Петров День

ПОЛИНА       Пахнет сыростью. Туман настолько плотный, что я не вижу землю — только разбитый асфальт. Ничего удивительного, ведь все лето я в деревне на даче. Увидеть здесь асфальт и вовсе кажется невообразимым. Однако это не похоже на то, что я привыкла наблюдать...       Тишина. Душно. Воздух будто вообще не движется. Так бывает перед дождём, но на небе ни тучи. Его заволокли белые, как снег, облака. Ни намека на дождь. Тихо-то как... Словно никого, кроме меня, сейчас не существует.       Внезапно до уха долетает писк. Откуда-то из-за спины, снизу. Повертев головой, нахожу источник звука — крыса. Небольшая, таких нередко можно встретить возле мышеловок в доме. Только вот странная она, необычного чёрного цвета, словно поглощает собой свет. Не знаю, как объяснить правильнее. Чёрная как смоль, даже очертаний шерсти не видно. Она медленно подходит ко мне, крадучись. Я не шевелюсь.       По непонятной мне причине крысы начинают множиться, за долю секунды они заполонили собой всё вокруг, перекрыв мне дорогу куда-либо. Меня окружило чёртово полчище крыс, взявшихся неизвестно откуда!       В попытке убежать скачу через множество копошащихся мерзких холодных тушек, что то и дело норовят попасть под пятки. Из-за неменяющегося окружения невозможно понять, двигаюсь ли я вообще. Ощущение, будто усталость и отдышка от бега бесполезны, ведь я всё ещё в окружении крыс.       Сквозь толпу замечаю яркие красные огоньки. Нет, это глаза. Глаза! Из чёрного месива медленно выползает большая белая крыса, словно остальные ей лишь прислуживают. Она смотрит на меня немигающим взглядом. Тело каменеет, голова кружится. Всё растворяется...       Я еле продираю глаза, сонно зевая. В уютной и мягкой кроватке хочется сладко потянуться, скинуть подальше одеяло и… снова заснуть. То-то даёт о себе знать ночной сеанс давно интересующего меня фильма — голова будто пополам раскалывается. Никак не открывающиеся глаза ищут часы на экране телефона — час дня.       Твою дивизию! Тут же вскакиваю на кровати, пытаясь заставить уставшую голову нормально функционировать. Мне катастрофически тяжело просыпаться раньше полудня, особенно, если лечь спать рано утром — в таком случае надо спать до вечера. Чего не скажешь о подруге, ведь она-то может бодрствовать чуть ли не по двадцать часов в сутки, причем запросто проснется вместе с летним солнышком, даже если оказалась в кровати за пару часов до подъема. Однако сейчас девушка мирно сопит в нескольких сантиметрах от меня, полностью игнорируя давно начавшийся день.       — Вставай, мы проспали, — вполголоса обращаюсь к соседке, потянувшись за своим рюкзаком, небрежно брошенным мной же на односпальной кровати напротив. Взгляд невольно падает на виновника моей головной боли: старый пузатый телевизор. Когда нам совсем не спится, как сегодня, подруга магическим образом заставляет эту штуку работать, и мы влипаем в оставшиеся четыре канала. И ведь реально находим, что посмотреть.       Подцепив пальцем рюкзак, легким прыжком возвращаюсь на свое место, чуть не врезавшись в висящий на стене ковер. Вновь перевожу взгляд на спящую девушку, чьё лицо скрывают длинные каштановые волосы. Благодаря пружинам на широком матрасе, подруга уже давно должна была оказаться на полу, поскольку даже простой чих на этой кровати раздаётся как землетрясение. Придётся принять более радикальные меры.       — Алёна, блин, если мы сейчас не встанем, то опять проспим, — продолжаю безответный диалог, пихая шатенку ногой. — Поднимайся же!       — Даже если мы сейчас встанем, нам придется собираться со скоростью света, а это… а-ах, — протяжно зевая, бормочет подруга. — Импасибл. Поэтому, не вижу смысла спешить сейчас. И, да, я очень устала, поэтому отвянь, — девушка зарывается носом в подушку.       — Ага, как же, — резким движением я все же сталкиваю подругу с кровати, и она звонко шлёпается на пол. Грозно фырча, Алёна садится и принимается искать тёплое одеяло, с которым я её только что разлучила. Наблюдая всю эту картину, отмечаю для себя, что в таком виде я давно ее не наблюдала. Тихий смешок срывается с губ, на что девушка тут реагирует недовольным выражением лица.       — Шо ты ржешь? — она быстро осматривает кровать, и её взгляд останавливается на мне. — Признавайся, куда дела одеяло моё? — я начинаю хохотать, указывая на лежащий в углу комнаты предмет её поиска. АЛЁНА       Смеясь вместе с подругой, нащупываю рукой телефон. Включаю гаджет и смотрю на время. Чёрт подери, второй час дня! Мы опаздываем! Опять!       Кинув телефон на комод, успеваю заметить, что Полька уже оделась. Я резво вскакиваю с пола и тут же принимаюсь заправлять кровать. Подруга помогает мне накрыть постель тяжёлым пледом, а после бежит умываться в ванную. Я же хватаю со стула короткие коричневые шорты, сшитые из непонятной плотной ткани, из комода достаю лёгкую зелёную футболку и носочки. Наскоро одевшись, принимаюсь расчёсывать спутавшиеся за ночь волосы. Сделав невысокий хвост и надев очки, теперь уже сама спешу в ванную. Зрение у меня далеко не идеальное ещё с детства, но и к этому можно привыкнуть.       Проходя мимо столовой, замечаю Польку, которая сейчас включает телевизор, убирает со стола вазу с яблоками и скатерть. Спустя пару минут мы уже наслаждаемся сделанным мной тёплым кофе и бабушкиными пирожками. Середина июля — лето в самом разгаре, а я уже думаю о событиях в предстоящем учебном году. Я перехожу в одиннадцатый класс, и это моё последнее «несовершеннолетнее» лето. Детство пролетело со скоростью света, оставив лишь тёплые воспоминания. Я взрослею. Мои друзья взрослеют. И как бы мне ни хотелось, время не остановишь. Поэтому это лето должно стать самым ярким, запоминающимся и насыщенным событиями. А пока...       Сквозь поток мыслей слышу подругу:       — Алё-ё-ёна, не спи-и-и!       — Чёу?       — Щелкани куда-нибудь уже, — ворчит Полина. Я только сейчас замечаю, что работает канал с детскими мультиками. Именно «теми мультиками», от просмотра которых начинает плавиться мозг. Нехотя поднимаюсь со стула и начинаю переключать каналы, используя кнопку на самом телевизоре. Пульта у нас нет, он давно уже «сложил кнопки» и разобранный лежит на батарее, видимо, греется. Переключив на НТВ, снова усаживаюсь на место. С наслаждением потягиваю кофе без сахара, ощущая его приятную горечь, и внимательно слушаю, что вещает корреспондент.       — Надеюсь, нам не сочтётся за опоздание, — томно обращаюсь к подруге, ожидая громкой реакции.       — Посмотрим, — она говорит это с таким спокойствием, что у меня глаза от удивления округляются. — Мне Дима просто ща смс прислал, он стоит у клуба, а там никого нет.       — А я тебе говорила, что смысла нет так резво собираться, — вмиг расплываюсь в довольной улыбке.       — Но это не значит, что мы должны сейчас тупо сидеть тут, — бубнит Полина.       — Не ну конечно, потупим в другом месте, — улыбаюсь я, вызвав у собеседницы усмешку.       День в самом разгаре, бабушка с дедушкой наверняка уже отдыхают на лавочке возле дома, переделав всё по хозяйству и наслаждаясь прохладным ветерком. Погода действительно приятная, на улице достаточно свежо, но и не холодно.       Поздоровавшись с бабушкой и дедушкой, мы отправляемся к дому Полины. Пока подруга собирается, я сижу на улице, успешно активировав режим ожидания. На пластиковом стуле в тени не так уж и плохо, особенно, когда солнце начинает припекать. Возле дома стоит небольшой обеденный столик и пара старых деревянных лавочек. Этот уголок скрывают ветви хмеля, разросшегося здесь за несколько лет. Плети растения обвивают верёвки, привязанные к гвоздям в стене дома. Крупные листья хмеля, кстати, хорошо спасают от дождя, а в пасмурную погоду сидеть тут с чашкой мятного чая намного приятнее, чем где-либо ещё.       Спустя пару секунд ко мне выходит Полькин дедушка. Большой души человек. Несмотря на его почитаемый возраст, общается он со мной как со сверстницей. И меня это на самом деле радует. Дом принадлежит дяде Саше, он очень любит отдыхать тут после душного города. Величественно поставив руки в боки, дядя Саша обращается ко мне:       — Здорова, Алён! — озаряет меня своей улыбкой мужчина сквозь густые с проседью усы.       — Доброе утро, дядь Саш. Как рыбалка? — хихикаю я, смотря на его выражение лица, которое тут же становится озадаченным.       — Да как всегда, полведра карасей. Надо искать новое место, не клюёт что-то, — он снова улыбается. — Пойду к вашим схожу, они не спят ещё?       — Не-а, на лавочке сидят.       — Ишь ты, отлынивают? — смеется он.       — Да не, вряд ли. — мы снова обмениваемся улыбками, и дядя Саша направляется в сторону нашего дома, по-хозяйски открывая деревянные ворота, которые некогда им же были выкрашены яркой желтой краской. В мыслях тут же возникают воспоминания из детства, как я с нетерпением ждала приезда тёмно-синего мерса, из которого по очереди выходили Полькины бабушка с дедушкой и она сама. Сердце замирало от радости, как только я слышала рёв мотора и движение камушков под колёсами, ведь это означало, что ближайшие выходные будут одними из лучших. Это сейчас подруга живёт в квартире напротив, а раньше она с родителями была в Туле и приезжала лишь изредка по выходным.       Стоит только мужчине скрыться за нашим забором, как из дома вылетает Полька, наспех завязывая шнурки на кедах. За ней выходит её бабушка, тётя Нина, поздоровавшись со мной. Женщина небольшого роста с коротко подстриженными бордовыми волосами, одетая в легкие бриджи и футболку, сама по себе очень веселый человек, «бодрая бабуля», как мальчики говорят обычно. Мои и Полькины родственники довольно-таки хорошо общаются, благодаря приезду дяди Саши и тёти Нины в нашу деревню. Если бы не одна их судьбоносная встреча, боюсь, мы с Полькой и не познакомились бы. Недавно я как-то спрашивала у бабушки, откуда мы с подругой вообще друг друга знаем. Посмеявшись. она развела руками и ответила совсем просто: «Они приехали, и я просто привела тебя за руку знакомиться». Знала бы бабушка, как дорог теперь мне её поступок.       Тем временем, мы сообщаем тёте Нине, что сейчас должны встретиться с друзьями, и как можно спокойнее покидаем двор, чтобы не вызывать лишних подозрений. Как только из нашего поля зрения пропадает двор, мы тут же втопляем по самому короткому пути к клубу. Честно сказать, всё ещё теплится надежда, что там до сих пор один Дима. ДИМА       Меня уже начинает напрягать эта гробовая тишина. На часах без пяти два, где их всех черти носят?! Уже полдня прошло, а мы ничего не сделали!       Потоптавшись немного на месте, я всё же захожу в огромное двухэтажное здание. Мельком оглядываю помещение вокруг себя в поисках кого-то из наших, как вдруг сверху доносится звонкий возглас:       — О, чувак, ты тут! — кто это? Тоха что ли? Тогда откуда?       — Ты где? — медленно осматриваю актовый зал. Облезшая краска на стенах, почти сгоревший экран, на котором во времена молодости моей бабушки показывали «заморское» кино, торчащая с потолка арматура — всё это говорит о том, что здание пустует уже очень давно. Однако кто-то постоянно поджигает деревянные балки на стенах и потолке. Из-за того, что здание заброшено, оно имеет большую популярность в кругу пьяниц. Мы стараемся гонять их отсюда периодически, поскольку большую часть времени зависаем здесь сами.       Так, главный вход пуст, потому как я только что через него прошёл, две двери, ведущие на бывшую сцену, тоже пусты. Хм... Переход к коридору также пуст. Остаётся только…       — Ты чё, спишь ещё? Аха-ха-хах! — окно наверху. А вот и наш белобрысый, спрятался в «потайной комнате». Называется она так, потому что вход в неё зарос колючими кустами и молодыми деревьями, туда не так просто пробраться. Кроме этого, дверь, ведущая в комнатушку, ведёт также в немаленький подвал. А уж там-то... Хех. Повернувшись лицом к другу, я задаю ему весьма логичный на данный момент вопрос:       — Где все?!       — Тссс, мы в прятки играем. Ты с нами? — смотря на его довольную ухмылку, я вдруг вспоминаю, насколько Антон не любит прятки, называя их «детской забавой». Чёрт, не могу поверить.       — Ты? И в прятки?!       — Ну все играют, а мне куда деваться?       — Спускайся давай, толку сидеть там и орать? — смеясь, отвечаю я.       — Ща, иди пока к парадному.       «Парадный» — это как раз-таки та дверь, которая находится напротив потайной. Этот вход специально был сделан официальным, так сказать. Помимо этого парадного, есть ещё два входа: тот, через который я зашёл, под «потайной комнатой» и под бывшей библиотекой, которая находилась на втором этаже. Однако зачем все эти парадные ходы, история умалчивает.       — Ну что, погнали их искать? — подмигивает Тоха.       — Погнали, всё равно девчонок пока нет.       Мы рванули по разбитому, заваленному осколками известковых плит бетонному полу, грохотом нарушая тишину. Обойдя весь первый этаж, решаем подняться выше. Точнее, я иду на крышу, а Тоха остается искать на втором этаже. Сегодня жарко, даже несмотря на тёмные дождевые тучи. Поднявшись по ступенькам, чувствую прохладный ветерок и сладкий аромат, скорее всего, женских духов.       — Тут точно прячется девушка. Мадам, выходи давай, — медленно осматриваю местность перед собой: крыша покрыта чёрными резиновыми пластами, нагревающимися от палящего солнца. Сквозь это покрытие проросли трава и мелкие берёзы, которых с каждым годом становится всё больше. На самой крыше есть так называемые кирпичные пристройки, что-то вроде люков, заглянув в которые можно увидеть нижние этажи. Вдруг откуда-то из-за угла такого «люка» выходит девчонка, отряхивая свой джинсовый комбинезон и что-то недовольно бурча себе под нос.       — Не мадам, а миледи, так как я еще не замужем. Как ты меня нашёл вообще? — фырчит она.       — Красные полоски на твоих кросах выдали.       — Они бордовые, — серьёзно поправляет меня девушка.       — Ой, да какая разница, нашёл и нашёл, — отмахиваюсь я, на что она показывает мне язык. Услышав шорох и тихие ругательства, мы резко оборачиваемся. Из-за выступа вдруг показывается Макс с недовольной миной. Парень весь в пыли и кусочках стёршейся резины, коих тут полно. Отряхнувшись, он смотрит на нас и ехидно улыбается.       — Всё-таки есть еще порох в пороховницах, раз ты нашел только Дашу, — победно улыбается, жук.       — Я бы и тебя нашел, если бы ты сам не сдался.       — Оправдывайся, ага, — смеётся Дашка. Максон же добегает до края крыши, чтобы что-то крикнуть. Затем, не говоря ни слова, он быстро несется до лестницы и бегом спускается вниз. Мы с Дашей смотрим друг на друга, и, услышав зов Макса, идём к лестнице, чтобы последовать за ним на второй этаж. Оказавшись на месте, я вижу всех ребят, в том числе и только что прибывших Алёну с Полиной.       — Где вас черти носят? — ворчит Паша.       — Вообще-то… — начала было Даша, но её вдруг перебивает Полина.       — Ну проспали, с кем не бывает. Зато дали вам время повеселиться пока, — а, обращались не к нам.       — Вот мне веселуха-то — сидеть минут двадцать под ступеньками, в ожидании «чуда». У меня уже ноги отсохли. — жалуется невысокий парень, стоящий чуть поодаль от Паши.       — Серый, че ты бычишь? Саня, вон, самый старый, а не хнычет, — решает разрядить обстановку Женя, некогда заслуживший звание гения. Серый тут же хмурится, собрав свои веснушки на носу. Парень складывает руки на груди, пытаясь всем своим видом показать, насколько он «обиделся». Ситуация вызывает лёгкий смех. Почему-то мне хочется посмотреть на Полину. Она сегодня как никогда хороша: чёрная легкая майка на тонких бретельках и подвёрнутые по колено серо-голубые джинсы делают её какой-то… Привлекательной что ли… Ещё этот растрепавшийся от бега хвостик… Она вдруг смотрит в мою сторону. Улыбается.       — Дим, все в порядке?       — Да, — нелепо бросаю я, тут же отводя взгляд. И с каких это пор ей удаётся меня засмущать? — Выспались хоть? МАКС       — Да-а, выспишься с ней. — Полина пихает Алёну в бок, но она, походу, не замечает этого. Девушка продолжает пристально смотреть в потолок. Проследив за её взглядом, я понимаю, что прошлой ночью тут было весело: всё вокруг чёрное от копоти. Спустя пару секунд все ребята смотрят на обгоревшие стены и потолок. Помнится, тут ещё позавчера было некое подобие стены, представляющее собой маленькую комнатушку… Сейчас на этом месте валяются кирпичи от той самой стены. Такие, так сказать, куски комнатки.       Вдруг Алёна подбегает к балкону второго этажа. Я следую за ней. Девушка смотрит чуть ниже изогнутой временем арматуры, некогда выполняющей роль ограждения. Ступеньки… Последние ступеньки, по которым можно было ещё как-то спуститься на первый этаж, оторваны. Да что там, половины ступенек вообще не наблюдаю. Как мы этого не заметили, когда поднимались сюда? Как ни странно, сегодня мы пошли по запасному, будто чуяли, что тут прохода нет.       — Упёрли, — улыбнувшись, ругается Женя. Ребята по-быстрому собираются возле нас.       — Но кто? — робко спрашивает Даша.       — А, главное, зачем? Нахрена им старые бетонные ступеньки? Это не металл, денег с них не срубишь, — негодует Марина, ещё одна девушка из нашей компании. Милая светловолосая девчонка в ярко-оранжевой футболке, одноклассница Жени и Алёны.       — Кто все это сделал? Тут наверняка разгорелся пожар, так почему не было пожарных, ментов? Почему об этом молчат все? — злится подруга.       — Алён, мы сами не в курсах были до этого момента, — пытаюсь ее успокоить. — Во всяком случае, этому должно быть объяснение.       — Ребят! Это… это… — вдруг звенит детский голос откуда-то из коридора.       — Тихо ты, отдышись для начала, — командует Серый, подойдя к запыхавшемуся от быстрого бега мальчику. Немного переведя дух, пацан продолжает.       — Это приезжие сегодня шины жгли. Тут, — указывает на чёрное пятно на полу посреди комнаты. — И там, внизу, — действительно, мы как раз сейчас стоим вокруг немаленькой кучи пепла и кусков резины. Проследив за рукой мальчика, я вижу такое же пятно на полу первого этажа, только ещё больше. Если присмотреться, то и там можно увидеть кучку пепла и оставшуюся резину на месте поджога.       — Балки тоже сгорели. Видимо, пламя было высокое, — констатирует Женя и поглядывает на кучу резины, оставшуюся после пожара.       — Уж точно выше тебя было, — смеясь, Дима хлопает Саню по плечу. Тот лишь хмыкает ему в ответ, так как ростом чуть выше метра пятидесяти.       — Весело, капец, — скрестив руки на груди, бубнит Полина. Улыбка с лица Димы пропадает моментально.       — Что за приезжие? — не унимается Алена. Похоже, её в самом деле это зацепило.       — Городские, вроде. Я точно не знаю, Мишка их машину видел, у него и спрашивайте, — пожимает плечами кареглазый Юра, поправив клетчатую дедовскую кепку на макушке.       — А где он?       — Ща подойдет, он помогает Лизке подняться. Ступенек-то нет, — вздыхает мальчик.       — Интересно, почему в ночь со вчера на сегодня, а не в Петров день, как и положено… — бубнит Алёна, поворачиваясь ко мне.       — Да забавы ради. Где они взяли столько резины, вот что интересно, — смотрю на Пашу, он уже приготовился что-то сказать, как Полина быстро затыкает его.       — Твои пошлые шутки сейчас не к месту, — услышав её, он обиженно вздыхает и отходит к Сане.       — А вот и Миха с Лизкой, — командует мальчишка и манит рукой прибывших друзей.       — Здаров! — улыбается Лиза, подходя ближе.       — Привет всем! — маленький Миша по-прежнему робок. Странно, ведь он появился в команде значительно раньше меня, на год, наверное, а всё равно стесняется. — Я тут слышал, что вы про машину что-то спрашивали, да?       — Юрец! — зовёт мальчика Лиза. — Ты сказал, кто поджигал тут?       — Да, я просто сказал, что приезжие из города, — кивает Юра, теребя кармашки на джинсовом комбинезоне. Порой и он неуверен в своих действиях.       — Да так оно и есть, номера не местные были… вроде… — начал было говорить Миша, но запнулся. Смотрит на Саню. — Регион не семьдесят первый, а такой ведь только у нас?       — Ну да, — задумавшись, отвечает ему парень.       — А Санька ты спросил, потому что он самый старый из нас? — угарая, говорит Серёга. Сане всего двадцать один, но поскольку он старший, то шутки в его сторону летать не перестают.       — Да не, старче тут один, — поддерживая шутку, кивает Алёна на стоящего рядом Антона. Тот в недоумении показывает на себя, типа «я, что ли?». Мы дружно смеемся, однако Алёна снова начинает ворчать. — Ну вот зачем? Мне мотив их действий непонятен. Приехали, понимаешь, в другую местность, и давай сразу жечь всё что ни попадя? Будто варвары какие-то.       — Ребят, а чё мы делать-то будем? Если что, баллончики у меня, — сообщает Тоха, кивая на небольшой потрёпанный рюкзак, стоящий в углу.       — Готовиться, что же ещё. Надо бы пару ловушек поставить, чтобы кроме нас тут никто не хулиганил… — отвечает ему Саня. Внезапно я ощущаю на себе чей-то взгляд. Смотря за плечо, замечаю Алёну, в голубых глазах которой виднеется просьба. Надо будет потом спросить, не видел ли кто машину с чужими номерами.       — Юр, поможешь? — мальчик кивает мне. Снова заглянув в сияющие глаза подруги, вижу «спасибо». Вместе и пойдём.       — С ловушками ты круто придумал. Я даж знаю, где и какие поставить, так что давайте разделимся. Несколько человек будет со мной ставить ловушки, а остальные займутся сбором примочек и организацией тайничка, — командует Полина.       — Тогда, Поль, с тобой иду я. Кто с нами, поднимайте руки. Та-а-ак… Саня, Леша и Маринка? Ну ладно. И, поскольку затеял все это Макс, то он тоже пойдет, — из Димы командир не хуже Польки получается.       — Не, ребят, вы и без меня вполне справитесь. Мы ща по-быстрому соберем реквизит и пойдем по деревне, чтобы опросить жителей ближайших домов насчет машины. Тайничок покажете потом.       — Ах ты хитрюга, — Дима щурит глаза, от чего становится похож на китайского монаха. — Алёну с собой возьмешь, конечно…       — А вот это уже не твоего ума дело, — перебиваю его я, четко давая понять, что разговор окончен.       — Короче, хорош уже трепаться, давайте за работу. Первый отряд, отправляйтесь по «границам» клуба и расставляйте ловушки. Не забудьте потом отметить их на чертеже, дабы в них свои не попались. Отряд второй, по моей команде — в рассыпную за, как ты его назвал? А, за реквизитом. То, что уже есть, пусть пока тут и остаётся. Итак, раз, два-а… пять! — командует Леша, и мы тут же разбегаемся по сторонам.       Когда мы собрали баллончики, верёвки, пустые стеклянные бутылки, тряпки для фитилей и ещё по мелочи, солнце стало потихоньку тянуться к линии горизонта. Наш отряд скооперировался на втором этаже, ожидая других с чертежами. Малышня пока смоталась домой, чтобы перекусить и предупредить родителей, что они снова всю ночь будут шататься со старшими.       — Ребят, я принесла чертежи. Остальные скоро поднимутся, осталось только верёвки покрепче поставить, — Марина с нами уже пятый год, а всё равно немного путается в русской речи. Она родилась и выросла в Молдавии, Молдове, если по их, однако, по происхождению девушка русская. Можно сказать, что она почти все время с нами, ибо наша команда сформировалась чуть больше пяти лет назад. Я-то тут новенький.       — Показывай, солнце, — манит её к себе Леша. Марина у нас и вправду такая — всегда весёлая, приветливая, прямо светится вся как солнышко. Да и внешне похожа: светло-русые волосы опускаются чуть ниже плеч, румяная кожа, будто персиковая, ярко-голубые глаза и лучезарная улыбка. Девушка разворачивает тетрадный лист и подробно рассказывает о местонахождении ловушек. Как раз, когда она заканчивает, приходят остальные ребята из первого отряда. А спустя пару минут появляется и троица малышей. Полинка влечёт ребят к себе, начиная объяснять им то, что мы только что выслушали от Марины. Эта умиляющая картина заставляет меня улыбнуться. Сейчас мы в полном составе сидим на втором этаже: кто-то беседует на разбитых каменных подоконниках, кто-то смеётся на куче кирпичей, когда-то составлявших стену, а кого-то жара заставила сесть на холодный бетонный пол. Почему-то именно сейчас я ощущаю такую тёплую, семейную атмосферу. Одно время мне этого дико не хватало. Спасибо родителям, что притащили меня сюда вопреки обстоятельствам и подростковым капризам. Места живописные, люди приятные. Некоторые иной раз даже слишком. Перевожу взгляд на Алёну, задорно подмигнув.       — Юрец, запомнил, где ловушки? — паренёк, сидя на корточках с кепкой в руке, поднимает голову и кивает.       — Можно идти уже? — поднимаясь на ноги, спрашивает Юра и одним движением надевает свой головной убор.       — Думаю, да. Здесь мы уже не особо нужны, а тайник все равно потом покажут, как только выходить будем.       — Пойдём? — девушка поднимается с места и идёт к лестнице, махнув всем рукой на прощание. Слышно, как ребята договариваются сгонять в палатку и подкрепиться.       — О чем думаешь? — поравнявшись с подругой, спрашиваю я.       — Да вот думаю, надо бы заскочить к бабушке с дедушкой, тоже перекусить, — умиротворённо проговаривает она, ловко лавируя между высокой крапивой.       — Милое дело, — улыбаюсь в ответ. — Осторожно, — приподнимаю ветку, полную зелёных широких листьев и пропускаю даму вперед. Юра пробирается через нас, оказываясь впереди. Итак, мы идём узнавать о ночном происшествии. ПОЛИНА       Подойдя к балкону, я провожаю ребят взглядом. Саня, Паша, Дашка и Леша погнали в палатку за едой, Серого не взяли, ибо он в магазине бесполезен. Помню, жарко тогда было, отправили мы его за минералкой, так этот кадр нарисовался с молочным коктейлем в руках. На возмущения ребят он ответил, что не удержался. Человеку девятнадцать лет, а порой ведет себя как ребёнок. Поэтому Серый остался с Женей и Марухой что-то обсуждать, тыкая в чертёж. Миша с Лизкой играют в «крестики-нолики» на стене, царапая на штукатурке палками. Не наблюдаю только Димы.       Услышав приближающиеся шаги, выхожу в коридор к остальным. Оп, а вот и Дима нарисовался. Подойдя ко мне и молча взяв за руку, он уверенно тащит меня к лестнице.       — На крышу? — спрашиваю я, на что тот отвечает коротким кивком.

