Курсантка

Багира очень удивилась, когда войдя во двор, увидела машину Тарасова. Поначалу даже подумала, что обозналась, но приглядевшись, узнала номера и решительно направилась к припаркованному неподалеку внедорожнику. Вариантов его пребывания под окнами Умановой было не так уж и много: либо приехал навестить и мило побеседовать, либо целью визита предполагалась пусть и не долгая, но, тем не менее, нудная лекция на тему того, что на боевых операциях нужно смотреть по сторонам и быть менее самоуверенной. А зная Бизона, а точнее, его поведение в последнее время, можно было дать руку на отсечение, что приехал он сюда как раз по второму случаю. Рита глубоко вздохнула, ну уж нет, девочку обижать она не позволит. А то нашли козу отпущения с Батей и теперь терроризируют ребенка. Борис сидел в машине. Крепко сжимал руками руль и смотрел прямо перед собой, наверное, поэтому и не заметил ее приближения. Зато ощутимо вздрогнул, когда она постучала в стекло. Багира язвительно улыбнулась, так ему и нужно, будет знать, как ворон считать. "Твою мать!", - скорее прочитала по его губам, чем услышала это вслух. И моментально взвилась. - Чего??? Тарасов удивленно вытаращил глаза. - Ты о чем? Женщина уперла руки в бока и сурово нахмурилась. Ему пришлось вылезать из авто, не забыв при этом нацепить приветливую улыбку. Борис наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, но Рита увернулась. - Так чью мать ты только что упоминал? Он хмыкнул, вот же слух! Хорошо хоть мысли пока не читает, хотя и это лишь вопрос времени. Как можно безразличнее пожав плечами, Борис виновато опустил голову и честно признался: - Это я от неожиданности. Судя по тому, что Маргарита снисходительно улыбнулась и порывисто его обняла, на этот раз кап-три помиловали. Бизон было выдохнул с облегчением, как "сестренка" вновь принялась вести допрос. - Зачем приехал? Борис Андреевич замялся, не зная, что ответить. Ему бы самому знать, зачем он тут, может, тогда врать было бы полегче. - Я... - Опять уму-разуму учить собрался? Засунув руки в карманы куртки, мужчина небрежно облокотился на капот своего автомобиля. Миниатюрная Рита (особенно по сравнению с ним) продолжала буравить его тяжелым, и что самое главное, слишком понимающим взглядом. - Чего ж ты из меня деспота-то делаешь? Он даже обиженно насупился, в ответ на что Багира лишь мелодично рассмеялась. - Прости, - она подмигнула другу и, подхватив его под руку, попыталась оторвать от внедорожника. - Пошли? Вот на это он совсем не рассчитывал. Уперся, не позволяя сдвинуть себя с места. Беспокойный взгляд метнулся с лица Кошкиной на занавешенные плотными шторами окна, а потом вновь вернулся к Багире. Нет, если бы он и решился подняться, то сделал бы это один, без свидетелей. Рита, заметив задумчивость, пощелкала пальцами перед его носом. Тот моргнул и, наконец, вернулся в реальность. - Нет, пожалуй, лучше ты одна. Изящная бровка вопросительно изогнулась, и Тарасов тут же поспешил оправдать свой отказ: - А то, не дай Бог, ляпну опять что-нибудь, "твоя", - на этом слове он ехидно улыбнулся, - девочка расстроится, обидится, а ты, - тут он испуганно округлил глаза, - голову мне еще откусишь. Глядя вслед отъезжающей машине, Багира лишь снисходительно покачала головой и с трудом подавила рвущийся наружу смешок. Вот вроде бы взрослый мужчина, а ведет себя как подросток. Хотя нет, подростки и то ведут себя разумнее. Боря сейчас больше напоминает мальчика, который не знает каким образом проявить свою симпатию к понравившейся девочке и больно дергает ее за косички. Неделю спустя. Олеся на всякий случай втянула шею и, прихрамывая переместилась за спины ребят, искренне надеясь таким образом обезопасить себя. Нога, на которую она так неудачно приземлилась после прыжка с верхней палубы, болела, но эта боль не шла ни в какие сравнения с теми мучениями, что сулил один только взгляд Тарасова. Да, теперь спустя двадцать минут она осознала, что в очередной раз нарушила приказ, но ведь иначе преступник бы успел скрыться. Бизон угрожающе двинулся в ее сторону, и Леся незаметно сделала шаг назад, прячась за Мурой. Женя хоть и удивилась, но лишних вопросов задавать не стала и смело выступила вперед, загораживая собой подругу. - Борь… - Мурашова, сгинь! Мура кинула умоляющий взгляд в сторону явно скучающих парней, и Кот с Физиком тут же оживились. Сурово нахмурившегося мужчину подхватили под обе руки и ненавязчиво потянули в противоположную сторону. Кап-три нецензурно выругался сквозь плотно сжатые зубы, чем вызвал смешок у Сергея, Вася же в ответ лишь еле заметно качнул головой и покрепче сжал пальцы на предплечье друга, словно опасаясь, что он сейчас вырвется и все-таки придушит Уманову. Кстати, о ней. Еще совсем чуть-чуть и Кот сам лишит Бориса такой возможности, лично свернет ей шею. Надоело выступать в роли буфера, да и терпение у Тарасова не безгранично. - Как ты думаешь, - не отрывая взгляда от Бизона, поинтересовалась Ума у Женьки, - рапорт подаст? - Боря? – хихикнула Мура. - Угу. - Не думаю. Придумает какое-нибудь изощренное наказание, - девушка тяжело вздохнула, - причем для всех. Вообще-то, когда