3 глава. Еда на вынос
2 сентября 2015 г., 22:39
Я не видел соседа уже неделю, мы не встречались ни на лестничной клетке, ни на улице. Он не приходил больше с глупыми просьбами, не мелькал в общественном транспорте. Он просто исчез из моей жизни, как будто его никогда в ней и не было. Но я сильно не расстраивался, хотя порой нет-нет, а вспоминал эти чертовы ямочки на щеках.
Я сидел в детской играл с малышом, забив на некие проблемы на работе. Сегодня должен был прийти Тайлер и я с нетерпением ждал его. Себастьян, чувствуя моё нетерпение, капризничал и никак не желал учиться ползать. Что довольно сильно расстраивало.
Звонок в дверь не стал неожиданностью. Оставив Себастьяна на пушистом ковре в комнате, поспешил распахнуть дверь, даже не спросив, кто там. Я был уверен, что пришёл друг, какого же было моё изумление, когда за порогом я увидел незнакомого молодого человека. Он мне неуловимо кого-то напоминал, но я никак не мог вспомнить кого.
— Здравствуйте, распишитесь здесь, пожалуйста, – широко улыбнувшись, парень ткнул пальцем в нужную строчку. А я все разглядывал его, как неизвестное чудо света, его синий комбинезон с логотипом известного ресторана «Seeger's», за его спиной стоял внушительный изобокс серии «Диннер Бокс», в котором обычно доставляют горячую еду.
— Что это?
Парень пожал плечами, он точно не мог знать, что это такое. Он же просто курьер, хотя у него нашлось объяснение, которое меня удовлетворило.
— Это доставка на квартиру 175, но нам было сказано: если не откроют там, то оставить все в квартире 173, то есть у вас.
— Вот же урод! – с чувством сказал я, смотря в сторону курьера.
Парень покраснел и стушевался:
— Простите?
— Ой, это я не вам, – замахал руками. – Где говорите нужно расписаться?
Парень ткнул мне в ноги весь контейнер и быстро скрылся на лестнице. Мне показалось странным, контейнер – достаточно дорогая вещь, чтобы каждому заказчику оставлять по одному, но хозяин-барин.
Закрыв дверь, транспортировал изобокс на кухню и вспомнил про сына, которого оставил на полу. Малыш к моему счастью, даже не сдвинулся ни на миллиметр, а с упоением посасывал руку резинового пупса. «Кажется, у него скоро должны начать резаться зубы». Оставив дверь открытой, прошел на кухню. На контейнере также стоял логотип известного ресторана в нашем штате, не самый дешевый, скажу я вам. Открыл и стал выставлять блюда, которых было, наверно, наготовлено на целую роту солдат. И все блюда не абы какие, а лучшие, насколько я мог судить. На каждой коробке была подпись: названия и… количество калорий. «Это что за забота такая? Если он имеет деньги, чтобы заказывать все это, то я удивлен, что говорят, словно папочка оставил его без средств к существованию. Скорей уж откупился, видать».
Снова звонок в дверь, на этот раз я был осмотрительный и посмотрел в глазок. На лестничной площадке стоял улыбающийся Тайлер. Я распахнул дверь, впуская друга, а он как всегда скороговоркой выпаливал те истории, которые приключились, пока он добирался до меня. Тайлер Прайс старше меня всего на год и закоренелый холостяк, верней он считает, что жениться стоит только после тридцати лет, и то если у тебя есть на это деньги. Я помню, как он рыдал на моей свадьбе, даже на видео это засняли. Он считал, что я поступил опрометчиво – женившись в двадцать один год, но что поделать любовь. Сам Тай или, как сам поправляет меня парень, Лер, заводит короткие романы, которые не длятся больше двух лет, причем бросают всегда его. Причины каждый раз разные от патологического трудоголизма, до не выдачи денег на симпатичное платьице. Хотя внешностью мой лучший друг выдался на удивление модельной. Короткие светлые волосы в художественном беспорядке, красивые зелёные глаза и красиво очерченные губы, и даже сломанный нос не портит его привлекательную внешность. Тай это знает, чем и пользуется, обольщая очередную даму сердца.
