Одолжи мне вечность

Как всем известно, на планете нет места тем, кто не готов сражаться за свою свободу. Остальные считаются биологическим мусором, который беспрепятственно гниет изнутри, тяготясь от давления социальных взглядов. Одно слово способно отобрать у человека абсолютно все. Одно лишнее движение — обрезать крылья. Один несправедливый принцип — сбить с ног в могилу. У каждого есть целый список того, чего он хочет. Идеи. Мечты. Цели. Все называют их по-разному, но смысла оно не меняет. У Люси же из всего этого осталась одна единственная надежда — найти себя, потерявшуюся в толпе безликих теней обслуги, которая шныряла по старому особняку каждую минуту. — О чем-то задумались, госпожа Люси? — послышался голос водителя Люси, который вел машину в сторону университета Осака — новой ступени в ее жизни. — А? — очнувшись, переспросила она и сразу же неуверенно сказала: — Д-да, переживаю немного. — Думаю, вы им понравитесь, — добродушно улыбнулся себе под нос старик Макото. — Хотелось бы, — Люси на секунду прищурилась и усмехнувшись посмотрела на того, — чтобы было именно так. — Значит, будет, — рассмеялся старик и задорно подмигнул в зеркало заднего вида, — я в вас верю. — Спасибо, — кивнула она в ответ и уже неслышно прибавила: — Жаль, что я сама в себя не верю. Заглушающий шум двигателя с наслаждением проглотил эти слова, роняя в голове тихие осколки ее голоса и будто оставляя Люси наедине с этими клацающими зубами мыслями о наступившем новом периоде в ее и без того странно-несносной жизни. Шаг в сторону — упадет. Потому что сейчас двигалась по грани. И допустить ошибку было просто непозволительно. Кажется, так ее воспитывал отец?.. *** Аудитория была наполнена щекочущими слух перешептываниями. — Наследница корпорации? — кто-то удивленно воскликнул. — Не-е-ет, она точно дочь посла, — с задором перебил звонкий девичий голос. — А я слышала, одним щелчком пальцев может заткнуть любого, — насмешливо проговорили в наступившей тишине. — Связи хорошие? — спросили опасливо. — Семья и влияние. Послышался сдавленный смех, кто-то даже вздрогнул, рисуя свои картинки в воображении. Вдруг дверь в помещение открылась, заставляя всех студентов в предвкушении глянуть на виновников шума: Люси зашла за пепельноволосой девушкой, представившейся ей заранее Мираджейн. — Ого, — ахнуло несколько человек, — ее даже сам студдекан пришла представлять. — Ребята, минуту внимания! — довольно бодро и дружелюбно пробормотала Мира и подошла к кафедре. — Я так поняла, слухи о новенькой до вас уже дошли. — Долетели, — кто-то сзади ехидно воскликнул, заставляя несколько человек хихикнуть. — Пусть будет так, — кивнула Мира и обернулась к Люси, подзывая к себе. Та в свою очередь неловко облизнула нижнюю губу и мелкими шажками подошла поближе к декану. Аудитория была довольно просторной на первый взгляд, большая часть которой была занята ее новыми однокурсниками. Таковых, как сказала Мира ранее, было около пятидесяти человек. Что ж, пятьдесят новых лиц. «Ты справишься, Люси», — боязно повторяла она в уме все время, ловя на себе заинтересованные взгляды студентов. — Смелее, представься, — улыбнувшись, попросила та. — Эм, ну… — запнулась от внезапной просьбы, однако быстро взяла себя в руки и решительно посмотрела вперед: — Меня зовут Люси Хартфилия, я перевелась из университета Тодай, в Осаку переехала всего пару дней назад из-за работы отца, — заметила блеснувшие глаза у многих. — Поэтому, пожалуйста, позаботьтесь обо мне! — в конце поклонилась, обдумывая, все ли правильно сказала. На пару секунд в помещении воцарилась полная тишина, но спустя миг послышались удивленные восклицания, перешептывания, а кто-то даже с энтузиазмом зааплодировал. — Можно вопрос? — активно размахивая рукой, протараторила шатенка со второй парты, на что Люси молча кивнула. — Насколько Токийский больше нашего университета? Наверняка ты жалеешь, что перевелась… — Нет, — серьезно ответила она, перебив новоиспеченную однокурсницу, — не жалею. — Но ведь Токио… — непонимающе пробормотала белокурая девушка с первой парты. — Уверена, многие из вас хотели бы в нем учиться, — выдохнула Люси, ненамеренно впиваясь ногтями в свою ладонь, — но меня там ничего не держало. Со всех сторон посыпались уважительные возгласы и кивки. Студенты, видимо, были удовлетворены таким ответом, не пытаясь раскапывать причины дальше. Люси же была им за это благодарна. Ей хватило меньше пяти минут, чтобы убедить одногруппников в своей достаточности и адекватности. Дело оставалось за малым. Люси нельзя было ни с кем