Wet Babies

Вальяжно закинув ноги на столик, кудрявый парень продолжал стучать пальцами по клавиатуре своего MacBook. Он несколько раз в минуту убирал пряди, которые лезли в глаза, со своего лба; в итоге его это жутко достало, и он решил оторвать задницу от стула и пойти взять хотя бы резинку для волос. Понимая, что сейчас он увидит своего парня в комнате, где-то внизу живота скрутило так, что он даже замедлил шаг, справляясь с желанием, чтобы не сделать ничего непозволительного с мальчиком прямо сейчас. Эштон только зашёл в дом, как в него врезался не кто иной, как сам Хеммингс. Оба были немного в шоке, но это быстро улетучилось, и всё же они рассматривали друг друга, будто видели впервые. – Привет, - почти что промурлыкал Люк. – Здравствуй, солнышко, - Эштон тыкнул мальчика в нос, отчего Люк сморщился. – За что? – Потому что люблю. – Как раз таки поэтому ты не должен был этого делать! - возмутился блондин. – Я же должен как-то выражать свои чувства. – Лучше бы поцеловал, - сказал Люк наигранно обиженно и опустил глаза в пол. Он хотел пройти мимо Эша и выйти на летнюю веранду, но тот мигом схватил парня за руку. – Люки, - Ирвин подошёл со спины, сцепляя руки в замок на животе мальчика, а потом начиная целовать его в плечо, – ты же знаешь, что делает со мной поцелуи с тобой, чёртов сексуальный длинноногий ты пингвин! - Люк, не выдержав, прыснул. – А что, кто-то у нас уже не пингвин? - барабанщик положил голову на плечо парня. – Эти эпитеты забавно смотрятся с таким животным как пингвин. – Но если этот пингвин ты… – Заткнись, - оборвал его Хеммингс и, лишь повернув голову влево, сразу же впился своими губами в губы Эштона, кусая их. – Нет, Люк, прошу, - Эштон громко дышал и, идя наперекор своему здравому разуму, скользил по футболке ладонями от живота до ключиц парня. – Что, боишься не выдержать несколько раз за ночь? - не успокаивался блондин, взяв контроль над поцелуем полностью в свои руки, господствуя во рту у Эштона и делая там то, что посчитает нужным сам. – Мы. Должны. Хоть. Когда-то. Брать. Паузы, - Ирвин с огромным трудом произносил эти слова. – Я никогда не устаю, - сказал Люк, но через несколько секунд всё же оторвался от парня и с огоньком в глазах спросил: – Или у нас сегодня что-нибудь новенькое, малыш? – Нет, - Эштон выглядел жутко потрёпанным, несмотря на то что они всего лишь только поцеловались с Люком, а не испытывали кровать на прочность. – Просто к завтрашнему утру ты должен быть как огурчик. Как, в принципе, и я. – Что будет завтра? - Хеммингс был похож на ребёнка, которому рассказывали о чём-то ранее неизведанном. В это время Эш успел отстраниться от Люка, который обиженно надул губки, и пойти по направлению к комнате. Младший тут же последовал за ним, требуя объяснений: – Эш, что будет завтра? Да ещё и с утра, ну? - продолжал канючить он. – Утренний секс с какими-нибудь изысками? Эштон лишь громко простонал: – Почему у тебя всё сводится к сексу, ненасытный извращенец? – Как ты ещё назовёшь меня сегодня? - Люк подбежал к нему сзади, когда тот пытался завязать волосы в пучок. – Да как угодно, только при условии, что мы будем спать до утра. Без всяких там… – Сегодня без секса!? - Люк забавно пропищал, как девчонка, особенно выделяя последнее слово. – Но, Эш… – Умоляю тебя, не сегодня, малыш, - он развернулся к парню и провёл указательным пальцем по его ключицам. – Я хочу тебя везде и всегда, но это ненормально. И я реально подниму тебя завтра в 6 утра. – 6 утра, и никакого