Встреча однокласников, или один день Хикигаи Хатимана.

      "Слушай, Хикигая, — на губах девушки появилась лёгкая улыбка. — ты ведь спасешь меня когда-нибудь?". Кабинка аттракциона накренилась, соскальзывая в водопад и она, отпустив его рукав, вцепилась в поручень. Он открыл рот, собираясь сказать "не бойся", но в этот момент что-то с силой ударило в днище, выбрасывая вагонетку из желоба. Прежде, чем он успел что-то сделать, перед его глазами мелькнули длинные черные волосы и девушка испугано пискнула, перелетев через бортик. На миг она повисла на поручне, но пальцы в замшевых перчатках соскользнули с полированного металла. Он рванулся вслед за ней, пытаясь схватить её за руки. Их глаза на миг встретились и даже пальцы коснулись друг друга, но она уже падала в заполненную туманом пропасть и спасенья не было…       Повернувшись на бок молодой человек свернулся калачиком, сжимая зубы, давя рвущийся наружу вопль. В комнате было холодно, но всё тело было мокрым от пота. "Опять". Спихнув на пол влажное одеяло, Хикигая пошатываясь поднялся на ноги. Кошмар колотился в нервах, не желая разжимать когти. В огромной пустой квартире стояла оглушительная тишина. За триплексами панорамных окон тлел бледный сумрак намечающегося рассвета. Самый подходящий антураж, чтоб сунуть голову в петлю. "Врёшь, не возьмешь". Молодой человек стиснул ватные со сна кулаки и, нарочито топая, двинулся в ванну.       Вода в трубах остыла за ночь, и он решительно встал под ледяные струи. "Ну? Кто кого?". Цепкая хватка ночного морока ослабла, но отпускать окончательно не желала. "Ничего у тебя не выйдет. Я дал ей слово". Завернувшись в полотенце Хикигая вернулся в спальню. Широкий — на двоих, футон светился на тёмном деревянном полу абстрактным символом одиночества. Две подушки выделялись на простыне, как два могильных холмика на снегу. "Я так давно сплю здесь один. Юкиносита сама купила и привезла сюда этот футон и постельные принадлежности. Она хотела, что бы я спал здесь, и я выполню её желание, какие бы кошмары не приходили ко мне". Он ещё храбрился, но лечь в постель, которую когда-то делил с ней заставить себя уже не смог. Натянув свежую пижаму Хикигая с ногами забрался на диван в гостиной, привалился к подушке и отгородился от мертвенного полусвета, льющегося в окна, щитами опущенных век. Осмелевшая в темноте память потянула его в прошлое, маня возможностью прикоснуться к тому, что было ему дорого, и что он не смог сохранить. Он немного посопротивлялся, но, воспоминания не могли причинить ему боль сильнее той, что он испытывал почти постоянно, и молодой человек сдался. "Когда всё это началось? С того момента, как Хирацука-сенсей заставила меня присоединиться к клубу волонтеров? Или позже, когда появилась Юигахама? Уже не помню. Зато отлично помню тот день, когда наша прежняя жизнь рухнула в преисподнюю. И произошло это после урока японского".       "- Хикигая, — учительница Хирацука собрала с кафедры учебные пособия и направилась к двери. — Пройдем в учительскую. — А? Что, опять? — Поговори мне, — беззлобно рыкнула учительница. — Хочешь, что бы я тебя за шиворот волокла? — Не, не, не надо! Я сам пойду! — он выставил руки, защищаясь, и покорно потащился следом за широко шагающей учительницей. Хирацука упорно молчала, заставляя его чувствовать себя не в своей тарелке. Из-за того, что учительница шла впереди, Юкиноситу он увидел, только когда они остановились у двери учительской. — А она что тут делает? — Хикигая было попятился, но учитель схватила его за руку и вытолкнула вперед. — Вот он, получай, — Хирацука положила ладонь на плечо молодого человека и направила его к девушке. — Если что, зови, я помогу вправить ему мозги. Она демонстративно угрожающе хрустнула пальцами, ухмыльнулась и скрылась в учительской. Хикигая проводил её взглядом, повернулся к Юкиносите и только сейчас заметил, что та выглядит как-то необычно. — А? Я что-то не то сделал? — предусмотрительно поинтересовался молодой человек у нервно мнущейся на месте девушки. — Идем в клуб. Надо поговорить. — А зачем Хирацука… — Не хотела в твой класс приходить. — А-ага, — согласился Хикигая, нервно сглотнув при мысли, что Юкиносита могла заявиться в его класс и при всех потребовать, что бы он отправился с ней. "Страх-то какой". - Да, пошли в клуб.       