Heavy Crown

      Мы стоим у кабинета миссис Рисски друг напротив друга. Он смотрит на меня, я смотрю на него… Нет, никакой искры, бури и безумия! Просто два врага прожигают друг друга взглядом. Он хочет моей смерти, и я хочу его…смерти.       Рыжеволосая женщина стоит между нами и гордо улыбается. Жестокая, жестокая женщина! Хеммингс слащаво улыбнулся ей в ответ, а я раздражённо фыркнул. От одного вида этого утырка хочется выброситься из окна моей комнаты прямо на наш идеально подстриженный газон. Да, такой трюк точно меня в могилу свёл бы, учитывая высоту особняка, в котором я живу! - Мальчики,- Ирэн умилённо вздохнула,- вы песня! - Что?- переспросил Пингвин. Тупой утырок, со всеми подружился, а к фразочкам миссис Рисски так и не привык! - Ну что ты, Люки!- пропел я, расплывшись в нелепой деланой ухмылке.- Это значит, что я молодец и умничка, а ты…ты модель. Утырка. - Так, Клиффорд, гадюка такая, прекрати немедленно!- женщина легко толкнула меня в плечо, смерив возмущённым взглядом.- Люк, Майкл просто ещё не привык к тебе, не принимай близко к сердцу! - Да ладно, я даже не думал…- Барби только открыл рот, чтобы проскрипеть очередную карамельно-ванильную отговорку, но у меня в запасе есть кислотный васаби специально для него! - Да ты вообще никогда не думал!- самое время показать и Ирэн, и этому синеглазому утырку, что я не послушный мальчик и на уступки идти не собираюсь.- И вообще… - Клиффорд, ещё немного, и я твоих родителей вызову!- терпение куратора было на исходе. Шпала стоял, как высоченный фонарный столб, в котором перегорела лампочка, и хлопал ресничками. Чёрт, такое ощущение, что он этими своими веерами с помощью механических колебаний посылает в космос информацию о происходящем на Земле. Я его рассекретил! Этот Утырок не только утырок, но ещё и инопланетный шпион! - Миссис Рисски, мы уже не в школе, если мне не изменяет память!- вякнул я, совсем потеряв страх. Постойте-ка…я ведь его и не находил никогда. - А если мне не изменяет память, тебе не сорок лет, чтобы разговаривать со мной в таком тоне,- спокойно, но твёрдо и строго ответила женщина. Я решил не провоцировать конфликт и быть хитрее. В любом случае, однажды она тоже узнает, какой Хеммингс утырок, но будет уже слишком поздно. Она, как и все, будет извиняться передо мной, жалеть, что не послушала меня, а я буду торжествовать. Да, это определённо стоит ожидания!       Барби стоял молча и наблюдал. Я представляю, как в его тупой блондинистой головке назревает какой-то коварный план по уничтожению меня, Ирэн, колледжа и Вселенной. Человек, который думает и молчит, всегда опасней всех. Хеммингс не опасен сам по себе – он в принципе не думает, но его инопланетные друзья явно что-то замышляют… - Ну что ж,- улыбнулась миссис Рисски.- Приятного аппетита! Мы с Утырком непонимающе посмотрели на неё, потом друг на друга, потом снова на неё, и всё равно ничего не поняли. - Ну, печенье,- пояснила она,- не для меня же вы его готовили!       Точно, она ведь сказала, что мы готовим друг для друга! Правильно, именно поэтому я вчера купил две упаковки слабительного и Виагру, чтоб уж наверняка, но…рука не поднялась. Я растолок две таблетки и открыл пакетик, даже почти высыпал эту адскую смесь в миску, однако в последний момент передумал, и это не поддаётся объяснению.       Мне его не жаль, нет, точно не жаль. Я представлял, как сталкиваю Утырка в пропасть и ломаю его кости, как перерезаю его тоненькую глотку и сворачиваю шею. По дороге из аптеки домой тешил себя картинами скрючившего на унитазе переростка с болезненным стояком (это не значит, что я думал о его стояке!), воображал, как это зелье будет жечь и резать его живот, как он будет мучиться от судорог, как начнёт ныть…ума не приложу, почему я дал слабину!       Обычно, если меня кто-то бесит так, как этот утырок, я забываю о человечности и сочувствии и иду к цели напролом. Не понимаю, что на сей раз не так. Казалось, так, как Пингвина, я ещё никого и никогда не ненавидел. Это новый вид, новый уровень ненависти, мне хочется уничтожить его, убить, покалечить, сделать всё возможное, чтобы он исчез из моей жизни и больше никогда не возвращался! Чутье подсказывает мне, что этот парень несёт страшнейшую угрозу моей счастливой размеренной жизни нахального мажора, а оно никогда меня не подводит! Я что-то чувствую по отношению к нему, что-то большее, чем просто ненависть… - Майкл, угости Люка печеньем!