляясь ко мне с какими-то не очень приятными для меня намерениями. В надежде избежать объятий с грузным князем, я выставил между нами первую из вещей, что попалась на глаза – парашютных размеров ночнушку белого цвета. - Ну фу, - покривил лицом в отвращении хозяин. Толстый подбородок его при этом сморщился до бульдожьих складок, а глаза превратились в узкие щели. – Выкинь уже её и заканчивай быстрее. Мы едем на свадьбу к моему племяннику-у-у! Он опять взмахнул руками, и тёмные капли вылетели из горлышка фляги, пачкая кровать и мебель. Всё ещё довольный князь лихо развернулся и проковылял к двери. Я в растерянности опустил ночнушку обратно на пол, провожая хозяина взглядом. Кажется, старик начал праздновать ещё до того, как мы выехали в столицу. Не самый хороший, честно говоря, знак. Зато со сборами можно было закончить. Выбрав наугад три вещи из валявшихся теперь на полу, я засунул их в сумку прямо руками и поспешил с багажом во двор, где наверняка уже стояла коляска. Тут стоит уточнить, что поместье моего князя находится в одной из самых западных областей королевства. Вокруг никогда не было ни одного столь же высокого строения – чуть холмистая равнина, перемежаемая едва ли дотягивающими до статуса двухэтажных домиками, простиралась настолько, насколько хватало взора. Именно поэтому само здание казалось чуть ли не башней, хотя было не так уж и высоко. Двор при нём был, как и полагается, невиданно обширен. Оно и понятно, всем работающим здесь людям вполне хватало места. Где-то в дальнем конце колыхались на утреннем бризе широкие белые простыни, поскрипывали тележки рабочих с полей и ремесленников. На широких газонах трудились садовники в больших соломенных шляпах. Область, находящаяся под опекой князя, гордо считалась самой большой из всех, что есть в королевстве, однако народу тут в общем жило немного, что было, разумеется, крайне приятно. На выложенной красной плиткой площадке перед зданием поместья поджидали два экипажа. Один в лучших традициях хозяина – жёлтая карета с зелёными шторами. Другой же был поскромнее, в нём размещались необходимые хозяину слуги и багаж. Я надеялся проскочить мимо закрытой двери княжеской повозки как можно незаметнее, чтобы проехать не с большим комфортом, но в приятной и понятной лично мне компании. Уже сложив взятые мной сумки, я почти залез в повозку, но не тут-то было. - Фро-онт! – раздался чуть капризный голос старика из кареты. – Ну, куда же ты? Ты что же, оставишь меня одного? Я злобно проскрипел несколько непечатных слов сквозь зубы и, под сочувственные вздохи упаковывавших вещи слуг, направился к хозяину. Лошади, запряжённые в его карету, надменно фыркнули и тряхнули тёмными гривами, только стоило мне встать на ступеньку. Цыкнув на высокомерных животных, я всё же нырнул в полумрак экипажа. Шторы были наглухо задвинуты, и свет проникал только через всё ещё открытую дверь. Князь с удобством уместился на одном из сидений, заняв при этом весь диван, отчего мне пришлось сидеть спиной вперёд. Он словно прятался от лучей солнца, так что его лица не было видно, а тело обозначалось только округлой формой. Огромный напудренный синий парик лежал на подушке отдельно, но темнота скрывала цвет настоящих волос хозяина. - Всё, поехали! – внезапно выкрикнул князь так, что у меня зазвенело в ушах. Дверь тут же хлопнула, оставляя нас в полной темноте, послышался щелчок кнута кучера и приглушённый гомон прощающихся жителей поместья. Мы тронулись в путь. По моим предположениям, ехать нам предстояло недолго: всего-то до границы области, а затем чуточку на восток, к летней резиденции. Однако кто же знал, что даже короткая поездка может обернуться в вечность, особенно при условии того, что передвигаться приходилось в душной тёмной карете. Шторы только первые несколько минут создавали полнейшую темноту, затем глаза понемногу привыкли. Князь не торопился начинать разговор, а просто лежал на своём сидении и рассматривал