секса ночью! Да ты, похоже, издеваешься! - гитарист отступил на шаг от парня. – Мы едем на сёрфинг, Люки, - сдался Эштон. Блондин вновь стал улыбаться, нервно теребя полы своей рубашки: – Вдвоём? – Ещё Зак… - тихо произнёс Ирвин. – Нет, Эш! – Да, Люк! – Какого хуя? – Потому что это будет слишком палевно, что мы опять только вдвоём с тобой, а мы должны держать фанов в курсе. – Да поебать, что мы должны, - он скрестил руки на груди. – Мои желания будут когда-нибудь учитываться? – Будут, когда мы закончим свою карьеру, - без особой печали в голосе заявил Эштон, подходя к парню вплотную. – Хочу сейчас. – Я даже знаю, чего ты хочешь. – Я вообще-то про желания. А ты про что?.. - удивлённо спросил Хеммингс. – Я знаю, от чего ты не откажешься и что я тебе могу дать, - ухмыляясь ответил Ирвин. Он подтолкнул Люка ближе к кровати, а потом и вовсе завалил на неё, нависая сверху. Хеммингс пристально глядел в глаза Эштона, понимая, что тот просто пожирает его взглядом, и прекрасно осознавая, что тот сейчас будет делать. Барабанщик обжёг дыханием ухо Люка, но, ничего не сказав, кротко поцеловал его в губы и дошёл до любимых ключиц мальчика. Здесь он задержался, покрывая их поцелуями, и всего лишь от этого Люк безумно заводился и был полностью готовым во всех отношениях. По довольно-таки долгому опыту отношений парни поняли, что это и есть самая что ни на есть эрогенная зона Хеммингса. Эштон поставил засос на правом плече, зная, что его всё равно никто не увидит ни за футболкой, ни тем более за костюмом для сёрфинга. Однако позже с этим могут быть проблемы, потому что Майкл и Калум могут увидеть Люка и голым, но это беспокоило Эштона в последнюю очередь, да и если честно, не волновало вовсе. Барабанщик быстро спустился вниз, к паху Люка, всё это время смотря на его лицо. Тот приподнял голову, тоже наблюдая за Ирвином. Эштон стал расстёгивать ремень, медленно, тягуче, отчего на этом самом прекрасном личике блондина играла тысяча и одна эмоция, он просто изнывал, как и его член, чтобы с ним сделали хоть что-то. Но Эш решил специально немного позабавиться, хотя он понимал, что как раз сейчас времени у них не так много на такие прелюдии. Расправившись в итоге с ремнём, Эштон быстро расстегнул молнию и начал стягивать чёртовы узкие джинсы парня, пытаясь не убить эту напряжённую обстановку своей улыбкой. Потому что Хеммингс издевался всегда и постоянно, поскольку он носил эти джинсы, которые были его второй кожей, которую было зачастую нереально сразу стянуть, особенно когда парни решались заняться любовью спонтанно. Так и Ирвин, в голове которого созрел гениальный план, решил поиздеваться над своим парнем. Он спустил штаны, лишь немного дойдя до коленей. Дальше он стягивать не стал, ибо зачем, всё равно то, что было нужно, уже было в поле зрения барабанщика. Он так же поступил с боксерами, оставив их на уровне с джинсами. Ни капли не смутившись Эштон тут же взял член Люка, медленно проводя вниз-верх по всей длине. Он обожал не прерывать зрительный контакт с гитаристом, потому что знал, как это заводит их обоих, хотя, казалось, дальше и больше заводиться уже некуда. Однако Люк, будучи некоей шлюшкой с Эштоном, очень быстро сдавался: и вот сейчас он уже откинул голову назад, медленно двигая тазом. Ирвин взял член в рот, немного прикусив головку, от чего с губ Люка тут же сорвался стон со словами "сука". – Шлюшка, - ответил Эштон, на секунду оторвавшись от своего занятия. – Моя шлюшка. – Ты, блять, отсасываешь мне, - тихо