- задорно воскликнула куратор, указав на мой поднос с котёнком. Чёрт, надо было взять с гитарой, а я взял свой любимый…в смысле мамин!       Утырок дружелюбно улыбнулся, что насторожило меня. Я внимательно вгляделся в его лицо, изучив аристократичные черты, попытался прочесть мерзкие коварные мыслишки в синеве его глаз, но кроме двух голубых прожекторов, таких же голубых, как и он сам, я не разглядел ничего. Ничего мерзкого или коварного. Эти фонарики излучали свет, добро и даже какую-то детскую наивность, веру в лучшее, веру в людей. То ли он умеет искусно притворяться, то ли он действительно… Отвратительный утырок! Да, он моральный урод! Он, несомненно, корчит из себя лапочку, когда на деле он страшнее Чужого и Хищника вместе взятых! - Не могу, миссис Рисски,- я пожал плечами.- Ему нельзя, у него диета. Он же модель. Утырка. - Клиффорд, гадюка такая!- она стиснула зубы и принялась сверлить меня взглядом, после чего я всё же сдался. Ну, не пропадать же добру! - Ну, да, но я себя вообще никак и ни в чём не ограничиваю!- Хеммингс определённо звучал в разы слаще, чем печеньки. Утырок!- Тотальный контроль до добра не доведёт. Он не полезен ни моделям, ни кому-либо ещё, а вот печеньки – полезны!       Ирэн кивнула в ответ, хихикнув, а я стиснул зубы от злости. Чёртов выпендрёжник! В жизни не поверю, что он просто так возьмёт и съест это чёртово печенье! Это же печенье от меня! - Вот и правильно,- куратор похлопала Утырка по плечу, и он снова напялил на себя свою сахарную улыбочку. У тех, кто его трахал, уже наверняка диабет!- Майкл, ты тоже угощайся!       Я с вызовом посмотрел на них, после чего перевёл взгляд на поднос Хеммингса. Разумеется, на нём не было ни единого пятнышка, ни единой соринки, печеньки на тарелке лежали в три идеальных ряда, и даже молоко не расплескалось! Хренов. Идеальный. Ублюдок.       Пингвин тем временем изучал мой поднос. С котёнком. На нём уже красовались пятна и разводы, а печеньки лежали в хаотичном порядке и напоминали Олимп, потому что подгоревшие я положил в самый низ и прикрыл их более-менее сохранившимися. Без слёз не взглянешь! Однако во взгляде Утырка не было презрения или гордыни, а улыбка его была кроткой и…искренней? - Какой милый котёнок!- хихикнул Барби, высунув язык. Утырок! Я стал красным, как рак, и опустил взгляд. Так, ну, это уже совсем ни в какие ворота! Я не помню, когда в последний раз смущался, чёрт, я даже не думал, что могу краснеть! Что с ним не так?!- Ну…я возьму парочку?       Хеммингс выжидающе смотрит на меня. Как же меня чертовски бесит эта невинность в его взгляде! Смотрите, какой ангелок! Смотри, потолок нимбом не поцарапай! - Подавись,- пробурчал я. Ирэн волком глянула на меня и начала беззвучно двигать губами. И переводчика не надо, чтобы расшифровать её коронное «гадюка такая!»       Ну всё, Утырок, теперь не отвертишься! Пора бы уже снять с себя маску и начать возмущаться и кривиться! Нет, сам-то он достаточно тупой, чтобы не подумать о составе лакомства, но инопланетяне явно должны были подсказать ему! - Спасибо!- он протянул руку к тарелке, взял печеньку и…съел её! Утырок! Миссис Рисски умилённо покачала головой и широко улыбнулась, глядя на Шпалу, который напоминал жвачное животное. Неужели он действительно?.. Чёрт, да он взял ещё и молоком запил!       Ему вкусно! Вкусно, твою капусту, вкусно! И он не боится?! Спазмов, судорог, расстройства желудка?! Доверчивый утырок! - Да ты кулинар!- воскликнул Хеммингс, дожёвывая третью печеньку, и я снова залился краской. Доброжелательный утырок! - Давай, теперь ты, не то я обижусь!- нахмурился Шпала. - Ох, горе мне, горе!- я скорчил страдальческую физиономию.- Как же я переживу-то?!       Ирэн шикнула, и я раздражённо глянул на неё. Неужели она никогда не оставит меня в покое?! Я в очередной раз окинул взглядом печенье соперника. Мало того, что я не заметил ни одной подгоревшей печеньки, так каждая вдобавок была яркая, жёлтая и в форме короны! Креативный утырок! - Ну, Клиффорд, бери!