Другая Тетрадь Смерти.

      Следующим днём под сопровождением одного из агентов СПК я прибыла в японскую штаб-квартиру. Ватари стоял у входа, спокойно глядя, как меня выводят из машины. Уррий, висевший позади меня, радостно оскалился, когда увидел его.       — Как здорово оказаться дома… — протянул он.       Я промолчала, позволяя агенту подвести меня к Ватари.       — Теперь Ватанабэ Харука остается под вашим присмотром. Советуем вам следить за ней очень тщательно.       Ватари кивнул.       — Спасибо. Не беспокойтесь. L уже подготовил для неё специальную камеру. Больше возможности сбежать у неё не будет.       Он обратился ко мне:       — Идите вперёд, руки заложите за спину. Имейте в виду, что я вооружен, поэтому — без глупостей.       — Ясно, — буркнула я, делая то, что он говорит.       Агент с сомнением покосился на старичка, но затем, махнув рукой, сел обратно в ожидавшую его машину. Ватари нажал на кнопку, и двери за нами закрылись, оставляя в коридоре одних.       — Я очень рад Вас видеть целой и невредимой, госпожа Ватанабэ, — сказал мне Ватари.       — Спасибо, — с облегчением сказала я, расслабляясь и опуская руки. — Ватари, хватит звать меня госпожой. Где сейчас Ягами Лайт и L? Мне нужно поговорить с Рюдзаки.       — Я проведу Вас к нему, не беспокойтесь. Ягами сейчас находится в главном штабе вместе с остальными полицейскими. Что касается Вас, уважаемый бог смерти, то я уже подготовил специальное помещение, где Вы сможете найти…       — Яблоки?! — радостно перебил его Уррий.       — Верно, — кивнул Ватари.       — Наконец-то! Представляете, эти чёртовы мафиози морили меня голодом и за всё время не дали мне ни одного яблока! Очень жестокие люди… — начал жаловаться Уррий.       — Полагаю, именно по этой причине Вы запугали их всех до полусмерти? — спокойно спросил Ватари.       — Ага-а-а-а, — довольно заулыбался бог смерти, — я неплохо с ними развлекся. Было очень весело…       — Боюсь, эти преступники с Вами не согласились бы, — сказал Ватари.       — Ещё бы! — расхохотался бог смерти.       Я только покачала головой. Опять паясничает, засранец.       — Здесь, — сказал мне старичок, указывая на чёрные двери. — Можете войти, L Вас уже ждёт. Уважаемый бог смерти, идите за мной.       — Вот это я понимаю — нормальное отношение к богам, — сказал Уррий, выполняя указание, — а то меня или заткнуть пытаются, или пристрелить, или святой водой окропить. Надоело уже… В мире людей мне, как богу смерти, нанесли непоправимое оскорбление, и я очень обижен…       — Очень Вам сочувствую, — поддакнул Ватари.       — Наверное, я напишу жалобу и потребую компенсацию за моральный ущерб…       — Я помогу Вам её составить, — кивнул Ватари. Уррий в ответ довольно ухмыльнулся.       Вот клоун. Однако, мне очень повезло, что мой бог смерти на стороне добра. В противном случае, было бы не до шуток. Ни мне, ни Кире.       Я смотрела, как Ватари и Уррий удаляются дальше по коридору, а потом осторожно толкнула двери.       Рюдзаки полуобернулся, сидя на стуле у мониторов. Лохматые чёрные волосы открывали взгляду только его тонкую линию щеки и плотно сжатые губы. В одной руке детектив держал блюдечко с пирожным.       — С прибытием. Проходи, Харука, — спокойно сказал он.       Я застыла, вцепившись пальцами в лямку сумки так сильно, что побелели костяшки пальцев. Сердце бешено забилось от прилива адреналина, а дыхание спёрло от ужаса.       Рядом с Рюдзаки, грозно нависнув над ним и хмуря брови, неподвижно стояла Рем.       — Господи, — просипела я.       Рюдзаки повторил чуть более жёстко:       — Проходи и садись, Харука.       