Кивнув, Юкиносита торопливо зашагала по коридору в сторону клубного корпуса. Хикигая поспешил следом, чувствуя как тревожный холодок собирается в желудке. С Юкиноситой что-то было не так. Даже со спины он видел, как судорожно дергаются её плечи и сжимаются кулачки. Он готов был поклясться, что Юкиносита выглядит более бледной и хрупкой, чем обычно. И, решимость… просто фонтанировала из неё. — Проходи, садись, — почти приказала она, открывая дверь. "И во что я на этот раз вляпался"? Он сел на свой стул, не сводя настороженного взгляда с застывшей в дверном проёме девушки. Юкиносита тоже смотрела на него, нервно кусая губы. "Похоже, это не я вляпался. Нет, я конечно, тоже, но уже рикошетом. А вот она…". И в этот момент Юкиносита закрыла дверь, оставшись в коридоре. "Так, теперь я точно во что-то вляпался. Надеюсь, бить не будут, но не поручусь". В дверь деликатно постучали. — Входите, — автоматически разрешил Хикигая. "Кого там принесло? А она куда делась?" Дверь медленно отползла в сторону и он увидел Юкиноситу. "Абзац. У кого-то из нас снесло крышу". Холодок в желудке стремительно превращался в угловатый ледяной ком. Хикигая хотел спросить, что всё это означает, но в горле у него пересохло так, что ему удалось выдавить только невнятное сипение.       Юкиносита неуверенно подошла к столу, взяла стул, которым пользовались посетители и поставила его перед молодым человеком. "Полный абзац. Что за хрень здесь творится? Спасите меня, кто-нибудь". Усевшись на переставленный стул, девушка спрятала глаза и вцепилась в подол юбки. "Раньше она так себя не вела, — в панике подумал Хикигая. — Что же всё-таки произошло"? — У меня есть просьба, — наконец выговорила она. — А? — Хикигая сжался, предчувствуя беду. — Подождём Юигахаму? — Нет, — Юкиносита побледнела ещё больше, хотя Хикигая был готов поклясться, что это невозможно. — Не хочу, что бы она знала. Юигахама не поможет. Помочь можешь только ты. — Я? Девушка зажмурилась и быстро кивнула несколько раз. — Да. Тебе ведь есть восемнадцать лет? — Д-да, летом и-исполнилось… — Хорошо, — Юкиносита опустила голову. — Хикигая… Она замолчала, теребя подол юбки. Потом подняла лицо и продолжила, с усилием выталкивая слова: — Хикигая. Ты говорил, что хочешь стать домохозяином. — И, что? — осторожно поинтересовался напуганный до чёртиков, переставший понимать что-либо молодой человек. У него на глазах у Юкиноситы задрожали губы, потом руки и она обхватила себя за плечи. Легче ей от этого не стало, Хикигая торопливо отвел глаза, не в силах заставить себя смотреть на её конвульсии. — Прости, если обидел, — на всякий случай извинился он. Сидящую перед ним девушку трясло так, что у неё зуб на зуб не попадал, и ему самому удавалось сдерживать нервную дрожь из последних сил. — Я могу обеспечить это, — Юкиносита закрыла глаза и рвано вздохнула, словно собираясь прыгнуть в ледяную воду. — Женись на мне! — выпалила она, наконец. От входной двери раздался невнятный возглас. Они повернулись и встретились глазами с Юигахамой, лицо которой медленно серело, теряя краски…". «С тех пор я больше не разговаривал с Юигахамой. Я, конечно, ещё тот придурок, но не настолько же. Я всё понимал