Хлопотуша

Я устал за день - жара вымотала меня, в голове начинала тихонько нарастать тупая боль. Надеюсь, ванна мне поможет...в последнее время дни вызывали у меня двоякое чувство - с одной стороны, тянулись почти бесконечно, забитые до отказа перетекающими из одного в другое делами, с другой - часов в сутках явственно не хватало, чтобы переделать огромный объём свалившейся на меня работы... Мучительно хотелось напиться, но я, подозрительный по природе, совершенно не доверял своему окружению. Пока я еще не успел составить свое мнение о каждом и становиться уязвимым не хотел, сегодняшняя посылка мне очень поможет, но, пока я все не проверил, осторожность не помешает. Впрочем, вероятно пройдут годы, прежде чем я начну чувствовать себя в относительной безопасности - люди такие хрупкие. Отправить человека на тот свет не сложно. Начал потихоньку понимать и сочувствовать диктаторам с их маниакальной мнительностью. Обдумываю возможные способы обхода действий артефактов - разум твердит, что на любую хитрую жопу есть хер с винтом - ни одна защита не может быть абсолютна. Сразу, как вступил в собственность, купил раба, чтобы пробовать мою еду - сам сходил на рынок и выбрал самого задрипанного: если бы не приобрел и не подлечил - точняк бы скопытился. Надеюсь, не отравят. Уповаю на то, что недоброжелатели узнают о наличии проверки и зря яд переводить не станут. Понимаю, что яд может действовать весьма неспешно, поэтому часто готовлю себе сам - просто хлеб и кусок мяса. Никаких излишеств - уржаться - денег дофига, а я питаюсь черт- те как. Иногда покупаю еду на рынке, всегда у разных продавцов, чтобы не вычислили и не траванули - что- то не доверяю я поварихам... Изредка захожу в таверны - однако там не особо следят за гигиеной, а я брезглив в этом смысле. Думал обедать в ресторанах, но в первом же почувствовал себя дико неуютно - да, конечно, это слабость, надо бороться с комплексами, а с другой стороны - нахуя себя мучить? Решил отложить самосовершенствование до лучших времен. Нанял себе учителя - овладеваю мечом и кинжалом. Придирчиво присматриваюсь к личной охране - надо бы заменить - они остались от прежнего хозяина... завтра этим и займусь! Первым делом, получив поместье, провел инвентаризацию имущества, включая рабов. Их оказалось около двадцати, большинство женщины; кухарок – четыре: веселые толстухи почти постоянно шуршали на кухне – бывший хозяин любил поесть, так что им в обязанность вменялось постоянное наличие минимум трех блюд, да и остальным надо было сготовить - только уже что- нибудь попроще. Кроме того, происходила обработка молока, огромное количество птицы несло яйца, коптились мясо и рыба, пекся хлеб... короче, работы у них было навалом. Потом наличествовали четыре тетки, отвечающие за чистоту и благолепие всего - они стирали, убирали, мыли и все такое. Существовали еще совершенно бесполезные четыре наложницы - они, я так понимаю, ни хера не делали, кроме как были красивыми - цельный день дурью маялись - марафет наводили. Мужчины тягали тяжести, следили за лошадьми и садом - он, кстати, был довольно большим, в нем росли всякие плодовые и цветочки - для красоты. Еще был скотный двор - целая прорва разнообразных птиц и несколько единиц крупного рогатого скота. И поля. Их обработкой занимались, как ни странно, маги- студенты под наблюдением кураторов - как говорится, убивали двух зайцев : студням - практика, землевладельцам - дешевая рабочая сила. Платили студиозусам гроши, так как степени у них еще не было, да и работа - самая простейшая - вспахать, засадить, заговор от сорняков, да от вредителей кинуть. Сразу решил, что куплю себе личного раба - у меня есть потребности, и женщины в этом смысле мне не помощницы, поэтому вчера и позавчера выделил время на разговор с четырьмя прелестницами на предмет прояснения их судьбы. Не хочу быть жестоким - прямо спросил, чтобы они хотели - могу вольную дать, могу перепродать. Все четверо умоляли меня не отпускать их, вольная им на фиг не сдалась, выяснилось, что они в общем - то совершенно не осведомлены о жизни за стенами дома, неизвестность их страшит, делать они ничего толкового не умеют (кому на хер нужно стихосложение?) и совершенно уверены, что погибнут без моего нежного пригляда. Посмотрел на лица, не обезображенные интеллектом, и решил, что в чем- то они правы... Разговор оставил тягостное ощущение. Понимаю, они не виноваты, что их вырастили беспомощными дебилками, но все равно чувство некоторой жалостливой гадливости осталось. Жесть какая - то: не люди, а пиявки - хотят жить на всем готовеньком, а раздвинуть ноги для них не проблема. И прогнуться - тоже не в падлу. И думать не можется. Всю ночь прокрутился в постели - вот почему- то не хотелось оставлять этих баб в своем доме. Не понравились они мне. Мозг услужливо принялся параноидально вычислять, как недруги могли бы использовать против меня четырех не шибко умных, вхожих ко мне девиц. На гора сгенерилось несколько возможностей - от примитивного закалывания шпилькой (маловероятно!) вплоть до разнообразных отравлений - в том числе и через слизистые. (Ага! тут- то артефакт будет бессилен!) Бррр! На следующий день долго перебирал возможные кандидатуры и выставил моих краль на торги. Продал приличным, не замеченным в садизме, хозяевам, которых заранее выбрал. Кто- то скажет, что я помешан на собственной безопасности и, вполне вероятно, страдаю манией величия, в то время как правда жизни заключается в том, что я на хер никому не нужен и большинство людей вообще не замечают моего жалкого существования. Ну, я хотел бы в это поверить. Честно. Но меня уже дважды пытались убить. Довольно толково. Почему я жив? Так ведь псих же! Я очень интересуюсь магией. Особенно всякими штучками - щитами. Большинство людей ими не пользуется - во - первых: а нафиг? Во - вторых - действует щит не более трех часов, потом надо подзарядить, что накладно. Но не в моем случае, жить мне весьма охота. Я купил четыре штуки и перед каждым выходом надевал на шею под рубаху. А на