Love in the hospital

Весь день никто Билли в палате не видел. Я был в комнате и редко выходил, так что если бы он появился, я бы заметил. Фрэнк долго смеялся с меня, и с моего фиолетового синяка под глазом, всяко подшучивал надо мной. Словом, поступал, как самая настоящая свинья, потому что именно он спровоцировал меня вчера. Армстронг пришёл уже к концу дня не с пустыми руками. У Билли было несколько царапин на ногах, они были слегка перепачканы в саже. Он сел на кровать и достал с трусов бутылку пива и маленький пакетик с таблетками. Мы переглянулись с Фрэнком. Мне было уже страшно говорить с ним, но я все-таки попытался. — Билли, это что, наркотики? — с сомнением спросил я. Если честно, я прекрасно знал, что это именно наркотики, вероятно, что амфетамин. Но спросить нужно было. Это как ругать маленького ребёнка. Сначала спрашиваешь, что он натворил, и смотришь, чувствует ли он вину, а потом уже говоришь, как нужно делать, а как нельзя. — Ага. — сказал он равнодушно. Он так сказал это, будто «я тебе отвечу, только отъебись, пожалуйста». После этого Билли умело открыл пиво, стукнув крышечкой о тумбочку, и положил на язык одну таблетку, запив тёмным нефильтрованым. Специфические вкусы, конечно. Его кадык дергался при каждом глотке, было слышно, как он жадно вбирает в себя пиво, сжимая в руке пакетик, на который я все чаще обращал внимание. — Это амфетамин? Где взял? — Встретился с нужным человеком, вот и все. Закрой дверь. Я закрыл дверь на задвижку и снова смотрел, как Билли пьёт. Это было так сексуально и красиво. Допив до конца, он совсем разбушевался. В пакетике оставалось ещё две таблетки. Армстронг посидел около минуты, а потом встал. Парень разбил пустую бутылку о тумбочку. Осколки разлетелись по всей комнате. Я очень напрягся. Мне ещё повезло, что здесь Фрэнк. Он тоже чувствовал себя не лучше. Я сразу привстал на кровати, когда Билли стал подходить ко мне. Это было ещё хуже. Все было так странно. Его глаза горели. Он был готов убивать. Видимо, он не такой уж и нормальный, как показался нам раньше. Фрэнк тихо начал вставать, чтобы при возможности и надобности помочь мне. Билли подходил все ближе. Он шёл медленно, наступая на осколки от зелёной бутылки. Подойдя ко мне, он присунул так называемую розочку к моему горлу. Я сглотнул. Дела были совсем плохи. — Ты думаешь, можешь пользоваться мной, как шлюхой? Можешь ебать меня, когда захочешь? А если ненужным стану, выбросишь? — на глазах у него стали наворачиваться слёзы, он говорил сквозь всхлипы, но старался сдерживаться. — Билли, я правда не хотел этого. Я даже и не думал предавать тебя, дружище. Может, спокойно поговорим? Без всяких бутылок, без всего. Это помогло бы нам настроить наши отношения в лучшую сторону, Билли. — Да что ты знаешь об отношениях людей? Ничего. Ошибкой было тогда вставить тебе. Потому что ты мне нравился. Запретный плод сладок, не так ли, Майк? Я тебе всю твою волосню быстро выстригу, слышал? А что скажет твой дружок? Он ползет сейчас ко мне, думает, может меня оглушить или ещё чего. А нихуя подобного, понял? Если он подойдёт, наверняка получит этой бутылкой в живот. Скажи ему, чтобы сидел смирно на своей кроватке, Майк. Это только наше дело. — Билли легонько провёл стеклом по моей шее, поглаживая. Ему нравилось играть. — Фрэнк, сядь обратно. Пожалуйста. Сядь обратно. — он замешкался, но все равно вернулся обратно. Он сидел на краю и готов был помочь мне, как только это будет нужно. — Что ж, отлично. А теперь ты будешь расплачиваться за то, что сделал со мной. За все, что сделал. Ты знаешь, как мне было больно?! — он опустил своё оружие и стал плакать, прямо истерить. Я начал обнимать его и успокаивать. Странно, что он не сопротивлялся. Может, это ему и было нужно? Просто он остался один и никто не мог ему этого дать. И вот он нашёл меня, а я так поступил… Поступил, как мразь. — Билли, я… Прости меня, прости, пожалуйста. Я такой идиот… Ты прав, прав во всем, это я дурак, не стоило мне тогда распускать руки. — я убаюкивал его, как маленького ребёнка, а он лишь прикрыл глаза и слушал меня. Билли позже совсем успокоился, и я спросил у него, остановившись. — Ты как? — Нормально. Армстронг обнял меня так крепко, нежно и чувственно, будто он не обнимался со времён столетней войны. Я тоже стал обнимать парня. Мне ничего больше не оставалось. Кажется, он был уже спокоен. Причин для паники не было. Билли казался мне таким милым котенком. Кажется, только дернешься и спугнешь его, поэтому не двигайся, не дыши. — Патлы твои я все равно обрежу, — с улыбкой сказал он, поцеловав меня в губы, а потом ушёл, виляя задом. — Ну, окей, договорились. Кажется, у кого-то скоро появится парень. — Ну, и что это было? — спросил Фрэнк, как только закрылась дверь. — В рот не ебу, но что-то у меня налаживается с ним. Видел, как он меня засосал? Ах, любовь! — мечтательно сказал я, ложась на кровать. — Слышь, покоритель сердец, кто стёкла убирать будет? Явно не этот придурок. Так что давай, поднимай свою жопу и собирай. Мы стали убирать все осколки после разбушевавшегося Билли. Меня это совсем не радовало. Я после себя убираю с трудом, а тут после кого-то. Ужас, а не жизнь.