По пути

*** - Кэл, ты все помнишь? - Да, Кара. Как только лифт проедет 47 этаж, надеваю костюм биозащиты. Без него ни к чему не прикасаюсь. На точке держусь позади, молчу, смотрю, учусь. Как только ты начинаешь разбирать винтовку, я иду и вызываю лифт. - Умница. Боишься? - Немного… Но ты не волнуйся, я тебя не подведу. - Я знаю. Идем, Кэл. *** Кара, не отрываясь от прицела, почти не дыша, по микромиллиметру регулирует положение винтовки. Кэлен, как и обещала, держится чуть позади. Затаилась. Тоже почти не дышит… Мэйсон замирает. Да. Вот так, кажется, хорошо. - Есть небольшой боковой наклон, Морт-сид. Сдвинь еще на градус левее и на полградуса поверни вправо от вертикальной оси. Иначе линия бросания будет ниже линии прицеливания. Промажешь, - тихий шепот за спиной. Кэлен? Кара машинально выполняет рекомендации – черт, так и правда лучше. Отлипает от прицела, медленно поворачивается, встречается глазами с Кэлен. С Кэлен ли? Лицо ее, а вот взгляд… взгляд, скорее, мой: изучающий, насмешливый… И взрослый. Никакой щенячести. Кара чуть склоняет голову набок: - Кто ты? И что ты сделала с Кэлен? Амнелл смеется, расстегивает комбинезон биозащиты, шарит рукой внутри, вытаскивает что-то и протягивает Каре… Что? Удостоверение в кожаной черной обложке. Кэлен Амнелл, ФБР, специальный агент. Ух ты ж… - Ты федерал, Кэлен? - Ага. Профайлер. - И? - И я здесь, чтобы арестовать тебя, Мэйсон. Мы тебя десять лет уже ловим. Но ты ж неуловима. Знаем, кто ты, знаем твое прозвище, знаем, чем ты занимаешься. А взять тебя не можем. Нет улик, нет доказательств. Тебя невозможно связать ни с одной жертвой, ни с одним местом преступления. Единственный вариант – брать тебя с поличным, но вот как подобраться? – улыбка Кэлен становится шире. – Я тебя несколько лет изучала, Мэйсон. Составила твой профиль, разработала операцию. Честно говоря, в Бюро не все, далеко не все верили в меня. Что получится, что я смогу завоевать твое доверие. А я смогла. Так ведь, Кара? - Смогла, Кэлен. Ну и? Зачитаешь мне права? Браслеты-то прихватила? - и вытягивает перед собой руки со сжатыми кулаками. – Только ты поторопилась, Кэлен. Я ведь еще не выстрелила. Так что с поличным меня взять у тебя не получится… - А я и не буду, - Кэлен сияет глазами, засовывает удостоверение обратно, застегивает комбинезон. Берет Кару за запястья, тянет, заводит ее руки к себе за спину, обвивает ими свою талию, прижимается к Мэйсон: - Я не собираюсь тебя сдавать. Никто не знает, что мы здесь, Кара. Я не сообщила. - О, как… А что случилось, Амнелл? - Случилось… - она обвивает шею Мэйсон руками. – Случилась, Кара, банальная и старая, как мир, история: хорошая девочка влюбилась в хулигана. Вопрос лишь в том, любит ли хулиган хорошую девочку? - Амнелл… хулиганы не влюбляются, - и тянется к ее губам, берет их нежно, ласкает, наслаждается ими. – Но зато… - Зато? - Зато ты меня поймала, Кэлен, - и глаза, эти сумасшедшие зеленые насмешливые глаза любят, любят ее! – Ты совершенно точно меня поймала. - Через пять минут Вегас выйдет, Кара… - Кэлен тает, млеет под её взглядом. - Да. И мне нужно его убрать, - и смотрит в глаза, внимательно, пристально. – Если я выстрелю, ты сможешь меня арестовать. Взять с поличным, специальный агент Амнелл. - Мэйсон, - Кэлен не отводит взгляда. – Я сказала, что люблю тебя. И что