Персабет в наши дни

Сегодня был день рождения Гроувера. Как бы я не был зол на него и обижен за его отъезд, мы с Нико, весь день пытались до него дозвониться. Я остался с утра с Аннабет, но все равно продолжал звонить ему, выходя из комнаты. Нико и Джейсон пытались дозвониться до него с пляжа. После, когда вернулись ребята, Талия сказала, что она дозвонилась до него, и Гроувер извинился за плохую связь, и сказал, что у него были какие-то проблемы дома. Я так понял, что Талия передала от нас всех поздравления. Она сказала, что Гроуверу было очень приятно, что мы не забыли, он передал всем большой привет и поблагодарил. Я лишь хмыкнул, встретив внимательный взгляд Талии, и поднялся обратно к Аннабет. Только она могла отвлечь меня. Никто не знал, как сильно я переживаю отъезд Гроувера. Никто. Даже Аннабет. Нет, она в какой-то мере знает это, но она не знает, что я все еще переживаю. До сих пор. Мы были с ним друзьями с 6 лет. И вот, он берет и уезжает, переставая поддерживать связь. Я замечал, что он постепенно отдаляется от нас, но я был занят проблемами Аннабет, чтобы решать свои с Гроувером. Я думал, что это пройдет. Что он перестанет отдаляться. Этого не произошло. И я очень корю себя, что ничего не сделал для этого. Я ненавижу себя за то, что ничего не сделал для этого!!! Я просто не знал, что делать. Как он мог уехать, толком не попрощавшись? Как он мог оставить меня? Мы всегда были вместе, всегда! Я скучал по нему. Господи, как я скучал по своему лучшему другу! — Я получил твои звонки и решил, что должен перезвонить тебе. Я хмыкнул. — Тебе потребовалось полгода, чтобы перезвонить мне? — начал закипать я. — Тебе потребовалось долбанных полгода, чтобы позвонить мне!!! — Я знаю Перси! — судя по голосу, Гроуверу было так же хреново, только он, в отличие от меня, кричал молча. Я потер переносицу пытаясь успокоиться. — И о чем будем говорить, Гроувер? О твоем отъезде? Или спросим друг друга как у нас дела? Что нового? Что?! ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ УСЛЫШАТЬ?! Я понял, что не сдерживаюсь. Я действительно не мог успокоиться. Я ожидал, что он сейчас бросит трубку, и уже было открыл рот, чтобы извиниться, но меня перебил Гроувер: — Я скучаю, Перси. Вот так одно предложение, выбило из меня весь воздух. Одно долбанное предложение, и я как щенок заскулил. Я опустился на траву и зажал голову руками. Я чувствовал как эта рану внутри снова стала сочиться. — Я скучаю Перси… — продолжил Гроувер. — Я скучаю каждый чертовый день! Но я должен был уехать, Перси. Я должен был уехать именно так. Мы минуту сидели в тишине. Я переваривал слова Гроувера и увы, не знал что ему сказать. — Почему? — практически прошептал я. Этот вопрос мучил меня все это время и я ни разу еще не задал его вслух. — Ради нашей дружбы, Перси, — так же прошептал он. — Я не могу сейчас рассказать тебе все, потому что нужно время. Но я хочу, чтобы ты знал, Перси. Я вынужден был уехать, и мне нужно было, какое-то время побыть одному, без напоминаний о вас. Я чертовки скучаю по вам, и вспоминаю вас, каждый божий день! Я скучаю по нашим вылазкам, разговорам, печенью Салли. Это сложно понять, но попытайся Перси. Я уехал, потому что должен был. Но я не перечеркивал нашу дружбу. Я пытался ее сохранить в своей извращенной манере. Но пытался. Я обещаю, что все расскажу тебе, но через время, Перси. Не торопи меня. Ты сам еще не готов, а я не хочу снова потерять тебя. Не хочу, Перси. Я закрыл лицо руками. — Я дерьмовый друг, Гроувер. Я должен был понять, что что-то не так. Прости. Мы молчали. — Ты не виноват, Перси. Просто я не хочу, чтобы ты думал, что я бросил тебя. Я обещаю, что все объясню, мне просто нужно время. — Я подожду, Гроувер. Мы снова замолчали, в какой-то мере наслаждаясь этим молчанием. Оно как будто объединяло нас. Пусть и за долбанные километры друг от друга, но сейчас - мы были рядом. — С Днем Рождения, Гроувер... — Спасибо, Перси. Снова тишина. — Перси, тебе нужно переварить это все. Просто не забывай меня. Я всегда рядом. Что бы ни случилось. Просто какое-то время я должен быть далеко. Потом ты все поймешь. Я не знал, о чем он говорит. Я не знал, пойму ли я когда-то. Не забудет ли он сам. Я знал только одно: — Я скучаю, Гроувер. И мне так сильно тебя не хватает. — Я знаю, Перси. Я обещаю, что еще вернусь. Обещаю. Я какое-то время продолжал сидеть в саду, пытаясь успокоится и сдержать слезы. Я смотрел в ночное небо и считал звезды. У меня появилась Аннабет. Но пропал Гроувер. Почему мы получаем что-то одно, только потеряв что-то другое? Почему? Я поднялся в комнату к Аннабет. Я хотел забыться в ее объятиях. Забыть про чувство вины, которое гложет меня. Но она, лишь смерив меня злым взглядом, прошла мимо. Какого черта?! Я был не в настроении для тупых бабских истерик. — Аннабет, какого хрена ты себя так ведешь? — устало спросил я. — Включи свои мозги, если они, конечно, не атрофировались еще здесь, — дерзко оттолкнула меня она. Я смотрел, как она спиной ко мне отошла и легла на край кровати. Я закрыл глаза от боли. Какого хрена? Я всегда выбирал ее. Я променял ее на своего лучшего друга, когда нужен был ему!!! Заслужил ли я такого обращения? Я не знал… — Может тебе проверить свои? Если они у кого-то и атрофировались, то вероятней всего у тебя, не находишь? Я грустно посмотрел на нее и вышел из комнаты. Я всегда был рядом с ней. Я не давал причин в себе усомниться. Я защищал и оберегал ее. За что она ведет себя так со мной? Когда так нужна мне. Я вышел на кухню, налил себе рюмку коньяка и вышел в сад. Я ненавидел такие моменты. Я сразу вспоминал уход отца. Как прогнала меня полгода назад Аннабет. Сейчас еще вспоминал уход Гроувера. Все уходят. Ничего не вечно. Кто-то возвращается. Кто-то нет.