Три ночи в Рио

Несколько неочевидных фактов, что следует знать о Гарри Харте. Он вовсе не хороший человек в общем понимании этого слова, и он никогда не старался таковым стать. Он отлично осведомлён о перечне своих недостатков, среди которых присутствует излишняя прямолинейность, раздражительность, скупость на эмоции, абсолютное отсутствие гибкости в быту. Он отлично скрывает свои недостатки за маской сдержанности и безупречного воспитания, возводит стены между собой и другими людьми, пряча не самую приятную правду о себе. За время работы в Кингсмэн он отнял сотни жизней. Переживать по поводу того, что он убивает человека, у которого наверняка есть люди, небезразличные к его судьбе, он перестал где-то через год службы в должности агента Галахада. По поводу убийства тех людей в церкви он тоже не испытывал угрызений совести, потому что прекрасно помнил, что там происходило и осознавал, что это именно та ситуация, в которой «или ты – или тебя». Наверное, его могли бы отстранить от службы после такого, но все его тесты на вменяемость по-прежнему оставались безупречны, а ситуация в агентстве после проделок Валентайна была слишком плачевной чтобы почти безосновательно (убийство нескольких десятков людей, которые сами хотят убить всё живое вокруг – недостаточное основание) отказываться от опытного агента. А ещё он не привязывается к людям, потому что доподлинно знает, что это бесполезное и в конечном итоге – болезненное мероприятие. Исключение составляет Мерлин, с которым они были вместе с самого начала – единственный оставшийся в живых человек, который знает, насколько отвратительный характер у Гарри Харта. Исключение составлял Ли Анвин, который каким-то образом пробил защиту мужчины, и, в силу упорства ли, или чего-то ещё – не ужаснулся и не ушел, узнав, каким Гарри был на самом деле. Но старшего Анвина нет в живых уже почти двадцать лет. И вот сейчас, когда ничто не предвещало беды, у Гарри появляется персональная проблема в лице Анвина-младшего. Потому что тот слишком похож на отца – даже характером. Только наглее. Тот сразу рвётся сквозь оборону мужчины, рвётся долго и упорно, провоцирует на замечания своим поведением, злится на внешнее спокойствие своего наставника – будто знает, что оно – ненастоящее. Выполняет задания, тренируется, доводя себя до предела, усиленно пытается освоить нудный светский этикет – для того, чтобы получить одобрение Гарри. И дерётся с Хескеттом и его компашкой, спорит с Мерлином, разгуливает по помещению в своей дурацкой кепке – для того, чтобы посмотреть, будет ли Гарри злиться. Гарри не доставляет ему такого удовольствия, держит себя в руках, общается вежливо, нравоучительно, но всё равно позволяет себе быть несколько более эмоциональным, чем обычно. Позволяет себе иногда приходить к Мерлину и наблюдать за тем, как кандидаты справляются с заданиями. Позволяет себе думать о мальчишке немного больше, чем положено думать о человеке, совершенно не интересующем тебя … А потом чертов добросердечный мальчишка проваливает задание и сбегает, потом Гарри срывается на него, потом – Кентукки и возвращение, признание того факта, что он – удивительное дело – скучал по Гэри Анвину. И – абсолютный игнор с его стороны. Ладно – думает Гарри. Хорошо. Так будет куда легче. Но легче становится только после разговора в отеле, произошедшего пару дней назад. Становится гораздо легче – потому что Гарри Харт плюет на всё – и сам обрушивает свою оборону. *** Когда Гарри возвращается – то застаёт мальчишку спящим. Тот раскинулся на кровати по диагонали в окружении раскрытых записных книжек, и даже не среагировал на шум захлопывающейся двери. Никакой бдительности – про себя осуждает мужчина. Он не будит Эггси. Развешивает их мокрую одежду на сушилке, выкидывает майку и толстовку парня, спускается в подвал и возится с генератором энергии и системой подачи воды, параллельно пытаясь связаться с Мерлином. Генератор и вода подчиняются, а вот попытка связи проваливается – сплошные помехи. Получив возможность включить верхний свет, а не обходиться фонариком, он проводит ревизию запасов – консервов тут столько, что им двоим хватило бы на пару лет. Гарри ещё раз задаётся вопросом, как эти милые параноики транспортировали сюда мебель (пусть немногочисленную), провизию и вообще – стройматериалы. Не таскали же через лес. Наверняка где-то рядом есть участок земли, расчищенный под площадку для вертолёта… Ещё Гарри находит примус, заправляет его и порывшись в запасах ещё немного, отправляется наверх заниматься обедом… хотя, скорее ужином. Эггси просыпается как раз, когда кулинарный шедевр Гарри закипает. Консервированный суп с консервированными овощами на запах куда лучше, чем на вид. Хорошо, что Гарри в условиях заданий вовсе неприхотлив в еде, потому что считает это довольно глупым. -Гарри? – взъерошенная голова Эггси высовывается из-за полотна ткани, которая служит условным разделителем помещения на спальню и кухню-столовую-гостиную, - ты давно вернулся? -Достаточно, - сдержанно кивает мужчина, выключая примус, - садись, сейчас будем есть. -Давай я помогу… - Эггси принимается рыться в ящиках в поисках посуды, а Гарри только тягостно вздыхает, преодолевая в себе порыв глухого раздражения – в конце концов, он не должен осуждать мальчишку за желание