People are talking

После очередной тренировки, на которой старший Хейл не без удовольствия надрал Дереку зад, Питер решил прогуляться по городу. Точнее, Дерек был слишком зол, чтобы находиться с ним в одном помещении. И он, прихватив с собой бутылку виски, вальяжно вышагивал по улицам города. Хоть Питер и не пьянеет, но осознание того, что он пьёт крепкое спиртное, поднимает его настроение. Начало темнеть, и Хейл свернул в жилой район, возможно, ему попадутся неугомонные детишки, которых можно будет хорошенько напугать. Внимание Питера привлёк один дом. Он уверен, что в нём находится оборотень, а все известные ему оборотни сейчас находились в других местах. Лишние проблемы в Бэйкон Хиллс ему не нужны. Надо выяснить, кто живёт в этом доме. Питеру в голову не пришло идеи лучше, чем просто напроситься в гости. Мужчина уже приготовился постучать в дверь, но она оказалась не заперта. Питер понял, здесь что-то не так. Он бесшумно вошёл в дом и прикрыл за собой дверь. Мужчина услышал странный шум и приготовился обращаться в волка, чтобы напасть на врага, если потребуется. Шум повторился, и Хейл обострил свои волчьи чувства. Он сразу почувствовал сильную боль. Душевную и физическую, всепоглощающую и разрывающую на куски боль. И только осмотревшись по сторонам, в поисках живого человека или волка, он понял, в чей дом зашёл. Все эти фото на стене: мягкие кудряшки и глаза, которые буквально излучают счастье, но если присмотреться, то видно, что это всё наигранно, и улыбка какая-то слишком широкая, ненастоящая, неискренняя. А глаза хоть и счастливые, но припухшие, будто этот человек постоянно плачет. Хотя почему «будто»… И Питер обо всём забывает, он обращается в волка, принюхивается и, ведомый неизвестными силами, проходит через холл дома, открывает одну из дверей и спускается вниз по лестнице. Он идёт медленно, прислушиваясь к всхлипам и стонам, полным отчаяния. Он идёт бесшумно, несмотря на то, что лестница старая и в некоторых местах наверняка скрипит, но он оборотень, для него это не проблема. Хейл отчётливо ощущает его запах. Молодой парень, который должен восстанавливать свои силы после тренировки, играя в видеоигры с друзьями. Но этот парень, мальчишка по сути, сейчас скребёт своими когтями (или ногтями?) металлическую пластину этого отвратительного, старого, но удивительно крепкого холодильника. Питер чувствует запах солёных слёз и… крови. Слишком сильный запах крови. Он буквально проникает в каждую частичку лёгких, режет её на мелкие части, добирается до сердца и заставляет его бешено биться. Питер хочет уйти, но после очередного несдержанного крика и новой волны удушающего запаха крови, он не может сдержаться. Хейл приподнимает крышку холодильника, которая даже не заперта, и видит только ужас, охватывающий молодое тело. Когти появляются и исчезают, пальцы стёрты в кровь, несколько глубоких царапин на лице и на шее. Стеклянные глаза. Мокрые дорожки от слёз на щеках. — Айзек, — голос тихий и хриплый, чего Питер и ожидал после всего, что он увидел, услышал и почувствовал. — Айзек, — зовёт он снова, более уверенно. Но реакции нет. Никакой. Что за чёрт?! Питер хочет достать волчонка из холодильника и отнести в более приятное место, но Айзек не позволяет, точнее не он, а то, что овладело его телом и разумом в данный момент. Он вырывается, снова появляются когти. Питер не хочет применять силу, это лишнее, мальчишка и так достаточно натерпелся. Хейл снова пытается привести волчонка в чувство. Повторяет его имя, легко бьёт по щекам. Айзек чуть приближается к мужчине, будто хочет что-то сказать. Питер уже с облегчением вздохнул, но появившиеся в один миг клыки клацают около его шеи, мужчина успел его оттолкнуть. Хорошая реакция спасает его от глубоких ран. Он скручивает Айзека, тот уже не может контролировать своего внутреннего волка. Он полностью обратился. Волк голоден, он рычит, изо рта течёт слюна. Питер не знает, что делать дальше. Как его успокоить. Но он не может запереть его, приковать к каменной стене в подвале или что-то ещё. «Не надо было лезть. Надо было уйти и оставить всё как есть. Лейхи уже не ребёнок. Сам разберётся со своими проблемами», — думает Питер. Мужчина сразу одёргивает себя. Они всё-таки одна стая, можно