Рем смотрела на меня равнодушно, но когда перевела взгляд на Рюдзаки, её единственный жёлтый глаз полыхнул неприязнью.       Я послушно кинула сумку и села на соседний стул напротив детектива, однако мой взгляд, помимо воли, обращался к молчавшей Рем.       Чёрт возьми, а мне казалось, что я так хорошо всё продумала! Что она опять здесь делает, ведь Мисе не угрожает опасность?! И как давно она здесь?!       А что, если Рем решила убить меня и Рюдзаки?! А что, если Лайт заключил с ней сделку?! Знает ли он вообще, что Рем сейчас здесь?!       — Как долетела? — спросил меня детектив, отправляя в рот очередную порцию пирожного.       — Н-н-нормально, — ответила я.       Рюдзаки взглянул на меня. Глаза его казались пустыми и отрешёнными.       — Мои наследники думают, что ты — последовательница Киры. Я сказал им это, чтобы они не использовали тебя в расследовании для своих целей, и в итоге, ты чуть не пострадала от их рук. Прости.       — Не извиняйся. Они гораздо умнее, чем ты думаешь. Мэлло почти сразу понял, что я на твоей стороне, а Ниа утратил последние сомнения, когда я сорвала операцию преступникам и сдалась СПК, — ответила я.       Рюдзаки слегка улыбнулся.       — Они тебе понравились?       — Ну-у-у-у… — неопределённо протянула я.       Как неловко-то… Скажу правду — обидится. Скажу неправду — догадается. Блин.       — Понятно, — прервал мои потуги детектив. — Я предполагал, что ты с ними подружишься примерно на процентов пятьдесят пять… нет, сорок семь... даже на тридцать…       — Не важно, — перебила я задумавшегося Рюдзаки, — ты мне лучше другое скажи — Ягами Лайт сейчас безопасен для тебя?       — Да. И для тебя тоже. Ни он, ни Амане Миса сейчас не являются Кирами, — ответил он. — Случилось то, чего я не смог учесть сразу — Лайт нашёл себе помощника, и он, судя по всему, готов на всё. Он уничтожил всех управленцев, кто имел причастность к убийствам в «Ёцубе»... и убил Айбера и Уэди.       — Что?! — выдохнула я.       — Они мертвы, — со вздохом сказал Рюдзаки, — и это снова моя вина. Я привлёк их к расследованию, рассчитывая, что Кира будет пойман. Я не предполагал, что их жизни окажутся в большой опасности. Кира добрался до них, как только я покинул Японию, как и до участников собраний в «Ёцубе». — Он со звоном шмякнул блюдечко на стол и вцепился пальцами в колени. — Расследование снова заходит в тупик. Мне это не нравится. Лайт может в любой момент добраться до любого из нас, даже меня, если его помощник обладает глазами бога смерти, а я до сих пор не смог собрать доказательства для его ареста. Если я что-то не придумаю, дело кончится тем, что все мы просто умрём.       Не понимаю, почему он отчаивается? Ведь его наследники уже работают над доказательствами.       — L, — внезапно сказала Рем, — ты забыл, что я говорила тебе?       — Нет, не забыл, — тихо ответил Рюдзаки.       — Если ты освободишь Мису, я убью Ягами Лайта, и тогда ты останешься жив, — сказала богиня смерти. Я вытаращилась на неё.       — Мне это не нравится, — негромко сказал детектив, — я так не работаю, Рем. Тем более, что ты можешь избавиться от меня в любой момент. Я понимаю, почему ты хочешь отомстить Лайту, но он должен ответить за свои преступления по справедливости, и судить его будешь не ты, а я.       Рем нахмурилась.       — И я не хочу лишних жертв, их и так уже предостаточно, — добавил Рюдзаки. — Убийство — это не выход.       — Тогда, я могу помочь тебе в твоем расследовании и не причиню тебе вреда, если Лайт будет пойман, а Миса освобождена…       — Почему я должен тебе верить? — тихо спросил Рюдзаки, обернувшись к Рем. — Где гарантия, что, когда я отпущу Мису, ты меня не убьёшь? Ведь ты помогала Ягами Лайту, а значит, я не могу доверять тебе.       