•~ Young and Dramatic — Never ~•

      Дима пропускает меня вперёд. Я неспешно переступаю по ступенькам, растягивая момент. Не знаю, зачем он меня сюда ведёт, но очень надеюсь на нечто хорошее… Дима нравится мне, причём очень давно. Мы несколько раз пробовали встречаться, но что-то не ладилось. Очень надеюсь, что мы сможем исправить это когда-нибудь.       Оказавшись на крыше, друг продолжает тащить меня за собой, увлекая к её краю. Я люблю высоту, но сейчас мне это кажется странным. Дима же, ни секунды не сомневаясь, усаживается на самом краю крыши. Я опускаюсь рядом. Близко. Очень близко. А он, видимо, не против. Что ж, это даже становится интересным.       — Помнишь, как мы чередили в прошлом году? — киваю ему. — А в позапрошлом? А в том, что был до него и далее по списку?       — Конечно, помню, Дим. Что за вопросы?       — А ты не замечала ничего странного? — Дмитрий, ты меня пугаешь.       — Например?       — То, что мы никогда не останавливались, чтобы посмотреть на звёзды. А ведь они так красивы, особенно сейчас, в разгаре лета.       — Хочешь сказать, что надо бы сегодня обратить на это внимание? — в ответ он кивает. — Что ж, в чём-то ты прав. Можно попробовать.       — Хорошо тут, — он смотрит куда-то вдаль, тяжело вздыхая.       — Дим, у тебя всё в порядке?       — Да, но кое-чего не хватает все же.       — Чего же? — голос слегка подрагивает. Нутром чую — он что-то задумал. Хоть бы это было именно то, чего я так долго жду. Ну пожалуйста.       — Знаешь, я давно хотел это сделать, но, — сердце сейчас выпрыгнет из груди и отправится в далёкие дали. — Не был уверен… А вдруг? Ну и...       — Что? — насколько возможно мягко обращаюсь к нему.       — Что… Ай, ладно! — восклицает парень и поворачивается ко мне, заглядывая мне прямо в глаза. Его — ярко синие, словно океан... В них запросто можно утонуть как в озере, отражающем в себе ясное небо. Какие же они красивые… Тело вдруг будто сворачивается в клубок, когда парень приближается. Раньше я не замечала за собой подобного поведения, но сейчас-то что? Что поменялось?       Вопреки моим мыслям, парень берет меня за руку, крепко сжимая ладонь. Хочется растаять, растечься как кусочек шоколада на палящем солнышке. Поддавшись, я сокращаю между нами дистанцию, наши губы находятся буквально в паре сантиметров. Дима улыбается, его явно забавляет мое поведение.       — Что? — не выдерживая, начинаю злиться я.       — Господи, неужели, — шепчет он прямо в губы, даря нежнейший поцелуй. Мы сидим всего лишь на краю крыши, а ощущение такое, будто парим в воздухе. Тёплый ветер окутывает приятной пеленой, обнимая и убаюкивая. Мне так нравится чувствовать руки Димы на себе, такие ласковые и крепкие. Сейчас всё моё смущение сходит на нет, оставляя лишь желание… Желание находиться в его объятиях. Просто быть рядом. МАКС       — Может, к этому дому сгоняем? — с энтузиазмом спрашивает Алёна, показывая на белёный двухэтажный дом с тёмно-синей крышей.       — Там небось нет никого, — отвечает ей Юрец. — Но я могу сбегать по-быстрому. Только пока не уходите никуда, — парниша и тут же подрывается к калитке.       — Красивый он, — полушепотом поговаривает девушка, рассматривая резные ставни на окнах.       — Только вот люди-то в нём редко бывают, по всей видимости. Во дворе вовсю бушует сорная трава, каменная кладка на дорожках совсем, вон заросла.       — А может, так задумано, откуда тебе знать? — играючи подмигивает она, отведя взгляд от участка.       — Ну с этим не поспоришь, — с досадой развожу руками, возвращая собеседнице лёгкую улыбку. Алёна подходит почти вплотную, оставляя лишь маленький шажочек. Девушка чуть приподнимает голову, чтобы посмотреть мне в глаза и, хитро улыбаясь, прячет большие пальцы рук в карманы на шортах.       — Что ты задумала, чародейка? — недоумеваю я, поднимая левую бровь. Улыбка становится шире, но это лишь раззадоривает подругу.       — Да так, — усмехается она, поведя плечом. Нашу идиллию прерывает громогласный крик Юры, выбегающего из-за того самого дома, который мы с подругой рассматривали.       — Ребза, я узнал! Кажись, я ваще всё узнал! — кричит тот, подбегая к нам. Он останавливается, дабы немного перевести дух, а затем продолжает. — Клуб точно подожгли городские, они ваще тут недавно. Короче говоря, это их дача, я ща у их бабули спросил.       — Их дача?! — в один голос восклицаем мы с Алёной.       — Да. В доме ток бабуля, сами поджигатели в магаз пошли, вроде.       — А если они с нашими пересекутся… — вполголоса проговаривает девушка. И тут до меня доходит.       — Быстро туда! — кричу я и тут же срываюсь с места в сторону клуба. АЛЁНА       Переглянувшись, мы с Юрой моментально отправляемся догонять Макса. По прибытии нас ожидала весьма нетипичная картина: парней и девушек примерно столько же, сколько нас, вот прям один на одного, будто специально, так ещё и выглядят обе стороны «сопротивления» выглядят весьма враждебно. То ли от смятения, то ли от неожиданности хватаю за руку Юру и притягиваю к себе. Дыхание учащается, кажется, что мальчик тоже легонько дрожит. Меня напрягает не сама ситуация, а больше то совпадение по количеству «гостей», будто они знали, кто здесь бывает. Я не знаю, как это объяснить даже, но чувства бушуют не из приятных.       Спустя пару минут к нам подходит Максим.       — Берёшь Юру и бежишь собирать малых и девчонок в клуб, ясно?       — Не получится, — отрезаю я, вызвав у парня замешательство.       — В смысле? Тут может начаться мордобой, ты хочешь участвовать?       — Тебя не смущает, что их тоже двенадцать? — часто поморгав, парень окидывает взглядом ребят.       — Ну необычное совпадение, согласен. И что?       — Странно это, — снимаю с пальца кольцо-хамелеон и отдаю другу. — Возьми.       — Зачем? — удивляется он, но кольцо прячет в карман бридж.       — Боюсь потерять, а убрать некуда, — улыбаюсь я, приобняв Юру. — Малышей я спрячу, но остальным нужно остаться. Я прекрасно понимаю, что ты мне скажешь, — не дав парню обмолвиться, продолжаю наступать. — Я не верю в совпадения. Хоть ты тресни. Нам нужно остаться всем здесь. По ситуации далее разберёмся.

