Через дебри Лжи, или приключения Девочки-которая-учится-в-Дурмстранге

Pov Касиана: Да уж, нежданчик так нежданчик. И стоит ли говорить, что во всей этой ситуации почти полностью моя вина? Нет, это и так всем известно. А, собственно, кому всем? Только мне и Амели, а другие пока не в курсе. Смотря на снова задремавшую Амели, голова которой лежала у меня на коленях, я понимаю, что или я поторопил событие, или Амели своим невинным видом просто-напросто соблазнила. Ну как, объясните глупому вампиру, можно быть столь невинной, доброй, тёплой и почти до боли родной? Как она, несмотря на весь творящийся вокруг неё хаос, она всё также продолжает улыбаться? Пальцами нежно касаюсь коротких чёрно-рыжих прядей, вплетая в них свои пальцы. Девушка лишь шумно вздохнула, переворачиваясь на спину. Против воли по губам расползается нежная улыбка. И снова вопрос на засыпку, адресованный Богу: что, вот скажите, что я такого белого и пушистого сделал, что столь прекрасная девушка теперь является моей пока что невестой? Или это карма у нас такая? Мили что-то тихо прошипела на парселтанге, открывая свои изумрудные глаза. Мы с ней всё время сидели в её комнате, обнявшись, но спать-то человеку хочется (наследие в расчёт не берётся по причинам в следующей главе), а я не настолько плохой, чтобы мешать любимой спать. - Но ты настолько плохой, что даже не поцеловал меня, - так, я что-то не понял, кто тут у нас мысли читает, я или она?! Видно, на моём лице отразилось нечто смешное или дебильное, поскольку по комнате прошёлся тихий смех, грозящий перерасти в громкий. После нескольких минут смеха, Мили всё же соизволила привстать со своего нагретого места (то есть с моих колен) и уселась на колени. Да, снова на мои, но кто я вообще такой, чтобы возражать? Обеими руками обнимаю тонкую талию и крепко прижимаю к себе. Если меня спросят, что важнее: моя жизнь или жизнь любимой девушки, ответ будет очевиден. За Ами я бы и жизнь отдал, и бессмертие. Так, не буду в сентеметализм углубляться. - И долго вы, мистер Стан, будете заставлять даму ждать? - вот ведь... чертовка, со своей соблазнительной улыбкой на чуть припухших розоватых губках и весёлыми искорками в ярко-зелёных глазах. Знает ведь, что на такую приманку я буду попадаться не раз, не два, а всю свою оставшуюся вечность. Тихонько рыкнув от прилива игривого настроения, я одним аккуратным и осторожным движением заваливаю Амели на пол, а сам ложусь слева от неё. Первые утренние лучики скользят по оливковой коже, отражаясь в висевшем над кроватью зеркале. Девушка нежно улыбается, отчего где-то внутри словно маленькое солнышко засветило. Мои пальцы переплетаются с её и мы просто лежим на деревянном полу, наслаждаясь сплетением наших общих чувств и эмоций. А, у вас наверняка возник вопрос, почему мы сейчас не уроках? Я отвечу: у нас каникулы, которые мы решили провести в школе сразу после первого боя. Который, кстати, засчитали за победу нам. Кстати, после того случая "венчания", я написал отцу и попросил побольше рассказать о таком состоянии. Ответ я получил такой: когда у вампира серьёзно ранят партнёра, то в подсознании сразу включается особый раздел, напрямую связанный с магией. И если партнёру грозит смерть, то у вампира просто не остаются иного выбора, кроме как подтвердить партнёрство через смену крови. Её - для меня, моя - для неё... Блин, я же совсем забыл дать ей испить своей крови! Но, ладно, это может минут двадцать и подождать. - Ладно, мисс Потер, я не буду вас больше мучить, - усмехаюсь, заметив слегка нахмурившуюся Мили. Как это мило, чёрт вас возьми! Одной рукой аккуратно притягиваю её лицо к себе и, неожиданно даже для себя, страстно впиваюсь в податливые губы, которые тут же раскрылись под моим напором. Наши эмоции тут же сплетаются в бешеном ритме, красное сливается с чёрным, вампир с человеком (рассматриваем Амели как человека с наследием русалки, не более). Если бы мне кто-то сказал, что всю мою жизнь перевернёт подруга брата, я бы того человека "случайно" бы спалил. В прямом смысле слова. Свободной рукой касаюсь плоского животика и медленно ухожу вниз, к правому бедру. Сквозь поцелуй отчётливо слышу сдавленный стон, что эхом отражается во мне. Её нежные пальчики вплетаются мне в волосы, и наш поцелуй становится ещё более страстным, более распаляющим, и ещё более волнующим.