помочь. -Гэри, - он старается говорить как можно мягче, - ты поможешь, если сядешь за стол и спокойно посидишь. Ладно? Парень кивает и остаток времени сидит за столом и не отсвечивает, спрашивает только, удалось ли связаться с Мерлином, получает односложный ответ и умолкает. После ужина они устраиваются за тем же столом и работают. Гэри сидит с ноутбуком и набирает отчет одной левой, изредка чертыхаясь, потому что ему неудобно, Гарри переносит информацию из записных книжек на свой планшет. Молчание длится уже третий час, что вполне устраивало Гарри, если бы тот факт, что Эггси дуется, не был бы так очевиден. Будь на месте парня кто-то другой, Гарри было бы плевать, но видимо, над ним висит какое-то проклятие рода Анвинов – равнодушным быть не получается. Поэтому Харт встаёт и возвращается к столу уже с шоколадкой в пёстрой обертке – протягивает её Анвину. -Ради Бога, не дуйся. Несколько суток подряд в замкнутом пространстве в чьей-то компании – это для меня немного слишком, - искренние извинения, конечно, не слишком удаются Гарри. Но хоть так. -Спасибо, - Анвин берёт шоколадку, пытается продолжать хмуриться, но всё равно улыбается, - тебе удобнее одному? Я могу пойти в другую комнату… -Эггси. -Не надо в другую комнату? – парень растерян, смотрит на Гарри щенячьим взглядом. -Не надо. Просто не трещи, как заводной и не суетись. Если мне нужна будет твоя помощь, я о ней попрошу, - как можно мягче просит Гарри и вроде бы – не обижает. Кто бы знал, что заботиться о чувствах других – так утомительно? -Ладно, я понял. Спасибо, Гарри. -За что? – хмурится мужчина. -За шоколадку, - отвечает Эггси так, будто это что-то само собой разумеющееся. Наверное, так и есть. В следующие десять минут наблюдать за Эггси ещё веселее – потому что он же не может делать дела поочерёдно, ему надо и писать отчет, и лопать шоколад – и всё одной левой рукой. -Гэри, - не выдерживает Гарри. Посмеивается даже, - отчет никуда не убежит. Шоколад, в случае чего, тоже. Не торопись. -Ну Гарри, так не интересно, - глаза, смотрящие из-за экрана ноутбука, хитрющие-хитрющие, - научишь меня стрелять левой рукой? -А сам? Тоже не так интересно? -Точно. -Посмотрим, Гэри. *** На следующий день им удаётся связаться с Мерлином и уже ночью, как только разрешают воздушное сообщение, они улетают в Лондон. Сразу после прилёта, хоть помятые и сонные, но они отправляются в агентство. Гарри издёрган перелётом и второй за неделю сменой часовых поясов (стареет, наверное) и Гэри, будто научившийся за эти несколько дней улавливать состояние Гарри, не донимает его – молчит всю дорогу от аэропорта до Сэвил Роу, смотрит в приоткрытое окно кэба и кажется искренне наслаждается тем, что он наконец в Лондоне. Гарри украдкой наблюдает за ним, раз за разом одергивая себя. Эггси сразу же отправляют в медблок, Гарри заходит к Мерлину, тот рассказывает об изменениях на миссиях агентов, произошедших во время его отсутствия, Гарри кратко обрисовывает их ситуацию и обещает послать Эггси с отчетом. На этом они прощаются и Гарри идёт в свой кабинет разгребать накопившиеся бумажки. Гэри дают две недели на восстановление, но тот всё равно через день появляется в агентстве – упорно учится стрелять левой рукой. И бесится, потому что у него ничего не получается. Он бы мог попросить Гарри о помощи, но упрямство берет верх – что он, сам не справится?! Гарри приходит сам. Надевает наушники, облокачивается спиной о стену и наблюдает, как Анвин откровенно мажет, нервничает, промахивается, злится… и так по накатанной. -Ты неправильно стоишь, - говорит Гарри, когда пистолет с громким стуком приземляется на стол. -Конечно, я неправильно стою, откуда мне знать, как правильно?! – тут же взвивается мальчишка. Гарри нравится, когда он себя так ведёт, хотя это и вовсе невежливо. -Ты мог бы зайти ко мне и поинтересоваться, нет ли у твоего бывшего наставника свободной минутки, - подсказывает Гарри, подходя к парню. Сначала ладони ложатся на узкие бёдра, чуть направляют, левая рука скользит вниз по ноге и Эггси послушно двигает её дальше. Потом, по спине – на плечи, выравнивая стойку и так и оставаясь на них приятной тяжестью. -Не мог бы, - упрямо выдыхает парень, который до этого, кажется, не дышал вовсе. Тянется к пистолету, перезаряжает, вытягивает руку и вздрагивает, когда ладонь Гарри скользит с плеча по руке и пальцы мужчины обхватывают запястье Гэри. -Поэтому я пришел сам. Стреляй. Эггси целится и послушно нажимает на курок. На этот раз и вправду выходит куда лучше – даже близко к центру мишени. -Мистер Харт, вы же понимаете, что в таком положении очень и очень сложно сосредоточиться? – подначивает Эггси, коротким и едва уловимым движением прижимаясь к Гарри ближе, так, что лопатки касаются его груди. -На то всё и рассчитано. Без меня за спиной ты должен попадать в центр, - голос Гарри тихий и где-то совсем рядом с его ухом. Он коротко гладит ладонью Эггси по животу и отстраняется, сразу направляясь к выходу, - тренируйся. И зайди после ко мне, для тебя есть миссия, - и Гарри скрывается за дверью. Эггси проклинает чертового Артура, который вроде бы и вполне откровенно домогается до него, а вроде бы и не делает ничего такого. Гарри проклинает Галахада, потому что тот его провоцирует, а он, идиот, не может игнорировать этого.