Когда сосед нагло влезает в твою жизнь

      Сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать. Вся история была такой гладкой, что найти подковырку было почти невозможно. Мне было гадко за своё поведение, было гадко, что я вообще посчитал себя таким важным человеком, что влез во что-то подобное. Но больше всего меня интересовало, как себя чувствует Кэм? Нелегкая у него судьба, вот вроде есть верные друзья и любящий отец. Хотя никто из них, не интересуется, нужна ли подобная защита этому парню. «Разве они не считают, что он сам в состоянии справится с навалившимся дерьмом?»       Я прижал к себе Себастьяна, чувствуя, как он обнял меня за шею руками и сонно засопел куда-то в районе шеи. «Неужели, когда-то я буду точно также оберегать своего сына, считая, что так для него лучше? Неужели, это и есть тот самый родительский инстинкт?» – за этими невеселыми мыслями я быстро добрался до дома и, поднявшись на свой этаж, постарался выбросить свои мысли о том, чтобы все рассказать Кэмерону. Правда, останавливало то, что караулить его будет не лучшим вариантом.       Занимаясь повседневными делами, я практически забыл обеденное столкновение и даже то, что хотел все рассказать соседу. Правда, ближе к ужину, верней позднему ужину, когда Себа умиленно спал в кроватке, я вспомнил обо всем. Налил себе немного крапленого вина, смотря новости, и крутил в голове мысли о том насколько правы или неправы друзья Кэма и его отец, кстати, тоже.       Звонок в дверь, заставил меня подпрыгнуть, я быстро глянул на радионяню, было слышно, что Себастьян завозился, но не заплакал. Быстро добрался до двери, за которой стояла моя соседка с верхнего этажа, тихая старушка, божий одуванчик. — Здравствуй, Скотти, я тебя не разбудила? – прошептала она, переминаясь с ноги на ногу. — Нет, миссис Харрингтон. Что-то случилось? — Прости, мой внук задерживается, а у меня таблетки закончились для моего мужа. Может, я посижу с твоим сыночком, а ты сбегаешь в аптеку? А то Кай, совсем занемог, давление, – женщина посмотрела на меня такими глазами, что моё сердце смягчилось. Кроме того, миссис Харрингтон часто выручала нас с моей женой, еще до рождения Себастьяна. Почему бы не помочь? — Конечно.       Я быстро облачился в джинсы и кофту, пока миссис Харрингтон заглядывала в детскую. Она единственная из всех соседей, которых я просил о подработке в роли няни, сидела в детской в кресле и либо читала сказки, если Себастьян не спал, либо что-то тихо вязала. Вот и сегодня она взяла с собой пряжу, которую кажется, всегда носила с собой.       Взял листок с лекарствами и денег, все же прихватил свой кошелёк. После чего направился к аптеке. Время позднее, сын вряд ли проснётся, в любом случае миссис Харрингтон, хорошая женщина, в обиду не даст. Несмотря на позднее время, очередь в аптеке была довольно большой, я простоял пятнадцать минут, потому что молодая девушка никак не могла решить какой тест на беременность ей взять, более точный или более дешевый.       Возвращаясь обратно, я обратил внимания на фигуру на скамейке перед подъездом. Сначала мне показалось, что это мисс Блэк, но чем ближе подходил, тем четче становилась фигура. Это была вовсе не сплетница нашего района, это был мой сосед. Он сидел, как сломанная кукла, руки лежали на коленях, а спина была так сильно сгорблена, что я удивился, как он вообще так сидит. — Кэм? – все-таки спросил я, чтобы убедиться. — Скотти, – понял голову мой сосед. Он выглядел изнеможенным и бледным, несмотря на смуглую кожу, под глазами наметились будущие круги. — Что ты здесь делаешь, в такое время? — После подработки Джейми приехал, собираюсь с силами, чтобы преодолеть последние метры. — Ты так устаешь? — Да. Сегодня говорил с мистером Прайсом, договорился, что буду уходить пораньше, чтобы не подставлять Джейми.       