сближаться. Этого ей не приказывали ни отец, ни сама вселенная. Она просто решила сохранять традицию не хранить ничего в чужих городах. Хотя, по сути, родного города у нее тоже больше не оставалось. Осколки ее Токио сгорели в железной бочке позади особняка, облитые бензином и слезами, а при рождении выцарапанные на ребрах буквы были разодраны до неузнаваемости. И Люси боялась исчезнуть вслед за всем этим. — Ну, что ж, на правах старосты скажу, — встав со своего места, девушка со встрепанными синими волосами подошла к ней и протянула руку, — добро пожаловать к нам, Люси! — и уже пожимая хрупкую ладонь той, прибавила тихо с усмешкой: — я Леви, и если эти обалдуи что-то натворят, бегом ко мне. — Хорошо, — робко кивнула Люси и заметно расслабилась. Первый этап был пройден. И что же ей собиралась подарить судьба впоследствии, ничей бог не знал. *** Зачем люди вечно придумывают причины любить свою жизнь? Они видят искренние улыбки каждый день, чувствуют поддержку родных и, даже не имея проблем, ощущают уверенность в том, что что-то как-то не так. Каждый день. Каждый долгожданный день. Люси не любит глупцов, которые напоминают самим себе, что они не имеют причин жить. Она прекрасно знает, что проблема таится не в отсутствии желания, а в отсутствии мотивации ценить каждую секунду. Она знает, что такое ненавидеть эту жизнь. Потому что ощутила ненависть судьбы на своей белоснежной и чересчур аристократичной шкуре. — На этом и закончим, — выдохнул преподаватель и, поспешно сложив вещи, покинул аудиторию, гудящую от уставших студентов. Люси неловко зевнула, прикрыв рот рукой, и на миг закрыла глаза. — Люси, Люси, — звонко позвали ее прямо над ухом. Вздрогнув, она тут же посмотрела вперед, заметив перед собой незнакомого парня, который точно был ее однокурсником. За ним заинтересованно толпились другие, выглядывая и постоянно хихикая. — А у тебя парень есть? — незнакомец настойчиво нагнулся, опираясь на парту Люси. — Нет, — спокойно ответила она, внимательно рассматривая лицо того. — Значит, ты свободна, верно? — продолжил он. — Ты сейчас к чему клонишь? — Люси приподняла одну бровь. — Ну, — замялся парень, — может, сходим куда-нибудь сегодня? — чуть улыбнулся и почесал затылок, выровнявшись в спине. Люси тихо хмыкнула, готовясь отказать. Видимо, образ доброжелательной и милой девушки даст трещину уже в конце первого учебного дня. — Сегодня она занята, — громко разнесся по аудитории знакомый голос. Студенты удивились и завертелись в поисках источника звука. Большинство, увидев искомое, замерли и не смели пошевелиться. Когда послышались приближающиеся шаги, они расступились, будто завороженные. Люси даже не успела подумать, что происходит, как увидела того самого сумасшедшего, который позавчера пробрался в ее дом. — Тогда как насчет завтра? — запинаясь, спросил ее однокурсник, следя за пришедшим. — И завтра тоже, и послезавтра, и послепослезавтра, — уверенно ответил за нее тот парень, — в общем, для тебя она всегда занята, — подошел он и успокаивающе похлопал его по плечу, чуть усмехаясь. Наконец-то Люси пришла в себя и вдруг нахмурилась. — У меня, вообще-то, язык тоже есть, — цокнула недовольно. — Не смею даже сомневаться, — улыбнувшись произнес безумец, — правда, позавчера ты не была красноречива, так что сегодня я решил тебе помочь. Студенты тихим роем разнесли слово «позавчера», заинтересованно переглядываясь между собой. — Так вы знакомы? — белокурая девушка вмешалась в неловкую тишину. — Конечно, Лис, — парень присел на край соседней парты. — Я даже имени его не знаю, — сложив руки на груди, произнесла Люси и покосилась на него. Безумец неловко ойкнул, растрепав свои и без того непричесанные розовые волосы, и вдруг рассмеялся. — Действительно, мой промах, — сжал губы и внимательно посмотрел на Люси. — Нацу, меня зовут Нацу Драгнил, — затем протянул руку для рукопожатия. Люси кивнула и пожала ее, прекрасно понимая, что обижаться даже не собиралась — немного драматизма не помешает, чтобы разбавить студенческие будни. Надо ведь что-то менять в своей жизни. Например, впускать в свою жизнь необузданные стихии и сжигать надоевшие картонные декорации, среди которых приходилось гореть самой До этого дня. — Я согласна, Нацу Драгнил, — вдруг произнесла она, резко выдохнув. «Согласна дать в долг неделю», — мысленно добавила и усмехнулась. Все непонимающе посмотрели на них, заметив, что Нацу на миг замер. Но спустя секунду на его лице уже играла улыбка. Он все понял. И с этого дня постарается спасти утопающую аристократку, которая сбежала от своих призраков.