Некрофилия: предупреждение или диагноз?

Больше жизни в литературные трупы!

      Итак — весна: сходит снежный покров, обнажая не только мусор и экскременты, но порой и более неприятные сюрпризы, а потому самое время поговорить о том, что случается с трупом, длительно находящемся под действием факторов внешней среды.       Самый естественный, описанный в третьей главе, процесс это, конечно же, гниение. Но иногда труп достаточно долго находится в условиях, препятствующих гниению и тогда с ним происходят совсем другие метаморфозы.       Так при нахождении тела в сухом месте с хорошей вентиляцией происходит его мумификация — полное высыхание тканей. Причём подобное возможно не только на открытом воздухе, но и при захоронении в сухих крупнозернистых и песчаных почвах. Поэтому, если наш герой, предполагаемый некрофил, откопает свою возлюбленную где-нибудь на окраине пустыни Сахары лет этак через пять, то увидит он совсем не выбеленные косточки.       В достаточно жарких условиях процесс гниения может остановиться, не дойдя даже до трупных пятен, и через шесть-двенадцать месяцев тело полностью мумифицируется, потеряв при этом значительную массу и объём. По многим источникам при высыхании вес тела уменьшается до одной десятой от прижизненного. При этом полностью сохраняется волосяной покров, кожа приобретает коричнево-бурый цвет, на ощупь шероховатая, пергаментная, часто ломкая и может крошится при излишне настойчивых прикосновениях.       Вот только любимую (или любимого) герой может и не узнать: черты лица сильно искажаются, западают щёки, сморщивается и смещается вбок нос, глазные яблоки ссыхаются настолько, что провалы глазниц кажутся пустыми. Внутренние органы тоже ссыхаются, поэтому и полость живота, и грудной клетки при поколачивании дают ясный, барабанный, звук. При потрошении (ну, или вскрытии, но мы ведь о некрофилах) подобного тела мозг и всё те же внутренние органы будут рассыпаться серыми или серо-бурыми комками, довольно плотными и сухими.       На мумифицированных трупах могут определяться и прижизненные повреждения: гематомы, ссадины, раны — в виде плотных аморфных буро-чёрных пятен, разорвать которые голыми руками затруднительно. Для красочности картины представьте на коже множество мелких отверстий с мелкозубчатыми краями — это следы пребывания жуков-кожеедов и их личинок.       Из-за подобных изменений точную давность смерти подобных трупов определить невозможно, но при гистологическом исследовании специалисты смогут установить перенесённые при жизни заболевания и прижизненные повреждения костей, а также группу крови. К тому же мумифицированные тела могут сохранять многие яды, например, соли тяжёлых металлов.       Возьмём теперь противоположные условия, забросив героя в мангровые заросли или джунгли: низкая аэрация и большая влажность — и увидим совершенно другой вид консервации. В таких условиях происходит сапонификация трупа (или жировоск, трупный воск, омыление трупа) — расщепление жира, содержащегося в тканях трупа, с окислением и образованием солей жирных кислот. К подобным изменениям приводит длительное пребывание в глинистых почвах или воде, когда вместо гниения преобладает мацерация кожи с отслойкой эпидермиса.       Значительно ускоряют процесс ультрафиолетовые лучи и повышенная температура (40-45 градусов), так в тёплом тропическом климате сапонификация завершается за три-шесть месяцев.       Ткани такого тела, лишённого естественного барьера, пропитываются водой, запуская процесс избыточного образования солей (мыл) жирных кислот. При этом часть подобных соединений очень летуча и обладает выраженным резким запахом, другие имеют антисептические свойства, предохраняя труп от воздействия микроорганизмов.       Процесс сапонификации обычно начинается с крупных подкожно-жировых прослоек (живот, молочные железы, ягодицы), затем распространяется на конечности, охватывая мышцы и только потом переходит на внутренние органы. Снаружи кожа покрывается склизкой студенистой массой, которая со временем уплотняется.       