сказать, семья. Если бы просто стая… В стае не так помогают. Бесконтрольные обращения они сдерживают силой, болью, сковыванием цепями и прочими ужасающими приспособлениями. Но не так: не падая на диван и сдерживая волчонка в своих объятьях. Пусть он и вырывается, и пытается навредить, но Питер сильнее его, он Альфа, по крайней мере, имеет опыт Альфы, а это определённо придало ему больше сил и приподняло его над другими бетами стаи. Мужчина удерживает Айзека в своих руках. И постепенно внутренний волк успокаивается. Айзек становится человеком. Возможно, очень медленно, ведь уже начинает рассветать, а Питер пришёл сюда поздним вечером. Хейл чувствует усталость. Сдерживать волчонка было не просто, и после тренировки он так и не отдохнул, да и не спал уже больше суток. Но мужчина не может отпустить Айзека… или не хочет? Немного ослабив хватку, Питер поудобнее устраивается на диванных подушках и пересаживает Айзека с колен на соседнее место, к нему почти вернулось сознание, и было бы неуместно, если бы Айзек ещё дольше сидел на его коленях. На руках Лейхи уже зажили мелкие раны и начали затягиваться глубокие. Регенерация проходит поразительно медленно, что очень странно для молодого и полного сил оборотня. Волчонок не дёргается и не рычит, расслабляясь в сильных руках, находя в них свою защиту и опору. Измотанный физически и психологически, Айзек засыпает в объятьях Питера, во сне он кладёт голову на его плечо. Питер больше не удерживает Лейхи, лишь одна его рука лежит на руке мальчишки и нежно поглаживает, до конца усмиряя буйного волка, с которым он боролся всю ночь. Сам того не замечая, Питер погружается в сон.

***

Прошло не так много времени, как казалось, но Питер успел немного отдохнуть. Теперь надо решить, что делать дальше. Хейл решил поступить как обычно: со всеми проблемами он будет разбираться по мере их поступления. Сначала надо привести Айзека в нормальный вид. Питер бы укрыл Лейхи пледом, но он не обнаруживает ничего подобного вокруг себя. Правильно, ведь дом пустует уже почти год. После смерти отца, Айзек живёт у Скотта. В доме он не остался, но и продавать его не стал, каждый раз лишь отмахиваясь и быстро переводя тему. Никто, наверное, и не знает, что Айзек приходит сюда. Никто, кроме Питера. Хотя и он не знает, как часто парень бывает здесь. Каждое полнолуние, каждую неделю… каждый день? На кухне Питер находит губку и глубокую чашку, в которую он наливает тёплой воды. Хейл присаживается на пол около дивана и касается пальцами руки Айзека. Он поднимает одну руку и легонько обтирает её губкой, очищая от крови. Проводит по изящным пальцам, тонкому запястью. Отмывает ладонь от запёкшейся крови. К этому времени все раны успели затянуться. Сон, пусть и не здоровый, в любом случае придаёт сил и ускоряет регенерацию. Питер так же бережно отмывает и вторую руку, иногда пробегая пальцами по нежной коже волчонка. Вода уже остыла, и окрасилась в красный цвет. Питер уходит на кухню. Он тщательно проверяет температуру воды. Хейл не хочет случайно обжечь тонкую кожу мальчишки. Мужчина возвращается в комнату и снова устраивается на полу. Питер проводит губкой по шее, от выступающего кадыка к подбородку. Воды слишком много, она стекает ниже, на ключицы, грозясь замочить ворот футболки, поэтому Питер вновь ополаскивает губку и в этот раз тщательнее её выжимает. Левой рукой он опирается на диван, около головы Айзека, а правой плавно проводит по ключицам, собирая капли. Холодные пальцы резко обхватывают запястье мужчины. Питер поднимает голову и всматривается в обеспокоенное лицо волчонка. — Грхм, — Айзек пытается прочистить горло, которое явно побаливает после всех его криков ночью. — Зачем? — Тихо произносит он. Питер молчит, а Айзек повторяет вопрос: — Зачем? Питер снова молчит, он не знает, что ответить. И не знает, чего он ещё ожидал от мальчишки. Точно не слов благодарности, но и не этого. — Питер, — Айзек сильнее сжимает тонкие пальцы вокруг запястья Питера. — Зачем ты пришёл, зачем всё это? — он показывает на губку в руке Питера. — Я не знаю. — Хейл делает паузу. — Я просто услышал. Тебя. — В этот раз Питер говорит громче, он начинает злиться на Айзека, на себя. — Я услышал тебя и пришёл помочь. — Он делает глубокий