и совсем не знал, что ей сказать. Мне просто не хватало смелости. И не мне одному. Юкиносита тоже не смогла поговорить с ней. Наверное, это тоже моя вина. Я думал, что сумею принять на себя все удары. Сумею прикрыть, защитить их. Самонадеянный дебил. Юигахама… где она сейчас… И, где сейчас Юкиносита? Боже, я до сих пор зову её по фамилии. Впрочем, она тоже звала меня Хикигая. Наверное, мы смогли бы стать теми, кем пытались, но нам не хватило времени… Ей не хватило времени и сил, у неё всегда были проблемы с выносливостью. Юкиносита Юкино, Юкинон… Хочу позвать её так, хочу увидеть, как она обернётся, и в её ясных глазах будет изумление и радость… Мне так и не довелось увидеть радость в её глазах. Только страх и решительность. Непреклонная, решительная, смешная и глупая трусишка Юкинон… Я всегда плохо понимал чувства других людей. А уж понять Юкиноситу у меня шансов не было даже в теории. Когда я сообразил, что она больше боится того, что хочет сделать, чем давления семьи, было уже поздно».       Открыв глаза он поднял к лицу руку и привычно покрутил большим пальцем кольцо на безымянном. Тонкая платиновая дужка тускло блеснула. Рассвет уверенно вступал в свои права, выдавливая силуэты высоток за окном из густого серого сумрака. Хикигая повозился, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее, махнул рукой и поднявшись, отправился на кухню, разжиться кофе. Пока закипал чайник, он заглянул в шкафчик. Кофе в банке оставалось всего ничего, сахара тоже. Зато стояла почти полная коробка черного чая. Чай купила Юкиносита, но воспользовалась им всего пару раз. С тех пор прошел почти год и заварку следовало бы выкинуть, но, не сумев сохранить Юкиноситу, он с упорством, достойным лучшего применения, пытался сохранить вещи которыми она пользовалась. Он продолжал снимать квартиру, в которой жила Юкиносита, и в которой они провели короткий год совместной жизни. В стойке под телевизором и сейчас стояли фигурки панды Пана, а на стеллажах лежали фотоальбомы с котятами. Квартира в дорогущем кондоминиуме сжирала львиную долю того, что ему удавалось заработать на двух работах. «У неё должно быть место, куда она может вернуться в любой момент и без всяких условий».       Чайник заклокотал, закипая. Разбавив кофе молоком и добавив сахара, молодой человек забрал чашку и вернулся на диван. «Слишком горячий, надо подождать». Он прикрыл глаза и, задумавшись, не заметил, как задремал.       Поднявшееся над горизонтом солнце отразилось в окнах высотки напротив и разбудило его. «Ого, неплохо. Только вот шея затекла и кофе совсем холодный. Ну, так даже лучше, всё равно, еще слишком рано». Он сидел на диване, прихлёбывая крошечными глотками остывший кофе. Стрелки часов совершали свой вечный марш по кругу, рассвет залил просыпающийся город утренним золотом. «Суббота. Не так давно я считал, что это лучший день недели. Выходные, праздники… Не надо никуда идти, не надо ни с кем встречаться». Сейчас эти дни казались сущим кошмаром. Склад стройматериалов, где он работал днём, на выходные закрывался. Посетителей в клинику пускали только до полудня. Чем занять оставшееся время, Хикигая не знал. Он не смотрел телевизор, не играл в игры на смартфоне. Не мог. Мысль о развлечениях порождала лишь отвращение. «Не ной, — одернул он себя. — Всё не так уж плохо. С утра посижу у Юкиноситы, а после обеда буду помогать Мато-сан. Если мои услуги потребуются…». Он бросил взгляд на телефон, оставленный на краю журнального столика. И, словно только и ждал этого, закурлыкал звонок домофона. От неожиданности молодой человек вздрогнул. — Кого там принесло в такую рань? — мрачно спросил он сам себя вслух, маскируя смущение. — Надеюсь, это не кто-то из семейства Юкиносита. Последним, кто