рубаху - кольчугу ... и вот топаю я с охраной к портному - одежду надо бы состряпать, а то у меня одна рубаха и есть. Городок рядом с поместьем маленький, даром, что столица, улиц раз, два и обчелся, так что проследить можно за человеком без проблем, кроме того, в отличие от других поселений народ вечно в движении - караваны с товарами, разнообразные обозы, в водовороте меняющихся лиц не мудрено затеряться, поэтому новые лица никого не удивляют и никто их не запоминает - идеально для наемных убийц. Арбалетный болт прилетел откуда-то с крыши - дома к этому очень располагали. Они лепились друг к дружке без малейшего промежутка, так что весь город можно было пройти, не сходя с верхотуры. Стража прискакала почти моментально, но поймать удальца, конечно, не удалось - будь у парня хоть капля мозгов, он тут же бы слинял, а мозги, кажись, у него водились. Он и запах стер и все следы уничтожил специальным заклинанием, чтобы не отследили. Я отделался испугом - щит не подвел. Но вместо того, чтобы радоваться, я занервничал - теперь враги осведомлены о том, что я осторожен и ношу щиты. По ночам маниакально продумывал бреши в защите. Вообще говоря, надо бы вычислить заказчика и сдать его страже. Но представителям закона нужны твердые доказательства, проще самому пришибить или провести неофициально. Сел за списки недругов. Получилось не меньше пяти. Блядь! Значит, придется разбираться более тщательно и вникать в детали... если бы я еще имел хоть малейшее представление о том, как проводится расследование! Ничего, мозг мне поможет... Где-то в этот момент и нарисовалось покушение номер два. Оно было далеко не так драматично, как первое, и не могло похвастать водоворотом бегающих испуганных людей, зато было более коварным. Я снова порадовался, что являюсь настолько маниакально повернутым на контроле. Некоторое время назад прикупил особый артефакт - он проверял запас магии в амулетах. И, конечно, в обязательном порядке тестировал свои драгоценные щиты перед выходом. Перед очередной вылазкой оказалось, что три из четырех амулетов разряжены, что на мой взгляд выглядело слишком подозрительно. Поэтому выходить из дома я не стал, а оставшийся амулет, единственный подозрительно рабочий,так и кричащий " возьми меня!", изолировал в пустой комнате, через пару часов проверил. Ну, он не взорвался, но явно сделал что - то нехорошее, комната стала выглядеть странно, будто ее покорежили. Карл, знакомый маг, примчался сразу, как я его позвал, и уверил меня, что данное воздействие было бы смертельно для живого существа. Ну, я так и думал. Что ж ...буду настороже! Сегодня весь день разбирался с бумагами на собственность, подсчитывал налоги и еще много чего. Голова пухнет от мыслей и неотложных дел. Списки! Извел кучу бумаги на упорядочивание последовательности действий. Надо будет прикупить хотя бы одну наложницу, а то пойдут слухи, а про меня и так слишком много говорят! Заодно и насчет охраны что- нибудь решу... Надеюсь, скоро все забудут про то, как я заполучил это поместье... Пришел раб, готовит ванну. Хм, раньше я его как- то вблизи не рассматривал, вроде бы он конюху помогает... а он очень даже ничего... Я все же позволил себе стакан вина - покупал сам, бутылки храню не на виду - не хочу сдохнуть так прозаично - от яда в бокале. Щурю глаза и наблюдаю за быстрыми, экономными движениями молодого раба - понимаю, что это тело вызывает однозначную реакцию - у меня уже давно никого не было, а тут совсем рядом упругая, доступная попка! Оказалось - не такая уж и доступная! На мое "Разденься! ", он сжал кулаки, отпрыгнул в угол и сказал "Нет! " Честно говоря, я охерел. А парень весь подобрался и смотрел на меня загнанно, но решительно. Ясно, что за свою жопу он собирается драться. Блин! А я всего - то хотел расслабиться после тяжелого дня. И недели. И вообще дерьмового года. Собачиться особо не хотелось, но в паху ощутимо тянуло, я тоскливо глянул на нахохлившегося парня и вопросил: - А почему? У меня чес слово никаких закидонов - только простой и незамутненный секс! Он даже не удостоил меня ответом, мрачно прожигая взглядом дыру где- то рядом с моим лицом. Трахаться хотелось невыносимо, наложников я еще не приобрел, другие рабы были или старые или страшные. - Слушай, как там тебя... - Миль. Так меня звали. Хозяин может звать меня как пожелает. - В общем - у меня два варианта: либо лечь спать недовольным, либо прикрутить тебя к кровати и оттрахать. Для тебя второе будет больно и неприятно, а первое совершенно не справедливо по отношению ко мне. И я устал. И голова болит. Короче - кончай выпендриваться - у меня просто нет сил, чтобы решить все цивилизованно и к удовольствию обоих. Делай, что говорят или будет плохо. Парень вжался в стену и зашарил взглядом по комнате, явно выискивая предмет, которым сподручнее будет отбиваться. Да, че-то херовый из меня переговорщик... Хотелось взвыть, затопать ногами и прекратить наконец весь этот фарс. Главное - еще год назад, прочти я описание этой сцены в книге, был бы всецело на стороне раба. Конечно - он бедный, несчастный и его жестоко мучают. Однако, год прошел, и я был несказанно потрясен открывшимися мне реалиями - потершись некоторое время среди рабов, я воочию увидел, как они обкрадывают, филонят, обманывают. Не, я понимаю - голодный человек будет думать о том, как бы чего стащить, но ведь они тырили всегда, когда могли, с удовольствием использовали хозяев в темную, чтобы избавиться от неприятелей, подставляли друг друга и - это убило меня больше всего - большинство вовсе не жаждало обрести свободу. Потому, что будь они свободными, работать пришлось бы в разы больше. Я когда- то романтизировал рабов : типа борцы за свою свободу до последней капли крови. Так, во всяком случае, описывали их книги для подростков... Как- то не так все оказалось. Люди вообще ближе к тридцати годам сильно меня разочаровали. В большинстве своем - тупые, безынициативные, плывущие по течению приспособленцы. Или: другая крайность - безумные фанатики, бестрепетно бросающие