По пути

- Мэйсон, ты сказала, у тебя хижинка на берегу океана… - Ну ведь на берегу же, Кэлен. - По-моему, это называется дворец, Кара, - Кэлен пыталась охватить взглядом огромную белокаменную виллу, утопающую в буйной тропической зелени. – Слушай, я думала, у тебя вообще нет дома, ты в машине живешь. - Так я там и живу, Кэлен. А это… было время, увлекалась девушками из высшего общества, - Кара фыркнула, встала за спиной, обняла. – А им же, знаешь, нужен уровень лакшери, они в машине не дадут… Потом они мне надоели, а дом остался. Я сюда приезжаю только на Рождество. Но вот решила тебе показать – вдруг понравится? Я ведь не знаю, Кэл, может тебя не устраивает жизнь на колесах… - И? Если вдруг не устраивает, то что? Ты бросишь свою любимую дорогу и осядешь со мной здесь? - Тебя я люблю больше. - Больше, чем дорогу? - Больше, чем вообще всё. Кэлен поворачивается, обвивает ее шею руками, смотрит в глаза: - Кто бы мог подумать… - Ага. Поцелуй получу за это? - Получишь, Кара, получишь всё, что захочешь, - и отдает ей свои губы, подчиняется ее губам, растворяется в их обжигающем танце. Нехотя отпускает: - Только, Мэйсон, я не хочу жить в доме. Меня тошнит от всего, что называет «дом», - вдруг высокомерным тоном, растягивая слова: - Дом – это важно, пойми, Кэлен. В доме должна быть идеальная чистота, Кэлен! Ты плохо следишь за ванной, Кэлен, ванна – рассадник бактерий, ты должна прибирать там тщательнее. Кэлен, помни, унитаз – лицо хозяйки! - Что, так и говорил? – Кара восхищается, искренне. - Да. Урод! - Ага. - Мэйсон, я так счастлива, что с тобой. Я так счастлива, что могу жить с тобой в машине. В дороге. – Кэлен, какое-то время нам тут придется провести все же. Надо залечь на дно на пару недель. - Да, Кара. Залечь нам совершенно необходимо… прямо сейчас. Познакомишь меня со своей спальней?.. *** - Мэйсон, ты слабак! - Оказывается… - в голосе искреннее удивление. – До сих пор я думала о себе иначе. Но, Кэл, до сих пор никому и не удавалось меня ушатать! - А мне Ив еще говорила, что твои аппетиты одному человеку не выдержать… - Ив не знала тебя, Кэлен… я тоже тебя не знала… ты просто суккуб какой-то, Амнелл! - Кара… Кара, ты уже отдохнула. Иди сюда… - Кэлен, нет, я требую обеденного перерыва! - Обойдешься, Мэйсон. - Ничего себе, Амнелл! Это же рабство! Я требую представителя профсоюза сексоголиков! - Кара… Кара не уползай, - Кэлен хохочет, хватает ее за лодыжку, тянет к себе. – Боже, с тобой так весело, Мэйсон. Я до встречи с тобой даже не представляла, что можно так веселиться… в постели. - Ты до встречи со мной… много чего не представляла. Кстати, Кэл, ты мне должна кое-что. В том, что ты о себе рассказывала, хоть слово правды есть? – Кара садится, привалившись к спинке огромной кровати. – Иди ко мне, - устраивает Кэлен на коленях, лицом к себе. - Всё правда, Кара. И про детство, и про замужество. Я лишь пару деталей скрыла: кем я работаю и… то, что Ричард занимает высокий пост в АНБ*. - Ого! - Да. Ты понимаешь. Кому я могла на него пожаловаться? - Кэл, ну ты ж психолог, как ты могла за такого урода замуж выйти? - Кара, на психолога я позже выучилась. И потом, я же криминальный психолог. Занимаюсь тем, что ловлю преступников. И в этом смысле моя личная история мне только помогала… помогала вычислять и определять таких ублюдков, как Ричард… Но ты права, я сапожник без сапог. Терпела, мучилась и не могла от него уйти… - Кэлен, ну а твои коллеги? Неужели не видели ничего? - Да видели, конечно. Но я…я дала понять, чтобы не вмешивались. Кара, господи, я однажды копов вызвала. Ричард вышел, три минуты поговорил с ними на крыльце… и они уехали. А он потом бил меня несколько часов. Больше я не рисковала так… - Девочка моя… - Мэйсон притягивает ее к себе, обнимает, гладит по спине. Целует в ушко, шепчет: - Кэл, я люблю тебя. И Кэлен улыбается. Улыбается, чувствуя, как гаснет, растворяется вспыхнувшая было боль воспоминаний. - Пять лет назад нам назначили нового начальника. Начальницу. И что-то она во мне увидела, что ли. Включила в группу, что занималась Чистильщиком. Я стала изучать его. В смысле, тебя. Но я ж тогда не знала… не знала тебя… не знала, что это ты… - Кэл, ты чего разволновалась? Все нормально, - и целует в уголок рта, очень нежно. – Ты правда не знала. Ты рассказывай просто, хорошо? - Да. Кара, я тебя люблю. - Я знаю, милая. - В общем… я подумала, что это мой шанс. Ну, как-то заявить о себе. Кара, я ведь… я ведь правда такая – слабая, робкая… «ниочмная» … Офисная крыса, даже не полевой агент… - Кэлен, хрень сейчас говоришь. Ты самая лучшая. Для меня. Ты необыкновенная. Ты чудесная. Ты… - Кара… для тебя… и я до сих пор поверить не могу, что для тебя я такая… - Ты – такая! - Спасибо, любовь