Новенькая

От лица Джека.       После звонка с незабываемого урока физкультуры, все направились по домам. В коридоре было множество людей, что решали какие-то свои проблемы, разглашали сплетни, обсуждали учителей, но главной темой являлся сегодняшний День Труда.       Обычно, занятия у нас в школе, начинались на следующий день, но только не в этом году. Конечно, всем известно, что определенной даты — когда должен начинаться учебный год — вообще не существует, но у нас это было что-то вроде традиции, которую не нарушали со дня основания общественного заведения. Именно по этому поводу и распространялись большие возмущения.       Выйдя на улицу, я порадовался отличной погоде: утром было ещё прохладно, а сейчас почти двадцать пять градусов. Можно сказать, что впервые за долгое время, я расстроился, что приехал на машине. Но осмотрев стоянку и заметив множество средств передвижения и автобус, на который так спешили ученики, я смерился с участью человека, приехавшего на машине, живя в пятистах метрах от школы. Почти дойдя до черной красавицы, меня окликнули.       — Джек!       Я обернулся и посмотрел на обладателя мягкого женского голоса. Анна.       — Привет, ещё раз.       Она лишь лучезарно улыбнулась.       — Слушай, я тут поговорила с сестрой на счёт вечеринки…       — И что она сказала?       — Посмотрела на меня презрительным взглядом и велела делать что хочу.       — Я даже не знаю, что сказать. Я знаком с ней недолго и вроде это на неё похоже, а вроде нет.       — Ну, в принципе, ей всё равно.       — Почему?       — Она же не собирается на ней присутствовать, и думаю, то, что я её устраиваю ей на руку.       Честно сказать, я даже расстроился, безумно хотелось взглянуть на пантеру в её естественной среде обитания.       — Ну, — протянула моя новая знакомая. — Я только хотела пригласить тебя, — как-то даже стеснительно пролепетала она.       — Я с удовольствием!       Я натянул улыбку и посмотрел сверху вниз на девочку, она счастливо улыбнулась и начала что-то лепетать.       Сказать честно, мне идти на эти «детские посиделки» совсем не хотелось, но ради моёго злосчастного плана, да и нездорового интереса к новенькой дьяволице, выхода у меня не было.       — Вот это здорово! Самый популярный парень у меня дома — это восхитительно! — я лишь посмеялся в ответ, а она немного покрылась пурпурным румянцем, но от этого выглядела не менее счастливой.       — Прости, Анна, но мне уже пора. Так что, до вечера?       — Да, конечно. В семь, - крикнула она напоследок, когда уже собирался отправиться к машине.       Я взглянул на неё в последний раз и, кивнув, отправился прочь. Через буквально несколько мгновений, я уже сидел в душной машине и бесцельно пялился в зеркало.       Что я собираюсь там делать? Её же не будет, хотя, если подумать, можно посмотреть фотографии, да и пообщаться с её сестрой. Интересно, а где будет она сама — Эльза?