вдох, собирается с мыслями. — Ты бы мог сказать, что у тебя проблемы с обращениями, а не прятаться по подвалам. Это звучит грубо и осуждающе. Питер нервничает. Стаю нельзя подвергать опасности, а неконтролируемые волчата могут наделать глупостей, их могут заметить. Однако мужчина не понимает, что его волнует в данный момент не репутация и безопасность стаи, а лишь её отдельный участник. Один волчонок с голубыми глазами, полными боли и отчаяния. — Тебя никто не просил. — Айзек отворачивается от Хейла и смотрит в потолок. — Я сам могу с этим разобраться. Питер неторопливо поднимается с пола, но это лишь видимое спокойствие. На самом деле он очень зол. Хейл скрывается на кухне, а когда возвращается, Айзека уже нет в комнате. Он бы подумал, что тот сбежал. Сбежал от Питера и от своих проблем, сбежал из этого дома. Но Питер всё ещё чувствует его запах, а затем слышит плеск воды. Мужчина поднимается по лестнице на второй этаж, по пути рассматривая фотографии на стене, которые обманывают всех, создавая впечатление, что здесь живёт счастливая семья. Айзек обнаруживается в ванной комнате. Он смывает остатки крови с острых скул, чётко очерченного подбородка и длинной шеи. Футболка кое-где намокла, Айзек быстро стянул её через голову и кинул на пол. Питер наблюдал за Лейхи, облокотившись на дверной косяк. Айзек выключил воду и потянулся за полотенцем. Быстрыми движениями он растёр грудь и щёки, отчего те покраснели. Питер подумал о том, что для этого мальчишки должно быть другое полотенце, более мягкое, а движения должны быть не такие резкие. Он тут же одёрнул себя, какое ему дело до того, каким полотенцем вытирается Айзек. — Что бы ты не сказал, я этого так не оставлю. Стая подвергается опасности из-за тебя, — спокойно сказал Хейл. Мужчина уже собрался уйти, как Айзек окликнул его: — Питер, — он посмотрел на мальчишку, один его вид вызывал жалость, — прошу тебя, не говори пока никому. Еле заметный кивок, и Питер всё же уходит. Он и не собирался никому говорить, но оставить эту проблему без внимания он не может. Теперь Хейлу надо хорошо подумать над тем, что он узнал, обдумать дальнейшие действия и разобраться, почему это его так заботит.

***

— Дер… — договорить не получается, удар приходится точно в солнечное сплетение, и Маккол сгибается пополам. — Агх… — он снова пытается заговорить, но Дерек сбивает его с ног. — Никогда не отвлекайся. Дерек скрывается из виду, как будто его здесь и не было. Через некоторое время Скотт поднимается и убегает за ним. Питер наблюдает за этим шоу с небольшого холма. Его никто не видит, он хорошо спрятался, зато ему видно всё, что происходит на огромной поляне. Пару раз мимо пробегал Бойд, один раз сюда пришёл Маккол, вскоре подоспел Дерек, и они начали бой. Все эти тренировки «прятки-догонялки-битвы» на поляне, недалеко от давно сгоревшего дома Хейлов и близлежащей территории, веселили его. Но свои эмоции Питер предусмотрительно держал при себе, чтобы его запах был нейтральным, и его нельзя было почуять, хотя никто особо и не старается искать Хейла. Питер умный, расчётливый и сильный, и волчата не желают с ним связываться. Однажды Эрика попробовала, но потом ещё несколько часов с диким воем ломала себе кости, чтобы те срастались правильно. Мужчина услышал вой где-то за поляной, который его сразу же насторожил. Быстрым шагом он отправился к источнику звука. Видимо, не он один услышал волчонка: посреди поляны на него сбоку налетел Дерек и повалил с ног. Питер бы с удовольствием ему врезал, но вой повторился, в этот раз гораздо громче. Старший Хейл уловил в нём нотку страха, что пришлось ему совсем не по душе. Одно из правил стаи: не бояться, иначе противник одержит победу. И все неукоснительно соблюдали это правило (как и ещё десяток других). Питер внимательно посмотрел на Дерека, тот, кажется, не услышал ничего странного, а ведь он Альфа стаи, он как никто другой чувствует всё, что происходит с его волчатами. Старшему Хейлу пришлось повозиться с племянником. Битвы между ними проходят редко, а длятся долго и создают много шума — удары, рычание, иногда хруст костей. Их сражение быстро привлекло волчат. Все забыли про тренировку и постепенно подходили к краю поляны, откуда увлечённо наблюдали за боем.