не собираюсь тебя сдавать. Что никому ничего не сообщила. Верить или нет – решать тебе. Кара смотрит еще мгновение, усмехается, снова прикасается губами к ее губам. Затем отступает, выпускает Кэлен из объятий: - Три минуты. Стой там, милая, и, пожалуйста, не улыбайся. Мне нужно восстановить дыхание. И сердце привести в норму, - и закрывает глаза. - Кара… Кара, дай мне это сделать? - Что? - Кара, дай я его пристрелю? Я хороший снайпер, Мэйсон. Я училась. И тренировалась много лет. Я правда хороший снайпер. - Это я поняла сразу, как ты сказала про боковой наклон. Зачем тебе, Кэлен? - Ты мне поверила. И я хочу быть с тобой. Во всем с тобой. Две минуты, Кара. Мэйсон прищуривается, смотрит на нее. Это всё еще может стать самой большой ошибкой в твоей жизни, Кара… или самой большой удачей. Я рискну. Кэлен того стоит. Она стоит того, чтобы рискнуть всем, что у меня есть. Улыбается и отступает от стола с винтовкой: - Не промахнись, Амнелл. Второго шанса не будет. - С такой-то оптикой, Мэйсон? – Кэлен улыбается, делает несколько глубоких вдохов и выдохов, останавливает дыхание и склоняется к прицелу. Через пару секунд ее палец медленно и мягко ложится на спусковой крючок… замирает… и плавно нажимает. Выстрела не слышно – глушитель мощный, лишь дергает отдачей плечо Кэлен. Амнелл смотрит в прицел еще несколько секунд. Выпрямляется, поворачивается. И освещает все вокруг сияющими глазами, сияющей победной улыбкой: - Принимай работу! Мэйсон наклоняется, смотрит в прицел: - Красиво. Умница, любимая. А теперь по плану. - Любимая? Кара молчит, обжигает ее взглядом – и Кэлен читает в нём ответ. Улыбается: - Если нужно еще кого-нибудь пристрелить, чтобы от тебя это услышать, ты только скажи. Мэйсон фыркает и поднимает винтовку, отщелкивает прицел. Кэлен кивает, направляясь к лифту. В кабине Кара из большой дорожной сумки, что принесла с собой, достает квадратную стеклянную банку, литра три объемом, наполовину заполненную прозрачной жидкостью. Ставит на пол, с усилием откручивает крышку, вынимает из той же сумки глушитель, опускает его в жидкость, и… - Да ладно… - Кэлен, начавшая было снимать биозащитный комбинезон, так и застывает на месте. «Черт, похоже, Мэйсон и правда пьет кровь младенцев… или продала душу дьяволу. Или она и есть он, в смысле, дьявол»: глушитель, попав в загадочную жидкость, … исчезает, словно бы испаряется. - Кара, что это? - Растворитель. Моя формула. Безопасен только для стекла, все остальное разбирает практически на молекулы. Так что ни винтовки, - Мэйсон быстро, но без суеты, опускает в банку по одной остальные части оружия, - ни биологических образцов, включая ДНК, - ничего не останется. Чистильщик не оставляет следов, помнишь? Комбез снимай, Кэл. - Ты еще и химик, Мэйсон? - Кэлен, я давно в деле. И я свою работу люблю, - Кара усмехается, отправляя в растворитель сначала костюм Кэлен, затем свой. И Амнелл не может поверить в происходящее, не может поверить своим глазам. – Развиваюсь, совершенствуюсь… - поднимает взгляд на Кэлен, поднимает бровь, обжигает насмешкой: - Тебя опять ущипнуть? - Мэйсон, я тебя хочу… ты невероятная. Кстати, - снимает с пояса удостоверение агента, - сунь туда же. - Я тоже тебя хочу, Кэлен, - Кара опускает документ в банку. - Но сначала мы свалим. Ваши будут здесь, самое позднее, через пятнадцать