***

      До семи часов оставалось не так много времени, большую часть из которого я провел, бесцельно беседуя по телефону с Алисией. Девушка рассказывала про конкурс красоты в школе, про который, я слышу каждый год, между прочим, от неё же.       — Так что? — спросила она меня.       — Да я не знаю. Думаю завтра с Марком в баскетбол, а потом решу.       — Выбираешь между сексом со мной и забрасыванием мячик в кольцо с Марком? — саркастично поинтересовалась она, я улыбнулся, представляя её наглую ухмылку и немного надутые губки.       — Ты явно немногое знаешь об этой игре.       — Зато имею представление о многом другом… — я прервал её на полуслове.       — Например.       — Например, об очень интересных позах, которые мы, между прочим, еще не использовали.       — Что-то мне перехотелось играть в игру с «забрасыванием мячика в кольцо».       — Замечательно.       Мы рассмеялись, забыв даже глупые размолвки.       С этой девушкой мне просто, мы занимаемся сексом, смеёмся, снова занимаемся сексом. Она ничего не требует, иногда, конечно, ноет, но её можно всегда заткнуть, купив что-то или напев очередную песенку. Хоте за время нашего знакомства я так и не обещал ей ничего. Просто мне нравиться эта легкость, свобода рядом с ней.       — А почему не сейчас, сегодня? Мы же хотели встретиться вечером.       — Я же сказал, что не могу.       — Но не объяснил причину.       — А должен?       — Ну… — протянула брюнетка. — Просто интересно, на что великий Джексон Фрост может променять секс с первой красавицей школы.       — Самокритично, Алисия, — поддразнил её я.       — Ответишь?       — Иду на вечеринку.       — Что-то я не слышала о ней.       Я очень хорошо уловил интерес в её голосе, но он был смешан еще с чем-то, неужели со злостью?       — Что-то не так?       — Я же сказала, что не слышала о ней! А меня всегда зовут на вечеринки. Это новенькая всё из-за неё. Неужели она думает занять моё место?.. — но закончить ей было не суждено.       — Эй, спокойно. Я иду на вечеринку к мелким, не волнуйся.       — Что? Ты меня совсем за дуру держишь?       — Нет. Меня Корт позвала.       — Та, что из девятого?       — Верно, — видимо Алисия начала потихоньку приходить в себя.       — Почему ты согласился? Раньше же тебя не волновало её мнение.       — Причём тут «её мнение»?       — Ну, я подумала, что это она тебя попросила или же заставила. Девчонка у нас бой баба.       — Нет. Я пошёл сам, просто надо кое-что узнать.       — Расскажешь?       — Не могу, сладкая. Встретимся завтра, жди.       Я сбросил вызов, не дожидаясь её ответа, ведь более чем уверен, что у девушки ещё миллион и один вопрос, к тому же просто так она не отстанет.       Пролежав на кровати, — которая так и мнила остаться, — еще немного времени, я отправился собираться. Выбрав красную клетчатую рубашку с завернутыми рукавами и обычные, немного зауженные джинсы, я поспешил к машине.       Дом благополучно закрыт, машина заведена, одет превосходно, вот только, а куда мне ехать?       Что ж выбора у меня не было, поэтому я набрал номер подруги.       — Эй, Корт.       — Привет, Джек. Ты где?       — Да вот на кладбище собрался, — беззаботно оповестил я.       — Зачем? — я усмехнулся, представив, как девушка округлила глаза.       — Да вот это единственное место, кроме школы, у которого я знаю адрес.       — Упс.       — Что «упс», быстро ко мне, полежим, помечтаем!       — Ты что выпил?       — Нет.       — Закурил?       — Нет.       — Ясно, значит просто с головой проблемы.       — Эй, блондиночка, где ты?       — Дом номер шестьдесят восемь по Фантель-Скин.       — Отлично, еду.       — Жду.       Она бросила трубку и я, включая первую передачу, выехал из дома.       Фантель-Скин? Довольно не богатый район.       — У, — протянул я.       И ехать дотуда часа полтора. Куда меня понесло? И верно через буквально два часа, не спеша, я добрался до небольшого светлого домика. Он был действительно маленьким, но, похоже, уютным. Музыка слышалась со всех сторон, подъезжая, я видел гулявших во всю девятиклассников и стоявшую возле входа в дом Кортни, со стаканчиком в руках.       