Рем раскрыла рот, странно глядя на него, а затем произнесла, сжимая руки в кулаки:       — Эл Лоулайт, я даю тебе слово, что не трону тебя и других участников расследования, если Миса будет в безопасности. Ягами Лайт использовал её, и если бы не вы с Харукой, она снова потеряла бы часть своей жизни, и Лайт убил бы её. Я хочу отомстить ему за то, что всё это время он обманывал мою девочку.       Рюдзаки исподлобья взглянул на богиню смерти.       — Ты можешь верить мне, — сказала она.       Я в шоке смотрела то на неё, то на детектива. Что, чёрт возьми, творится?!       — Хорошо. Я тебе верю, — сказал Рюдзаки, вертя в пальцах ложечку. — Хоть ты и бог смерти, и законы людей для тебя не имеют значения… но я надеюсь, что ты умеешь держать слово, и клятвы для тебя — не пустой звук. — Он посмотрел на Рем, и слегка улыбнулся. — Я буду очень благодарен тебе, если ты действительно окажешь мне помощь, и могу пообещать с моей стороны, что с Амане Мисой не случится ничего плохого.       Ни хрена себе поворот…       Рем нахмурилась.       — Не лги мне. Твои люди до сих пор наблюдают за ней.       — Да, чтобы Ягами Лайт не передал Мисе свою Тетрадь смерти, — ответил детектив, — ведь если она снова станет Кирой, мне придётся её арестовать и казнить…       Рем нахмурилась. Рюдзаки невозмутимо подцепил очередной кусок пирожного.       — Но я не хочу этого, потому что считаю Мису жертвой обстоятельств и косвенно жертвой Киры… — продолжил он. — Более того, я уверен — если Амане снова станет Кирой, она не сможет быть счастливой, потому что Лайт будет снова её использовать в своих целях. Если она останется собой, у неё будет шанс на счастливую жизнь с человеком, которого она любит… — Рюдзаки взглянул на богиню смерти. — Ты понимаешь ход моих мыслей, Рем?       Рем вздохнула, опуская голову.       — Я всё поняла, Эл Лоулайт, — сказала она. — Я буду делать всё, что ты скажешь, если ты будешь защищать Мису.       — Это очень хорошо, — сказал детектив.       Я с восхищением покосилась на Рюдзаки. Чёрт возьми, он просто гений! Как же ловко он всё это придумал! Теперь в безопасности не только он, но и вся остальная группа расследования!       — Но, — продолжил Рюдзаки, — всё, что от тебя требуется — это всего лишь ответить на несколько вопросов. Больше мне ничего не нужно. После, ты сможешь вернуться в свой мир, если хочешь этого.       Рем с удивлением посмотрела на детектива.       — Я согласна.       Рюдзаки повернулся к ней на стуле, вертя в руке ложечку.       — Если оторвать листок от Тетради смерти, с его помощью можно убить человека? — спросил он.       — Да. Сила, которую носит в себе Тетрадь, не исчезнет.       — Понятно, — тихо сказал Рюдзаки, запихивая в рот порцию пирожного. — Следующий вопрос — могут ли боги смерти записывать в свои Тетради фальшивые правила? И если да, то зачем им это нужно?       Рем беспомощно посмотрела на него.       — Я не знаю. Я никогда такого не делала. Но если правило, записанное в Тетрадь, будет фальшивым, то оно не станет действовать, и смысла в нём не будет.       — Ясно… Значит, с этой стороны опасаться нечего, — произнёс Рюдзаки. — И последний вопрос, Рем…       — Да?       — Могут ли боги смерти оживлять людей, которых убили?       Я с удивлением покосилась на Рюдзаки. Рем сглотнула.       — Что ты имеешь в виду, Эл Лоулайт?       — Если бог смерти может убить человека с помощью Тетради смерти… то есть ли у него возможность оживить этого человека, если он этого захочет? — перефразировал вопрос Рюдзаки, не сводя с богини смерти пристального взгляда. Рем нахмурилась, глядя в его сторону. Рюдзаки ждал. Я сидела, боясь даже дышать, и ждала тоже.       — Один способ есть, — наконец произнесла Рем, — но боги смерти редко им пользуются. Даже мы толком не знаем, к каким последствиям может привести воскрешение умершего.       Рюдзаки распахнул глаза, прекратив вертеть ложечку. Я, ахнув, взглянула на Рем. Не может быть!       — Ты скажешь мне, что это за способ? — тихо спросил детектив.       Рем нахмурилась.       — Зачем тебе это?       — Я просто хочу знать. Не беспокойся, я не собираюсь использовать эту информацию против Мисы или тебя.       Воцарилось молчание. Богиня смерти некоторое время подозрительно смотрела на Рюдзаки, но, в конце концов, сдалась и вытащила из кармана непонятную вещь, смахивающую на обычный ластик для карандашей, а затем показала её Рюдзаки.       — Что это? — с удивлением спросил он.       — Ластик смерти*, — произнесла Рем. — Он есть у каждого бога смерти, но мало кто пользуется им.       — Ты шутишь?! — не выдержав, воскликнула я. — Что ещё за долбаный Ластик?!       — Тише. Харука, пожалуйста, — сказал мне детектив, не сводя взгляда с Ластика.       — Что он делает? — спросил он Рем.       — Если этим Ластиком стереть имя человека, внесённое в Тетрадь, он оживёт на следующий день, — сказала Рем, — но оживёт только в том случае, если его тело не погребено или не кремировано.       — Но это противоречит законам природы, — в замешательстве сказал Рюдзаки. — Как это возможно?!       Кажется, он очень встревожился. Я сама так вообще была в шоке и могла лишь молча наблюдать за их разговором.       — Король смерти придумал это, когда один из богов ошибся и внёс в свою Тетрадь имя человека, которому было рано умирать, — ответила Рем.       — Люди пользовались Ластиком? — быстро спросил Рюдзаки, изо всех сил вцепившись ногтями в свои колени.       — Был только один случай. Тетрадь смерти попала в руки маленькому мальчику. Он убил людей, которые обижали его, но потом испугался и стёр все их имена из Тетради. Люди ожили, как ни в чём не бывало, а мальчик отдал Тетрадь её хозяину, — сказала Рем.       Рюдзаки распахнул глаза.       — И никто не удивился, когда умершие вернулись в мир живых?!       Рем пожала плечами.       — Я не знаю, — равнодушно ответила она.       Рюдзаки скосил на меня странный взгляд.       — Хорошо, — произнес он, — ты очень помогла мне, Рем. Взамен я сдержу свои обязательства — Амане Миса с этих пор больше не считается подозреваемой. Как только Кира будет пойман, а Тетрадь уничтожена, я сниму с Мисы наблюдение, и она сможет жить, как ни в чём ни бывало. Если ты всё ещё мне не веришь, то можешь продолжить наблюдать за мной и Мисой. Я это пойму.       — Ты не такой, как Ягами Лайт. Я не собираюсь следить за тобой, — сказала Рем, — но в своём мире я буду продолжать смотреть за Мисой. Если с ней что-то случится, ты умрёшь.       Рюдзаки наклонил голову, скрывая свои глаза.       — Хорошо.       Рем кивнула, поднявшись в воздух.       — Ты и в самом деле хороший человек, L, — внезапно сказала она. — Я рада, что не успела убить тебя, прежде чем стало бы слишком поздно.       С этими словами богиня смерти исчезла, оставляя нас одних. Рюдзаки нахмурился, глядя в одну точку. Я выдохнула с облегчением. Рем больше не угроза для нас. Невероятно… Какое-то время мы с детективом сидели в молчании, освещаемые светом от экранов компьютеров. Я чувствовала, как впервые за всё время меня накрывает спокойствие и уверенность в том, что теперь всё получится. Скоро Кира будет пойман. Наследники L помогут нам собрать доказательства, да и сам Рюдзаки достаточно много успел узнать. Всё скоро будет кончено, а потом…       А что будет потом?       