***

Вся Стая плюс Стайлз сидят в лофте Хейлов. После победы Питера, Дерек немного не спокоен. Никто не замечает, как он и Стайлз куда-то уходят. Скотт тоже вскоре прощается с друзьями, ему позвонила Эллисон и позвала к себе. Бойд с Айзеком сидят за ноутбуком и спорят, какую пиццу заказать. Питер не хочет терять времени и направляется к Эрике. — Как побегала, блонди? — Эй, не называй меня так, — она наигранно обижается и отворачивается, взмахивая золотыми локонами. — А вообще, я поймала кудряшку. — Она кивает в сторону Айзека. — Он как завоет! Я бы его немного поцапала, но тут ты. И Дерек. И вы всё испортили. — Она снова отворачивается. Теперь Питер чувствует настоящую обиду. — Такое мне развлечение сегодня обломали… — Тихо бурчит она и уходит к парням, которые так и не могут решить, заказывать «Маргариту» или «Гавайскую». Эрика подходит к волчатам со спины. Когда она касается плеча Айзека, Питер замечает, как дёргаются его плечи, он немного напрягается, но тут же расслабляется, чтобы никто не заметил и не почувствовал. — Берите обе! — произносит Рейес. — Ладно, заказывай обе. — Айзек встаёт с дивана и идёт к большому столу у окна, туда, где стоит Питер. Айзек берёт одну бутылку с водой. Хейл следит за его движениями, отмечает, как немного трясутся его руки. Лейхи делает несколько больших глотков. Он пытается закрутить крышку, но ничего не выходит. Тогда Питер решает помочь волчонку, он делает шаг вперёд и обхватывает его руки, Айзек тут же озирается по сторонам, но Бойд с Эрикой полностью погружены в ноут, а кроме них больше в лофте никого нет. Питер выхватывает крышечку из рук Айзека и как бы невзначай касается его пальцев. Айзек сразу отстраняется. Питер не спешит закрывать бутылку, он тоже пьёт из неё, с насмешкой наблюдая, как расширяются глаза волчонка, ведь для каждого здесь стоит по отдельной бутылочке с водой (однажды Стайлз решил попить водички, а когда обнаружил на горлышке след от помады Эрики, стал истерично кричать, что мог заразиться от неё стервозностью, а ведь он не хочет стать «такой же противной сучкой, как блонди-и-и!»). Весь оставшийся вечер Айзек ведёт себя совершенно нормально и ничем не привлекает внимание старшего Хейла. Когда все уходят, Питер выжидает полчаса и тоже покидает лофт. Он отправляется к дому Лейхи. Понимая, что тот ушёл на ночь именно туда, а не в дом семейства Маккол. Скотт, скорее всего, у Эллисон, а Мелисса работает в ночную смену, но даже если это не так, то она не будет проверять Айзека перед сном. Конечно, она заботится о нём, но он ведь не её сын, и уже не маленький, чтобы мама Маккол могла указывать, где ему ночевать. Питер удивляется, что дверь снова не заперта. Либо Айзек полностью потерял контроль, либо он таким образом зовёт на помощь и зовёт именно Питера. Хейл заходит в подвал, когда мальчишка уже сидит в открытом холодильнике и, обхватив колени руками, тихо плачет. Питер большими шагами преодолевает расстояние и подхватывает подростка за руки. Он поднимает его на ноги и придерживает, пока Айзек перешагивает через высокую стенку холодильной камеры. Они тихо поднимаются по лестнице сначала на первый этаж, а потом и на второй. Питер отправляет Айзека на кровать, а сам идёт за стаканом воды. Лейхи отказывается от воды, но Питер настаивает. Это поможет ему немного успокоиться. — Расскажешь? — Хейл нарушает тишину. — Тут нечего говорить, ты и сам знаешь. Питер только пожимает плечами. — Мой отец. Все знают, как он обращался со мной, а эти тренировки… я ещё не привык, когда на меня нападают, особенно неожиданно, как сегодня, с