произнёс Люк, потому что было тяжело говорить, будучи в таком состоянии. – Кто ещё чья шлюшка. Хеммингс немного приподнялся на локтях, чтобы оказаться ближе к парню. Эштон и не думал останавливаться, продолжая лизать ствол Люка, но тому было мало. В подтверждении своих слов, что сегодня кудрявый его шлюшка, он впустил пальцы в его шевелюру и немного надавил на голову. Эштон вобрал глубже, однако не подавился, потому что был готов к любым выходкам своего парня. Ирвин был совсем не против поддаваться гитаристу, который задал свой темп. Люк неприлично громко стонал, уже мало что соображая, всё сильнее подаваясь вперёд, а Эштон в это время взял яички парня рот, нежно посасывая каждое из них, а рукой просто надрачивая Хеммингсу в его удовольствие. Через пару мгновений Эш почувствовал его ладонь на своей руке, что означало, что мальчик не только совсем близко, но также, что у кого-то ненасытные и извращённые мечты, которые он непременно хочет исполнить. Внезапно Люк кое-как потянул парня на себя, втягивая в поцелуй, на что Эштон ответил, но затем всё же заменил руку на члене ртом и довёл дело до конца. Хеммингс кончил, а Ирвин, не побрезгав, проглотил всю сперму, как и делал всегда, хотя сам блондин не понимал, как это ему удаётся. Ведь да, маленький Люки не был таким профессионалом в этом деле, как старший парень. Люк без сил упал на простыни. Однако у него хватило сил, чтобы похлопать по второй половине кровати, чтобы Эш лёг с ним. – А ты? - спросил блондин. – Со мной всё в порядке, Хеммо. – Ты кончил от того, что кончил я? - усмехнулся тот. – О да, - подтвердил Эш. – Конечно, детка, - он втянул парня в нежный поцелуй. – Я могу кончить даже от того, что просто посмотрю на тебя. – Врун. – Спи, дурашка, - Эштон взъерошил волосы блондина. – Какое уже по счёту прозвище? – Это не прозвище, это я тебя так ласково зову, - сказал Ирвин. – Я в курсе, мудак, - съязвил гитарист. – А вот это уже даже не прозвище, а обзывательство! Фу, противный, - Эштон оттолкнул руку Люка, когда тот хотел приласкать парня, чтобы загладить вину. – Упс, извини, но ещё одно словечко! – Люк, 6 утра. И ни секундой позже, - громко сказал Эш, отворачиваясь к окну. – А я так и буду спать со спущенными штанами? Эштон возмущённо промычал: – Безрукий? – И ты даже не пойдёшь, не примешь душ со мной, грязная свинья? На такое заявление кудрявому пришлось повернуться обратно: – Нет, ты слышишь вообще себя? Как называю тебя я и как ты меня!? – Эши, душ нас ждёт. – Не сейчас, я чертовски устал. Завтра. Поэтому мы и встаём в 6 утра. – Тебе приятно вообще спать со ртом, который только что… – О, замолчи! - почти захныкал Эш, нависая над Люком. – Я тебя только что поцеловал, и ты не возбухал как-то, всё было отлично. – Я не против, чтобы ты целовал меня всегда, везде, а особенно когда ты только что отсосал мне. – Извращенец, блять, какой же ты извращенец, Хеммингс! - пребывая в шоке, сказал барабанщик и склонился прямо над губами парня. Он облизал его губы и переплёл их языки, передавая Люку его же вкус, на что тот тихо постанывал. Младший парень запустил руки в волосы Эштона, что было его любимым занятием, и притянул ещё ближе к себе. – Нет, Люки, и не думай меня соблазнить. – Ничего не выйдет? - даже через поцелуй Эштон чувствовал обиду в голосе мальчика. – Не сегодня, точно нет. – Ах, как жаль! Я был так готов. – Ты всегда готов, - ухмыльнулся Эштон, отрываясь от Люка и ложась обратно на свою половину кровати, проваливаясь почти сразу же в сон.