меня чуть поблескивающими глазами. Понемногу мне становилось некомфортно под его взором, и я отвернулся. Но даже пейзажа за окном не было, чтобы хоть как-то отвлечь внимание. Убедившись, что сверлить меня взглядом больше не интересно, князь опустил руку куда-то под сиденье и вытащил оттуда гранёный сосуд с какой-то тёмной жидкостью. Он немного поболтал им в воздухе, а затем с чпоканьем открыл пробку. По экипажу тут же разнёсся резкий запах, от которого мне захотелось и вовсе выйти. Однако хозяин спокойно приложился к горлышку, и, сделав пару глотков, наконец заговорил: - Скажи мне, милый мальчик, а я уже рассказывал тебе про то, как мы со стариком Августом взяли это королевство? - Да, - вяло ответил я, ибо темнота и дурной запах слишком угнетали, а старая история сейчас пошла бы совсем не к месту. - Ну так вот, - князю было, кажется, наплевать на все мои ответы, - сколько лет назад это было? Достаточно, чтобы молодой король Гринфилд вырос и возмужал. – Он тихо засмеялся кашляющим смехом. – О, я помню нашего Благороднейшего ещё мальчишкой. Его никогда нельзя было застать дома, вечно носился где-нибудь в поле, пока мы с его отцом строили планы и чертили карты. Маленький Стефан был неукротим – его матушка постоянно жаловалась покойному Августу, а он только смеялся. Конечно, с наследником он был строг, зато вырастил его на славу. На проверку сынок оказался даже прогрессивнее отца. Что скажешь? Ответить мне было нечего. Я не застал времена правления старого короля Августа, а историю знал настолько плохо, что и заикаться не стоило. Но, не услышав от меня ни слова, князь вовсе не разочаровался, а только с ещё большим азартом продолжил. Не имеет смысла передавать точно весь его рассказ, который к тому же был обильно оснащён подробностями о приключениях моего ещё молодого работодателя в местных борделях. В основном же это был пересказ событий тридцатилетней давности, когда и произошёл тот самый переворот, вследствие которого на троне оказался Август Гринфилд, младший брат моего князя. Сам же хозяин постоянно упоминал, что ему «ничего не нужно, только вино, немного еды и женщины». Однако он всегда повторял эту фразу с какой-то особенной грустью, словно это было оправдание для него же самого. Хотя женщин я не замечал у него уже довольно давно, и по мере того, как уменьшалось их количество, увеличивались блюда с едой на столе князя. Но нельзя сказать, чтобы хозяин совсем поник – он наоборот казался всё более весёлым, а сегодня и вовсе, кажется, наслаждался жизнью. Я настолько увлёкся собственными мыслями, что не заметил, как он уснул. Уложив пустую бутылку на пол и откинувшись на широкие подушки, князь едва слышно похрапывал в темноте кареты. Убедившись, что разбудить его шумом двигающейся повозки невозможно, я тихонечко приоткрыл штору, чтобы посмотреть в окно. Разноцветные поля, засеянные совершенно разными культурами, постепенно сменялись небольшими перелесками, более свойственными северным частям королевства. Оставалось ещё достаточно времени до завершения нашего пути, и, подставив лицо тем лучам солнца, которые могли пробиться сквозь стекло, я позволил себе немного задремать. Карета резко остановилась. Меня подбросило на сидении, и, мгновенно проснувшись, я первым делом выставил руки вперёд, ожидая, что тело князя покатится прямо на меня. Однако ничего вслед за этим жестом не последовало. - Просыпайся, - мягко проговорил хозяин, открывая дверь и впуская дневной свет в экипаж. – Мы приехали. Он, казалось, был уже совершенно готов: пышный парик на месте, пуговицы застёгнуты и камзол поправлен, глаза выглядели вполне разумно, да и запах спиртного как будто исчез. И всё это без малейшей помощи от меня. Сконфузившись под волною стыда, я ничего не смог сказать в ответ, а только вышел на улицу. Нас подвезли, как выяснилось, прямо ко двору летней резиденции Его Величества Стефана. Позади слуги князя и короля поспешно разбирали нагруженные в повозке