Три ночи в Рио

После того, как медики подтверждают его пригодность для миссий, жизнь Гэри превращается в чертову карусель, потому что за две недели он успевает побывать на всех континентах. Спасибо хоть на Северный Полюс не отправили. Он спит мало и в основном в самолётах, когда летит из одной точки планеты и в другую и не надо кого-то спасать, убалтывать или убивать. Убивать Гэри не любит больше всего, и хотя бы в этом его щадят – миссий по устранению цели ему почти не достаётся. Он не знает, заслуга ли это Мерлина, Артура или мироздания, но мысленно благодарит всех троих. У агентства действительно небольшой аврал – мало людей и много заданий и Гарри это только на руку – он отправляет Галахада как можно дальше и чаще, чтобы тот не мозолил глаза, не вытаскивал его в кафешки под предлогом сходить пообедать/поужинать (надо признать, что такие вылазки стали даже приятны для Гарри, но это пагубная практика), а ещё – чтобы набирался опыта. Но нельзя преодолеть необходимость – так, кажется, ещё Эсхил говорил и, увы, был прав. Гэри только прилетел из Австралии и Гарри вызывает его к себе. Гэри стучится и входит только после приглашения – как и положено. Он уже успел сходить в душ – волосы ещё чуть влажные и переоделся в штатское – свободные джинсы (благо что не те, что висят где-то у колен), простая майка и очередная дурацкая толстовка с закатанными рукавами. Под глазами залегли такие тени, что Гарри чувствует, как в нём просыпается совесть. Мальчишка выглядит совсем измотанным. Вообще-то, когда пятнадцать минут назад Гарри попросил его зайти, Гэри был полон решимости поскандалить. Узнать, какого хрена над ним так издеваются. Почему, в конце-концов, в Австралию нельзя было послать Кея, который в то время всё равно ошивался в Японии почти без дела? Но вот проблема – он ещё на адреналине, но всё равно совсем нет сил. И ещё он соскучился по Гарри, хотя по всему миру он мотается по его вине – отчасти точно. -Добрый вечер, сэр Артур. Как ваше ничего? – слабо улыбаясь, интересуется он, останавливается в шаге от стола, перекатываясь с пятки на носок. -Добрый вечер, Гэри. Моё ничего неплохо, - хмыкает Гарри, сразу переходя на более формальный уровень, назвав мальчишку по имени, - хотел узнать у тебя о твоих последних двух миссиях. Слышал, не всё прошло гладко, - совершенно очевидно, в чем была проблема, но Гарри намеренно выводит парня на эмоции. А Гэри как всегда ведётся – вскидывает подбородок, вспыхивает взглядом и опираясь обоими руками о стол, поясняет сквозь зубы: -Да потому что, Гарри, мне нужен грёбаный отдых. У меня настолько жёсткий джетлаг, что… а, к черту, - Гэри бьёт по столу раскрытой ладонью, обходит его и останавливается напротив Гарри, который, развернувшись к нему в кресле, смотрит поверх стёкол очков – немного вопросительно, немного насмешливо, немного холодно. -Ты должен понимать, что мы стеснены в кадрах, Эггси, - ровным голосом говорит Гарри, протягивает руку, чтобы мягко коснуться запястья парня -Ты должен понимать, что если тебе неприятно моё общество – нужно просто сказать, чтобы я отвязался, - в тон ему отвечает Анвин, но руку не отдёргивает – позволяет пальцами оплести запястье и спуститься ниже, оглаживая ладонь. -Мне приятно твоё общество. Думаю, уместно будет сказать – слишком приятно, - Гарри прекрасно знает, что Эггси поймёт, о чем он. Потому что Эггси вообще очень сообразительный. А ещё – очень тактильный. Анвин подаётся вперёд, вторгается в личное пространство, опираясь руками о подлокотники кресла Гарри, замирает, кажется, собираясь что-то сказать, но потом передумывает – и просто целует мужчину – зло, жестко, напористо, небезосновательно боясь, что его оттолкнут. Гарри пару секунд медлит – анализируют ситуацию и все «за» и «против». На самом деле, нет никаких «за» кроме дикого, рвущего грудную клетку желания, так давно сдерживаемого. И он поддаётся ему – одной рукой привлекая парня ближе к себе и скользя по тёплой коже под майкой, второй рукой оглаживая его шею, смыкая на ней пальцы – ощутимо, но не до боли. Эггси стонет ему в губы, забирается ладонями под пиджак, прижимается теснее, трётся об него и