•~ Lorene Drive — To Her Taste ~•

      — Опа, Максон, — стоит парню открыть рот, как его снова перебивают. Дима стремительно сокращает между нами дистанцию, деловито приобняв Макса за плечи. — Тебя как раз не хватает, — парень снова поворачивается к соперникам, потирая кулаки.       Максим кивает и, мельком посмотрев на меня и окончательно убедившись, что я всё же последую своим словам, идёт к остальным ребятам. От напряжения по телу расходится лёгкая дрожь. Ничего не понятно, всё странно, и как бы не было ещё хуже.       — Милый, беги найди Мишу с Лизой и прячьтесь, — обращаюсь я к вдруг замолчавшему Юре. Мальчик крепко держит меня за руку, озираясь по сторонам. Обычно он первый лезет в разборки, но сейчас даже он себя странно ведёт. — Беги, говорю! — одёргиваю его я, и паренёк срывается с места в торону клуба. Я подхожу к девочкам, стараясь не выдать своего беспокойства.       — Ну что? — самодовольно хмыкает Полина.       — Это я у вас хочу спросить, — заглядывая прямо в глаза подруги, говорю я.       — Мы сами не поняли, но эти ребята, видимо, давно по шапке не получали, — серьёзно отвечает Даша, чуть выйдя вперёд.       — Да что тут происходит?! — взрываюсь я.       — Вашим не понравилось, что мы тут вечеринку устроили, — изображая лисью ухмылку, вдруг встревает в разговор одна из девушек напротив.       — Так по-человечески надо отдыхать, а не беспорядки разводить. Тем более, не у себя дома, — неожиданно для нас отвечает Марина.       — Ты, соплячка, ещё нас учить будешь? — резкое словцо заставляет меня обернуться с вытаращенными глазами. Какова наглость!       — Слышишь, ты, — наступает на нахалку Полина, но я вовремя останавливаю её рукой.       — Так! Давайте без рукоприкладства...       — А то что? — кивает собеседница, указав глазами на стоящих чуть поодаль парней. — У мальчиков-то кулаки чешутся.       — Что, ссыте? — противно смеётся вторая. Честно говоря, уже и я начинаю закипать. Не лезьте к нам — не будете обижены, как говорится.       — Да нет, — спокойно говорит Полина, опустив руки. Судя по её взгляду, ей совершенно фиолетово на девицу. Та фырчит, но пока не двигается. Я же продолжаю пристально смотреть на девчонку передо мной.       — Видимо, иначе не получится, — хладнокровно обращаюсь к ней, наблюдая за реакцией. — Что вы вообще тут забыли? Приехали отдохнуть, так отдыхайте, а не лезьте, куда вам не надо.       — Ах, ты дря-я-янь, — тянет она и резко срывается с места прямиком ко мне. — Сейчас ты у меня получишь!       Деваха начинает визжать так, что у меня уши закладывает. Несмотря на враждебность с обеих сторон, я все ещё надеюсь решить проблему мирно. Хотя, чёрт возьми, какая проблема образовалась вообще?!       Отвлекаться в такой ситуации не стоило, ибо соперница то и дело норовит попасть в какую-лио часть моего тела. Благо, мне хватает сноровки отпрыгивать от её наступлений и оставаться невредимой. Что-то мне не нравится в её поведении, уж дюже медленно реагирует. Вдруг я чувствую резкую боль в затылке.       — Ай, зараза! — вскрикиваю я и понимаю, что одна из тех девчонок схватила меня за волосы.       — Что ты там вякаешь?! Что, больно, да?! Что, проиграла, да?!       — Да что за детский сад! — пытаюсь не двигаться, дабы не остаться без волос.       — Думали, только вам всё достанется? А вот и не-е-ет! — пищит соперница, встав перед моим лицом. О чём она?       — Да хорош! Неужели... ай! Нельзя нормально поговорить?! — кричу в ответ и, пользуясь моментом, когда девчонка ослабляет хватку, резко подаюсь вперёд, чем сбиваю её с ног. Как когда-то учил отец, забегаю со спины соперницы и ловко заламываю ей руку. От неожиданности и неудобства она вновь взвизгивает, осыпая меня разнообразными ругательствами. Взяв контроль над ситуацией, осматриваюсь: мальчики слишком далеко, чтобы рассмотреть их телодвижения, Поля отправляет в нокаут свою соперницу, а Марина с Дашкой возятся со своими. Малышей не видно, значит, всё же спрятались, а это хорошо. — Вот и что с тобой делать теперь?       — Не достанется тебе! Моё-ё! — девчонка отчаянно мотает головой, словно отрицая происходящее. С каждой секундой это становится напряжённее.       — Что с тобой такое? — крепче хватаю её, кивая головой Полине. Подруга подбегает ко мне, едва переводя дыхание.       — С одной стороны, я и не такое проходила на сборах, но с другой... Чёт с ними запарно получается, я уже подустала, — удивляется девушка и наклоняется к моей «пленнице». — Как дела? — та лишь рычит ей в ответ, не прекращая ворчать себе под нос.       — Она чё-то бубнит всё, что нам чего-то не достанется, они заберут. Что бы это могло быть?       — Их честь, — смеётся Поля. — Хотя я бы с ней тут поспорила.       — Хе, — усмехаюсь в ответ, наблюдая, как Даша с Маринкой разбираются с другими девчонками, притянув ещё и Полькину соперницу.       — Хотя интересная она какая-то, — вдруг меняется в лице подруга, наклонившись над пойманной мной девочкой. — Глаза как обкуренные.       — Это многое объясняет, — мы с Полиной переглядываемся, словно поймав одну мысль на двоих.       — Да ну ее нахрен! — восклицает она. Как ошпаренная, я отталкиваю от себя девчонку, однако она будто и не пытается шевелиться. Слово «странно» слишком часто проскакивает в мыслях сейчас. Глянув в сторону парней, Полина принимается отряхивать пыльные коленки.       — Алён, их сколько было?       — Как и наших, восемь, — без задней мысли отвечаю я.       — А почему я вижу шесть? — максимально напрягаю зрение, пытаясь разглядеть что-то в туче пыли. Вижу, как Дима с Максом и Пашей лихо раскидывают троих. В это же время в другой стороне, заасфальтированной площадки перед зданием, Женя с Лешей преподают урок одному перекаченному из этой оборзевшей группы. Где-то там еще виднеются Саня, Серёня и Антон с остальными. — Их не поровну, видишь? — неспокойный взгляд подруги вызывает приступ тревоги. Кажется, будто в этот момент замирает всё вокруг, включая моё сердце.       — Попали... — вполголоса проговаривает Полина и застывает, переставая отряхиваться. Я медленно разворачиваюсь и застываю в этом положении.

