Платина/Platinum

— Привет, милая, — грубый голос в динамике последнего айфона. — Привет, папуль, — с какой-то печалью произнесла Теодора. Нет, она была очень рада слышать отца, но то, что звонки такие редкие, девушку очень огорчало. — Как у тебя дела? Как Сэм? — Сэм или Саманта, как её называл отец, — новая жена Фреда МакКолл. Она старше Тедди всего на три года, и это очень раздражало Теодору. Её просто бесил тот факт, что отец ушёл, на тот момент, к двадцатилетней девчонке, бросив её и мать. — Я в порядке, Сэм. эм, она тоже в порядке. Тон отца изменился, от чего Тедди почувствовала дискомфорт. Она всегда понимала интонации отца. Всё потому, что с самого детства малышка проводила с папой куда больше времени, чем мама. Блэр тогда только начинала строить свою карьеру, развиваться, а Фред уже был успешным бизнесменом. Теодора научилась понимать его интонацию из разговор по телефону (когда папа что-то обсуждал по телефону, наверно свой бизнес), когда девочка шкодничала, или когда нужно было что-то сказать, а он не знал как. — Пап, что-то случилось? — Теодора сузила глаза и сильней сжала телефон. — Да, милая, случилось. Внутри как будто что-то упала. — Что? — слишком резко спросила девушка, от чего Фред поспешил с ответом: — Нет, Тедди, ничего страшного, — немного успокоило, — наоборот, у нас с Самантой есть очень хорошие новости. И в этот момент девушка всё поняла, но больше всего на свете не хотела услышать то, что отец собирался ей сказать. — Правда? И какие? — как можно дружелюбнее и, даже немного, радостно спросила она. — Саманта беременна. Тедди, у тебя будет братик. Какая охуенная новость, пиздец просто… — Оу, папа, это замечательная новость, — брюнетка отдала все силы, чтобы отец не услышал тот сарказм, который вытекал из её рта черной смолой. — Поздравляю…? Братик — это круто. — Ох, милая, спасибо, — облегчённо выдохнул мужчина, — я очень надеялся на то, что ты правильно всё поймешь. — Да, пап, конечно. Я же не маленькая девочка, чтобы закатывать истерику, мне всё-таки двадцать два года будет через пару месяцев. Наглая ложь. Прямо сейчас Теодоре хотелось упасть на пол, как она делала это в детстве, и начать громко орать, пока родители не сделают так, как она хочет. Ей так хотелось, чтобы папа начал её успокаивать, взял на руки и сказал, что он сделает всё, что она хочет. А в данный момент, чтобы он сказал, что этого ребёнка не будет. Как бы странно это не звучало, но Теодора уже ненавидела этого ребёнка. Просто потому, что она ненавидела Сэм. Эта стервозная блондинка, отцу всегда нравились блондинки, с огромной грудью и накаченными губами, которая при отце строила из себя ангела, а как только он уходил, превращалась в дьявола во плоти. Так было всегда, когда Теодора приезжала в Нью-Йорк к отцу в гости. Наверно, поэтому она не задерживалась там больше, чем на неделю. — Господи, Тедди, ты уже такая взрослая… — тихий выдох и громкая печаль. — Да. — Тедди тоже вздохнула, расстроившись, но быстро взяла себя в руки. — Ладно, пап, мне пока идти, скоро начнётся занятие. Рада была тебя слышать. — Да, Теодора, и ещё. — Отец сделал паузу, пока девушка не подала звук, — Может ты приедешь к нам в гости на свой день рождения? Я всё оплачу. — Я подумаю, папуль, прости, но мне действительно пора. Не дождавшись ответа, как всегда, девушка выключила звонок положила телефон на край парты. В аудиторию зашел профессор Филтч. О да, любимая философия. Мистер Филтч поприветствовал студентов, но казалось, что сказал он только Теодоре. Конечно же, Джастин перехватил этот взгляд. И снова удар под дых, снова это чувство расплавляющее кости, снова ревность. Она текла по венам, сжигая их дотла, пронизывая все внутренние органы, вытекая наружу, пропитывая одежду. Ещё немного и парень начнёт блевать этой ревностью прям перед этим ебаным Филтчем. От вибрации телефона парень подпрыгнул на месте. Ему стало немного стыдно, потому что сзади послышались смешки одногруппников. Но это чувство улетучилось в ту же секунду, когда блондин увидел содержимое сообщения и отправителя. От кого: Теодора Расслабься, парень, он же препод, хоть и очень симпатичный. Взгляд метнулся в сторону МакКолл. Она сидела, выгнув спину и поставив локти на парту, и прикрывала рот ладонями, заглушая смешки. Теперь уже злость окутала сознание парня. Он не понимал, почему, а главное за что, она над ним так издевается. Было бы глупо утверждать, что она делает это, сама не понимая зачем. Она всё прекрасно понимала. Девушка делала это