Я покосилась на Рюдзаки. Он молчал, забыв о своём пирожном, и продолжал смотреть в стол.       — Эй… — несмело окликнула я его. — Всё нормально?       Рюдзаки начал крошить пальцами остатки пирожного. Взгляд у него был грустный.       — В чём дело? — заволновалась я.       Детектив вздохнул, снова завертев ложечку в руках.       — Скоро мы с тобой расстанемся, — задумчиво произнёс он.       Нет, я его точно придушу.       Резко встав со стула, я подошла к детективу и схватила его за плечи, хорошенько встряхнув. Рюдзаки с удивлением взглянул на меня.       — А ну, быстро колись, что за мысли сейчас крутятся в твоей лохматой голове?! — потребовала я, глядя ему в глаза.       Он слегка приоткрыл рот, а потом опустил взгляд. Я прищурилась и резко сказала:       — Даже не думай, понял меня?! Я не буду этого делать! Ни за что!       Рюдзаки с досадой вздохнул.       — Ты догадливая, — сказал он.       — Идиот! Ты всерьёз думаешь, что я пойду на это?! Убью тебя, а потом воскрешу из мёртвых?! Думаешь, это так просто?! Ты в своём уме?!       — Попробовать можно… — неуверенно начал он.       — Нет! Никаких экспериментов со смертью! Я не стану этого делать! Нет, Рюдзаки! — гневно сказала я, а потом почувствовала его ладони на своих запястьях.       — Это всего лишь запасной вариант, на случай, если другого выбора не останется. Я до последнего надеюсь, что прибегать к нему нам с тобой не придётся… Мне совсем не хочется очнуться в морге набальзамированным, или что-то типа этого… Если ты меня понимаешь… — сказал детектив, успокаивающе сжимая мои руки.       — Понимаю, — вздрогнув, сказала я.       Рюдзаки улыбнулся, отпуская меня.       — Если мы найдём помощника Киры, то сможем доказать вину Ягами Лайта и нам не придётся так рисковать.       — Что мне делать?       Рюдзаки опустил голову.       — Ягами Лайт уверен, что я догадался о том, что ты хочешь убить меня. Он успешно притворяется моим другом и помогает в расследовании. Полицейские думают, что объявился ещё один Кира.       — Они видели бога смерти? — спросила я.       — Да. Я дал им прикоснуться к Тетради Амане Мисы. Теперь они могут видеть Рюка. Но у нас другая проблема.       — В чём?       — Вторая Тетрадь потеряна. Ниа предупредил меня, что ты вернула её владельцу, но я убедил всех в том, что Тетрадь уничтожена при захвате преступной группировки. Не знаю, поверил ли мне Лайт, но особого выбора у него сейчас нет.       — Он под арестом?       — Нет. Он свободно может посещать свой дом, однако мне удалось взломать его переписку с Мисой. Согласно ей, Лайт приказал Мисе убить Такимуру, а потом отказаться от Тетради и переслать её другому человеку, но адрес этого человека мне выяснить не удалось. Кто бы ни был этот помощник, он предельно осторожен — я так и не смог на него выйти, и я почти уверен, что у него есть глаза бога смерти.       — Как это возможно? Не понимаю! — растерянно сказала я.       Рюдзаки поднялся со стула и, засунув руки в карманы джинсов, начал неторопливо ходить по комнате, размышляя.       — Не знаю, как ему это удалось, но Лайт подменил Тетради. Я рассчитывал на помощь Рюка при обмене Ягами Саю на Тетрадь. Он должен был находиться рядом с Ягами Соичиро, но в день, когда должен был состояться обмен с преступниками, Рюк исчез из штаб-квартиры, однако Тетрадь всё это время оставалась в сейфе, из чего я сделал вывод, что Тетрадь подменили на другую, ту, которая раньше была привязана к Рем.       — Точно! — воскликнула я. — А я тогда ещё удивилась, что не вижу Рюка!       Рюдзаки встал напротив меня, опустив голову.       — Теперь, у кого бы ни находилась вторая Тетрадь смерти, у этого человека есть возможность совершить сделку на глаза бога смерти. Я уверен на восемьдесят процентов, что он уже её совершил. Думаю, на это и был расчёт Ягами Лайта. Однако, кем бы ни был его помощник, он не делает попыток пробраться в штаб-квартиру или каким-то образом узнать обо мне. Либо он — известная личность, либо у него нет никакой возможности сделать это. Значит, Ягами всё ещё надеется на твою помощь, ведь ты знаешь моё имя. Если ты окажешься на свободе, его помощник наверняка попытается с тобой связаться, чтобы добраться до меня. По приказу Лайта, ведь сам он побоится рисковать. Лайт хочет сделать себе стопроцентное алиби — пока он будет находиться рядом со мной, его помощник избавится от меня. Я умру на его глазах, и Лайта никто не заподозрит. Он сможет занять моё место, чтобы сбить расследование и замять его… Если это случится, интенсивность убийств возрастёт, как и популярность Киры. Мир войдёт в тёмную эру, где желания Киры станут законом, а убийства людей — нормой.       Я в ужасе смотрела на детектива. Он подошёл ко мне, глядя очень серьёзно.       — Вот почему мне очень не хотелось бы умирать, — тихо сказал он, — но мои наследники придумали план, с помощью которого удастся собрать доказательства. Пока Лайт рядом со мной и контролирует мои действия так же, как и я его, я ничего не могу сделать. Действовать придётся Ниа и Мэлло, и чтобы победить, им нужно работать вместе.       — Что за план? — с тревогой спросила я.       — Они хотят подменить Тетради. Это получится, если я выйду на нового Киру. В прошлый раз я ошибся, решив сразу поймать Хигути, и это чуть не стоило нам жизни. Нужно было действовать хитрее. Если помощник Лайта будет найден, люди Ниа подменят настоящую Тетрадь смерти на поддельную.       — Извини, но я не догоняю, — смущённо сказала я. — Если вы подмените Тетрадь, это сразу станет очевидно. Вы сами себя выдадите, ведь преступники перестанут умирать.       Рюдзаки усмехнулся.       — Помнишь, я дал тебе поддельную Тетрадь смерти?       — Да.       — Где она сейчас?       — У меня дома, — непонимающе ответила я.       — Нет. Фальшивая Тетрадь сейчас находится в руках СПК.       — А?! — обалдела я.       Рюдзаки довольно улыбнулся.       — Именно она всё решит. Я взял под контроль СМИ и центральное телевидение Японии. Теперь новости о преступниках не будут передаваться в общих источниках. Информация о них начнёт распространяться в Интернете, а информацию, которая находится в сети, нетрудно взломать и подделать. У Лайта не будет возможности проверить, насколько хорошо его помощник выполняет свою работу. Если мне удастся подменить Тетрадь нового Киры на твою, то он не заметит обмана и будет уверен, что по-прежнему карает преступников.       — Ни фига себе… — выдавила я.       — Если это случится, то в скором времени мне удастся найти неоспоримое доказательство, которое поможет мне поймать Киру и покончить с ним раз и навсегда, — сказал Рюдзаки.       Я смотрела на него во все глаза.       — И никому не придётся больше умирать, да?       — Верно. Никому больше не придётся умирать, — Рюдзаки улыбнулся.       Я еле сдерживала желание запрыгать на месте от радости.       — Ты — гений! Как же здорово ты всё это придумал!       Рюдзаки добро посмотрел на меня, но тут же снова посерьёзнел.       — Однако, хоть мне это и не нравится, тебе, Харука, опять придётся рискнуть своей жизнью.       — А вот это уже не здорово. Совсем, — пробормотала я.       — Мне придётся выпустить тебя, чтобы помощник Лайта мог тебя найти.       — И что мне делать, если он меня найдёт?! — испугалась я.       — Я думаю над этим. Будет очень удачно, если ты сможешь войти к нему в доверие.       — Роман с ним завести, что ли? — брякнула я.       Рюдзаки покосился на меня.       — Новым Кирой может оказаться и девушка.       — Значит, подружиться, — вздохнула я.       Рюдзаки о чём-то задумался, прикусив ноготь большого пальца и пристально на меня глядя.       — Не нравится мне твой взгляд, — настороженно сказала я.       Он издал смешок.       — Не бойся. Я сделаю так, чтобы ты могла связаться со мной в любое время. В твоей квартире установят камеры и прослушку. Ты постоянно будешь под моим надзором. Как только помощник Лайта объявится, я решу, что тебе делать дальше.       — А может, ты его просто схватишь? — с надеждой спросила я.       — Тогда Лайт опять выйдет сухим из воды. Нет, в этот раз я намерен поймать его с поличным, — уверенно сказал Рюдзаки.       — Зашибись, — уныло протянула я, плюхаясь на стул.       Рюдзаки внезапно приподнял пальцами мой подбородок, заставив посмотреть ему в глаза.       — Ты смелая, — настойчиво сказал он, — ты столько раз доказывала мне это. Решившись на что-либо, ты идёшь напролом. Так не отступай же в этот раз, и тогда у тебя снова всё получится. Ты понимаешь?       — Да, — тихо сказала я.       Рюдзаки опустил руку и отвернулся, глядя через окно на яркое синее небо, рассечённое солнечными лучами.       — Тебе пора возвращаться домой, — сказал он.       — Ясно.       — Я бы предпочёл, чтобы ты осталась здесь, — неожиданно сказал Рюдзаки, продолжая стоять ко мне спиной, — тогда мне было бы гораздо спокойней. Но пока у меня нет выбора… Я ведь даже не могу…       Он стиснул руку в кулак и замолчал. Я тоже молча смотрела на него, пытаясь подавить возникшую из ниоткуда грусть. У нас обоих сейчас нет выбора.       Дома царил бардак. Захлопнув дверь, я легла на кровать, раскинув руки и глядя в потолок. Уррий, хрустя яблоком, устроился на столе, с любопытством разглядывая меня.       — Значит, ловим нового Киру? — спросил он.       — Ага. На живца, — мрачно сказала я.       — Готов поспорить, ты ловишь кайф от возможности быть приманкой…       — Бьюсь в экстазе.       Уррий вывернул голову, глядя на меня уже с разочарованием.       — Ты скучная.       — Отвали.       — Включи телевизор.       — Сам включи, ты давно знаешь, как это делается! — огрызнулась я.       Бог смерти вздохнул, потягиваясь за пультом.       — Могла бы и спасибо сказать за мою помощь, — пробурчал он.       Я села на кровати.       — Я тебе благодарна, Уррий.       — Этого мало… Думаешь, я просто так тебе помогаю? — бог смерти оскалился. Я вопросительно взглянула на него.       — Я помню условия нашей сделки, — продолжил Уррий, — но, заключая её с тобой, я не учёл временные рамки своего существования.       — В смысле? — не поняла я.       — Боги смерти могут жить, только пока записывают имена людей в свои Тетради, — прошелестел Уррий, — а так как моя Тетрадь находится у тебя, я не вписывал в неё имена уже очень долго… Боюсь, пока вы с этим Лоулайтом поймаете Киру, мне самому наступит крышка.       — Ты можешь умереть? — встревожилась я.       — Верно, поэтому я хочу, чтобы ты нарушила сделку. Отдай мне Тетрадь сейчас, — сказал Уррий, подбросив яблоко в воздухе.       Я с сомнением смотрела на него.       — Ты кого-то убьёшь, когда я это сделаю?       — Естественно, иначе я умру сам.       — Кого?       Уррий вздохнул.       — Какого-нибудь человека, которому пришла пора умирать. Разве ты забыла правила, про которые я тебе говорил?       — Ты улетишь? Навсегда? — с горечью спросила я.       Уррий оскалился.       — А ты думала, я буду жить с тобой до твоей старости?       Я грустно посмотрела на него.       — Как-то… быстро всё…       — Да-а-а… — печально протянул бог смерти. — Но что поделаешь… мне особо выбирать не приходится…       — Ты ведь не сможешь оставаться здесь, если я отдам тебе Тетрадь, да? — спросила я.       Уррий задумался.       — Нет, но я смогу следить за тобой из своего мира, — ответил Уррий.       — Блин! Это нечестно! — психанула я.       Поверить не могу, мой бог смерти меня бросает! Я же без него от тоски с ума сойду! Как я вообще без него буду жить теперь?       — Если будешь скучать по мне, можешь прислать открытку, — оскалился Уррий, и я швырнула в него подушкой.       — Да ну тебя! Ещё и издеваешься!       Уррий перестал ухмыляться.       — А мне понравился ваш мир. Будь моя воля, я бы ещё в нём задержался… Но не судьба… Хотя… Есть один способ…       — Только попробуй ещё раз обронить Тетрадь! — пригрозила я, и бог смерти рассмеялся.       — А что мне помешает? Может, её новый владелец окажется сговорчивее, чем ты…       Я глубоко вздохнула, пытаясь сдержать подступающие слёзы, затем достала из внутреннего кармана Тетрадь и протянула её богу смерти.       — Держи.       Тот довольно схватил её, улыбаясь во все свои пятьдесят два клыка.       — Спасибо, Харука. Век буду благодарен.       Он взлетел в воздух.       — Мы с тобой больше не увидимся, да? — с огорчением спросила я.       Бог смерти задумался, утрачивая весёлость.       — Кто знает… — произнёс он. — Жизнь в мире людей такая непредсказуемая…       Он расправил крылья полностью, заполняя ими почти всю комнату, и глаза его загорелись красным огнём.       — Передай от меня привет Лоулайту и этому милому старичку, который кормил меня яблоками, — сказал он, оскалившись. Я кивнула, глядя, как он бесследно исчезает, оставляя меня одну, а потом разревелась в голос, пряча лицо в покрывале и тщетно сдерживая всхлипы.       — Чёрт, Уррий, как же я без тебя буду теперь? — выдавила я сквозь слёзы. — Дурацкий бог смерти! Я же без тебя от тоски помру!       С этими словами я зарылась в покрывало, уже не пытаясь сдержать слёзы… Как мне теперь быть без Уррия? Он за это время стал мне соседом, лучшим другом и нянькой в одном лице! Как мне теперь без него жить?!       — КУПИ-И-ИЛА-А-А-А-А-АСЬ! — раздался радостный вопль из-под моей кровати, и я подскочила на месте, отбросив покрывало. Уррий в своём более привычном виде вылез наружу, громко хохоча.       — Купилась! Купилась! Купилась! — дразнящим тоном завопил он, держа в лапах Тетрадь.       — Ты… — выдавила я, чувствуя, как от возмущения спирает дыхание.       — Признайся! — Уррий тыкнул в меня пальцем. — Я тебя сделал!       — Сволочь! — не веря своим глазам, заорала я. — Ты что, опять меня обманул?! Ты специально это сделал, чтобы я из-за тебя тут ревела?!       — Ну, надо же мне как-то развлекаться, — закивал головой Уррий, всё ещё хохоча, — и Тетрадь наконец-то у меня. Мне порядком надоело ждать, когда ты её вернёшь.       Я во все глаза смотрела на довольного бога смерти.       — Я, пожалуй, задержусь тут ещё ненадолго, — сообщил он мне, устраиваясь на столе, хватая пульт и включая телевизор, — и, кстати, ты когда-то пообещала мне тонну яблок! Неси!       — Чёрт бы тебя побрал! — с чувством сказала я, а потом поднялась с кровати и начала собираться в магазин за яблоками, чувствуя, как меня буквально заливает безотчётная сумасшедшая радость. * — В пилотном выпуске манги бог смерти дал главному герою Ластик смерти, с помощью которого можно стирать записи в Тетради. Тогда, в случае, если умерший человек не был кремирован, или он ещё не разложился, он оживает.