свою жизнь (и чужие) на алтарь " великой идеи". И идиоты. Почти все. Раньше мне всегда казалось - рабство это ужасно, хозяева творят беспредел. Оказалось не совсем так. Отморозки, конечно, были, но их количество было не особенно велико, да и до старости редко кто дотягивал - так легко поскользнуться по пьяни в купальне или упасть с норовистого коня, да мало ли что может произойти - змея заползет, паучок какой интересный, разбойники нападут, а рабы - раз - и врассыпную - прощай, дорогой хозяин! Короче, рабы не дураки были подгадить, когда предоставлялся случай. Не все, конечно, но многие. И - ничего не докажешь, а казнить всех подозрительных рабов - не с руки - они вообще-то денег стоят. И немалых. Так и разориться можно. Большинство хозяев старались о рабах минимально заботиться, особо не лупить (они ж потом работать не могут!) и сильно не злить - во избежание. То есть все оказалось не совсем так, как виделось раньше - и волки не очень-то кровожадные, и овцы - не совсем невинные. И теперь я сам вляпался во все это по самые уши. Душе желалось быть справедливым и добрым, но циничный мозг шептал, что вряд ли кто это оценит - скорее примут за слабость. Вот и сейчас - я весь день крутился, чтобы постараться сделать всем хорошо - инспектировал постройки, нанял столяров, чтобы подправить кое - что, дур этих пристраивал, заебался до полусмерти, а мне даже жопу в лизинг ни одна сука предоставить не хочет! Стало мне себя жалко невыразимо, а тут еще козел этот напружинился и смотрит исподлобья не по-доброму и насрать ему сто раз на меня и мои потребности, а я, между прочим, его кормлю! Блядь! Че-то я завелся и высказал ему, не смотря на усталость, и что он неблагодарный, и что лентяй, и что манкирует своими обязанностями. - Между прочим, ты живешь полностью за мой счет! - Да я лучше в лесу буду под кустом спать! На хуй мне такое содержание! Ну, разозлил он меня! Мучительно хотелось всыпать ему плетей, но тогда кто работать будет? - Мечтаешь о свободе? Рабами просто так не становятся - это естественный отбор! Самостоятельно о себе позаботиться ты явно не способен! - захотелось мне что-то хоть гадость ему сказать, раз уж высечь не получится. - А может, я родился рабом? - Не похоже - слишком дерзкий. Места своего не знаешь. - А ты, значит, сейчас меня будешь учить? - ехидненько так, но глаза настороженные и видно, что боится. Что ж за день-то такой! И чего этот парень так меня выбешивает? - Да мне в хуй не вперлось тебя учить. Продам завтра, куплю послушного мальчика. Дрянь, конечно, наверняка будет еще та, знаю я этих шлюх - все себе на уме... ванну мне доделай, лентяй. Вот этого боятся все - продажи. Ведь известное зло, оно, знамо, лучше, а обозленный хозяин может подобрать кого - нибудь... эдакого. Парень сбледнул и, кажется, понял, что зарвался, тем более, что поместье принадлежало мне всего месяц и всякие перетасовки ожидаемы, да и наложниц я только что сбагрил... Он молча вышел из угла, потрогал воду, подошел ко мне помочь с одеждой, расстегивая рубашку, не выдержал - зыркнул снизу вверх: - Что - даже не выпорешь? - Портить шкуру перед продажей? Вот еще! - зло фыркнул я в сторону. Кажется, он всерьез поверил, кончики пальцев ощутимо дрожали, я смотрел мимо, в душе злорадствуя. Да, такая я скотина! А нечего было мне перечить! Неизвестность - это страшно, черноглазик, похоже, уже жалел о своей выходке, впрочем, я вполне его понимал - ложиться под не пойми кого тоже жутковато - очень уж уязвимое положение. Про себя решил, что если сделает хоть крошечный шажок мне навстречу - прощу поганца, несмотря на напрочь испорченный вечер. Он будто почувствовал: - Может, сойдемся на плетях, хозяин? Наверное, нелегко это предложение ему далось, я мысленно улыбнулся " Уговорил, черт языкастый! ", но вслух холодно ответил: - А смысл? Ты пойдешь отлеживаться, я в итоге получаю бесполезного раба и все равно мучаюсь без секса. Наказание, дружок, должно иметь смысл. Вот если бы это сподвигло тебя поделиться своей задницей... но что- то мне кажется, что наука в данном случае будет не в прок. - Да зачем я Вам? - уже жалостно - жалостно, даже в глаза начал заглядывать от волнения, - я же ничего не умею. Давайте я Вас сопровожу в бордель - там профессионалы! Да и прежний хозяин покупал, вроде, наложника - правда, никто из нас его не видел, говорят, строптивый, его из комнаты не выпускали. Но сейчас он, наверное, уже успокоился... На этом месте я начал неудержимо ржать, парень даже отпрыгнул от неожиданности, а я согнулся чуть не пополам от хохота: - Не, он тебе не поможет, - наконец отсмеялся я. - А почему? - спросил он как - то робко. Конечно, с буйными психами надо быть осторожным! - Потому, что не успокоился. С ним вообще лучше не ссориться - а то случится внезапный пиздец. Моей улыбкой только детей пугать - такой яростный оскал еще поискать, Миль с ужасом попятился, а я решил смилостивиться и все же его просветить: - Да я это. Я был наложником. Выражение лица парня стоило бы запечатлеть для потомков - я не знал, что можно так глаза распучить. И брови так забавно вопросительно шевелились. Внезапно понял, что разговор начал меня развлекать, даже голова почти прошла. И еще захотелось похвастаться своими достижениями - все - таки я - молодца! Сам собой горжусь! Так что я игриво пропел ошеломленному Милю: - Поцелуешь - расскажу подробнее! Миль нахмурился. Целоваться было равнозначно сдачи части позиций, а там уже и до постели недалеко. С другой стороны - информация о хозяине - полезная для выживания штука, да и любопытно, наверное, ему было. Месяц назад прежний хозяин поместья исчез без всяких объяснений - как растворился, построенным в ряды рабам объявили, что я теперь их господин. По высочайшей воле. Люди восприняли новость с молчаливой опаской, хотя Вильгельм и был часто излишне жесток и вспыльчив, все же он был привычен. Остаться целым при нем было сложно, но при смекалке и удаче вполне возможно. Каким хозяином буду я, никто не знал, поэтому первую неделю люди старались прошмыгнуть