вещи. Я хотел направиться к ним, но хозяин вовремя взял меня за руку. - Ну уж нет, ты же не оставишь меня одного корчиться в поклонах в тронном зале? – лукаво спросил он, придерживая меня за кисть. Уже выходя со двора, я увидел, как лошадей отводят куда-то в сторону. Несколько мгновений я никак не мог понять, зачем, а затем вспомнил, что в столице в качестве ездовых животных чаще используют пардов. У королевского окружения наиболее часто встречались большие белые хищники с невероятно длинной шерстью. Они больше походили на барсов, нежели на львов, однако у этих животных не было пятен. Я вспомнил это ещё и потому, что за углом мелькнул длинный белый хвост. Летняя резиденция поразила меня своей особой обстановкой. Шторы, ковры, редкие гобелены и даже двери комнат, которые нам доводилось увидеть по дороге, были выдержаны в очень практичном, не вычурном, но приятном и дорогом стиле. Не было того, что окружало меня в резиденции князя: шёлка, дорогих каменьев там, где им не следовало быть, пышных одежд придворных. К тому же практически все окна в коридорах были открыты нараспашку, чтобы не допустить духоты и жары. Прямо перед входом в широкую двойную дверь мой работодатель поймал какого-то слугу с подносом в руках, взял у него небольшой фужер с чем-то шипящим и одним глотком выпил содержимое. - Это для терпения, - пояснил он, поймав мой заинтересованный взгляд. Несколько мгновений спустя дверь открылась, и до моих ушей донеслись обрывки слов глашатая: - …покровитель Западной провинции великий князь Модест Кардоба! - И не забудь про подарок! – шепнул мне князь прежде, чем мы вошли. Хозяин важно втянул живот и крайне торжественной, но всё же немного неуклюжей походкой направился в зал. Я последовал за ним, однако всего лишь своим обычным шагом. Тронный зал оказался не настолько огромным, насколько я его себе представлял. Шторы были задвинуты, чтобы мягко дозировать свет так, чтобы он озарял помещение, но не слепил глаза. Длинная зелёная ковровая дорожка тянулась от двери к ступеням, ведущим к трону. По бокам от неё в молчании замерли какие-то люди в одеждах, выдающих в них как придворных, так и обычных слуг. На самой нижней ступеньке сидел, широко раздвинув ноги, шут в ярком красном костюме и шляпе с бубенцами. Я поднял глаза на возвышения. Королевская чета не сидела на богатых креслах, а стояла рука об руку, приветствуя гостей. Король Стефан оказался статным мужчиной лет тридцати с каштановыми волосами и короткой бородой. По традиции династии Гринфилдов, как объяснял мне князь, король носил мантию мягкого зелёного цвета и небольшой золотой обруч в знак своей власти. Стоило мне как следует разглядеть государя, как пришло время кланяться. И, уже вновь поднимаясь после приветствия короля, я украдкой взглянул на саму невесту. Стоит ли говорить, что более красивой девушки мне не приходилось видеть более никогда в своей жизни? Черты её лица были словно нанесены на драгоценную кожу тончайшей кистью. Изящная фигура, длинные русые волосы, ясное лицо – всё в ней показывало ту невыразимую прекрасную нежность, которая только может быть в молодом создании. Длинное белое платье было достаточно простым, чтобы подчёркивать всю красоту будущей королевы, а лёгкая накидка создавала ощущение того, что её волосы переливались призрачным, едва заметным перламутром. Что-то тихонько сжалось у меня в груди, пока я смотрел на невесту короля. Как будто мне теперь хотелось глядеть на неё вечно и наплевать на всё – на приём, на князя и даже на самого монарха. Но хозяин резко дёрнул меня за рукав рубашки, не давая забыться. Я резко выпрямился, вспомнил про подарок и, сделав несколько достаточно неуверенных шагов, подошёл к трону. Моим первым желанием было отдать коробочку прямо невесте, но тут же из ниоткуда возник шут. - Благодарим, - звонко сказал он, вынимая подарок у меня из рук. Прозрачная упаковка выгодно обнажала два больших изящных кубка внутри. Даже будучи