•~ Cliff Linn — Total Annihilation ~•

      — Эй, это эти наших девок поколотили? — спрашивает пацан, тут же попавший в моё поле зрения. Прямо за ним стоят их мерзкие девчонки, довольно ухмыляясь. По спине пробегают неприятные мурашки — позади второй «потеряшка». Чёрт, вот влипли.       — Ну, сейчас мы их научим нашим правилам, — говорит тот, кто находится передо мной. Мне страшно.       — Чего ты ждешь? — раздаётся откуда-то из-за спины. Грудь словно наливается холодным металлом, не давая толком дышать. Повернув голову, вижу, что он ударяет Полину в живот и, повалив на землю, начинает лупить ногами. Бедняжка закрывает руками голову, свернувшись в комок. Это уже чересчур. Проигнорировав стоящего передо мной, бросаюсь на помощь к подруге.       — Бегом за нашими! — срывая голос, кричу нашим девчонкам.       — Не так-то быстро, милочка, — второй оттаскивает меня от своего приятеля, однако я успеваю нанести ещё пару ударов кулаками по спине. Оттащивший меня пацан заламывает руки и наклоняет вперед. Спину пронзает резкая боль, руки начинает жечь от его крепкой хватки. Повалив меня на колени, он хватается за волосы. Опять?! Намотав хвост на ладонь, он тянет мою голову к себе. Перед тем, как мне в поле зрения попадают облака, успеваю заметить, как первый, очухавшись, продолжает колошматить Полинку. А я ничем не могу ей помочь. И девочек не видно, и пацаны наши далеко...       — Тише, красотка, — второй дёргает рукой, которой держит меня за волосы. Я взвизгиваю и замолкаю. Он наклоняется ко мне так, что остается буквально пара сантиметров между лицами. Мерзко. От него исходит кислый запах пота и перегара, будто не просыхал недели две. — Как-то больше хочется забрать тебя себе, а не просто побить, — с-сука... Немного помедлив, он отпускает мои руки, но снова тянет за волосы. Больно, чёрт возьми, как же больно. ПОЛИНА       Мое тело… Я ничего не чувствую. Как этот ублюдок успевает бить меня с двух сторон? Или он не один? Что с Алёной? Где все? Немного расслабившись, убираю руки от глаз, дабы увидеть происходящее. Понимаю, какому риску себя подвергаю, но мне надо увидеть происходящее.       — Твоей подружке найдут применение. К тебе тоже относится, — он зачем-то остановился. Подозрительно улыбается и немного отходит от меня. Молодец, теперь я вижу Алёну… А лучше бы не надо... Подруга изо всех сил пытается убежать, не переставая колошматить его кулаками как придётся. Хмыкнув, этот гад нещадно влепляет пощёчину. Ну это край. Собрав последние силы, я резко выпрямляю ноги, тем самым выбивая своего обидчика из равновесия. Мне удаётся отвлечь второго от Алёны. Это мне и нужно. С колоссальным трудом поднимаюсь на ноги, едва ли не падая вновь. Движения максимально некоординированные, тело ватное, но жутко болит. Даже огромная доза адреналина в крови не притупляет это. Вряд ли я смогу сейчас драться, но делать что-то надо, пока ребята не подойдут. Стоит мне приблизиться к подруге, как этот урод ударяет её с ноги в живот. Да чтоб тебя! Собрав последние силы, налетаю со спины, ударив в пах. Меня трясет уже неизвестно от чего. Не растерявшись, подруга завершает нападение ударом коленкой под дых. Я успеваю только глянуть в сторону девушки, как оставленный мной пацан снова налетает на меня сзади. Вот-вот я встречусь лицом с асфальтом, но… Вдруг чувствую лёгкость. Вот так резко. Сначала не втыкаю в ситуацию, но потом понимаю, что налетевшего уже тормошит Дима. Наконец-то...       В глазах темнеет, безумно кружится голова, в горле разрастается Сахара. Кажется, я сейчас отключусь… Замечаю только что прибежавших Лёшу и Серого, которые берут меня под руки и сажают на траву. Передо мной вдруг возникает Маринка, прикладывая к голове бутылку с ледяной водой. Постепенно становится лучше, и я невольно улыбаюсь. Серый что-то говорит Лёше и уходит. Из-за гула в ушах мне не слышно и трети разговоров. Всё как-то плывёт, будто у меня снова сотряс. Марина брызгает мне в лицо холодной водой. Немного налив на ладонь, она протирает мне шею и лоб.       — Попей, хоть немного, полегче станет, — ласково уговаривает меня она. Сделав пару жадных глотков, я обращаюсь в Лёше:       — Что с Алёной? Где Дима и остальные? Вы побили этих придурков?       — Успокойся только, — заботливо отвечает Лёша, слегка улыбаясь. — С Алёной сейчас Пашок и Дашка. Она в обморок упала, поэтому Юрка побежал в ближайший дом за нашатырём. Дима с Максом сейчас раскидывают ваших обидчиков. Серый, Тоха и Саня стерегут остальных. Женя с малыми ждут скорую и ментов, — он делает паузу. — Досталось же вам, — вздыхает парень, осматривая меня с ног до головы.       — Сейчас получше? — спрашивает Маринка. Спасибо ей большое. Голова все еще кружится, но теперь я не отрубаюсь. Киваю несколько раз, но сейчас меня больше волнует Дима. Он ведь со злости и убить может, а этого нам не надо.       — Твою ж... — протягивает Лёша и срывается с места. За ним летит и Паша. Насколько я понимаю, они побежали успокаивать Диму и Макса. Я не могу просто тут сидеть и наблюдать за всем этим! Пытаюсь приподняться, но Маринка преграждает мне путь.       — Сиди пока. Мало ли, серьёзное что. Вон, скоро скорая подъедет.       — Марин, мне надо к Алёне, — умоляю я. Подруга вздыхает и помогает мне сесть повыше. Она располагается рядом, пристально наблюдая за мной. Марине и самой лихо досталось, об этом говорят царапины на её руках и разбитые колени. Девушка вся в пыли, особенно одежда. Как только я поворачиваюсь в сторону Алёны, мой слух ловит матершинные крики парней. Походу, это Паша с Лёшей читают им нотации. Ну, да, так оно и есть, теперь я чётко слышу нравоучения со стороны Суркова.       — Спасибо, Даш, мне правда намного легче. Юрец, сработано на славу, — какой хриплый голос…       — Алёна! — ору я, пытаясь сорваться с места, но получается лишь слегка подпрыгнуть. Спасибо Марухе, ловко подхватившей меня под руку. Оказавшись рядом, я крепко обнимаю подругу детства. Глаза застилают слёзы. Не дайте Боги больше подобных моментов, но именно сейчас я как никогда боюсь потерять этого человека.       — Всё хорошо. Всё закончилось, — крепко обнимая меня, девушка сама будто сдерживает всхлипы.       — Ты как? — отдаляюсь, чтобы хорошенько рассмотреть её. Вся в грязи, словно её валяли по земле как игрушку. Помятые очки лежат в стороне, губа разбита… Синяки по рукам и ногам и… На футболке заметный отпечаток ботинка.       — Молодцом держишься, кстати. Спаситель мой. Мне-то досталось меньше, а я вырубилась, — смеётся она. Если б я не занималась боксом, чёрт знает, как бы повернулась ситуация.       — Я тоже чуть не отключилась, так что не надо тут. Я горжусь тобой, — улыбаюсь в ответ и снова обнимаю её.       — О, а вот и наши герои, — произносит Даша, с укором глядя на Макса и Диму. Леша с Пашей идут следом, сопровождая их, как прожжённых преступников. Только сейчас я замечаю, что и Даше досталось нехило. Да уж... Хоть бы с мелкими обошлось.