жмурится. Порывистый, торопливый, горячий и уже возбуждённый – Гарри чувствует, пальцами с нажимом обводя очертания его члена и расстёгивая пуговицу и молнию на джинсах – под руку сразу ложатся мягкие волоски – и что за манера такая – ходить без белья. Эггси стонет снова, закусывает губу и тянется было к брюкам Гарри, но получает звонкий шлепок по ладони, вскидывает недоуменный и чуть обиженный взгляд на Гарри. -Потерпи, - просит Гарри, пальцем оглаживая головку члена Эггси. Того снова перетряхивает. -Ох, Гарри, что угодно. Только скажи, что ты трахнешь меня, а не подрочишь и отправишь домой, - хрипло шепчет Эггси ему в губы, знает, наверное, что отказать после такого – очень и очень сложно. Ситуация и место, мягко говоря, не слишком подходящие для секса, но Харту уже откровенно плевать. Он чуть отталкивает от себя Эггси, поворачивает его лицом к столу, сдирает толстовку и спускает джинсы ниже – оглаживает ягодицы, сжимая пальцами и разводя, подносит ко рту Эггси ладонь – а тому даже не нужны подсказки – он берёт пальцы Гарри в рот, жадно обсасывает их, чуть прикусывает костяшки и выпускает с неприличным хлюпом. Гарри кладёт вторую ладонь ему на поясницу, и он тут же выгибается. -Вот так, мой мальчик, - тихо и хрипло говорит Гарри, скользя сразу двумя влажными пальцами в Гэри, оглаживая горячее нутро, чуть разводя пальцы в стороны, - ты явно знаешь, что делаешь, - поддразнивает он. -Ещё бы, - хрипло посмеивается Эггси, подаваясь навстречу пальцам Гарри так рьяно, что тому приходиться чуть сжать его бедро. -Гэри, не торопись. У нас есть время. Я думал, в Ист-Энде такое не приветствуется, - как ни в чем не бывало продолжает беседу Гарри, между делом добавляя третий палец. Давно не общались, чем не подходящий момент? -Я не могу не торопиться, это слишком хорошо, - огрызается Гэри, и тут же срывается на стон, потому что пальцы Гарри тоже хорошо знают, что делают, - а ещё в Ист-Энде никто не блещет умом, так что скрываться очень легко. Гарри держит его крепко, не даёт дёрнуться бёдрами назад, навстречу пальцам и Анвин уже хнычет и посылает в адрес Гарри тихие ругательства. Мужчина только посмеивается и вообще не торопится переходить к самому интересному – то ли просто издевается, то ли вдруг решил поучить мальчишку терпению несколько… нестандартным способом. Эггси уже плевать на то, что они, вообще-то, в Кингсмен, в незапертом кабинете Гарри, в рабочее время. Эггси плевать, что его самозабвенные стоны могут услышать. К черту, это будут проблемы сэра Артура, не его. Гарри мучает мальчишку ещё минут пять – отчасти из-за того, что тот восхитительно отзывчив и очаровательно нетерпелив, отчасти из-за того, что в его кабинете нет смазки или чего-то подобного на случай случайного секса с подчинёнными, а Гарри вовсе не садист – он не хочет причинять Эггси лишнюю боль. Анвин так поглощен процессом, что пропускает тот момент, когда пальцы сменяются чем-то более… крупным. Гарри входит в него одним слитным движением и замирает, чуть сжимая сильные пальцы на бёдрах мальчишки. На самом деле, от этого «чуть» завтра на бёдрах появятся синяки и Анвин будет очень удивлён. Но это будет завтра, а сейчас Гэри выгибается, опираясь локтями на поверхность стола и закатывает глаза от долгожданной боли и наслаждения. -Ох, блять, ну наконец-то, - полуговорит-полустонет он. -Ты всегда так жутко ругаешься во время секса? – хмыкает Гарри после пары плавных толчков. -Только когда кто-то явно надо мной издевается с вымораживающей невозмутимостью, - выдаёт скороговоркой Эггси и толкается навстречу Гарри, когда тот ослабляет хватку на его бёдрах, жмётся ближе, безуспешно сдерживая стоны. Гэри хватает минут на пятнадцать – больше он просто не может сдерживаться и кончает так, что темнеет картинка перед глазами, а потом он слышит хриплый полустон-полурык Гарри и это, кажется, один из самых прекрасных звуков, что он слышал за всю свою жизнь. -Кажется, я немного запачкал твой стол, - как ни в чем ни бывало сообщает Гэри. -Кажется, я немного запачкал тебя, - в тон ему говорит Гарри и оба смеются. *** После этого всё идёт своим чередом. У Анвина по-прежнему достаточно миссий, но они