мимо меня, как мышки - тихо - тихо, незаметно, глаза в пол. Однако кое - кому все же досталось - банщик так же бесследно исчез, как хозяин - к нему у меня тоже были счеты. Именно он готовил меня к "визитам " господина - это было унизительно и неприятно, "ничего личного - просто работа " - было не про него: он явственно наслаждался моей беспомощностью и гневом. В общем, зря он меня дразнил - я же обещал, что оттрахаю и убью, обещания надо выполнять... не скажу, что это было приятно, я бы даже пощадил его, но обещания... их надо держать! Так что пришлось. ... некоторые мудрецы утверждают, что месть - плохое лекарство от душевной боли и убийство врага не сотрет кошмарные воспоминания, не принесет мир в сердце. Как я и думал - херня. Мне так очень помогло. До сих пор улыбаюсь, вспоминая лицо Вильгельма, когда за ним пришли, и его жалкие попытки оправдаться. Я даже на дознании поприсутствовал: специально ничего не ел накануне и платочек надушенный принес. Ух, и тошнило меня! А потом еще неделю ужасы снились, но оно того стоило - раньше я дико боялся этого выблядка, до дрожи в коленях, он ведь почти сломал меня, я был настолько запуган, что еле- еле заставил себя донести на него - казалось, все сорвется, он вывернется, как угорь и тогда ... на этом месте моя фантазия пасовала, одно я знал твердо - мало мне не покажется. Однако, невероятным усилием воли, я заставил себя - и все оказалось не так уж и страшно, монстр был обычным человеком, которого можно пытать и убить. В общем, я решил лечить одну психологическую травму другой. Так сказать, клин клином. На душе было муторно, несмотря ни на что, я не могу наслаждаться мучениями человеческого существа, но... мне это по-любому было нужно и, где - то глубоко внутри стало легче... и было еще невъебенное чувство удовлетворения: все- таки я смог! Переборол себя, я - не сопля, трижды ура мне! На всякий случай я и голову его в руке подержал, кажется, от моей счастливой улыбки даже палача передернуло... Что - то я отвлекся на приятные воспоминания, но Миль, потеребив мою руку, вернул меня к реальности. Сделав мученическое лицо, он чуть тронул мою кожу губами. Я на такое не повелся, зарывшись в его волосы, притянул ближе и заставил впустить мой язык в свой рот, он протестующе замычал, но я не отпустил его, пока сам не решил, что хватит. Несмотря на недовольство, отталкивать он меня не решился - все-таки что-то соображает. Я одобрительно похлопал его тугую попку, заслужив еще один недовольный взгляд. Кстати, расторопный парень уже успел меня раздеть, так что я с довольным вздохом опустил себя в воду и приглашающе махнул рукой: - Залезай ко мне. Тереть мне спинку твоя прямая обязанность. Миль скривился, но оставил возражения при себе и быстро скинул одежду, торопясь хоть как - то скрыть свое тело, погрузив его в воду. Тушка, как я и ожидал, оказалась весьма ничего - ровные ноги, жилистые руки, плоский живот немного втянут, косточки таза торчат - похоже, его недокармливают, тонкие щиколотки, широкие ладони, длинные пальцы и круглый вызывающий зад. Миль был не таким крупным, как я, но и на хрупкую статуэтку не тянул: крепкий, сильный, выносливый. Парень заметил мой оценивающий взгляд - да я и не скрывался - и покраснел. Я нагло улыбнулся и, резко рванувшись, притянул его к себе, обнимая, вжимаясь пахом в бедро. - Отпусти. Или ударю. Вот ведь нахальный тип! Я вздохнул и ласковым тоном, как с душевнобольным, объяснил ему прописные истины: - Во- первых, я сильнее. Во- вторых: ты - раб, тебе нельзя меня бить - это нарушение субординации. Впрочем, ладно - отпущу, но ты сиди рядом. Нехотя разжал руки, а Миль взял в руки губку и принялся меня намывать, сердито хмурясь и держась как можно дальше от меня, я снисходительно улыбался. - Хозяин, вы обещали рассказать, - напомнил мне парень. Я задумался - все, конечно, рассказывать не буду, но отредактированную версию он заслужил. - Я попал в вашу страну где- то год назад. Без денег и припасов, не зная обычаев, хорошо, хоть язык понимал. Как так произошло - отдельная история. Первое время обретался в лесу - ел грибы и ягоды - некоторые были такие же как у нас, потихоньку приглядывался к деревне. Наконец, решился и вышел к людям, попросился на работу. Полгода я вполне успешно вкалывал на конюшне, а потом совершилась непредвиденная фигня - на деревеньку напали бандиты и всех, до кого добрались, увели в полон. Дерусь я не очень, драпануть совесть не позволила, а нападавших было много, так что я попался. Еще пару месяцев проработал на самого пленителя на его большом подворье, там было не так уж и плохо. Кормежка, конечно, так себе, спать приходилось на тонюсеньких тюфяках, но если не привередничать - жить можно. Потом возникла необходимость в деньгах, и часть рабов продали. Какого хера работорговец решил определить меня в наложники, до сих пор удивляюсь. Наверное, такое дурное чувство юмора. Но Вильгельм почему-то повелся и купил меня, и вот тут-то стало дерьмово. У него были довольно извращенные фантазии, а я, между прочим, боль не люблю. Хорошо, что это все длилось недолго, а то я уже начал расстраиваться, но мне дико повезло. Правда, не совсем случайно - я старательно подслушивал и конспектировал все его разговоры - он-то думал, что я без сил валяюсь, а я торчал под дверью - ублюдок занимался делами именно на закрытой половине, к нему часто приходили гости. Из самого здания не сбежишь - ну, это он так считал, понатыкав охраны по периметру, так что он не опасался, но внутрь помещений охрану не пускали - не надо было, чтобы лишние люди видели посетителей Вильгельма. Еле живой наложник в расчет не брался, а я, если по чесноку, часто лишь имитировал, что мне очень плохо - на самом деле было терпимо. Вообще странная фигня - чисто с физической стороны я боль терплю легко, но вот психически... Короче я развивал актерский талант и навыки шпиона, надеясь что- нибудь нарыть. Удача мне улыбнулась во все зубы - Вильгельм был знатного рода, не последним в списке на наследование и он решил, что корона