Внешний вид трупа будет отличаться в зависимости от внешних условий. Так тело, находящиеся в глинистой почве, обычно сохраняет чёткие контуры и волосяной покров, который отделяется от кожи при малейшем воздействии. Черты лица искажаются, смазываются, что затрудняет определение личности. Поверхность покрыта серовато-белыми неплотно прилегающими чешуйками, которые соскабливаются без труда, иногда встречаются вкрапления извести. На ощупь такая кожа напоминает воск, может скатываться в комки и обладает неприятным прогорклым запахом.       Труп, омылившийся в воде, выглядит ещё более неприглядно: волосяной покров отсутствует, так же, как и часть кожи, вместо некоторых мышц полости разных размеров, в которых видны кости; конечности и даже голова могут быть отделены от тела. Остатки кожи серо-белого или серо-жёлтого цвета с резким запахом прогорклого сала.       Ткани омыленного трупа умеренно твёрдые, но легче воды, режутся ножом с усилием, оставляют на бумаге жирные следы, легко плавятся на жаре, а в высушенном виде отлично горят. Внутренние органы уменьшены в размерах, студневидные или в виде восковых комков.       В отличие от мумификации при такой консервации удаётся установить примерный срок нахождения тела в данных условиях, а также обнаружить следы прижизненных повреждений (так огнестрельные раны сохраняют достаточно чёткие контуры). В жировоске длительно сохраняется алкоголь, соли тяжёлых металлов, некоторые яды.       Но что это наш герой всё по сельской местности да диким лесам пробирается, и городские домоседы могут разнообразить свой досуг, устроив, к примеру, тихий романтический пожар. Такая высокотемпературная трансформация трупа, сопровождающаяся выделением тепла и свечением, называется обгорание или карбогенизация, которое может быть полным или частичным.       В обычных условиях человеческое тело загорается только при воздействии внешнего, достаточно интенсивного высокотемпературного источника, без воздействия которого процесс обычно останавливается. При этом непосредственно горят те части тела, что имеют с огнём тесный контакт, остальные ткани или тлеют или совсем не подвергаются карбогенезации. Первыми обгорают обнажённые участки тела, затем покрытые одеждой, причём в местах её тугого прилежания (воротник, пояс или ремень, бюстгальтер, повязки, верёвки) могут долго сохранять кожу неповреждённой. При выраженном подкожно-жировом слое происходит её вытапливание и пропитывание одежды жиром, что может привести экспертов к неверному заключении об использовании горючих веществ.       При повышении температуры более двухсот градусов волосы повреждаются и выгорают, при меньшей волосяной покров может сохраняться. Кожа покрывается копотью, под ней сухая поверхность, желтоватая, шелушится, с множественными буро-красными очагами, иногда встречаются пузыри, похожие на прижизненные ожоги, но с другим составом жидкости. На такой коже легко образуются посмертные трещины и разрывы: линейные, с ровными краями, напоминающие резаные раны.       При глубоком обгорании части тела деформируются, мягкие ткани чернеют, с трудом режутся ножом, конечности могут обугливаться до полного разрушения или обнажения костей, вскрываются крупные суставы и полости. Внутренние органы становятся сухими, плотными, с бугристыми поверхностями, если, конечно, не сгорают дотла. Скелетная мускулатура имеет вид вареного мяса, кровь в крупных сосудах — коричневой крошащейся массы.       Дольше всего действию пламени сопротивляются кости. Сначала они обугливаются до чёрного цвета (чёрное каление), потом приобретают серый оттенок (серое каление), полное сжигание происходит при температуре более семисот градусов до белизны (белое каление), при этом образуются трещины и разрывы, по которым удаётся определить примерное время горения тела. Под действием высоких температур закипает стекловидное тело, что приводит к разрыву глазных яблок, так же выкипает кровь, прорывающаяся через глазные, ушные, ротовое отверстия, обугливая их.       Так себе картина, да и возможностей для удовлетворения именно сексуальных потребностей некрофила немного — долго ждать пока тело остынет, а так ведь и пожарные нагрянут могут, да и ткани твёрдые, колкие, отверстия обгоревшие, сухие — никакого удовольствия. Поэтому такая метаморфоза более полезна некрофилу для заметания следов, т.