Глава 35
18 марта 2016 г., 19:25
День тридцать седьмой — тридцать восьмой.
Казалось, это был сон. Я смотрела то на разбросанные во все стороны пачки денег, то на отца.
— Я начал копить деньги ещё с первых дней совместной жизни с твоей матерью Вивьен. Она часто упрекала меня тем, что я из бедной семьи и не смогу её обеспечить, поэтому мне приходилось пахать на нескольких работах. Я сутками не бывал дома, перетаскивал на спине тяжести, строил, копал, возил, пока Вивьен заботилась о тебе и малышке Алисии. Но её надолго не хватило, и в один прекрасный день она устроила грандиозный скандал, обвиняя меня во всех грехах и в своём несчастье. Я умолял её успокоиться, уверял, что наши трудности временны и мы сможем их пережить вместе. Но Вивьен не та, кто будет терпеливо ждать лучших времен. И в один прекрасный день она ушла рано утром, пока я и дети ещё спали. Мне тяжело об этом вспоминать, но… — отец откашлялся и продолжил. — Но в моих руках на тот момент были две несовершеннолетние дочери. И я поклялся сам себе, что не опущу руки и буду жить дальше ради вас. Накопленные деньги я положил в банк под проценты. Через пять лет открылась «Panificio», чему я был безмерно рад. Вскоре я купил вот этот наш дом и перебрался сюда вместе с вами. А Софи и её дети окончательно дополнили картину идеальной семейной жизни.
Я была поражена откровением этого сильного и мужественного человека. Никогда раньше он не рассказывал о своем прошлом так много. Для него это была больная тема. Но вопрос с деньгами всё равно был неясен.
— Сколько в этом кейсе денег? — спросила я, чтобы перевести больную для отца тему.
— Около пятидесяти тысяч долларов. Но это всего часть суммы. Вторая хранится на депозите в банке. Почему-то я до сих пор не доверяю банкам, поэтому пять лет назад решил перестраховаться и сделать такой тайник. Пообещай мне, что эти деньги достанутся тебе и Алисии. И пускай это будет ваша совместная тайна.
— Но, а как же Софи и все остальные дети? — я удивилась тому, что он про них не упомянул.
— Не переживай. За них я уже побеспокоился. Всё будет хорошо, — его слова действовали на меня успокаивающе.
Но деньги меня в тот момент мало волновали. Всё, что разрывало мою душу на кусочки, — это лежащий передо мной отец. Самое ужасное ощущение — осознавать, что ничем не можешь помочь, и от этого становится невыносимо мерзко. Но я была рада хотя бы тому, что в такой трудный и последний момент я рядом с ним и могу его утешить хотя бы ободряющими словами.
И вот мы снова лежим на кровати. Отцу уже было сложно двигать частями тела самостоятельно, поэтому я подняла его руку и обвела её вокруг своей шеи, чтобы слышать его пульс. Мне было важно знать, что он ещё здесь со мной. Отец смотрел в потолок. Веки почти не моргали, а зрачки были как стеклянные. Но он всё ещё дышал, уголки рта немного вздрогнули, будто бы вот-вот он что-то скажет. Но отец молчал, ему тяжело.
— Хочешь, я расскажу тебе историю про одного прекрасного принца? — нарушила тишину я.
Он с трудом кивнул головой, продолжая смотреть в потолок.
— Жил-был в далёком царстве принц. Но он не был похож на своих братьев и уж тем более не порывался отобрать трон у кого-то из них. Именно этот темноволосый красавец бросил вызов судьбе. Он не искал простых путей, каждый раз находя проблемы себе на голову. Он не был богат, знаменит, но всё же его смелость и уверенность в себе покорили сердце юной красавицы. Они построили для себя небольшой и уютный домик, где растили двоих дочерей. Но не всегда всё шло гладко, как этого хотел сам принц. Пришла пора горя и разочарований. Его принцесса ушла, а монет не хватало даже на еду. Но он мужественно выстоял эту бурю невзгод и построил своё маленькое царство. Пускай для остальных он был обычным прохожим, но для его маленьких дочерей он навсегда будет самым Великим, самым умным и самым мудрым королём на Земле.
Слова сами вылетали из моих уст, и я удивлялась тому, как метко они звучали. Но лицо отца было каменное, от чего всё внутри похолодело.
— Папа… Папа, ты слышишь меня?! — я резко дернулась с места и судорожно начала прислушиваться к его сердцу.
— Я… — тихо прохрипел он.
Я затаила дыхание, протирая глаза от наплывающих слёз.
— …с тобой, — продолжил он. — Запомни, всегда буду с тобой.
Его слова напомнили мне что-то. Кто-то уже говорил мне это раньше.
— Передай… всем, чтобы… сильно не переживали. Я буду спокоен, если у вас всё будет хорошо, — он сделал паузу, чтобы отдышаться. — А ты, милая, уезжай отсюда. Да… Уезжай и как можно раньше. Пропадаешь ты тут… Я же вижу это… Да, я замечаю гораздо больше, чем ты думаешь…
— Но… а как же «Pаnificio»? — дрожащим голосом спросила я.
— О нём… позаботится Софи. А ты иди своей дорогой, — он неожиданно притих и прикрыл глаза, что заставило меня снова занервничать. — Но запомни раз и навсегда…. Не связывай себя с тем, кого не любишь…. Не заставляй себя страдать и мучиться из-за неверного выбора. Только тот, кто покорил твоё сердце, может сделать тебя счастливой, — отец слабо улыбнулся и сжал мою ладонь в своей руке.