ему пойдет. Начал готовить заговор. Я даже не верил в свое счастье. Но, как ты понимаешь - разузнать - это полдела. Надо было еще и грамотно настучать кому следует, не забыв выговорить себе свободу. Это, конечно, было смертельно опасно. Да и чтобы выбраться из дома пришлось попотеть. Я глянул на Миля - он слушал затаив дыхание, даже забыв про губку в руке, я улыбнулся. Со стороны казалось, что он поглощен рассказом. Но я оставался верен своей паранойе и следил за ним краем глаза. Мало ли... - В общем, выбрался я из дома, ломанулся в город. Резиденции тайного сыска, как таковой не оказалось, тогда я зашел в харчевню и поинтересовался там, рассудив, что едальня - это как раз и есть рабочее место людей, в обязанности которых входит собирать слухи. Короче, в следующей корчме ко мне подошел мужичок, и я поведал, что у меня есть информация, но она может затронуть многих знатных господ и мне нужны гарантии... подробно рассказывать нет смысла, но в итоге мою информацию приняли к сведению, я получил не только свободу, но и поместье в дар, полюбовался на корчи Вильгельма и приобрел массу врагов, часть из которых точит зубы на поместье, часть - хочет пришибить лично меня... ну, во-о-т, так что ты, радость моя, просто обязан помочь мне расслабиться, а то я со всей этой херней совсем двинусь! Волосы на затылке знакомо зашевелились, я вздохнул. Блядь, как же я устал, вот еще и это... ...у меня есть дар. По-простому он называется "чувство жопы". Когда должна произойти какая-то непонятная опасная херня, у меня все волосы дыбом встают. Часто это помогает - иногда секунды решают твою судьбу. И вот сейчас я ощущал предупреждающий холодок. А рядом только Миль. Я прикрыл глаза и почти безнадежно произнес: - Миль, а может, не надо? Он, конечно, даже не стал вслушиваться, что я там бормочу, просто отрастил длинные когти и ударил мне в шею. Эх, спасибо царю-батюшке за своевременную посылку! Сегодня с утра мне особым курьером доставили нечто очень ценное. Король невероятно благоволил ко мне - верно маг, который проводил полную считку сознания, хорошо обо мне отзывался. Еще бы - такую процедуру проходят единицы, она считается негуманной и очень болезненной, а я не просто согласился - настаивал на ней. Попав в эту страну и с удивлением услышав, что здесь есть магия, я весьма заинтересовался темой. Расспросил всех, кого только мог, в подробностях. И, в числе прочего, узнал и про магию разума, так я и получил представление о процедуре считки. В тайном сыске к моим словам о заговоре отнеслись внимательно, но с подозрением, да и имена я называл родовитые, надо было проверить сведения. Почему-то магов разума боялись больше, чем заплечных дел мастеров, и к мысли, что сейчас его будут считывать, клиента готовили осторожно - важно, чтобы объект не сопротивлялся, так можно и мозги сжечь, а сведений не получить. Люди боялись этой процедуры, видимо, еще потому, что маг увидит все, что содержит ум. И желание схитрить, и любой обман, мне же скрывать было нечего, свободу я считал вполне заслуженной наградой за труды, а больше мне ничего не требовалось. Так что я твердо настаивал на считке с самого начала, чем немало всех удивил, мне предложили наркотики и выпивку - чтобы ослабить сопротивление. Охрана держала в руках воронку, будто я собирался противиться, хах! Да я только рад был - накинулся и на то, и на другое и уже через полчаса был мертвецки пьян и счастливо щурился хмурому магу, сам прижался к его пальцам и ... ...это было похоже на вторжение холодных щупалец, но я позволил им извиваться и клубиться у меня внутри, дружелюбно распахивал закоулки, помня каждую секунду - от слов мага зависит моя свобода, да и самая жизнь. Боли не было совсем. Хотя было и неприятно, но я убеждал себя принимать с радостью чуждое вторжение. Пусть просмотрит каждый миг и подтвердит, что я не вру. Время субъективно, мне показалось, прошли года, щупальца стали казаться теплыми и засветились мягким янтарным светом, их движения стали неторопливыми и почти приятными, а потом они стали туманом - прекрасными, переливающимся капельками. Каждая - крошечная драгоценность, они сияли и порхали у меня внутри, отрастив крылья. Красиво. Я замер - ни одной связной мысли не осталось - я любовался... Долго... и - открыл глаза. Голова лежала на коленях у мага, который улыбался мне как- то умиленно. Вообще пялился на меня странно. Я уж грешным делом испугался, что трахнуть меня хочет, но позже выяснилось, что это я зря. Просто считка болезненна для обоих, у Карла был опыт подобного воздействия, весьма неприятный, а со мной ему даже понравилось, и вообще он намекнул, что содержимое моей черепушки неординарное. Это, да. Он же наверняка всю мою жизнь просмотрел, так что в курсе моего маленького секрета; хотя, я ничего специально не скрываю, просто не болтаю, про некоторые нюансы моего прошлого. Карл тут же, не отходя от кассы, предложил выпить - отметить, сразу после отчета. Сказал, что у него ко мне "мозговая любовь", и вообще, он бы хотел немного меня расспросить "о родине". Я прислушался к себе - тот алкоголь, что был, уже выветрился, надбавить было бы неплохо, Карл мне очень даже нравился и - согласился. Дело курировал сам король лично, ему Карл и докладывал обо всем. По результатам полетели головы нескольких придворных, вообще заговор был довольно масштабным, в него оказались вовлечены члены королевской фамилии, кашу я заварил еще ту... В связи со всей этой канителью, король удостоил меня разговором - все же я ключевая фигура, а еще, кажется, ему было любопытно на меня взглянуть. Спец службы давно подозревали наличие брожения, но ничего конкретного сами выяснить не смогли, что и не удивительно, учитывая наличие " крыс " в их рядах, так что без моего вмешательства, Его Величество вряд ли бы таковым долго оставался. Монарх долго интересовался моими мотивами и лояльностью. Я честно и нагло сказал, что за свободу и небольшой домик буду обожать его до гроба, а Карл, вертевшийся рядом, ляпнул, что у меня душа нага. Были такие