Я просигналил ей, на что девушка повернула в мою сторону свой задумчивый взгляд и счастливо улыбнулась.       Поставив машину неподалеку, я направился к подруге. Она тоже не стояла на месте, а подбежала ко мне и поцеловала в щёчку.       — Привет, — протянула она, на что я тоже поздоровался.       — Вижу у вас тут весело.       — Очень, у них хороший дом.       Я ещё раз оглянулся.       — Не в моем вкусе.       — Кто бы сомневался, богатенький мальчик, — сказала она с насмешкой.       — Пойдём внутрь.       Мы обнялись и вразвалочку зашли в дом. Девушка была уже довольно пьяна, отчего пошатывалась, но в принципе идти нормально могла, даже почти не падала.       Внутри дом выглядел ещё скучнее, чем снаружи. Всего одна комнатка довольно большая, но если учесть, что она соединяла столовую и зал, то пространства было явно маловато. Несмотря на миниатюрность помещения, все приглашенные гости явно вовсю развлекались и были вполне довольны.       Вещей пока было мало, но если учесть, что семья только переехала, то это вполне нормально. На полочках стояли различные статуэтки, на шкафах картины и детские рисунки, а так же немного старых фотографий, на которых, по всей видимости, и были запечатлены яркие моменты жизни семьи. Вот только фотографий беловолосой бестии не было совсем. Разве что её сестры. На них ещё совсем маленькая девочка счастливо улыбается во все свои только выросшие зубы, смотря в камеру. На ней ярко-зеленое платьице и огромный бант на голове, рыжие волосы, всё так же были заплетены в две косички, соединенные воедино. Эта картинка смотрелась живо и радостно, сразу фантазируешь, что могло так развеселить ребенка? Почему её глаза так светиться счастьем, что кажется, будто она живая и прямо сейчас готова выпрыгнуть наружу и осветить всех своим светом?       Я рассматривал фотографию новой знакомой еще несколько минут, а потом повернулся к двум другим. На одной из них снова сияла Анна, но вместе с каким-то человеком, что держал её за маленькую ручку. Мужчина весело улыбался, смотря в камеру, явно своим выражением лица смеша девчушку, что счастливо смеётся рядышком. Солнечная поляна, на которой они стоят, освещена лучами, что видимо, попадали им в глаза, малышке это не мешало, а вот мужчине, что явно превосходил её в росте, было значительно неудобней. Но от этого снимок не сделался хуже, а стал только веселее. Смотря на счастливые застывшие лица, невольно задумываешься: «А как бы сложилась моя жизнь?»       Настоящего семейного счастья я так не познал. Вначале, отец страдал по умершей жене и любящей матери, потом, забывал обо мне из-за счастья, и заполнявшего его с головой с любовью к новой девушке — Брук. А когда она стала его женой, то все его мысли заняли работа и обеспечение семьи, конечно, на новую женушку минутка у него была, мне же он предпочитал нанимать заботливых нянь. Через шесть лет у него родилась новая дочка, красавица Эмма, в дальнейшем ставшая для меня всем. Сказать честно, сначала, я не очень полюбил новоиспеченную сестрицу, ведь забота о ней касалась и меня, но потом, я будто почувствовал, что она нуждается во мне, так же как и я нуждался в ней.       До отъезда в родной дом, мы с Эммой были действительно неразлучны, сказать, что ей не занимались родители было бы враньём. Да и обо мне они тоже не редко вспоминали, но все же няни у нас с ней были. Моей младшей сестре не нравилась эта опека, я, кстати, тоже не был от неё в восторге, поэтому мы часто сбегали, гуляли, попросту веселились вместе. Наша идеальная жизнь могла бы длиться вечно, но все рано или поздно должно заканчиваться. Этот урок я усвоил еще тогда, смотря в напуганные карие глаза сестрички, что вот-вот должны были залиться горькими слезами. В тот момент, мне было уже двенадцать, а ей всего шесть. Учился я уже дома - в родном городе - но лето, да и остальные каникулы проводил в Германии.       