пользовался домофоном была Харуно. Хикигая страдальчески поморщился, вспоминая неприятный визит. Старшая сестра Юкино и так пугала его до чертиков, а ревущая в три ручья, довела почти до истерики. Подавив малодушное желание сделать вид, что дома никого, он подошел к терминалу. — Да? — вопрос прозвучал грубо и раздраженно, смутив его самого. — Привет, — раздался из динамика бархатистый баритон. — Могу я войти? — А? — Хикигая на шаг отступил от домофона. — Ты кто? — Ты что, Хикитани-кун? — в баритоне прорезались насмешливые нотки. — Одноклассников не узнаёшь? — Хаяма? — не поверил Хикигая. — Какого черта? — Поговорить надо, — жизнерадостно откликнулся невидимый собеседник. — Пустишь? — Нет, неочем нам говорить. Мне от тебя ничего не надо. — Мне надо, — не огорчился отказу Хаяма. — И не только мне. Поверь, не пожалеешь. Я на минуту, мне ещё в университет ехать. — На минуту, — неохотно согласился Хикигая, отпирая электронный замок. «Ненавижу, когда он так давит. Вроде ничего такого и не сказал, а… В университет ему надо». Он распахнул дверь и отошел в сторону. Вскоре в коридоре раздались уверенные шаги, и в квартиру вошел Хаяма Хаято. — Привет, — ещё раз поздоровался он, и остановился. - Ого. А ты изменился. «Если ты целый год по восемь часов в день таскаешь с места на место мешки с цементом, то или сдохнешь, или изменишься, — с долей гордости усмехнулся молодой человек. — Я не сдох». — У тебя разговор был. Давай начинай. — Да ладно, я быстро. Где такие плечи раскачал? На тренажеры ходишь? — Ага, на тренажеры, — Хикигая взглянул Хаяме в глаза. — Совсем дурак? — Извини, извини, — тот поднял ладони жестом примирения. — В квартиру пустишь? — Входи, — «поздно спрашивать, пришел уже». — В гостиной диван. — Знаю, — откликнулся Хаяма. — Я же бывал здесь, забыл? — Забыл. Чего хочешь? — они прошли в комнату и сели напротив друг друга. — Да, — с лица гостя исчезла вся показная весёлость. — Сегодня годовщина выпуска. Мы сняли столики в кафе. Сбор в четыре. Придёшь? — Нет, конечно. Что мне там делать? Буду только всем мешать. — Ошибаешься. Во первых, многие просили позвать тебя. Заметь, именно тебя, про других даже не спрашивали. Во вторых, ты действительно изменился. Даже глаза… — Дались вам мои глаза. — Ну… У тебя они сейчас, как у гангстера из старого фильма. Очень стильно смотришься. — Завались. Я после обеда работаю, — «отличный предлог, даже врать не пришлось». — Отпросись, — пожал плечами Хаяма. — Встреча одноклассников не так часто бывает. — Не прокатит. Это не подработка, это серьёзная работа. Не успел он договорить, как лежащий на столе телефон заколотился, оповещая о принятом сообщении. — Извини, — Хикигая протянул руку и взял аппарат. «О, Мато-сан. Как всегда, голосовое сообщение. И почему она так не любит пользоваться почтой?» Он прикоснулся к пиктограмме на дисплее и из динамика телефона зазвучало мягкое контральто. «Привет, Хикигая-кун. Извини, но сегодня клиент отменил встречу. О деньгах не беспокойся, отмена по его инициативе, так что он всё равно платит. Позвони мне завтра вечером». — Вот, видишь, — Хаяма поднялся. — Всё разрешилось в лучшем виде. Я зайду в половину четвертого. — А? — «Мато-сан, вы меня подставили». — Что-то не хочется. — Да ладно, — Хаяма ослепительно улыбнулся. — Тобе сказал, что приедет и будет стоять на коленях перед твоим подъездом, пока ты не согласишься. — Как был дебил, так и остался. — Не поверишь, но Юмико заявила, что присоединится к нему. — Юмико? — Ты чего? Всех забыл? Миура Юмико. — А? — Хикигая поёжился. Упоминание «королевы класса» сразу лишило его сил сопротивляться. — А ей-то, что за корысть? — Спросишь у неё лично. Пока. Хикигая дождался щелчка замка и повалился на диван. «И нахрена я на это подписался»?