Мне стало так жалко Кэмерона, он всего на год младше меня, но проблем у него больше. Я даже в худшие годы с Себастьяном так не уставал, хотя всегда считал, что дети - хуже геморроя. Оказывается, бывает ситуации и похуже моей, если вообще можно нас сравнивать. — Слушай, Кэм, а ты доверяешь своим друзьям? — Доверяю? – переспросил парень, он выдохнул, потер руками глаза и сжал переносицу. Обычные жесты ужасно уставшего человека, эта та степень, когда даже мозгами шевелить больно. – Они мои друзья, лучшие друзья. — Послушай меня, я верю, что Джейми и Теа - замечательные и верные друзья. Я их уважаю и рад, что они есть в твоей жизни, наверно. Но гипс Джейми, он… Он… – я никак не мог выдавить это слово. Хотя вроде решился раскрыть правду, осталось только поставить точку и все. — Бутафорский, – подсказал Кэм, смотря на меня. —Ты… Ты знал!       В глазах соседа действительно не было ничего, ни удивления, ни злости. Только спокойствие и какая-то, не побоюсь, мудрость. Он сразу все понял, осталось выяснить, когда и почему ничего не рассказал друзьям и не потребовал ответа. — Но как ты узнал? — Скотт, я учусь на врача. Уж отличить бутафорию, я смогу с легкостью. — Но почему ты ничего не сказал Джейми и Теа? — Это не первый раз, они уже обманывали меня. Каждый раз придумывают что-то новое, только я каждый раз узнаю правду. Если я потребую правды от них, то есть возможность, что я останусь один. Совершенно один.       Парень замолчал, он не смотрел на меня, он смотрел впереди себя. А я не знал, что ответить. «У меня были только вопросы: что за непонятные мотивы страдать, выставляя себя наивным дураком? Что это за альтруизм такой? Что эта вообще за херня?» — Скотт, ты не понимаешь. Ты не знаешь, что такое одиночество, ты не знаешь как это больно, – сказал Кэм, поворачиваясь ко мне всем корпусом. – Когда в институте узнали, что я гей, каждый считал своим долгом толкнуть меня, пнуть, крикнуть в спину «пидор». Одни портили мой шкафчик, другие портили мои вещи, они превратили мою жизнь в ад. Я терпел, потому что отец из последних сил, оплачивал моё обучение там. Это было в то время, когда Джейми и Теа, ездили во Францию по обмену. Когда они вернулись и увидели, что происходит, они, конечно, встали на мою защиту. Они потеряли репутацию среди однокурсников, но их это, кажется, совсем не волновало. Если я раскрою их секрет с гипсом, то могу узнать, что и дружба наша фальшивая. И тогда я сломаюсь, потому что снова буду одинок. — У тебя есть отец? — Он все время на работе и он слишком настрадался, я не хочу, чтобы он беспокоился о взрослом сыне. — Разве мнимая дружба лучше, чем одиночество? — Да! – твердо сказал Кэм. По глазам было видно, что он действительно настолько боится одиночества. Только вот, мне не давали покоя слова Теа, ведь они действительно любят его. Вряд ли они могут оставить его одного, однако, я не мог этого сказать. Потому что мог все испортить, испортить не только их дружбу, но и жизнь соседа. — Ладно, Кэм, пойдём. Тебе пора уже спать, – сказал я, поднимаясь с лавочки. Мне казалось, что с нашим знакомством, я просто получил ещё одного ребенка в нагрузку. Между нами была небольшая разница, но в Кэмероне было еще очень много детского, не смотря, что он жил один, подрабатывал и учился. Он все равно был не самостоятельным. «А может я просто казался себе этаким героем, на его фоне? Может, я просто тешил себя за его счет?»       