Сняв обувь и оставив на меня мокрый зонт, с топотом понесся в детскую. Тайлер просто без ума от моего сына и тот, кстати, тоже, мне кажется, когда рядом Тайлер Себастьяну даже я не нужен. Они просто рождены, чтобы быть вместе, подчас меня грызет легкая ревность, но видя их сияющие улыбки, просто радуюсь вместе с ними. Пока я ставил зонт на просушку в гостиной, Тайлер занимал ребёнка, зайдя, я застал следующую картину. Тайлер сидит на полу, на коленях у него Себастьян, он нажимает на кнопку у обычной настольной лампы и приговаривает:
— Есть свет, – включает. – Нет света, – выключает.
Себастьяну нравится новая игра, он хохочет, смотря на огонёк, который мне кажется, скоро станет новой игрушкой.
— Ты опять купил чертовски ненужную вещь.
— Эй, – возмущается Тайлер, однако не поворачивается ко мне. – Эта очень нужная вещь, она помогает развивать координацию движений рук и мышление.
— Тай, по-моему, мой сын маленький ещё для этого.
— Ничего подобного, ему стоит развиваться. Кстати, кинь мячик.
Я поднял обычный тряпичный мячик, с каким-то странным наполнителем.
— Что там?
— Бобы, – радостно отозвался лучший друг, широко улыбаясь и одновременно протягивая мне руку.
Я полчаса сидел на ковре в детской, подпирая спиной кроватку, в то время как два самых близких мне человека развлекались. Причем самым увлеченным был Прайс, ему уже двадцать шесть, а он все такой же ребёнок. Вскоре мой живот подал первые признаки голодания, да и Себастьяну пора было перекусить. Я удалился на кухню, чтобы приготовить кашку, к которой приучил маленького. Он с удовольствием остановился на одной компании, которую теперь и покупаем. На кухонном столе увидел злосчастные коробочки с аппетитным содержимым, вздохнул и сложил их аккуратной пирамидкой, чтобы не мешались.
Тай появился на кухне с Себой на руках. Он одной рукой подкидывал мячик с бобами и ловил, Себастьян смотрел широко открытыми глазами, ведь, по его мнению, дядя Тайлер совершал чудо.
— Ты хорошо подготовился к моему приходу. Только вот все равно мне кажется, перестарался, – улыбнулся мой друг, ссаживая малыша на его стульчик и заглядывая в контейнеры с едой.
Мой лучший друг был еще тем проглотом, он ел всё, что можно и в немыслимых количествах. В школе оправдывался растущим организмом, в университете – повышенными мозговыми нагрузками, сейчас оправдывается тем, что завтра может случится конец света, а он видите ли голодный. Несмотря на свой неуёмный аппетит, лишним весом парень не страдал, а был достаточно крепкого телосложения, с едва наметившимся брюшком.
— Вообще-то это… – начал я, смотря, как Тайлер приступил к дегустации блюда.
— Вкуснотища! – воскликнул Прайс. – Ты знал, что следует заказывать.
Решив, если погибать то с музыкой, присоединился к Тайлеру. Какими бы маленькими не были порции, нам хватило наесться пятью блюдами, причем последнее мы поделили напополам.
— Ты, конечно, готовишь отлично, но до такого тебе далековато, – усмехнулся друг, наблюдая, как я докармливаю Себастьяну ложку каши.
— Что правда, то правда, поставь чайник, – улыбнулся Прайсу через плечо.
— Я ведь тебе так и не рассказал про нового курьера, – коротко засмеялся Тай. – Он такой забавный, вчера вся фирма хохотала. Ты знал, что у Мари и Брэндена роман? Так вот они шифровались, как могли, а это курьер перепутал что-то, и записка Брэндена попала мне на стол, а записка Мари на стол кому-то из экономистов. Парочка не подписывалась, так полдня я пытался найти своего «тайного поклонника», пока курьер не разрулил все. Извинившись перед всеми, что напутал с почтой и на глазах у пораженной парочки вручил им записки. Это был фурор! Но судя по его взгляду, он просто решил помочь им больше не шифроваться, они теперь у нас тема каждого дня, тема анекдотов и, конечно, дружеских подколов. А еще…
Прайс быстро пересказывал мне все истории, в которых отметился Кэм. Причем многие были очень даже забавными, он буквально взял на себя роль купидона. «Не удивительно, если скоро ударит бум свадеб, а потом декретных отпусков». Но Тайлер не переживал, будет пахать на оставшихся волах, то есть на мужья вышедших в декрет женщин.
Мы смотрели телевизор, когда раздался очередной звонок в двери, я оставив сына и Тайлера на диване, поспешил открыть дверь. За порогом оказался Кэм, улыбающийся и довольный.
— Привет, мне передали через тебя посылку, верно? – сказал он.