легендарные твари - полулюди-полузмеи - из них набирали стражу; обладая многочисленными привилегиями, пользуясь уважением самого государя, эти твари, не задумываясь, отдавали жизнь, защищая интересы царя, славились своим коварством и злопамятностью. Болтали, что сама Удача на их стороне, а потому никто не смел против них злоумышлять - если наг жив, из кожи вывернется, будет выжидать сколь угодно долго, но отомстит. Я тогда решил, что это скорее всего такой комплимент. Своеобразный. Тварюшки эти, кстати, вымерли. Комментарий насчет нага, кажется, царя впечатлил, потому что вместо того, чтобы выпинать меня вон с вольной и парой грошей, он предложил мне работу. Внештатным агентом, с полным комплектом персонифицированных артефактов, включающих боевую броню и амулет связи и - это из разряда минусов - обязательной мобилизацией в случае чрезвычайной ситуации. Причем это уж сам правитель будет решать, насколько ситуация ахтунговая: скажет, и болонку Ее Величества буду искать. Кабала, конечно. Но весело точно будет. Да и денежки мне не лишние; кроме того, у меня возникло стойкое чувство, что все эти милости - не просто так, чем- то я заинтересовал Его Величество, и он решил держать меня в поле зрения, я даже предполагаю, чем. Вообще- то это, конечно, стремно, с другой стороны, король произвел на меня самое приятное впечатление: показался достаточно разумным и мыслящим, склонным самолично вникать во многие вопросы, не думаю, что он будет злоупотреблять своей властью... понятное дело, я сразу согласился, даже раздумывать не стал. Повезло мне - я целый месяц дергался, а сегодня наконец-то подогнали обещанные артефакты и амулеты. Они делались исходя из особенностей ауры носителя, поэтому производство занимало некоторое время. Пищу я теперь смогу проверить, умница-амулетик даже приворотное зелье распознает и просигналит. И конечно - броня! Ура! Ее я тут же вживил, и она частично и была причиной моей головной боли. Очень я ей порадовался, когда когти Миля полоснули по моей коже - чешуйки плотно покрыли все мое тело, мгновенно среагировав на опасность и формируясь на поверхности кожи, мышцы заныли - в них вливалась сила. Как бы не пришибить Миля - хотелось бы еще уточнить у него пару вопросов. Я схватил за волосы офигевшего оборотня и немного притопил. Все его попытки вывернуться ничего не принесли, и он порядочно наглотался воды. Когда Миль мог уже лишь вяло цепляться за мою кисть, я отшвырнул его на пол и, пока его тошнило у бортика, вылез из бассейна. Лениво пнув его пару раз под ребра - чутка совсем! - я ласково произнес: - Мне кажется, пора тебе познакомиться с моим подвалом. Что-то слишком часто меня пытаются убить. Хотелось бы уточнить, кто тебя нанял, чудо-зверюшка. Парень безнадежно смотрел на меня снизу вверх, не делая попыток подняться, а я понял, что все еще его хочу. В общем-то пытки в данном случае - это ненужная жестокость, если его наняли, вряд ли посвятили в тонкости, так что знает он немного и, я уверен, предпочтет рассказать все сам, а ненависти к нему я не испытывал - не похож он на профи, скорее - на жертву обстоятельств. Против меня он ни при каких условиях не выдюжит, можно было бы надеть браслеты повиновения, и... Миль отполз от меня подальше и перегруппировался, превращаться, впрочем, не стал и подтвердил мои мысли: - Я все равно почти ничего не знаю. Я все скажу так! - Не, скучно. В подвале хоть развлекусь! Но могу предложить еще вариант, - мой голос стал таким похабным - самому противно. - Догадываешься какой? - Он опять связан с моей жопой? - вздохнул оборотень уже без прежнего неприятия; еще бы - покушение штука серьезная, очень обычно людей расстраивающая и влекущая за собой весьма неприятные последствия, особенно для раба; в этом свете мой сексуальный интерес к Милю, для него - дар небес. - Конечно, сладкий! И массажик. Только без глупостей - а то настроение мне испортишь и все-таки придет тебе пиздец. Я не хочу тебя наказывать, но ... в общем - не зли. - Ладно. Миль заметно погрустнел, тоскуя, видимо, о своей невинности и поплелся за полотенцем, обходя меня по широкой дуге. - Меня что интересует: ты здесь давно. Меня тогда и в проекте не было. Соответственно - ты же не профессионал? - Нет, конечно. Я - квартерон, даже полный оборот сделать не могу, только когти и выпускаются. Вообще-то я об этом помалкиваю - люди наших побаиваются, но на квартеронах можно срываться почти без последствий - я же мелкий и силы во мне немного, особенно если скопом нападать...- объяснял Миль, пряча взгляд. Блин, мне его даже жалко. Хотя мелким я бы его не назвал - он, конечно, чуть ниже меня, но я ведь где-то метр девяносто... может, оборотни все высокие... Жизнь у него не очень веселая, а я парень жалостливый. Все! Если не будет сильно чудить - не трону. А если будет... придется привлечь умельцев из тайного приказа: у самого меня вряд ли хватит пороху мучить человека, ну, не совсем человека, скажем так: разумное существо... вот, буду надеяться на силу его разума! В смысле - что у парня соображалка работает, и он будет паинькой. - Но, верно, кто-то все же увидел что-то странное. Я пару месяцев назад поранился сильно, а на мне все заживает моментально... - продолжил Миль, попутно вытирая меня и напяливая халат. - Ко мне в городе подошел человек и намекнул, что квартероны отличный материал для опытов, а хозяин с удовольствием продаст меня настойчивому человеку... - Ох, и дурак ты, Миль... неужели не догадываешься , что тебя ждало в случае удачи миссии? Нет свидетеля, нет проблемы, в живых тебя никто оставлять не собирался, так как расследование было бы весьма тщательное. Единственный шанс - бежать. Но на тебя стала бы охотиться вся Тайная Канцелярия и твои "наниматели" до кучи. А если просто драпанешь - за тобой опять же пойдет охота. У парня кажись аж глаз задергался - нечасто тебе спокойным тоном сообщают, что в общем-то ты - по любасу труп. Цвет лица у него уже давно был не очень, и что-то я заволновался, что его хватит Кондратий. Юноша закончил процесс