для того, чтобы позлить парня. Теодора просто наслаждалась этим. Она, словно, энергетический вампир, питалась эмоциями этих, по её мнению, глупых людей. Раздражение других людей наполняло осушенные вены брюнетки, доводя до экстаза. Это началось, когда Теодоре МакКолл было двенадцать. Тогда она училась в частной школе в Нью-Йорке «Leman Manhattan Preparatory School». Стефания Риджен, одноклассница Теодоры, страшно глупая и омерзительная девчонка. Её родители всегда были в самой гуще сливок Верхнего Ист сайда, и она, Стефания, по умолчанию была принцессой всей Америки. Тогда принцесса ещё даже и не догадывалась, что к ним в класс пришла не просто милая девочка с косичками, а настоящий дьявол в ангельском обличии. Отношения между шестиклассницами не заладились сразу: Стефания пыталась показать, кто главный в этой зоопарке, а Теодора всячески обрывала её попытки на корню. Всяческие пакости заряжали Тедди на весь день. Это будет не она, если с утра не намажет стул клеем или ещё что-то в этом роде. В скором времени вся свита Стэф перебежала к МакКолл. Теодора знала все секреты Принцессы и активно использовала их против неё. Например то, что за год до выпуска из школы Стефания начала тайком встречаться с учителем физкультуры, или то, что кукольное личико было хорошо сделано пластическим хирургом в десятом классе. Уже тогда Теодора поняла, что подчинять к себе людей очень просто, нужно просто найти подход к каждому и выпивать всю «кровь» без остатка. — Мисс МакКолл, — преподаватель обратился к Тедди, которая ушла в свои мысли, вспоминая одноклассницу, — а вы уже выбрали тему проектной работы, наставника и, возможно, того, с кем вы будете писать эту работу? — Филтч вскинул левой бровью, и этот жест занял меньше доли секунды, но от острого взгляда МакКолл ничего не убежит. — Вы знаете, мистер Филтч, — девушка слегка развалилась на стуле, покручивая ручку тонкими пальцами, — я полностью полагаюсь на вас. Тень улыбки коснулась губ профессора, но он быстро взял себя в руки, а затем лишь попросил остаться после занятия. Краем глаза Тедди видел, как желваки на щеках Бибера не находят себе место, то поднимаясь, то опускаясь. Теодоре даже показалось, что она слышала скрип сомкнутых зубов. Повернув голову, синий океан глаз девушки столкнулся с темными скалами глаз парня.Лёгкий ток прошёлся по телу, оставляя приятное послевкусие. — Челюсть сломаешь, — одними губами произнесла брюнетка, изгибая бровь, и отвернулась. Сказать, что этот жест был безумно сексуальным — не сказать ничего, и набухшая ширинка Бибера была прямым доказательством того. Джастин тут же облокотился на парту, стараясь скрыть свой стояк. Тедди, не издевайся… И как будто услышав мысли блондина, Теодора снова повернулась:«Всё в порядке, парень?» Прозвенел долгожданный звонок, когда внутри всё начало гореть огнём. Сука, один только взгляд, а ты уже кипятком ссышь. Все органы горели, пока синие глаза не скрылись за дверью аудитории. Но тогда, когда за спиной хлопнула дверь, внутри тело всё покрылось льдом. От чего именно, парень сам не понимал. Толи от того, что взгляд перестал греть, толи от того, что сейчас он будет греть этого преподавателя сраного. Джастин подумал о том, что ему абсолютно насрать, что это не его гребаное дело и пока уходить, но ноги прибило к полу. Он не мог сдвинуться с места или вообще пошевелиться. Мыслей в голове не было вообще, только онемевшее тело. — Всего доброго, Джон. — Тебе того же, Теодора. Секундный ступор. Честно признаться, Теодора не ожидала увидеть стоящего возле двери Бибера. Всё таки его предсказуемость хоть иногда, но пропадает. Парень стоял спиной к девушке. Широкие плечи вздымались и судорожно опускались при каждом тяжёлом вздохе. Девушка поймала себя на мысли, что со спины блондинчик очень даже привлекательный. Крупная спина, обтянутая свитером крупной вязки, округлая попа, слегка скрывающаяся под бойфрендами, оголенные щиколотки из-за небольших подворотов и длинные ступни в макасинах. Ещё одна нелепая мысль о том, что раньше Тедди никогда не видела Джастина в таком образе влетела и тут же вылетела из головы девушки. Пройдясь взглядом по всему телу парня, брюнетка задержала взгляд на его шее. Только сейчас она заметила татуировку в виде крыльев на шее Бибера. На удивление самой себе, МакКолл не посчитала эту татуировку убогой. Ей она даже. понравилась? Серьёзно МакКолл? Тебе в нём нравится что-то, кроме члена? Да, завязывай. Слегка тряхнув головой, чтобы отогнать от себя ненужные