минут, - закручивает крышку на своей волшебной посудине, прозрачной жидкости в которой изрядно прибавилось, прячет ее в сумку. И берет Кэлен за руку. Они совершенно спокойно, неторопливо даже, выходят из лифта, покидают здание, садятся в лендровер. Кэлен улыбается, улыбается все это время. «Странно, мне ведь должно быть страшно, разве нет? Я ведь всегда всего боялась… Ну, хотя бы волноваться-то я должна? Я ведь только что убила человека…» - и, словно в ответ на ее мысли, Мэйсон снова берет её за руку: - Кэлен, ты как? Как себя чувствуешь? - Превосходно, Кара! – Кэлен и правда так себя чувствует. – Одно «но» - я до безумия хочу тебя... - Амнелл, ты сумасшедшая, - Кара улыбается, тянется к ней. – Иди сюда, - и просто прикипает к губам, еще больше распаляя Кэлен. Издалека доносится вой полицейских серен, Мэйсон отрывается, нехотя, с трудом, шепчет хрипло – то ли Кэлен, то ли себе: - Потерпи до Мексики, ладно? – и снова заглядывает в глаза: - Кэл, серьезно, ты ведь только что убила человека… - Не человека, а подонка, - Кэлен хочет сейчас только одного – чтобы губы Кары вернулись, продолжили терзать ее. И они возвращаются – на пару мгновений – Мэйсон снова целует её: - МОЯ девочка! – и в голосе гордость. Гордость и нежность. «Она гордится мной. И… любит. О чем еще можно мечтать?». Кэлен откидывается на спинку кресла – неудержимо, безгранично, бессовестно счастливая. На стоянку перед небоскребом влетают три полицейских автомобиля. Кара мягко трогает лендровер с места. *** Лендровер летит так, что, кажется, будто он и не касается колесами бетона. Справа ослепляет, подавляет простором и великолепием океан, слева мелькают какие-то строения. Звучит скрипка – мощно, громко, возбуждающе – «Шторм» в исполнении Ванессы Мэй. Кара смотрит на дорогу: - Кэлен, тебе придется многое объяснить… - Конечно, - Кэлен смотрит на Кару. И все ее тело вибрирует вместе со скрипкой. – Мэйсон, я тебя хочу. Я просто не могу уже. Останови, а? - Кэл, не дразни меня. Нельзя тут останавливаться, скоростное шоссе. - И долго еще ехать? - Минут тридцать – сорок. - Я столько не выдержу, - расстегивает ремень, пуговицу на джинсах, тянет вниз «молнию», тянет от руля правую руку Кары, вытирает ее влажной салфеткой… - Кэл, ты чего это? Чего собралась делать? - Смотри на дорогу, Кара, - и одним быстрым, легким движением перемещается, садится лицом к Мэйсон, оседлав ее колени. От неожиданности Кара чуть отпускает руль, тут же вцепляется, выравнивает машину: - Амнелл, мать твою, ты что творишь? - Я же сказала, хочу тебя… - и направляет ее руку к себе, в себя… опускается на пальцы Мэйсон, выдыхает со стоном: - Дааа… - Кэлен??! Кэлен, черт тебя побери, ты с ума сошла??? - Дааа… да, Кара, ты сводишь меня с ума... а ты не знала? - Кэлен двигается, задыхаясь, обхватив шею Мэйсон левой рукой. А правой тянется, расстегивает ремень Кары, ловко, быстро… - Кэлен, нет… Кэлен!!! Кэлен, у нас сто пятьдесят миль в час… мы же убьемся! - Останови машину? - Не могу, тут нельзя! - Тогда держи руль крепче, Кара, - и проникает рукой в её джинсы, и дальше, глубже, в горячее, влажное, желанное… - Кэээлен, дьяяяявол!!! Что ты творишь!!! – Мэйсон на секунду закрывает глаза, захлебывается вдохом. - Смотри на дорогу, Кара… - Кэлен... Кэлен, ты ненормальная... ты еще более чокнутая, чем я… боооожееее…