спрятанными в чехол, они удачно блестели драгоценными камнями, которые, вопреки вкусу хозяина, прекрасно подходили под форму и цвет посуды. В последний момент, когда клоун уже почти прижал коробку к груди, я успел заметить, как странно отразился свет на гладких внутренних стенках сосуда. Золото вдруг загорелось багряно алым, мгновенная вспышка хоть и сгинула спустя секунду, но отчего-то запечатлелась в памяти. После мы с князем отошли в сторону к другим гостям. Пока объявляли новоприбывших, пока жених с невестой встречали их поклонами, пока слуги неторопливо разносили шипучие напитки, чтобы гости не мучились от жары, я не мог отвести взора от будущей королевы. Она улыбалась доброй и прекрасной улыбкой каждому гостю, и я пожалел о том, что упустил свой шанс поймать её взгляд. Иногда она поправляла блестящую вуаль на голове, и каждое движение её пальцев казалось мне верхом изящества. Длинные пальцы убирали накидку с лица, плечи плавно двигались при движениях. Стефан крепко держал её хрупкую тонкую ладошку и изредка оглядывал присутствующих умным взглядом. Во всей фигуре его ощущалась сила, и я отчего-то приуныл, подумав об этом. Не слушая ничего, я продолжал наблюдать за будущей королевой, пока не почувствовал на себе чей-то очень тяжёлый суровый взор. Немного помедлив, я всё же отследил его обладателя, и по моей спине пробежал холодок. Сам король Стефан не то, чтобы с презрением, а скорее с интересом рассматривал меня. Взглянув в его суровое лицо, я тут же отвернулся, чувствуя, как моё лицо наливается краской. Ощущая нестерпимый стыд, я постарался сконцентрироваться на том, что происходило между гостями. А тем временем тонкий и гибкий, как прут, шут прыгал меж рядов прибывших, приветствуя каждого в отдельности. Он вертелся волчком, раскинув руки в разные стороны, и бубенцы на его шляпе тихонько звенели в такт движениям. Когда он приблизился к князю, я сумел разглядеть белые звёзды, выведенные краской вокруг его глаз. - Вашу руку, мой господин, - звонким голосом, чётко проговаривая каждую букву, попросил шут и сделал пару чмокающих движений губами. Хозяин довольно усмехнулся и протянул бедолаге мясистую ладонь с пальцами, украшенными огромными перстнями. Придворный театрально прижал руки к размалёванным щекам, и, пару раз подпрыгнув от наигранного счастья, приложился к самому большому кольцу князя. При этом он встал на одну ногу, разведя худые руки в стороны. Где-то в стороне захихикали люди. Закончив с хозяином, шут внезапно обратился ко мне. - Молодой человек, - он согнулся передо мной в глубоком поклоне, размахивая воображаемым головным убором, так как настоящую шляпу с бубенцами не снял. После этого паяц так невозмутимо развернулся, словно нас не существовало вовсе. Подпрыгнув, он дрыгнул ногами в воздухе и лёгким бегом поспешил к остальным гостям. Заинтересовавшись его поведением (и не желая более сталкиваться с взглядом короля), я продолжил наблюдать за шутом, пока тот приветствовал других людей. Он встал на колени перед совсем маленькой девочкой, с излишней нежностью поцеловал её руку. И, получив смущённый смешок в ответ, тут же театрально схватился за сердце и рухнул на твёрдый пол. Зал приглушённо засмеялся. - Тирлин! – окликнул его низким голосом король. – Достаточно, наши гости утомлены после дороги. Он сказал это без укора, даже как-то мягко. Услышав своё имя, шут резко приподнялся на руках и повернулся лицом к трону, приняв при этом ужасно потешную позу. Затем же встал на ноги, поклонился оставшимся гостям и вприпрыжку убежал куда-то за людей на противоположной стороне комнаты. После этого король с нежностью посмотрел на свою невесту, улыбнулся ей, вызывая у меня странные, смешанные чувства, и заговорил с гостями. - Мы счастливы сообщить вам, - сказал он своим глубоким голосом, - что подготовка к свадьбе практически завершена. А посему время отправления было решено приблизить. До завтра. При этих словах среди собравшихся