— Да. Сейчас принесу.
То ли ему не понравились слова, то ли ещё что, он быстро скользнул взглядом по обувной полке, отмечая обувь моего лучшего друга. А потом оглядел меня с ног до головы, даже прищурился, чтобы было видней.
Чтобы не вникать в его взгляды, я просто быстро отправился на кухню, собирая все эти контейнеры и блюда, которые заметно уменьшились. Мои мысли крутились, как бы объяснить парню то, что из двадцати блюд осталось всего десять, и вообще имел ли я на это право. «Может он попросит мне возместить их стоимость?» Все отошло на задний план, когда я развернулся и увидел Кэма, он стоял непозволительно близко, что я кожей чувствовал жар, исходящий от него. И именно жар, а не тепло, как бывает обычно.
Я зацепился за его глаза, наполненные непередаваемыми чувствами. Боль, океан боли, невысказанной, невыраженной, тихой и потому пугающей. Как будто я его разочаровал, даже предал, и это стало для него ударом. «Какой бред, мы знакомы всего ничего, и ничем друг другу не обязаны. Что-то с этим парнем не так». Мы стояли в дверях кухни, смотря друг другу в глаза, а потом он сделал шаг, оказываясь прямо передо мной. Только сейчас заметил, что мы одного роста, он рассматривал мои глаза с какой-то мольбой. А я стоял не в силах вымолвить хоть слово и сделать хотя бы один жест. Его губы дрогнули, рука теплая скользнула по моей. Это движение было таким приятным, что мне бы замурлыкать, как кот, но я сдержался, только шире распахнул глаза. В груди ёкнуло сладко, щемяще и одновременно мучительно. «Такого я никогда не испытывал, разве что к сыну». Мои ноги подогнулись, и я упал, но этого моего позора уже никто не видел. Кэм забрал изобокс и покинул мою квартиру, так и не сказав, что говорили его глаза.
Просидел на полу кухни я достаточно долго, потому что к моему возвращению в комнату и Тайлер и Себастьян спали, расположившись на диване. Выключил телевизор, накрыл Тайлера пледом, взял сына, который чуть сопротивлялся, конечно, ведь на груди Тая достаточно уютно. Выключил свет, расположил сына в детской и долго сидел, смотря на спящее лицо малыша, держась за решетку на кроватке. Мои мысли бродили на том происшествии на кухне, почему этот Кэм так смотрел на меня, чего он от меня ждал, и что было в этом его прикосновении, от которого кожа до сих пор едва заметно пылала?
«Надо с ним поговорить», – подсказал внутренний и рассудительный я.
Встал, подошел к зеркалу в прихожей, осматривая свой внешний вид: растянутую футболку, светлые удлиненные шорты, носки и растрепанные волосы. Пригладил их, даже небольшую челку зачесал на бок, потом сам рассмеялся, чего это я прихорашиваюсь для простого визита к соседу. Конечно, одиннадцать часов – это не самый лучший момент для визита, но он, же всего какой-то час назад заходил, вряд ли тут, же лег спать.
Тихо открыл дверь и выскользнул за порог, прикрыв дверь. Сделал робкие шаги, все время смотря на соседские двери, словно я был преступником и за дверными глазками могли стоять невольные свидетели. Выпрямился перед незатейливой дверью с тремя цифрами, чуть отличавшимися от моих. Вытер вспотевшие ладони, сглотнул и поднял руку. Постучать… не смог. Собирался, пожимал губы, стискивал челюсть и в нескольких сантиметрах останавливался. «Зачем я пришел? Объяснить недостаток блюд? А если он даже не заметит?» Меня терзало какое-то чувство. Постарался еще постучаться, но так и не решился. «Слабак», – выдохнул, опуская руки и прижавшись к двери лбом.
Надо было возвращаться и лечь спать, чтобы забыться сном. Этот день явно какой-то неудачный. Я обернулся и чуть не поседел. За спиной стоял Кэм, он явно вернулся из магазина. Он смотрел на меня все тем же равнодушным взглядом, как будто это не я обнимался с его дверью, словно он и знать меня не знает. Он прошел к своей двери, вежливо оттолкнув меня плечом, и зашел, щелкнув замком, а я даже не пытался его остановить.
И тут я понял, что за чувство меня терзает, я чувствовал себя виноватым. Не так как будто совершил оплошность или за то, что съел те треклятые блюда. Я чувствовал вину, как будто сделал что-то серьёзное, какой-то промах.