мысли и вновь прийти в себя, Теодора выгнула спину и пошла вперед, оставляя за спиной вкопанного Бибера. Сзади послышались шаги, что вызвало усмешку. Джастин сравнялся с Теодорой. — Ты что-то хотел? — наконец спросила девушка, после того, как они прошли метров десять в тишине. — Какая у тебя тема? — Какая у тебя и меня тема, ты хотела спросить, правильно? — девушка продолжала смотреть вперёд. — Что? — На мгновение Джастин замер. — Я смотрю в последнее время у тебя проблемы со слухом, может тебе аппарат специальный купить? — Нет, Тедди, серьёзно… — Теодора, — как-то слишком резко перебила брюнетка. — Теодора… — закатив глаза, исправился Джастин. — Ну, так что? — Филтч поставил тебя и меня в пару. Тема: «Философия жизни и экзистенциализм как неклассические направления философии XX века». — - Отчеканила как пулемёт и зашагала быстрее. Немного отстав, Джастин всё-таки догнал девушку и начал расспрашивать о теме заданной работы. Конечно же, ему было похуй что там за тема. Тот факт, что они будут делать работу вместе, не давал успокоиться вырывающемуся из груди сердцу. — Тогда, сегодня я приду к тебе и мы начнём? — улыбка освещала лицо Джастина, от чего Теодоре захотелось блевать. Такие лица всегда вызывали отвращение (хотя и у неё когда-то такое было). — Что? — Теодора резко остановилась и впилась в лицо парня разъярённым взглядом, от чего Биберу стало не по себе. — Конечно, НЕТ! — вскрикнула та и продолжила шаг. — Нет? Почему? — резкие движения МакКолл выбивали из колеи. — Потому что! — Девушка прибавила шаг. — Проект мы будем писать онлайн. Все вопросы задавай на Фейсбуке, и никак иначе! — Стой, стой, стой, — блондин взял Тедди за предплечье, когда та уже собиралась уйти, — это же наш проект, мы должны писать его вместе. — Во-первых, убери руки, — зло пропитывала каждый миллиметр кожи, словно она была губкой, ещё немного и Теодора превратиться во что-то куда хуже Цербера. — А во-вторых, нет никаких мы. Есть только я и есть только ты, ясно? — Что-то ты так не говоришь, когда стонешь подо мной. — Джастин понизил голос до шёпота. Подушечки пальцев вырисовывали спирали на изящной руке, вызывая предательские мурашки на нежной коже. — Или когда кричишь моё имя, — большой палец обвёл контур пухлых губ, — или когда выгибаешься от наслаждения, — аккуратные движения вдоль спины… Безусловно, этот парень знает как обращаться с девушкой, видимо, это досталось ему от отца, лёгкие касания, томный шёпот. Тупые малолетки таят от такого, они готовы раздвинуть для него ногу прямо здесь и сейчас, но, увы, Теодора уже не малолетка и, уж тем более, не тупая. Да, тело поддаётся, но разум не дремлет. Теодора сделал шаг ближе к Джастину, чтобы быть как можно ближе к нему, чтобы он услышал каждое слово, и прошептала: — А теперь попробуй объяснить своей девушке, что это сейчас было, потому что она всё видела…

***

Паническое состояние. Полное отрицание увиденного. Джастин и Теодора. Нетнетнет. Слёзная пелена накрыла глаза. Бритни очень хотела, чтобы ей это всё показалось, но нет, ей не показалось. Она действительно видела, как её любимый Джастин заигрывает с новенькой. Бритни не видела эмоций его лице, но его тело… Бибер трогал МакКолл так, как давно не трогал Бритни. Эти прикосновения слишком нежные, слишком жгучие. По телу пробежали мурашки. Она чувствовала на себе эти прикосновения, все до одного. Каждое. Малышка настолько сильно любит этого парня, что каждое касание, каждый взгляд, да, что уж тут, каждое слово, отпечатывается на её черепной коробке медной печатью, прожигает стенки черепа и проходит глубоко-глубоко, в самый отдалённый участок сознания. — Бритни, — Джастин подбежал к своей девушке и взял её за плечи, — Бритни… — Нет, — малышка отпрыгнула от парня, в попытки избавиться от горячих ладоней. — Не трогай меня. — Милая, послушай, — Джастин снова попытался обнять её, но попытки оказались тщетны. — Нет, Джастин, не сейчас, — смахнув слёзы, девушка убежала вглубь коридора. — Блядь! — Звериный рев оглушил всё помещение, от чего все разговоры прекратились, потому что теперь всё внимание было на Джастине. — Что вылупились? Уёбывайте отсюда! Секунда, две, три, и уже все расходятся, рассыпаясь в разные стороны. Четыре, пять, и Джастина тоже уже нет. Бибер нёсся через к машине, чтобы быстрей сесть за руль и уехать. Ему было похер, что сегодня ещё есть занятия, похер, что из-за этого могут быть проблемы, похер. ему просто нужно уехать. Уехать подальше от этого места, подальше от долбанной МакКолл.