- настаивала куратор.       Идеальное печенье, идеальная внешность, идеальный взгляд на жизнь, идеальный голос…чёртов идеальный утырок! Чёрт…я, кажется, понял, почему я его так ненавижу! Просто он тот, кто впервые в жизни заставил меня почувствовать это… Зависть! - Майкл, возьми печенье!- злилась миссис Рисски.- Невежливо так себя вести!       Неужели я день и ночь не сплю, просто потому, что завидую этому Утырку?! Я готов провалиться сквозь землю! Уму непостижимо! Я, Майкл Клиффорд, самый богатый, сексуальный, талантливый и популярный, завидую какому-то утырку, который…чего-уж там, богаче, сексуальнее, талантливее и популярнее меня! Чёртов идеальный утырок! Стоп, я сказал «сексуальнее»?! Ну, да, ему нет отбоя от моих вчерашних воздыхательниц, он модель, в конце концов, а они все сексуальные! Модель утырка! Да, чёрт! Я завидую ему! Я просто ему завидую! Такое бывает! Райан был прав, я живой человек, и тоже могу испытывать зависть и другие человеческие чувства…ладно, пока остановимся на зависти!       Как же мне полегчало! Вот что уже второй месяц гложет меня! Я просто не думал, что кто-то в чём-то может меня переплюнуть, а этот Утырок, прямо скажем, переплюнул меня во многом (во всём), поэтому я и не нахожу себе места. Да, именно так! Вот откуда взялась такая жгучая ненависть! Да, может, он не такой уж и Утырок, может, он действительно такой хороший, каким кажется. Я и этому завидую, ведь я никогда не был таким…хорошим. Я с детства циничный, дерзкий, порой жестокий. Во мне нет мягкости, нежности, я не умею общаться, как он…я умею подчинять, пугать и манипулировать, но вот располагать к себе без каких-либо корыстных целей… Мне стоило бы многому поучиться у Утырка. - Хэй,- тихо обратился ко мне Барби.- Ты будешь печеньки?       Я непонимающе посмотрел на него и снова встретил этот взгляд, полный тепла и доверия. Он переживал. Он сомневался. И, самое страшное, он хотел мне угодить, наладить контакт… Чёртов заботливый утырок! Я посмотрел на печенье, закусил губу и потянулся к нему, но тут мне в голову пришла ужасающая мысль. Да, может, он добрый и всё такое, но я ему завидую! Я всё ещё его ненавижу! Почему я вчера так и не решился на какую-то пакость?! Почему я сейчас делаю шаг ему навстречу?! - Знаешь что?!- фыркнул я.- Сам хавай свою корону и торжествуй! Сам сиди потом в туалете часами, мне это ни к чему! Думаешь, я поверю, что это просто печеньки и ничего более?! Я не такой наивный утырок, как ты! Улыбка тут же сошла с лица Хеммингса, и фонарики в его глазах потухли. Я увидел в этих синих прожекторах нечто другое. Боль? Неужели его это так задело? Неужели ему не всё равно?       Ирэн стояла, не в силах вымолвить ни слова. В её зелёных глазах в очередной раз читалось разочарование и…бессилие? Может, она не зря затеяла это? Может, мне действительно стоит подружиться со Шпалой? Я ведь не подсыпал ему отраву вчера, а это значит… Что он просто отвратительный утырок!       Чёрта с два я им дамся! Ни хрена я ему не завидую, и нечему там завидовать! Он тупой лицемерный ублюдок в погоне за славой, и в печенье его наверняка в разы больше дряни, чем я собирался ему подмешать! Он меня ненавидит, я его ненавижу! Хватит с меня. - Что ты ему подсыпал, Клиффорд?!- свирепствовала Ирэн.- Отвечай!!!       Хеммингс опустил взгляд и изучал свои чёрные кеды. Чёртов Утырок, только не делай вид, что ты расстроен! - Ничего,- честно ответил я.- А вот у него там наверняка целый коктейль!       Ничего я не подсыпал. Только сахар. Сладкие печеньки для сладкого мальчика… Чёрт, откуда это взялось в моей бедной голове во второй раз?!       Я направился к выходу и нутром чувствовал, как обидно Утырку. Он, наверное, пожелал бы мучиться от слабительного, чем страдать от моего поведения. Вдруг он сейчас…плачет? Твою капусту, о чём я?! Он не умеет чувствовать, и плакать вряд ли умеет! Почему я вообще его жалею! Чёртов утырок! Ржёт он надо мной, а не плачет! Я вот я плачу. Сижу в своей шикарной тачке и рыдаю, как белуга. Чёртов идеальный утырок!