Эрикой. Это напоминает мне всё… — Он глубоко вздыхает. — всё прежнее. Я думал, подвал удержит меня, как удерживал раньше, но становится только хуже. — Айзек совсем сник: низко опустил голову, руками теребил край свитера, а голос стал совсем хриплым, едва можно было понять его слова. — Я повторял мантру, причинял себе боль, но ничего. Несколько минут они сидят в тишине. — Что мне делать? — Лейхи поднимает голову и смотрит на Питера. Его глаза блестят от слёз. Он просит о помощи, он знает, что Питер может ему помочь. Но поможет ли? — Якорь, — коротко отвечает Питер и проводит рукой по щеке Айзека. Лейхи всё понимает и тянется ближе, сильнее прижимаясь к ладони мужчины и жалобно всхлипывая. Питер не понял всё сразу, ему потребовалось время, чтобы осознать, почему он острее чувствовал всё, что происходило с волчонком, почему именно с ним Лейхи успокоился в прошлый раз, да и что-то же привело его в тот вечер к дому Айзека. Питер — его якорь, его надежда на нормальную жизнь без страха, без бессонных ночей, на жизнь с настоящими улыбками. Айзек тянется к мужчине, обхватывает его руками и тихо всхлипывает, утыкаясь в изгиб шеи. Ему неудобно и приходится немного привстать, а потом и вовсе перелезть на колени к Питеру. Хейл нежно поглаживает мальчишку по спине, другой рукой зарывается в его кудряшки, прижимая к себе сильнее, словно защищая его от всего плохого. Питер неторопливо проникает под свитер и теперь уже водит горячими руками по холодному телу Айзека. Проводит подушечками пальцев по позвоночнику сверху вниз, в конце немного проникая под край штанов. Айзек тихо стонет и целует Питера в шею, а потом и в губы. Совсем невинный поцелуй. Хейл долго смотрит в глаза волчонка, тот прикусывает нижнюю губу, а уже через секунду то же самое делает и сам Питер. Лейхи откидывает голову, открывая доступ к шее, приглашая, прося. И Питер слушается его, оставляет лёгкие отметины на шее и ключицах, которые так соблазнительно выглядывают из-под ворота бежевого свитера. Айзек быстро стягивает футболку Питера, касается его груди, торса и хватается за пряжку ремня. Хейл бы хотел, чтобы они дольше наслаждались друг другом, не раздеваясь, но если его мальчик сейчас желает этого, то пусть будет так. С характерным звуком открывается молния на джинсах Питера, Айзек в это время тяжело дышит. Когда Питер прихватывает его сосок губами, пальцы резко сжимаются на пахе Питера, и мужчина не удерживается от низкого горлового стона. Хейл ласкает языком грудь волчонка, а руками придерживает его за спину. Мальчик нетерпелив, всё время соблазнительно выгибается и ёрзает на коленях мужчины. Он пробирается холодными пальцами под ткань белья и обхватывает горячий член Хейла. От такого сильного контраста Питер дёргается и откидывается на спину, утягивая Айзека за собой. Колени Лейхи упираются в кровать по обе стороны от бёдер мужчины. Такой соблазнительный вид на разгорячённого и жаждущего откровенных ласк Айзека в конец разрушает терпение Питера, он резко стягивает штаны с бёдер волчонка, тут же сминая его упругие ягодицы и разводя их в стороны. Айзек подаётся вперёд, толкается бёдрами, одновременно припадая к таким желанным, таким нужным сейчас губам. Они быстро избавляются от остатков одежды. Айзек обхватывает оба члена одной рукой. Его пальчики не смыкаются, этого чертовски мало, но второй рукой он упирается в кровать, чтобы не упасть, и Питер решает помочь Лейхи, он обхватывает своей большой ладонью их члены с другой стороны, их пальцы касаются друг друга, и это так… приятно. Медленно они ведут вверх и вниз, чуть