е. уничтожения уже использованного (разлюбленного) трупа. Но и тут придётся потрудиться, ведь полное сгорание трупа взрослого человека в обычных бытовых условиях эксперты считают невозможным. Сгорание трупов при их обильном поливе керосином происходит за восемь-двенадцать часов. Сжигание расчлененного трупа в русской печи при использовании дров занимает около двадцати часов, если не жалеть керосина то можно справиться за десять. При использовании обычной печи требуется сорок-пятьдесят часов, в крематории, применяя смесь природного газа с кислородом дающую температуру пламени свыше тысячи градусов, для сжигания трупа взрослого человека требуется тридцать-шестьдесят минут.       При полном сгорании тела образуется пепел, состоящий из отдельных костных фрагментов (находящихся в состоянии черного, серого и белого каления), а также костной крошки. Масса пепла, зависит от изначального веса тела, а также условий сгорания и может составлять от одного до шести килограмм. При исследовании золы можно установить наличие в ней костной ткани и решить вопрос о её видовой принадлежности.       Для следующего превращения не требуется отправляться на Северный полюс или Антарктиду, достаточно и северной Европы или Америки. Там при действии на мёртвое тело отрицательных температур процесс гниения так же останавливается и произошедшее оледенение тканей называется промерзание или фрострация. На скорость этого процесса влияют телосложение, масса тела, выраженность подкожно-жировой клетчатки, наличие одежды и сами показатели температуры. Быстрее всего, как и обгорание, подобный процесс происходит на открытых участках тела, чаще это конечности и голова, которые промерзают полностью.       Внешне такое тело может быть покрыто инеем, мягкие ткани тестоватой консистенции, холодные, при давлении остаются невыравнивающиеся отпечатки, кожный покров легко деформируется с потерей порой значительных участков. Трупное окоченение не развивается, но при полном промерзании конечности и выступающие части будут твёрдыми на ощупь, но хрупкими, могут легко отламываться или отделяться. При действии крайне низких температур (ниже двадцати пяти градусов) нос, уши, края повреждений усыхают и обесцвечиваются. В местах разрезов (или разрывов) в красно-серых мышцах определяются кристаллы льда, сухожилия и фасции белые, блестящие. Часто образуются трещины в костях, даже переломы, особенно мелких костей лица, расхождение швов черепа.       Если же труп подвергался оттаиванию, а затем вновь замерзанию цвет мышц будет разным: на поверхности ярко-красный, на разрезе — вишневый. При согревании пальцем цвет мышц не меняется.       Подобные красавцы исключительно для некрофилов-экстремалов, не боящихся отморозить себе выступающие части тела или приклеиться в затяжном поцелуе к обледенелым чреслам, хотя можно рассчитывать на оттаивание подобного трупа, приобретающего при этом чудесную розовую окраску, но вот потом процессы гниения идут с утроенной скоростью и силой.       Ещё одним из видов консервации трупа является мацерация — вымачивание, размокание трупа, приводящее к размягчению и разъединению слоёв кожи. Для подобного процесса необходима повышенная влажность (частичное или полное пребывание в воде), но относительно небольшая температура, иначе происходит вытапливание жиров, о котором уже упоминалось выше. Встретить подобный труп можно в любом относительно глухом водоёме средней климатической зоны.       Первые признаки мацерации появляются на кистях и стопах. Кожа приобретает молочно-белый (жемчужный) цвет — через два-три дня, становится рыхлой со множеством грубых складок — на это требуется пять-восемь суток, а позже, самостоятельно или при прикасании, отслаивается — примерно через десять-пятнадцать дней. Если потянуть такого трупа за ногти, то верхний слой, вместе с ногтями, конечно же, снимается в виде перчатки (так называемая «перчатка смерти») и рука становится совсем гладкой. Примерно через две недели начинается выпадение волос вплоть до полной гидроэпиляции.       