пробежался шумок. Кто-то возмущённо, кто-то воодушевлённо зашептал что-то ближнему, некоторые подняли руки в жестах. Повернувшись к князю, я обнаружил, что он только улыбнулся широким ртом и сложил руки у ремня. - Не смеем вас долго задерживать, - улыбнулся сквозь густые усы король, - при необходимости вы сможете обратиться к здешним слугам за помощью. Он два раза хлопнул большими ладонями, и лакеи открыли двери, не очень вежливо намекая на то, что сейчас самое время освободить тронный зал. Гости немного помедлили, но после всё же направились на выход. Князь долго всматривался в толпу и начал движение только после того, как основная масса скрылась за дверным проёмом. Я, разумеется, последовал за ним. Уже около самого выхода я заметил, что не все люди движутся по направлению из зала. Некоторые покидающие расступались перед кем-то, шедшим в противоположном направлении. Спустя пару секунд я и сам смог разглядеть того, кому все уступали дорогу. Высокий мужчина в тёмных одеждах широко прошагал мимо меня и князя. На какой-то совсем короткий промежуток времени он посмотрел на меня прищуренными глазами. Его взгляд оказался строже даже взора самого короля. Человек скользнул в помещение, и я не смог проследить за тем, что он делал далее. Как только мы с князем выскользнули из потока людей, он весело усмехнулся, обращаясь ко мне. - Перенести отправление на несколько дней? Ха! Насколько это похоже на Стефана, а? – спросил он, толкая меня сильным локтем в бок. – И никто и слова поперёк ему не скажет! - А кто был этот мужчина в тёмном? – спросил я, стараясь переменить тему. - Какой мужчина? – переспросил князь. - Ну тот, который вошёл в зал как раз, когда мы стояли в проходе. - А, - понимающе откликнулся хозяин, - это ты о том мрачном советнике. Как же, как же его зовут?.. Имя ещё такое странное, всё никак не запомнить, - пробормотал он, наморщив лоб. – Ма? Мо? Мома? – Он на несколько мгновений серьёзно задумался, а затем воскликнул, - Моамор! Точно. Крайне суровый тип. Он хоть и не стар, но ведёт себя, словно пережил всех в этом замке. Да и вообще в королевстве. Кстати, - князь заговорщически улыбнулся, - он ведь не просто советник, он маг на королевской службе. - Ого, - сказал я в ответ. – Получается, что и у королей бывают маги? - И у королей, и у князей, и у баронов в других странах. – Подтвердил хозяин. – А ты небось думал, что это я один такой умный, да? Маги нужны для защиты господ; мудрые ребята вроде этого самого Моамора сгодятся в советники или хранители секретов. О, только не делай вид, будто тебе никто никогда не рассказывал. - Нет, - с удивлением отозвался я. – Никто не рассказывал. Князь только укоризненно покачал головой. Комната хозяину досталась просторная, со множеством свечей и ламп во всех углах. Пользуясь случаем, он довольно приказывал мне то зажигать, то тушить светильники один за другим. Стоит отметить, что помещение в танце мигающих огоньков выглядела и правда по-особенному. Кажется, это была одна из тех специальных спален для дорогих гостей. Стены приятного красноватого оттенка были изукрашены огромными белыми и розовыми бутонами. Как вьюнки, узоры из цветов вились до потолка. На котором, во время особо ярких вспышек, проступал другой, более светлый цветочный орнамент. Вообще я старался сделать представление как можно больше умиротворяющим, чтобы хозяину поскорее захотелось спать. Мебель, скорее похожая на украшения, нежели на бытовые предметы, оказалась из достаточно дорогого, но не слишком тёмного дерева. На кровати слегка переливалось вышивкой большое бордовое покрывало. Свечки на небольших тумбочках то загорались ярким пламенем, то практически потухали, повинуясь движениям пальцев. Интересно, что больше всех моих волшебных и целебных ухищрений он почему-то любил именно этот трюк. Налив себе ещё какой-то алкоголь, князь с наслаждением наблюдал за световым шоу. Иногда, если хорошо постараться, я мог делать огонь разноцветным. Однако