моя. В общем, я стала тебя изучать. Копать. От кого-то из информаторов ФБР стало известно, что Чистильщик – это Кара Мэйсон по прозвищу Морд-сит. Что, кстати, за прозвище-то? - А… в детстве мне книга нравилась – «Меч истины». Это оттуда. - Не читала… ну, от того, что мы твое имя узнали, легче не стало. Улик-то все равно не было. Федералы пять лет за тобой бегали, наконец, решили нас подключить, профайлеров. И вот я копала-копала… и обратила внимание на одну жертву… которую даже не все считали твоей. Спорный случай. Большинство думали, что это не дело рук Чистильщика, хотя почерк был похож. Кажется, только я и верила… Я про Криса Стейна. Это ведь ты? - Я… - Кара вдруг сжимает челюсти, сильно, до вздувшихся желваков. Кэлен обнимает её, прижимается, заглядывает в глаза: - Прости, Кара… всё ещё больно? - Да так… - Мэйсон целует её, улыбается. – Нормально. Терпимо. Было хуже, пока я его не пришила. Как ты догадалась? - Даже не знаю, любимая… интуиция, может. Я потянула за эту ниточку. Узнала, что у Стейна была жена, Далия Стейн, которая покончила жизнь самоубийством. А потом я докопалась до того, что Далия, в девичестве Карриган, училась с тобой в одном классе… И что вы, кажется, были очень близки. Первая любовь, Кара? - Вроде того, - Мэйсон хмурится, закрывает глаза. - Если не хочешь, не рассказывай… я понимаю, это больно… все еще больно. - Нет, Кэлен. Это давно было… очень давно. Я пережила уже. Далию я любила, да. И она меня. А потом родители отправили её в один из этих центров, знаешь, где исправляют подростков с «неправильной» ориентацией… Там электрошоком лечат и еще черт знает чем. И её сломали. Она вернулась «нормальная». Мы больше не общались. Она потом замуж вышла, за Криса. А через несколько лет мы с ней встретились случайно. У неё всё лицо в синяках и рука в гипсе. Я спросила – кто тебя так? Она призналась, что муж… Я её уговаривала уйти… просила… я бы ей помогла! Она отказалась… А еще через год я узнала, что она повесилась… Но ты ведь все это знаешь, Кэлен, раз изучала? - Да. Да, знаю. Ты потом убила Стейна, да? - Да, Кэл. И я пристрелила его, стоя лицом к лицу. А перед этим сказала, за что. Кэлен, он был трусом. Он обделалася от страха, представляешь? – Мэйсон замолкает, трется щекой о щеку Кэлен. – Я отомстила. Думала, станет легче. Но не стало… Я ведь… я ведь все равно… - Не спасла её? – Кэлен гладит Кару по голове, по плечам. – Да. Вот на это я и сделала ставку. Она ведь была брюнеткой с голубыми глазами? И я подумала, что ты клюнешь на кого-то похожего. На брюнетку с голубыми глазами, беспомощную, робкую, жалкую, над которой измывается муж… Что ты захочешь её спасти… И поэтому мне удастся завоевать твое доверие… Прости, Кара. - Брось, Кэл. Это твоя работа. Была. И ты все правильно рассчитала. Ты завоевала мое доверие. И даже больше, - улыбается, целует. – Ты отличный профайлер, Кэлен. - Я хреновый психолог, Кара. Я все просчитала, кроме одного – своей реакции на тебя. Я изучила тебя, мне казалось, я тебя знаю. Но оказалось, что я совсем не знаю себя. Я не просчитала, что когда там, возле закусочной, ты глянешь на меня своими глазищами зелеными, я пропаду… Я посмотрела тебе в глаза, Кара, и пропала. Влипла. Я все просчитала, кроме одного: что я влюблюсь в тебя… Маячок, который я должна была прикрепить к твоей машине, выкинула там же, на той заправке. Вот и всё, Мэйсон. Вот тебе вся правда. - Кэлен… милая, а почему ты сразу все не рассказала? - Кара, ну… я хотела все же проверить, права я была или нет. Правильный ли я составила профайл… не ошиблась ли. Прости… Мэйсон целует её. Целует и шепчет: - Всё это в прошлом, Кэл. Всё это было вчера, там оно и останется. А мы живем дальше. Ты со мной теперь, ты моя. Да? - Да! Да, любимая. - Кэлен… меня… нас… могут ведь поймать. Вдруг, а? Не боишься? - Мэйсон, они тебя десять лет не могли поймать. А с моим знанием системы изнутри… нет, не поймают. - Уверена? А то, может, мне уйти от дел? Деньги есть, дом есть, а главное – есть ты. - Да? Чтобы сдохнуть со скуки? Неет. Ты не сможешь без дела. И я не смогу. - Ну, а больше я ничего не умею… кроме как решать проблемы. - Неправда, Мэйсон. Умеешь. Знаешь что? – склоняется к уху, терзает губами мочку, потом шепчет: - Ты очень классно трахаешься… - Кэлен... - Кара ловит её губы, приникает к ним, наслаждается ими... - Кэлен, я серьезно. Со мной ведь небезопасно. - Наплевать, Кара. Ты знаешь, оказалось, что мне с тобой по пути. И я не собираюсь с него сходить. - Да? Кэл, ты чудо, ты в курсе?. Я даже не знаю, за что мне такой подарок, такое счастье? - Кара, я думаю, рано или поздно каждый встречает своего попутчика… - Нет. Не каждый. Просто мне, наконец-то, повезло… повезло встретиться со своей попутчицей. Fin.