•~ Zedd feat Matthew Koma and Miriam Bryant — Find You ~•

      — Милая, как ты? — ко мне подбегает Дима. Я, ничего не ответив, ныряю в его объятия. Глубоко вздохнув, шепчу ему:       — Главное, что ты рядом. Остальное переживу, — он прижимает меня к себе сильнее, я чувствую запах одеколона сквозь толстый слой пыли на его футболке. Не знаю, почему, но мне хочется реветь. Реветь так, чтобы слышали все вокруг. Для деревенской потасовки вышло слишком напряжённое мероприятие.       — Всё хорошо, сейчас скорая подъедет, — успокаивает меня парень, ласково гладя по голове. — Сейчас разберемся со всей этой шнягой, подкрепимся и пойдем чередить. На звёзды смотреть, хорошо? Я буду рядом с тобой. Весь вечер, ночь, слышишь?       — Всё хорошо, умирать я не собираюсь. Пока что, — мельком смотрю на его реакцию. Похоже, сейчас уже Диму надо успокаивать, а не меня. Но мне это нравится. Забота и тепло с его стороны, его переживания — это так ценно. МАКС       — Да пошли вы оба! Особенно, ты, Паш. Я сам разберусь, хорошо? — возмущению, казалось бы, нет предела. Вдоволь наслушавшись Сурковских лекций, я отправляюсь к Алёне. Девушку окружили заботой Даши, Марины и немного нескромных Поли с Димой. Последним фиолетово на окружающим мир, и в этом они сейчас правы. Чёрт бы побрал ситуацию. Как ни пытайся, я не могу уложить в голове пазл прошедших получаса — что это было? Случались и на моей памяти перепалки с местными ребятами, но до такого мордобоя ещё не доходило. Это крайне странная вещь.       Однако на душе теплее от того, как девочки смеются, активно обсуждая произошедшее. Все участники беседы выглядят спокойными, а это главное. Очень не хочется нарушать идиллию, но мне хотелось бы расспросить Алёну. Да хотя бы побыть рядом. Аккуратно присаживаюсь рядом с Алёной. Переглянувшись, Даша и Маринка с улыбками поднимаются и идут к остальным, типа «скорую встречать». Не перестаю удивляться их чувству такта.       — Как ты? — взволнованно начинаю допрос. — Что с тобой сделали? — хихикнув, она начинает с размеренных объяснений. Видно, ей непросто говорить после обморока, посему внимательно вслушиваюсь в каждое слово.       — Со мной всё хорошо, ребята выручили, — рассказывает девушка. Голос дрожит, каждые несколько секунд приходится кашлять, чтобы убрать хрипотцу. — Я плохо помню, как и куда меня били, но вырубилась я после встречи с ботинком, — взглядом девушка указывает в сторону пацана в ярко-красной футболке. — Обидно, блин, — нервно усмехается она, откинув вьющуюся прядь от лица.       — Да ты что, он же в два раза больше тебя, как бы не в три, — не могу не улыбнуться её смущению. — А где твои очки?       — Наверное, сегодня без меня, — особенно грустно вздыхает она. — Я ничерта не вижу, Макс, а они не в состоянии обеспечить мне ориентацию в пространстве, — девушка протягивает помятый аксессуар, пожимая плечами.       — Глупенькая, разберёмся с этим. Не переживай. Очки ещё можно поправить, поэтому сегодня ты с нами. Отказы не принимаются, — даже с подбитой губой эта улыбка не теряет очарования.       — Я не договорила. Губу мне разбили ударом кулака, а вот бровь последним… Эта-а… — она выдыхает, чуть ли не воя. Я тут же как можно крепче прижимаю девушку к себе.       — Тише, ти-ише… — шепчу я прямо ей на ухо. — После всего медико-бюрократических мероприятий, знаете ли, мы соберёмся, нормально покушаем, подготовимся и пойдем чередить. Как в старые добрые. Как каждое лето, что я с вами. Вот же эпик будет, если нас потом запалят те же менты, которые сейчас прибудут... — чувствую её смех. На ногах подруги успели проявиться синяки, что лишь добавляет ситуации тревоги.       — А где остальные? — бубнит она, поворачивая голову в сторону клуба.       — Смотря, кто тебе нужен, — приподнимаю Алёну, усаживая на свои ноги. — Лёха с Пашком погнали в магаз за пирожками, Тоха, Серый и Саня базарят, во-он там, — показываю на кучку парней, среди которых эта троица. — А, кстати, и мелкие тут тоже гоняют неподалеку. Девчонки с Джексоном, походу.       — Странно, приезжие себя так спокойно ведут, — бубнит она, лежа на моем плече. — Они же буйные.       — Не вижу в этом ничего странного, — достаю из кармана пакетик с белым порошком и показываю подруге. Весьма забавно видеть её ошарашенное выражение лица. Да, я тоже был не хило удивлен, когда нашел это у своего, так сказать, противника. Вздохнув, откидываю пакет в ближайшие кусты, чего делать бы не следовало, конечно.       — Приехали... — вздыхает она, сопровождая мои действия удивлённым взглядом.       — Ты о скорой?       — Нет, я…       — Пойдём, я не могу тебя так оставить, — помогаю подруге встать, но она теряет равновесие.       — С ногой что-то что ли... — шипит она, жмурясь от боли. Эх, была-не была.       — Паша тебя на руках нёс, вроде? — легко подхватываю её, стараясь ничего не задеть. Девушка моментально обхватывает мои плечи.       — А?       — Надо будет спросить, не тяжело ли ему было, — я улыбаюсь, а Алёна хмурится.       — Ты на что намекаешь, эу?       — Хиленький он или всё же силач, — смеюсь я. — Ну побежали, — оставив девушку врачам, отвлекаюсь на звонкий голосок.       — Максон, тебя Паша ищет, — сообщает мне Юра, будто появившийся из-под земли.       — Спасиб, ща подойду. Ты как? — сажусь на корточки напротив него. Пацанёнок смотрит на меня большими карими глазами, чуток хмурясь.       — Хорошо. Мы спрятались, когда все началось. Ни Мишка, ни Лизка не пострадали, потому что нас никто не нашёл, — шмыгнув, он утирает кулаком пыльный нос.       — Никто не нашёл, говоришь? — заметив глубокую царапину на руке, беру его за запястье. — А это что? Откуда? — Юра хмурится ещё сильнее и выдергивает руку.       — Ничего, — мальчик отворачивается.       — Ты защищал друзей, не стоит стесняться этого. А рану надо обработать, беги к фельдшеру, — на его лице наконец появляется улыбка.       — Это от стекла. Когда мы убегали от одного шкафа, я упал и порезался, — он опять хмурится. — А ведь мог тоже врезать.       — Того шкафа Лёша с Женей на пару еле уложили. Боюсь, ты выбрал не то времечко, друг.       — А ведь правду говорят, ты можешь успокоить и нотацию прочесть, — шикоро улыбается он.       — Марш к врачу! Защитник, — поправив кепку, мальчик бежит к машине скорой. Чуть прихрамывая, с видом гордой птицы возвращаюсь к ребятам.