облачения и просто стоял рядом, посматривая на меня, как кролик на удава. Я провел кончиками пальцев по бедру, он инстинктивно дернулся, но через мгновение заставил себя стоять смирно. Моя другая рука легла на ягодицу, я начал его поглаживать, заинтересованно наблюдая, как Миль из землистого становится пунцовым. Блин, не может быть, чтобы мне "повезло" связаться с девственником! Некоторые находят волнующей мысль о непорочности партнера, я же вижу неоправданное количество мороки, во всяком случае, в моей ситуации, было бы хорошо кого-то поопытнее. Думалось парню не только о моих шаловливых ручках , но и о своем незавидном положении. Мои поползновения его расстраивали, но все меркло перед мыслью о неизбежном завершении бренного существования, он покривился и уточнил: - Ну, миссию я завалил. Может, хозяин просветит меня - какие теперь расклады? И я не понял - а причем здесь Неназываемые? - Неназываемые? - Работники Тайной Канцелярии. - Миль, каким местом ты слушал? Я с ними общался, когда стучал на Вильгельма. И, вообще-то броню, которую ты на мне видел, нельзя купить в лавке. Ее можно только получить в комплекте с государственной должностью. В данном случае - внештатного агента Тайной Канцелярии. Парень опять стал бледным, теперь аж до синевы. - Не отдавайте меня им. Пиздец, какой он нервный. Надо чуток его успокоить, а то еще распсихуется, я ободряюще улыбнулся. Надо же, как он моих коллег боится. Странно... мне показалось - весьма приятные люди. Да! Кстати: надо же доложить. И, мне пришла в голову интересная мысль... кажется, это называется вербовкой! Ничего не отвечая, я прошел в спальню, Миль последовал за мной и остановился в углу, тревожно блестя глазами. Из секретера был извлечен амулет связи. Он был очень качественный - не только звук, но и изображение, я им даже залюбовался: отполированная пластина серебристого металла блестела, как хром, для активации достаточно взять в руки и назвать вызываемого. При произнесении имени моего куратора гладкая поверхность пошла рябью, затем появились контуры лица, потом изображение стало совершенно четким. Треугольное лицо, запавшие щеки, острые скулы, густые прямые брови на выдающихся надбровных дугах почти скрывают маленькие глаза-буравчики, тонкий хищный нос - не сказать, чтобы Гунар был красив, но о нем говорили, что у него выдающийся аналитический ум. Был уже вечер, так что куратор встретил меня недовольным взглядом и буркнул: - Тальм? Чего надо? - И Вам доброго вечера! - осклабился я - Хочу сообщить о совершенном на меня покушении на убийство. Гунар нахмурился, изображая работу мысли. - Подробности давай! - Раб квартерон попытался вспороть мне шею когтями. По его словам, некто, чьего лица он не видел, шантажом заставил животинку. Очевидно, что он не профессионал. Передаю изображение. Я повернул пластину так, чтобы Гунар увидел Миля, который, кажется, держался на ногах только благодаря стенке, на которую опирался. - Зафиксировано. А чего он голый? - раздался бесстрастный голос мужчины. - Ты хочешь, чтобы наши ребята с ним поработали? Или - в расход? - Мне кажется, нет смысла. Если появятся нестыковки, отправлю к вам, а так - сам разберусь. Голяком потому что я ванну принимал, а он вместо того, чтобы тереть спинку, отрастил когти... Отправь мне с курьером материалы по людям, пострадавшим в результате раскрытия заговора. Кто-то настойчиво пытается меня пришить, думаю это связано, так-то я никому дорогу не переходил... - Там часть сведений секретны. Передам, что смогу. - Да мне главное - имена. Попытаюсь вычислить противника. И, это, может, браслетики мне пришлешь для животинки? - С утра. А сейчас я лично иду спать. И... поосторожнее там. Величество с меня шкуру из-за тебя спустит. На этой оптимистичной ноте Гунар отправился спать, а я повернулся к Милю: - Итак, прекрасное создание, ты - в полной жопе. Это можно сравнить с глазом бури - ты случайно оказался на безопасном островке. В данный момент только я стою между тобой и как там? Неназываемыми? И я же защищаю тебя от твоих нанимателей. В твоих интересах, чтобы я был живой. Я тебя не трону по той простой причине, что лишь ты кровно заинтересован в моем здравии, что в сложившейся обстановке весьма ценно, так что буду тебя везде с собой таскать и давать разные поручения. Вот! Ну, что? Хорошо я придумал? - То есть я еще поживу - пока Вы не узнаете, кто пытается Вас убить, - как-то невесело дернул губами Миль. Что-то он не оптимистичен. Хотя, я на его месте уже сгрыз бы ногти до локтя от нервов. - Ты проживешь долгую и хорошую жизнь, если будешь мне предан. Я могу простить все что угодно, кроме предательства, а ошибки совершают все... Не думаю, что парень мне поверил, оно и понятно - когда на кону само твое существование, поневоле станешь подозрительным. Но я докажу ему, рано или поздно. А пока... пока доверять тоже погожу - это вполне может быть сложной комбинацией, слишком уж очевидно он зависит от меня, слишком легко мне дались в руки козыри. Конечно, я мог бы и убить его, тогда ничего бы не вышло, но что - то подсказывает, что ценность шкуры раба, для людей ведущих игру, мизерная. Могли и рискнуть ради возможности подобраться ко мне ближе. Так что улыбаемся, но спиной без щитов не поворачиваемся и вообще артефакты не снимаем. Я ободряюще улыбнулся зеленоватому Милю и поманил пальцем, он, конечно, тут же вспомнил про уговор, засуетился, застилая кровать полотенцем - чтобы не запачкать маслом, когда массаж будет делать. Я растянулся на животе, напомнил поганцу, что убивать меня - себе дороже и отдался его рукам. Достаточно, надо сказать, ловким. Он был сильный, старательный и очень хотел мне угодить, так что через какое-то время я понял, что уплываю в сон. - Лапа, я сейчас засну. Ты еще чуток меня помни, а потом ложись ко мне под бочок. И утром не буди. - Я думал, запрешь до завтра. - Не, - я зевнул. - Хочу, чтобы ты спал рядом... Конечно, всю ночь я не продрых - проснулся где-то в середине. Миль меня закутал, сам умостился на краешке постели, скрючившись