все преимущественно в пределах Европы, а не на другом конце света. Когда между миссиями он появляется в агентстве, то иногда вытаскивает Гарри куда-нибудь пообедать или поужинать. О том случае в кабинете они не говорят, но зато регулярно встречаются, чтобы это повторить. Обычно это происходит дома у Гарри и инициатором всегда выступает он. Обычно это просто короткая смс-ка вроде «сегодня в десять у меня». Отсутствие вопросительного знака, наверное, намекает на то, что это не вопрос, а что-то вроде утверждения или даже приказа… но у Эггси с этим нет проблем, потому что у него и в мыслях ни разу не возникло желания отказаться. Секс с Гарри Хартом – это охуительно прекрасно. Иногда – очень грязно, иногда жестко, иногда – до дрожи нежно. Никогда нельзя знать, что взбредёт в голову мужчине – но Гэри верит ему безоговорочно. Он никогда не остаётся на ночь – об этом они договорились ещё в первый раз у Гарри дома. Гэри изо всех сил старается воспринимать их отношения как просто хороший секс, но получается не всегда. Потому что отчаянно хочется залезть в голову к этому упрямому, замкнутому, закрытому ото всех Гарри Харту, вывести его на эмоции, каким-то волшебным образом заставить открыться и доверять. Гарри, в свою очередь, придерживается той же позиции, оправдывая регулярные их встречи тем, что ему просто нужно расслабиться после работы, а мальчишка так жаден до ласки и полон доверия к нему, что просто прелесть. Но иногда ему хочется сказать Анвину, чтобы тот остался, потому что пустой дом уже осточертел, а в Эггси столько света и энергии… но Харт каждый раз гонит от себя эти мысли, потому что знает себя и свой характер и поэтому уверен, что ничем хорошим это не кончится. Но как-то раз Анвин ожидаемо не выдерживает. Он только что вернулся с очередной миссии и как всегда примчался к Гарри по первому зову – не выспавшийся и голодный, успев только зайти домой к маме и сестре и привести себя в порядок. Гарри кормит его ужином, они говорят обо всяких пустяках, Гарри добр и любезен, но как всегда – отстранён. Анвин видел настоящего, искреннего Гарри тогда, в Рио – и не понимает, что мешает тому вести себя так же – сейчас. Анвин злится. Он заводит разговор, пока помогает Гарри мыть посуду – просто спрашивает, каков характер их отношений, получает в ответ недоуменное и до боли холодное «о каких отношениях ты говоришь, Эггси?» - и вот тогда то он срывается. Он не помнит, что наговорил Гарри – что-то о том, что тот лживый трусливый ублюдок, который снова малодушно не осмеливается довериться ему и просто использует, вместо того, чтобы попытаться сделать всё иначе, пусть сложнее, но правильнее. Их разговор на повышенных тонах кончается тем, что Гэри швыряет об пол какую-то чашку – наверняка из какого-нибудь дурацкого старинного сервиза, но Анвину плевать, и Гарри выставляет его из дома. После этого начинается холодная война. Гэри разгильдяйничает, приходит на заседания с опозданием, в джинсах и футболке, а когда говорит Артур, утыкается в смартфон, зато остальных агентов слушает с преувеличенной внимательностью. Гарри молчит, а потом Гэри прилетает миссия в Африку и он едет глотать песок Сахары. Гэри ходит по агентству со всеми признаками недосыпа, но неприлично довольный и светит свеженьким фиолетовым засосом на шее, игнорирует приказ Артура явиться в его кабинет и пояснить причину трёхдневного отсутствия. Гарри молчит, хотя внутренне начинает беситься. Ревнует, конечно, но не желает признаваться в этом даже себе. А Гэри начинает получать миссии, с которыми справился бы не только новичок, но и даже их кандидаты, ещё проходящие обучение. Анвина пытается вразумить Рокси, но на этот раз не получается – парень продолжает гнуть свою линию и в один прекрасный день не приходит на аэродром ко времени вылета на миссию, и позже оправдывает себя тем, что проспал. На миссию в итоге отправляют одного из новичков. Гарри взрывается и отстраняет Анвина от работы на месяц. Отстранение само по себе вовсе не страшно, но вот все тесты, что предстоит пройти после окончания срока – вот это сущий ад. Когда Мерлин сообщает ему об отстранении, Гэри только преувеличено