Родители решили, что моё безответственное поведение и опасность наших жизней резкий повод окончательного возвращения домой, но вот только для меня. Мы с сестрой их долго пытались отговорить, даже ссылаясь на то, не можем друг без друга и что я и так провожу здесь очень мало времени, довольствуясь лишь каникулами, но их было не переубедить. Прощальные слезы и билет на самолёт приямком до Калифорнии, а после только звонки, только фотографии.       Сейчас переводя взгляд на последний снимок я вижу того же самого мужчину обнимающего за плечо своего видимо давнего друга. Стоп. Это что, наш директор? Да, теперь понятно, как такую, как старшая Разенграффе вообще в школу приняли.       Надоев смотреть на три чем-то похожих фотографии, я двинулся на второй этаж. Кортни куда-то пропала, но я не обратил на это особого внимания, рефлекторно двигаясь к своей цели. Второй этаж немного был похож на первый: тоже ничего интересного. Длинный узкий коридор, а с левой стороны четыре абсолютно одинаковых двери. Я зашёл в первую, ту, что была посередине. Это оказалась маленькая, уютная ванная комната, совмещенная с туалетом. Но заходить туда я не стал. И дело было не в том, что она никакого значения для меня не имеет, а скорее по причине того, что там уже выворачивало каково-то парня.       Я двинулся дальше, в комнату, что была левее. Дверь оказалась открытой. Стены в ней покрыты белой краской, начавшей трескаться, а полы, при каждом моем шаге трещали так, что создавалось впечатление, будто сделав один неверный шаг, сразу окажешься на первом этаже в миленькой кухоньке. Несмотря на страх оказаться в больнице с переломанными конечностями, я двинулся вперед. В помещении находилась белая кровать, скорее похожая на больничную койку, на неё я точно решил не садиться, боясь, что все же окажусь в вышеперечисленном месте. Там присутствовал шкаф и прикроватная тумбочка, над которой весело расколотое с одного угла зеркало. Решив не заострять внимание на месте, внушавшем немалый ужас — особенно если комнатку освещала, лишь одна луна, чей свет проходил через порванные шторы — я уже собрался выйти, но повернувшись, все же взглянул на тумбу, но которой через мрак помещения можно было заметить раму для фото.       Обернувшись несколько раз в поисках источника света, я взглянул наверх, где, к моему глубочайшему сожалению люстры всё же не оказалось. Вынув из джинс телефон и включив фонарик, я посветил прямо на фотографию и честно говоря, увиденное меня поразило.       На обычной размером фотографии я увидел необычайно счастливую семью. Две маленькие девочки, которые сидели на мягких, на вид подушках на полу, играли в куклы. Они смеялись и обнимали друг друга, рядом с ними сидят их счастливые родители, все тот же мужчина, что встречался на фотографиях в низу и видимо его красавица жена, на которую так похожи малышки. Они все улыбаются, смеются. В руках у взрослых тоже по паре кукол, они держат их на виду, показывая фотографу. У молодой женщины превосходная улыбка, по форме губ похожая на контролируемую усмешку старшей дочери сейчас, похоже, что почти через десять лет. Но вот глаза, чистые, невинные, счастливые копия младшей Анны, даже там, на снимке, где между матерью и младшей копией её сидит, прижимая сестренку Эльза с чистой улыбкой и блестящими от счастья глазами.       — Хорошая фотография, правда?       Этот мягкий девичий голос вывел меня из транса, не оборачиваясь, я узнал его обладателя.       Девушка тихой походкой, будто на носочках двигалась ко мне, но, не смотря даже на то, что я стоял к ней спиной, скрипучие половицы выдавали расположение маленькой красавицы. Подойдя вплотную ко мне, она положила небольшую ладошку на мою спину, а подбородок через мгновение стал мирно покоиться у меня на плече, видимо, она встала для этого на носочки.       — Как же это было давно, — вздохнула она.       — Невероятная семья, — тихо прохрипел я севшим голосом.       Она молчала, смотря, так же как и я на счастливый, застывший на веки момент.       — Анна, что изменилось с тех пор?       Девушка аккуратно повернула голову, смотря прямо мне в глаза.       — Мама умерла.       Больше слов не требовалось, она опять направила свой взгляд на фотографию, от которой я так и не решился оторваться.       — Но, не думаю, что ты сильно изменилась.       После этих слов, она будто ожила. Половицы заскрипели, оповещая о том, что рядом стоящая девушка отошла на несколько шагов назад. Я, наконец, взглянул на неё. Такой боли в глазах человека я не видел ещё никогда, будто застывшие капельки слез, хотевшие начать капать с зеленых глаз, окаменели, не давая себе права и возможности облегчить душу.       — Зачем ты пришёл Джек? — тихо, но с уверенностью в голосе задала вопрос она, первой разрушав тишину.       — Ты меня позвала.       — Меня Кортни попросила.       — Тогда спрашивай у неё, я причем? — вопрос вышел грубее, чем я ожидал.       — Она сказала, что ты хочешь этого, хочешь придти. — Повторила девушка.       — Не так уж я и хотел, просто было интересно, что на самом деле представляет себе, такая крутая, — я показал в воздухе кавычки, — новенькая.       — Нашёл ответ?       — Да.       Она внимательно смотрела на меня, будто ожидая чего-то, через мгновение, со вздохом, я продолжил:       — Она всего лишь маленькая, заплаканная девчонка, обиженная на жизнь.       — Значит, ты ошибся, допустил ошибку, пока искал.       — Где же? — с ядом в голосе спросил я.       — Её поведение не…       Девушку прервали на полуслове. В комнату влетел человек с фотографии, видимо отец, мужчина, разве что старше, стоял сейчас напротив нас с его дочерью, пристально прожигая взглядом, в нем не было тех ноток веселья, как на снимке.       — Анна! — вскрикнул он.       Я внимательно посмотрел на девушку, её глаза были расширены, руку она приложила к своему рту, пытаясь скрыть внезапное удивление, что у неё, между прочим, ужасно плохо получалось.       — Что тут происходит? Кто эти люди? Где твоя сестра?       Она на мгновение отвела взгляд, пристально смотря на меня. Я лишь пожал плечами, в знак непонимания.       — Она поехала к Джеку домой, забрать у его сестры расписание занятий. — Девушка дернула головой в мою сторону, её отец оценил меня презрительным взглядом и опять посмотрел на дочь.       Я от удивления округлял глаза, в такой ситуации я ещё не был.       — Да, Джек? — она вся дрожала, я лишь устало закатил глаза и кивнул.       — Анна, что вы тут устроили? — он не орал, но от его темпа голоса становилось не по себе.       — Прости, папа, но Эльза не причем, — она уверенно сделала шаг вперёд. — Наверное впервые за столько лет, — уже тише пролепетала она, но я услышал и звонко усмехнулся, из-за чего мужчина снова взглянул на меня, но видимо не найдя ничего интересного просто вздохнул.       — Быстро езжай за своей сестрой и мигом домой. Обе! — на этот раз голос он повысил.       Мы уже стояли у выхода из комнаты, как вдруг сзади раздался голос:       — От кого, от кого, а от тебя дочка, такого я не ожидал, — Анна крепко закрыла глаза, видимо чуть не плача и понеслась вниз.       Там, как ни странно народу не было, пока я осматривал всё тоже скучное, а теперь ещё и грязное помещение, Анна нервно кому-то звонила.       — Быстрей! — крикнула она и понеслась из дома. Я двинулся за ней.       — Анна, что произошло?       — Ты на машине?       — Да.       — Где она?       Я лишь пальцем указал на неё, а девушка уже понеслась, сметая всё на своем пути. Она остановилась около моего средства передвижения и, когда я открыл его, села на пассажирское сиденье, пристегнув ремень и закрывая дверь.       Я лишь нервно, посмотрев на неё сел за руль и, проделав те же действия, что и девушка, завел машину. Она уже немного успокоилась, поэтому, смотря ей прямо в глаза, я спросил:       — Что случилось? Что-то с Эльзой? Где она?       — В неприятностях.       Этих слов хватило, что бы я сорвался с места и помчал по улицам, увозя нас подальше от дома номер шестьдесят восемь.