останавливаясь, чтобы посмотреть друг другу в глаза и убедиться, что это всё реально, не сон. Айзек сдаётся первый и снова целует Питера. Поцелуй влажный, с характерными причмокиваниями, что только сильнее распаляет обоих волков. Свободной рукой Питер проникает между ягодиц Айзека, легонько надавливает, раскрывая, подготавливая его для себя, он делает несколько круговых движений. Айзек тихо стонет: — Питер. И Хейл всё понимает, он подносит руку к губам, собирается смочить пальцы слюной, но Айзек опережает его. Он облизывает сначала указательный палец, потом и средний, а потом берёт оба в рот и сосёт. Сосёт так старательно и так сильно, что у Питера в глазах темнеет. Ох, какой восхитительный рот. Как он будет хорошо смотреться полностью растянутым на его члене… Айзек выпускает пальцы изо рта и облизывается. Питер возвращается к подготовке своего волчонка: снова надавливание, но в этот раз чуть посильнее. Так, чтобы одна фаланга, хорошо смоченная слюной, плавно вошла в жаркое нутро. Затем вторая. А потом Питер сгибает палец, и Айзек поднимается, теперь он сидит на его бёдрах. Им приходится прервать их совместную мастурбацию, потому что они слишком близко подошли к краю. Теперь Айзек водит руками по груди Питера, иногда задевая напряжённые соски, а Питер в свою очередь осторожно растягивает партнёра. Он вводит второй палец и чуть разводит их, двигает и сгибает. Айзек хнычет, а Хейл не может ему отказать. Лейхи чуть приподнимается, обхватывает член Питера и направляет его в себя. Глубокий вдох, Айзеку тяжело принять Питера всего сразу, он несколько раз приподнимается и опускается, каждый раз всё ниже. Питер ласкает волчонка, показывает насколько ему приятно. Возможно, у них не самая удачная поза для их первого раза, но так мальчишка может сам всё контролировать. Громкий стон нарушает тишину, Айзек прикусывает нижнюю губу, отчего следующий стон становится не таким громким. Питеру это не нравится, он обхватывает подбородок Лейхи и чуть надавливает, заставляет того открыть рот. И теперь Питер смотрит только на его губы, чуть припухшие, блестящие в свете луны от постоянного облизывания. Айзек улавливает взгляд Питера и ухмыляется, нарочито медленно проводя язычком по верхней губе. Питер рычит, а Лейхи лишь легко посмеивается, оглаживая бока Питера, успокаивая его волка. Питер перемещает руки на ягодицы мальчишки, помогает ему двигаться, иногда несильно сжимает, наслаждаясь мягкостью нежной кожи. Мужчина поднимает руки на поясницу Айзека и надавливает, чтобы он послушно опустился до самого конца и громко простонал его имя. Айзек уже на грани, Питер чувствует, как часто он сжимается на его члене. Это сильнее подталкивает Хейла к самому краю. Ещё пара быстрых движений, и Айзек ощущает, как сперма Питера толчками изливается в него. Он продолжает двигаться на члене мужчины, и теперь стало слышно до одури неприличные хлюпающие звуки. Питер хочет его остановить, так как чувства слишком обострены после оргазма, а Айзек так сжимается и это, ох, слишком… Он успевает только позвать его: — Айзек. Ему будто не хватало этого. Хриплого и до жути сексуального «Айзек», чтобы сорваться, откинуть голову и громко простонать. Лейхи ложится рядом и целует Питера, а потом собирает пальцем капли своей спермы с живота и груди Хейла, облизывает их и снова целует мужчину. Он счастлив, сегодня он избавился от кошмаров, нашёл свой якорь, любовь всей жизни (как бы громко это не звучало) и просто восхитительного любовника в одном лице. С этого момента его жизнь наладится. Питер не допустит, чтобы было иначе.