Через дебри Лжи, или приключения Девочки-которая-учится-в-Дурмстранге

- Амели, - неожиданно серьёзно начал Касиан, положив ладони на плечи вмиг напрягшейся девушки. Температура в комнате резко упала, а стены покрылись живописным узором, - послушай внимательно, что я сейчас скажу. Позавчера мы закрепили брачный магический контракт, это верно. Но только в одностороннем порядке, поскольку я взял твою кровь, а свою передать забыл (вампирческий склероз). Если ты не захочешь сделать ЭТО сейчас, я пойму, но всё же нужно действовать быстро. На закрепление магического брака у нас осталось около трёх дней. И... - парень не успел договорить, поскольку Амели нежно приложила палец к его губам. Она всё прекрасно поняла. За Тто, что они натворили, расплачиваться им же. И идти вместе с этим до конца. - От этого никуда нам не деться, так что давай приступим, - после минуты тишины сказала Амели и уверенно посмотрела в карие глаза напротив неё. Что ему определённо нравилось в его девушке, так это упрямство и целеустремлённость. Всё другое ему нравилось гораздо больше, но сейчас особое внимание уделялось этим двум качествам. Касиан сорвал со своего пояса небольшой кинжал и внимательно оглядел его. Изогнутое, остро заточенное лезвие было зачаровано на быстрое заживление ран после причинения боли своему хозяину, что играло определённо на руку. - И что нужно сделать? - Амели терзали два противоречивых чувства. С одной стороны, ей было очень любопытно, что они собираются делать сейчас. А с другой, было страшно, но страшно не за себя, а за любимого всей душой вампира, из-за которого, собственно, они и находятся в таком положении. И не то чтобы она была против... - Сейчас я надрежу запястье и ты должна будешь пить оттуда столько, пока я не скажу остановиться. Или пока мы оба не почувствуем, что хватит, - пояснил вампир и резким движением рассек себе левое запястье, которое через секунду уже окрасилось первыми капельками багряной жидкости. Амели на пару секунд показалось, что она начинает задыхаться, а стены комнаты совершенно неожиданно, сами по себе, перекрасились в кроваво-красный цвет. В голове словно появился густой непроглядный туман, мешающий здравомыслию взять вверх над Поттер. Словно толщу ледяной воды послышался голос Касиана. - Иногда кровь вампира на человека действует также одурманивающе, как и кровь человека - на вампира. Такое бывает довольно-таки редко, но бывает. Но медлить всё же не стоит, - вампир подскочил с пола и, аккуратно отодвинув с края постели любимую, забрался на неё. Амели чувствовала себя так, словно её одурманили амортенацией или чем-то в этом роде. Такого странного чувства при виде чьей-либо крови никогда раньше в ней не наблюдалось. Значит ли это, что она, возможно, станет вампиром? Или это просто какая-то очередная феноменальная "удача"? Искушение, наконец, взяло своё, и вот нежные губы девушки касаются ледяной кожи запястья Стана, немного присасываясь к месту надреза. По телу Поттер разлилась неведомая доселе сила, смешивающаяся с её собственной кровью и буквально становящаяся частью самой её сущности. Что-то постепенно менялось в ней, с каждым глотком чуть приторной крови вампира со странными нотками корицы рушило её привычный внутренний мир, перестраивало его на новый манер и добавляло чего-то своего. Оба буквально тонули в море своих чувств и желаний, слившихся в них обоих в череду разнообразных вспышек, воспоминаний. Это было волшебно, непередаваемо, и как-то даже слишком правильно. Не хотелось ничего менять, не хотелось отрываться от этого увлекательного процесса духовного единения, но, как известно, всё хорошее в этом мире должно заканчиваться. Неожиданно комнату озарил ослепительный белый свет, и внутренне барьеры партнёров вмиг рухнули. Амели силой воли заставила себя оторваться от запястья любимого, лишь для того, чтобы его губы резко накрыли её. Касиан чувствовал вкус собственной крови на пухлых губах и с неким мазохистским удовольствием слизывал её. Его руки словно не слушались команд разума, разгуливая по рукам, бёдрам девушки, оставляя заметные синяки, но не делая ничего, заводящего бы их за грани доступного. Лишь прикосновения, лишь огненно-страстный поцелуй, лишь дикое счастье. Казалось, весь мир сжался до размеров одной комнаты, складываясь в маленькую вселенную влюблённых сердец. Их татуировки вспыхнули красным и синим цветом, что означало лишь одно: теперь их брак полностью вступает в основную силу.