Мы поднялись на наш этаж, я даже убедился, что он зашел к себе и только после этого зашел в свою квартиру. Себастьян не просыпался, миссис Харрингтон была благодарна. Я поцеловал сына, который сонно нахмурился и вышел из детской. Мне предстояло еще поработать, насчет идеи с парфюмом. Мне совершенно не хотелось спать, а мысли об отношении Кэма были такими настырными, что именно работой я решил их вытеснить.       Я успел вникнуть в требования, которые выдвинул заказчик, прежде чем мой телефон ожил. Я заметил, как засветился дисплей, обычно если я работал, то отключал и звук, и вибрацию, чтобы не разбудить сына. Звонок поступил с незнакомого номера, но это мог быть Тайлер, у которого кончились деньги и он снова купил новую симкарту. — Алло. — Это Кэм, – прозвучал голос.       Я глянул на время в углу ноутбука, прошло сорок минут, Кэмерону лучше уже спать, ему осталось не так много на сон. Если он, конечно, не планирует, не только уходить пораньше, но и приходить попозже. — Тебе разве не пора спать? — Я просто хотел поговорить. — О чём? – отозвался я, отклоняясь на спинку стула. — Расскажи мне что-нибудь? – попросил сосед.       «Вот это наглость?! Я что похож на сказочника?! Тоже мне, нашел Андерсена!» – хотя в его словах я уловил грусть и печаль, а еще вспомнил, что он хотел стать частью моей семьи. «Так может это очередная уловка? Может он позвонил, потому что, как в мелодраме, хотел услышать мой голос? Почему он позвонил мне, а не скажем Джейми или Ти? Неужели, он побоялся разбудить их, но не побоялся разбудить меня?» Опять очередные вопросы. — Кэм, ты замечательный человек, хороший друг. Мне нравится с тобой разговаривать, иногда философствовать, пить вино на кухне, давать тебе советы. Но это все, что я могу. Я знаю, что ты… нетрадиционной ориентации, меня это не пугает и не отталкивает. Только вот я могу быть для тебя только другом. Слышишь?       На том конце трубки вздохнули. На этот раз я не понял то ли от усталости, то ли от разочарования. Только вот в любом случае я был прав, я не гей и если он хочет со мной интимных отношений, тогда нам придется разорвать общение. — Скотт, я позвонил тебе, как другу.       «Мои щеки вспыхнули, неужели, я опять придумал то, чего не существует? Моя фантазия меня погубит – однозначно». Ладно, он хочет услышать историю… — Однажды, мы с Тайлером отправились путешествовать на поезде. Нам было десять лет, а поезд был товарным...       Мы разговаривали несколько часов, я рассказывал про наши с Тайлером проделки, а он говорил про Джейми и Ти. Я рассказывал о смешных моментах из нашей жизни с Себастьяном, говорил о своих поездках за выпившим другом. Кэм говорил о отце и своем кураторе, упоминая их чудаковатый характер. Мы много шутили, в результате время пролетело незаметно. Я как раз заканчивал очередной рассказ, только вот ответа от парня не поступило. Я прислушался и услышал сопение, он, видать, просто уснул. «Кажется, рассказчик из меня хреновый», – почесав затылок, подумал я. — Спокойной ночи, Кэм, – прошептал я и отключился.       Честно говоря, мне понравился наш разговор, он наполнил меня силой и адреналином. В ту ночь я не спал, зато накидал с десяток идей насчет рекламы парфюма Тайлеру. И еще пять дополнительных, которые соответствовали лишь половине требований, просто так, может пригодиться другим. Пока набиралась ванна для Себастьяна – сегодня у нас был банный день, день стирки – мне на телефон пришла СМСка от Тайлера: «Ты превзошел сам себя! Если в этом виновата женщина, то женись, не раздумывая!» Через минуту еще одна: «Не верю, что в этом никто не замешан. Колись!!!»       Я лишь улыбнулся и оставил друга мучиться неизвестностью.