Скорость мацерации зависит от температуры воды, чем холоднее, тем медленнее происходит процесс, и от возраста погибшего, здесь чем старше, тем быстрее пропитывание кожи водой из-за меньшей эластичности тканей.       Не каждый некрофил воспылает к подобному утопленнику страстью, да и непосредственный акт будет затруднён из-за рвущихся кожи, мышц, но если героя не смущает хлюпание прохладной затхлой воды в полостях и отверстиях, то он может даже взять домой, на память, кисть, стопу, а то и целую ногу, благо их можно отделить по суставным поверхностям.       Ну, а теперь отправим любимого героя-некрофила в трясины и болота, ведь только там он сможет пополнить коллекцию таким редким экземпляром, как торфяное дубление трупа. Не буду останавливаться подробно на свойствах торфа, для описания трупа достаточно знать, что в толще болота практически бескислородная среда, и окисление тканей идёт по другому пути с выработкой большого количества кислот — масляной, уксусной, щавелевой, которые угнетают деятельность микроорганизмов и соответственно гниение.       Органы и ткани в таких условиях тоже подвергаются мацерации, пропитываются водой, следом активно проникают вещества болотистой почвы, вызывающие дубление и кожа приобретает выраженный коричневый оттенок, волосы — рыжий. При этом увеличивается плотность и растяжимость кожного покрова, а также прочность волос, которые, как и ногти, отделить очень сложно. Хорошо сохраняются внешние прижизненные повреждения, татуировки и даже папилярные линии подушечек пальцев, что позволяет провести дактилоскопическую экспертизу. Из внутренних метаморфоз интерес представляет декальцинация костей, которые легко ломаются даже от небольших усилий и по консистенции напоминают хрящи.       Трупы в торфяном дублении сохраняются неопределённое время, не теряя при этом отличительных черт лица, что позволяет проводить точную идентификацию. Даже одежда сохраняется настолько, что её можно использовать для опознания.       Ну и последний вид трансформации, совершенно, впрочем, бесполезный для некрофила, это гумификация — трансформация тканей трупа до почвенного детрита. По сути это как раз естественный процесс разрушения захороненных тел, на скорость которого влияют вид почвы, температурный режим и доступ кислорода. Наиболее благоприятные условия это крупнозернистая почва, тёплое умеренно дождливое лето при глубине погребения не более двух метров.       В климатических условиях средней Европы окончательное разложение мягких тканей трупов взрослых заканчивается через семь-девять лет, а детских — четырёх-пяти лет. В северных районах этот процесс затягивается на несколько десятков лет. Кости начинают разрушаться в среднем через три-четыре года, не распадаясь и спустя полсотни лет. Так же долго сохраняются зубы, они мутнеют, трескают, расслаиваются, но обнаруживаются даже в захоронениях, сделанных около сорока лет назад.       Разложение трупа в гробах значительно замедляется, ведь при этом сохраняются достаточно стабильные условия и отсутствует непосредственный контакт с почвой. По мере гниения гроб заполняется разнообразными газами (аммиак, меркаптан, серовород) со специфическими запахами, которые при неглубоком захоронении могут выходить на поверхность. Одежда, как правило, сохраняется в первые два-три года, в дальнейшем подвергаясь гниению и плесневению, хотя синтетические ткани, парча и шёлк не разрушаются десятилетиями.       Но что это я всё о некрофилах? Ведь мёртвое тело само по себе столь частый герой литературных фантазий, что заслуживает внимательного рассмотрения (и описания) и с какого ракурса не смотри — труп тоже должен быть живым, по крайней мере отличаться от ещё не умершего человека, тем более если он появляется в вашей истории не в первые дни после смерти.       Поэтому, надеюсь, что эта бонусная часть будет полезна и любителям детективов, ужасов, постапокалиптики и весёлых приключений дженовой направленности, в которых, куда ни поверни, трупы едва ли не на каждом шагу.

Некрофилы тоже бросают нелюбимых — в печь.