бодро выражает одобрение такой идеи и под тихое «господи, я работаю с идиотами» Мерлина сваливает из координаторской, из агентства – и из Лондона. Забирает маму, сестру, пса – и они все вместе едут на побережье. В конце концов, теперь они могут себе это позволить, мама кучу лет никуда не ездила, а сестрёнка никогда не видела океан. Они много гуляют, ужинают в милых семейных ресторанчиках, подолгу сидят на пляже, разговаривая о прошлом, настоящем и будущем и о менее важных вещах. Иногда Гэри слоняется по улицам один и обдумывает своё поведение, которое, он сам признаёт это – не достойно не только джентльмена, но и просто адекватного человека. Но он ничего не может поделать, потому что Харт выбешивает его. Он не говорит «да», соблюдает дистанцию, даже несмотря на то, что они регулярно занимаются сексом, не подпускает к себе. Если бы он отшил, отвернулся, прогнал – было бы легче. Но он и не говорит «нет», каждый раз тем самым возрождая в Гэри надежду на… Гэри не знает, на что он надеется, на самом деле. Счастливую семейную жизнь? Просто смешно. Гарри старше него больше чем в два раза, но это и не самая большая проблема. Гарри одиночка, Гарри никогда не жил вместе с кем-то, у него, наверное, и отношений-то никогда не было таких, как у нормальных людей – чтобы со свиданиями, совместными просмотрами кино и всяким таким. У Гарри и друг только один – Мерлин. Эггси просто надеялся, что тот впустит его в свою жизнь, доверится, посчитав его достойным этого… но сам вел себя как человек, совсем недостойный доверия. Нетерпеливый, вздорный мальчишка. Дойдя, наконец, до признания своих ошибок он решает по возвращению в Лондон попытаться их исправить. За неделю до возобновления работы он возвращается, оставив всё остальное семейство отдыхать дальше – ещё месяц на свежем воздухе вместо лондонского смога точно не повредит. Рокси уже понаписала ему смс-страшилок про предстоящие тесты, и Анвин снова ругал Гарри разными плохими словами, но уже без прежнего запала. За два дня до начала тестов к нему в гости наведывается Рокси – они пьют пиво и поедают пиццу под какую-то тупую комедию, что идёт фоном. -Ты мне наконец объяснишь, что за хрень вы оба творите? – без предисловий спрашивает девушка, не отвлекаясь от выбора куска пиццы, на котором будет побольше пепперони. Рокси достаточно проницательна, чтобы понимать, что между Эггси и его бывшим наставником что-то происходит, но благо, она не предполагает, что они уже почти полгода продолжают свои интимные связи. -Вряд ли. Это сложно и если ты узнаешь, придётся себя убить. Или поклясться на мизинчиках, - привычно отшучивается Анвин. Он знает, что даже если скажет Рокси, та сохранит это знание в тайне… только вот он не уверен, как она на это отреагирует. -Ну что там? После Рио у вас вроде наладилось, а теперь снова друг на друга так зыркаете, что цветам в радиусе ста метров в пору вянуть. Я не совсем понимаю, да и не моё это дело, но у вас там тайный роман, что ли? – вопрошает мисс Мортон, потомственная аристократка, размахивая куском пиццы. За это Гэри её обожает – такая холодная и надменная с большинством, с ним она становится собой настоящей – дурацкие шутки, драки подушками, поедание пиццы наперегонки, и стрельба из водяных пистолетов по движущимся целям в пределах дома – Рокси «без купюр», получите и распишитесь. -Типа того, - вздыхает Эггси и выдаёт ей всё, как на духу. Та, почему-то, не выглядит шокированной к концу рассказа. -Вот черт, я проспорила Мерлину – ты-таки спишь с Гарри Хартом, - только и присвистывает она. -Что?! Вы спорили с ним? На нас? Вы точно психи! И не смей никому ничего говорить, не смей! -Да, мы спорили, нет, не буду. Дождусь, пока Мерлин попросит свой выигрыш, - фыркает Рокс, успокаивающе похлопывая его по плечу, - а если серьёзно – вот ты влип, Анвин. Шедеврально! -Сам знаю, - бурчит он, - сам влип – сам разлипну. Поможешь мне пробраться в кабинет к Харту, пока его там нет? Мне нужно ему кое-что оставить. -Ооо, с удовольствием! И что ты хочешь ему подкинуть? -Пакт о ненападении, - фыркает Гэри, - а теперь давай есть пиццу и смотреть кино, которое превратит наши мозги в желе. Аминь!