Вмиг его рука ослабла, а лицо застыло в неподвижной гримасе. Я вздрогнула, до конца не осознав, что, черт возьми, произошло?! Началась паника, когда я не обнаружила пульс на его шее. Грудь не двигалась, хотя глаза оставались открытыми. Я закрыла его веки рукой и рухнула возле него на кровать, крепко сжав обездвиженное тело.
— Прощай, папа, — задыхаясь от своих же слёз, произнесла я.
***
Снежинки медленно падали на промерзшую землю. Всё вокруг выглядело мрачно и невыносимо уныло. Я неподвижно стояла и придерживала свою черную шляпу так, чтобы не было видно опухшего от слёз лица. Все эти люди в чёрном, мрачное кладбище и свежевырытая яма неподалеку навеивали смертельную тоску. Всё происходило, будто не со мной. Казалось, это страшный сон или сюжет какого-нибудь драматического фильма. Но это была реальность. Жестокая реальность. Ноги двинулись с места, только когда настала моя очередь говорить прощальную речь. Я прошла мимо толпы людей и даже удивилась такому количеству скорбящих. Никогда не думала, что у отца так много родственников, друзей и знакомых. Со стойки в центре можно было разглядеть всех присутствующих. Вдали стояли Софи и дети в тёмных нарядах. Бедная мачеха то и дело, что прятала своё лицо за носовым платком. Чуть ближе стояли соседка Кортни со своим сыном, кучка дальних родственников, которых я видела разве что на фото, близких отцу друзей: Колина, Роджера и Нэнси. Среди ещё десятка незнакомых мне людей я обнаружила знакомые лица и удивилась. В длинном черном пальто ближе всех стоял Дэниел, разглядывая свои ботинки. Его лицо было напряженным и даже немного помрачневшим. Смерть отца не оставила его равнодушным, как и… Найла? Что он тут забыл? Этот белобрысый придурок стоял прямо позади Дэниела в своей несменной кожаной куртке. Удивительно, как это он своих дружков сюда не притащил? Но я откинула мысли о Найле на потом, ведь прощание с отцом для меня много значило и ничто не должно было меня отвлекать. Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить все самые прекрасные моменты, проведенные с папой, и, громко выдохнув, начала: — Настал тот день, когда мне с болью в груди нужно прощаться с самым дорогим для меня человеком в этом мире… Пока я говорила, слёзы обжигали щеки на морозе. Каждое слово давалось с трудом, но я чувствовала, что отец всё ещё рядом и слышит мою прощальную речь. Это согревало душу и давало сил продолжать говорить дальше. Многих присутствующих тронула моя речь, а кто-то даже не скрывал своих слёз. От мысли о том, что Алисия и Карло ещё не знают о горе, которое случилось в нашей семье, становилось ещё хуже. Легче сказать прощальные слова, чем сообщать такую страшную новость беременной сестре. Мой голос утих, и я услышала вокруг себя сочувственные вздохи и чьи-то тихие разговоры. Прощальная речь окончилась. На моё место вышла Кортни. Я влилась в толпу черных костюмов в поисках Найла. Меня беспокоило то, зачем он сюда пришел. Но парень, будто растворился в толпе. Я решила прекратить поиски и встала возле Дэниела, тихо обменявшись с ним приветствиями. Мы не виделись уже месяц с тех пор, как он покинул Нью Аддингтон. За это время, как мне тогда показалось, он стал выглядеть старше и серьезнее. Возможно, это из-за его черного наряда… Не знаю. Начался процесс захоронения. Я с болью наблюдала за тем, как отца медленно опускают в землю. Но это всего лишь плоть, а его душа уже давно на небесах. Я подняла голову навстречу падающим снежинкам и улыбнулась. На душе стало немного легче.***
— Я… я должен был сказать тебе это раньше, но Гарри вечно затыкал мне рот, — пытался что-то объяснить Дэниел, нервно покачиваясь на стуле в моей комнате. Тем временем я поспешно складывала вещи в чемоданы. Отец был прав: мне действительно нечего здесь больше делать. Никто и ничто не держит меня тут. Я не особо обращала внимание на Дэниела, полностью уверенная в том, что ничего полезного он мне уже не скажет. Все эти передряги с Дэниелом, Гарри и его шайкой, Дарком отошли на второй план. Сейчас я думала только о переезде и новой жизни в Лондоне. С приличной суммой денег передо мной открывались новые перспективы в большом городе, и это грело надежду на хорошее будущее. — Дэниел, я уже давно забыла о всех наших с тобой ссорах. И прошу тебя, давай оставим всё это в прошлом и не будем вспоминать о плохом, — я тяжело вздохнула и мимолётно взглянула на Дэниела, — особенно о Гарри. Но от моих слов Дэниелу, видимо, лучше не стало. Он лишь озадаченно покосился на меня. — Нет… Выслушай меня, прошу. Дело в том, что я должен кое-кому крупную сумму денег, — он сделал паузу, чтобы посмотреть на мою реакцию. И это действительно меня удивило и напугало. — Помнишь, я говорил тебе, что коплю деньги на операцию матери? Так вот, мне удалось получить полную сумму и даже с излишком. — Тебе дал деньги Гарри? — нетерпеливо перебила его я. — Нет. Дарк. Всё внутри похолодело. Кажется, Дэниел серьёзно влип. А если уж он связался с таким опасным человеком, как Дарк, то дела совсем плохи.