Мура говорила об изощренном наказании, Леся представляла себе какую-нибудь изнурительную тренировку, ну или в крайнем случае, пытку, но увидеть перед собой пару ведер картошки никак не ожидала. Она даже удивленно проморгалась, надеясь, что видение исчезнет, а вместо овощей в ведрах окажутся гранаты, пистолеты, дымовые шашки, ну или что-нибудь в этом роде. Но сколько бы девушка не хлопала ресничками, все было тщетно. Бизон невозмутимо пожал плечами и вручил ей нож, парни заржали во весь голос, Женька же сочувствующе улыбнулась. - Ты серьезно? – едва ребята скрылись за поворотом, поинтересовалась девушка у обманчиво расслабленного Бориса. Он широко улыбнулся. - Вполне. А тебя что-то не устраивает? Олеся покрепче перехватила ножик, молясь, чтобы он случайно не выскользнул из руки и, не дай Бог, не воткнулся в командира. Тарасов, склонив голову набок, пристально наблюдал за возмущенно пыхтящей девушкой. Если честно, то очень хотелось расхохотаться, уж больно мило она открывала рот, но, не подобрав подходящих слов, закрывала его вновь. Наконец, озарение пришло. - Я офицер спецназа, а не солдат-срочник. Мужчина устало прикрыл глаза и небрежно облокотился на стоящее рядом дерево. - Офицеры выполняют приказы. Ума зарычала, отчего Бизон мигом распахнул глаза и удивленно уставился на нее. - Но… - Никаких «но», Уманова. Можешь приступать. Приказ понятен? - Так точно! - Тогда выполнять. На «смерчей» внимания особого он не обращал. Тренировка была выдумана так просто, для "отмазки". Нормативы бы, конечно, следовало сдать Леське, но не сейчас, когда она с трудом наступает на ногу. По-хорошему ее сейчас вообще бы домой отпустить, а еще лучше лично проконтролировать процесс лечения, но… Задумавшись, он не сразу заметил, что Ума давно перехватила его рассеянно-задумчивый взгляд, направленный на нее. - Что? Он встрепенулся, судорожно подбирая оправдание. Взгляд уцепился за картофелину, от которой после чистки осталось меньше половины. - Что же ты ее как диверсант режешь-то? Девушка обиженно надула губки, оглядела картошку со всех сторон и, оставшись явно довольной проделанной работой, лукаво улыбнулась. - Так ты покажи как надо. От подобной наглости Бизон и сам потерял дар речи. Вот издевалась же сейчас, но делала это так умело, что и не возмутишься. Можно, конечно, послать ее куда подальше, но… Что-то слишком много всяких «но» в последнее время. Воровато оглянувшись по сторонам и, убедившись, что ребят по близости пока нет и не предвидится, Тарасов спрятал секундомер в карман, присел на корточки и протянул руку. - Нож давай, неумеха. Ладони соприкоснулись совершенно случайно, но Леся вздрогнула совершенно по другой причине – просто Бизон вдруг неожиданно сжал ее пальчики. - Ледяные. И чего молчишь-то? Она небрежно передернула плечиками, продолжая смотреть ему в глаза. - Приказ же. - Дурная все-таки ты, Умка. Буркнул он это совершенно беззлобно, в голосе слышалось искреннее беспокойство, оно же читалось и в голубых глазах. Ума успела только удивиться, когда ее перепачканные ладошки оказались у его губ, и их опалило теплое дыхание. Кожа вмиг покрылась мурашками, а в глазах почему-то потемнело, и стало трудно дышать. Непослушные губы задрожали, и получилось лишь проблеять: - У меня руки грязные. Он медленно поднял голову, встречаясь с ней взглядом. Улыбнулся. В наушнике так не вовремя зазвучал голос Багиры, заставляя отвлечься. Девушка разочарованно выдохнула, когда Борис поднялся на ноги и поспешно отвернулся. Кажется, они это уже проходили. Олеся и сама не поняла, откуда у нее столько смелости, и зачем вообще она это сделала, но думать уже было поздно. Куратор целовал ее в ответ. И делал это в отличие от нее самой уверенно, умело. Тонкие пальчики крепко вцепились в крепкие плечи, и девушка прижалась сильнее в надежде оказаться еще ближе. Ойкнула ему в губы, когда Тарасов сжал ее в своих объятиях слишком сильно, и это вмиг отрезвило мужчину. Он резко отстранился, судорожно вдохнул. - Леся, я… прости. Ей показалось, что от стыда она сейчас провалится под землю. Зачем она это сделала? И как теперь смотреть ему в глаза? Хотя, тут немного проще, он сам упорно отводит взгляд. Господи, да Борис Андреевич даже не в ее вкусе. - Это вы меня простите… Он так и не обернулся. Коротко кивнул и вышел из комнаты, оставив ее наедине со своим смятением. Больше всего на свете она сейчас боялась, что Бизон вновь уйдет к автомобилю, даже не обернувшись. И если тогда, четыре года назад, она была благодарна ему за предоставленное одиночество, то сегодня такая перспектива ее пугала. - Что, – робко начала девушка, - задание? - Да, - к ее облегчению он обернулся и, протянув руку, помог подняться. – Группа, возвращаемся! Появившиеся словно из ниоткуда Кот, Мура и Физик обогнали их в считанные секунды, а Леся с удивлением поймала себя на мысли, что думает сейчас только о руке, лежащей на ее талии. - Я тоже участвую? - Куда же мы без тебя? – усмехнулся Бизон. - А как же картошка? - Ничего, - он бросил взгляд на оставленные ведра, - я еще сделаю из тебя человека. Олеся загадочно улыбнулась и прижалась к его плечу. - Я согласна.