невероятным образом. Что мне дико нравилось в этой стране, так это тщательно поддерживаемый магами климат: круглый год умеренно тепло, пара тройка жарких дней каждый месяц, регулярные дожди, способствующие урожаю. Ночи стояли прохладные, но не холодные, я - вечный мерзляк, так что даже в теплую ночь кутаюсь под одеялом, нужно чтобы было градусов тридцать по Цельсию, для того чтобы я от него отказался. Греющее тельце было бы мне не лишним, учитывая, что ночью ощутимо похолодало. Из приоткрытого окна тянуло сыростью, трещали кузнечики ... или цикады, не знаю, я не очень секу в насекомых, в общем: кто-то там звуки издавал. Я подполз ближе к теплому комку и прижал к себе милеву тушку, тот, конечно, проснулся, дернулся и напряженно замер в моих руках. Сначала никаких сексуальных поползновений я не планировал, я спать хотел, потом не удержался и провел по гладкой коже на боку Миля. Мягко. И как-то недостаточно. Прижал к себе плотнее, прикоснулся к волосам, продолжил движение на затылке, перешел на спину, втянул ноздрями запах волос на шее - пах парень приятно. Не могу ни с чем сравнить - никакой "корицы", или там "карамели", или "осенних листьев" я не почуял, этот аромат я не смог бы разложить на составляющие и перечислить их, но мне определенно хотелось вдыхать его снова и снова. Я легко и нетребовательно оглаживал каменное тело Миля, тот молча терпел и притворялся бревном, но, наверное, не так уж я был ему и противен, потому что через какое-то время он разом оплавился в моих объятиях, начал тереться и постанывать, я и сам уже нешуточно завелся, перешел к влажным поцелуям, перевернул парня на спину, целовал гладкие губы, мял соски, отчего Миль изгибался и стонал, ерзал подо мной и сжимал простыню. - Я буду не против, если ты меня пообнимаешь, а то вся твоя страсть уходит простыне,- прошептал я ему в ухо. - Боюсь выпустить когти... - Оу, теряешь голову? - ехидно протянул я и лизнул сосок. С нажимом и медленно, Миль в очередной раз выгнулся. - Вообще, я тут подумал , что принуждение - это плохо. Наверное, мне надо прекратить, - мурлыкнул я. - Ах! - не очень-то связно ответил Миль и оплел меня ногами, дергая тазом и пытаясь потереться о меня своим членом. Я воспринял это как приглашение, опустил руку и начал медленно кружить около вожделенной дырочки. В ящике рядом с кроватью я хранил тюбик со смазкой - да, я оптимист, давно уже надеялся, что секс у меня будет. Не спеша намазал Миля и себя, приставил свой горящий член к его отверстию. Опыта у меня никакого, но я постарался войти в него медленно и осторожно, отвлекал от боли поцелуями, умудрился извернуться и достать до его члена, приласкал, двигался ровно и не очень глубоко - член у меня довольно большой, а я старался не причинить боли. - Не обязательно так... осторожничать... я быстро заживаю... Я остановился совсем и вгляделся в лицо Миля: наверное, больно все же было, потому что он зажмурился изо всех сил и сжал кулаки так, что костяшки побелели. Теоретически я знал, что нужно найти правильный угол, тогда будет задействована простата, что, вроде бы, должно приносить наслаждение. На практике я ни разу ничего положительного во время секса с Вильгельмом не почувствовал, хотя иногда на него что-то находило и он пытался доставить мне удовольствие. Однако, все его телодвижения не вызывали во мне ни малейшего отклика и в итоге он только злился, а я ничего, кроме гадливости от его прикосновений ощутить не мог, все поглаживания были неприятны и возбуждения не было. У меня, кажется, ни разу не встал, когда я был с ним... Но у Миля торчало вверх, как надо, да и все признаки возбуждения налицо. Почему же он так сказал? Будто хочет, чтобы я побыстрее кончил и отвязался от него. Я нахмурился, разглядывая лицо любовника. Чувствуя, что я остановился, Миль открыл глаза и недоуменно посмотрел на меня: - Что-то не так, хозяин? - Тебе больно? - Совсем немного. Не беспокойтесь обо мне. Блядь, какая самопожертвованность! С чего бы? Наверное, решил озаботиться о целостности своей шкурки и немного подлизаться ко мне... но мне-то так не надо! - А я беспокоюсь. Хочешь, перевернемся и ты будешь сам двигаться: может, так для тебя будет лучше? В его глазах промелькнуло удивление: - Не надо. Дайте мне пару минут привыкнуть, и все... Конечно, я дал ему время, даже больше, чем пару минут, так увлекся поцелуями и вдумчивым изучением лица Миля на ощупь и на вкус. Кожа была немыслимо гладкой, никаких волос, кроме бровей и ресниц, я терся об нее и только что не мурчал от удовольствия, прикасаться к парню было невероятно приятно. И это при том, что обычно мне не нравится трогать чужих. А чужие, это все, кто не я. Вот, разве, что Карл исключение, наверное, это побочный эффект от считки. И теперь еще Миль. Сначала-то я собирался быстренько с ним перепихнуться, просто чтобы сбросить напряжение - глупо же дрочить, когда рядом полно рабов, но сейчас происходит что-то явно большее: мне с ним так комфортно и немного тревожно - боюсь сделать парню неприятно. Через какое-то время Миль сам толкнулся мне навстречу, я немного приподнялся, позволяя ему совершать движения, хотя вряд ли это удобно: ноги устают, поэтому я вскоре перехватил инициативу и мне даже удалось найти заветную железу, судя по тому, как заизвивался и застонал Миль. Взгляд у парня расфокусировался и стал совершено шальным, из рук полезли когти: - Я... ах! Что-то не могу... они сами высовываются! Я захватил запястья недооборотня и прижал их к простыне, получать царапины не хотелось. Держать пришлось недолго - Миль кончил даже без прикосновений к члену, при этом он так выгнулся, сжался и застонал, что мне хватило пары движений, чтобы последовать за ним. ...м-м-м-м ...шевелиться не хотелось, но я все же заставил себя скатиться с вялой тушки. Парень пялился в потолок совершенно бессмысленным взглядом и улыбался, я прижал его к себе, собственнически закинул на него ногу и почти сразу заснул, вяло размышляя о том, что же я буду делать, если он опять попробует меня убить. Наверное, жутко обижусь...