в этот раз всё практически валилось у меня из рук. Не думаю, что князь заметил мою рассеянность или неудачи. По крайней мере, он выглядел так, будто его всё устраивало. Мысли же мои, разумеется, целиком заняла невеста короля. Я по памяти воспроизводил практически все её действия, добавлял что-то от себя или, наоборот, уменьшал размах её движений, отчего они делались нежнее и изящнее. Покончив с бутылкой, князь тяжко вздохнул и повалился на спину. Кровать стойко выдержала натиск, а я, наоборот, совсем поник. - Ты свободен, Фронт, - сквозь зевок сказал мне хозяин. – Можешь идти спать. Я тихо попрощался, потушил все огни, кроме лампы на тумбочке, и вышел из покоев старика. Ночь выдалась спокойной. Я открыл окно своей комнаты настежь, чтобы не зажариться в духоте помещения. Где-то порыкивали во сне животные, шуршали обширными кронами деревья… Пахло свежестью и недавно распустившимися цветами. Как-то постепенно мой разум успокоился, в мыслях медленно прокручивались события вчерашнего дня. В темноте ночи невозможно было разглядеть всю спальню до точных деталей. Кровать, одолженная мне на одну ночь, явно не содержала никаких особых украшений. Как и, скорее всего, большинство вещей в помещении. Благо, что я хоть помещался на своём месте. Князь рассказывал, что предыдущая королевская династия имела привычку ставить чересчур маленькие кровати в своих резиденциях. Покойный король Август, только взойдя на трон, сразу же отверг эту традицию, чем принёс немало облегчения всем обитателям его замков. От мыслей меня отвлекло внезапно засиявшее тёплым оранжевым светом окно напротив. Там возникли два силуэта: мужчина и женщина, а затем внезапно исчезли. Они пропали на несколько минут, и я успел расслабиться и даже задремать. Но вдруг пара вновь появилась в окне, на этот раз танцуя. Я поначалу только лениво наблюдал за ними, а затем невольно начал присматриваться. И узнал королевскую чету. Со временем мною овладело желание взглянуть на будущую королеву ещё раз, и я сдался. В моём арсенале имелось одно заклинание, позволяющее видеть сквозь стены, а иногда и просто на большие расстояния. К сожалению, оно требовало большой сосредоточенности, а потому мне не всегда удавалось разглядеть предметы или людей чётко. Но я всё же попытался. Покои короля были куда как шире и богаче комнаты князя. Простора для танцев было действительно много. У меня не получилось рассмотреть все украшения, но они достаточно приятно мерцали в тёплом свете. На полу можно было различить внушительных размеров зелёный ковёр, наверняка с гербом королевской династии. Моё внимание больше привлекала невеста. Она оставалась такой же нежной и трогательной, как я и надеялся. Положительной стороной было то, что теперь меня было невозможно заметить, и строгий взор короля больше не представлял угрозы. Они танцевали медленно, иногда перемещаясь по комнате. Музыки я, понятно, услышать не мог, однако был заметен чёткий ритм в их движениях. Девушка сняла свою блестящую накидку, и теперь её волосы свободно развевались в танце. Они блестели в мягком освещении, заставляя меня улыбаться. Король Стефан кружил её в своих объятьях, и, глядя на их счастливые лица, я отчего-то чувствовал стыд за свои действия. Уловить звуки я не мог, а потому поначалу не заметил человека, вошедшего к ним в комнату. Низкий мужчина в костюме слуги поклонился и поставил поднос с двумя фужерами и бутылкой на невысокий столик. «Видимо, просто какой-то слуга» – заключил я. Поскольку сил на то, чтобы сосредоточить на нём своё внимание, у меня не оставалось. Тёплый оранжевый свет постепенно растекался в беспорядочные пятна. Усталость давала о себе знать, и вскоре из-под моего взора стали ускользать фигуры. Первым исчез тёмный образ слуги. Или же он просто покинул комнату? Мебель размывалась в свете, мягкая теплота наполняла разум. Последними исчезли король с невестой. Блики в глазах попросту заслонили их, и я наконец заснул.