Ты-мой дом.

Воспоминания чередой проносились в голове. Вот он ловит нерадивого воришку, помогает ей собрать вещи, любезно предлагает отвезти. Реджина Миллс, конечно, отказывается…а он уезжает. Женщина вспоминает, как не на шутку разозлилась на Робина Локсли. В конце концов, он мужчина, а где это видано, чтобы приличные молодые женщины ни с того ни с сего разъезжали в фургоне малознакомого работяги? Однако она тут же улыбнулась собственным мыслям. Уже в машине он поправил плед, сползший с плеч, и налил горячий чай. Окоченевшие ладони, сжимая спасительное тепло в железной кружке, быстро отогрелись, и Реджина ощутила уютную усталость. Словно каждый вечер заканчивался трогательной заботой из теплых мужских рук. — Можешь оставить его у себя, — добродушно отозвался мужчина и завел фургон. Брюнетка, по- прежнему завернутая в плед, никак не желала расставаться с этим кусочком тепла. Она стояла возле дорожки, ведущей к дому, и переминалась с одной ноги на другую. — Спасибо, — крикнула она вслед отъезжающей машине, и чуть ли не бегом направилась в дом. Аккуратно встряхнув и сложив теплый плед, женщина убрала его в шкаф. И уже после подумала о том, что при первой же удобной возможности вернет его владельцу.       Конец февраля, дело близилось к весне, но дни становились только холоднее. Ветер свирепо клонил деревья, а небо хмурилось от подступавших туч. Реджина думала о том вечере всю неделю, отчего Зелене приходилось частенько одергивать сестру. — Милая, а ты, небось, опять в облаках витаешь? — Что за ерунда?! — Это я у тебя хотела спросить. Как так получается, что я уже десять минут с тобой разговариваю, а ты находишься будто бы не здесь? Зову по имени, а ты в ответ только блаженно улыбаешься и смотришь в окно. — Извини, я просто задумалась. — Спустись на землю грешную. Надеюсь, что твои мысли как раз о договорах и счетах, потому что одна я не справляюсь. — Думала о том, что надо заехать к отцу на стройку. — Что-то ты зачастила туда? — Ничего подобного, мне просто нужно с ним поговорить. — Это можно сделать и дома вечером. — Нет, нельзя. Я хочу поехать к нему, — упрямо настаивала на своем Реджина. — Без проблем, уйдешь пораньше. А пока, милости прошу заняться полезным делом, которое называется работой, — женщина водрузила на стол несколько папок с бумагами. — А ты что будешь делать? — протестующее заявила Реджина. — Схожу в кофейню через дорогу. У меня назначена встреча, — загадочно ответила Зелена. Она остановилась у зеркала, слегка взбив рыжие кудри, которые идеальными волнами лежали по плечам. Подкрасила губы и ослепительно улыбнулась напоследок. — Не скучай, сестренка, я куплю что-нибудь и для тебя. — Как великодушно с твоей стороны, — уныло процедила женщина и принялась за работу. Бумажная волокита утомляла сильнее всего и Реджина постоянно пыталась отвлечься. То на кофе и свежую выпечку, которые принесла с собой Зелена. То на звонок подруги, которая весело щебетала что-то о предстоящем замужестве. Женщина слушала в пол-уха, погруженная в собственные мысли, и вежливо поддакивала при необходимости.       Очередной день на стройке близился к завершению и рабочие сбивались в кучки, чтобы устроить перекур, а заодно обсудить проделанную работу. Робин, в окружении своей бригады молча, слушал о том, что говорили мужчины. На стройку поступила новая партия балок, и мужчина мысленно прикидывал, сколько еще понадобится в ходе работы. Реджина в отдалении наблюдала за ним, надежно укрывшись за мешками строительных смесей, сложенных аккуратной стопкой в два ряда. Она ненадолго заглянула к отцу, и даже перемолвилась с ним о каких-то рабочих пустяках, но уходить со стройки не спешила. Сапоги утопали к куче строительных опилок, холодный ветер пробирался даже под теплое пальто, но женщина обращала мало внимания на все это. — Нам пора, — громко объявил Робин, махнув рукой, чтобы все собирались домой. Мужчины развернулись и направились прямиком в ту сторону, где стояла Реджина. Женщина заторопилась покинуть свой наблюдательный пост, и круто развернувшись, нос к носу столкнулась с одним из рабочих, что нес тяжелый мешок цемента. От неожиданности мужчина уронил поклажу и бумажный мешок, лопнув по шву, с ног до головы осыпал его, а заодно и Реджину сухой серой пылью. — Черт! Брюнетка закрыла глаза, боясь даже пошевелиться и всей душой желая провалиться сквозь землю. Голоса мужчин раздавались совсем рядом. Однако увлеченные своей беседой, они прошли мимо, совершенно не обратив внимания на нее или рабочего, который присел и склонился над остатками цемента, негромко причитая. Мужчины удалились достаточно далеко, когда женщина, наконец, открыла глаза. Больше всего в данный момент она напоминала пугало, вывалявшееся в грязной муке. Реджина громко чихнула и принялась отряхиваться от пыли, проклиная свою неуклюжую натуру и способность находить неприятности сплошь и рядом. В воздух поднялось облако серой пыли. — Неужели вы не смотрели куда шли? — Мисс, я нес этот мешок на положенное ему место, где лежат все остальные. — Тут же люди ходят, надо было крепче держать. — Откуда мне было знать, что вы прячетесь здесь? Я надеялся обойти вас, а вы повернулись и налетели прямиком на меня. — Ах, это я еще и виновата? С чего вы вообще взяли, что я пряталась? — недовольно заявила Реджина, оглядев мужчину. Он выглядел не многим лучшее нее, и она досадно усмехнулась. — Смейтесь сколько угодно, — улыбнулся мужчина, — только вот не каждый день на стройке встретишь красивую, шикарно одетую женщину, что притаившись за стопкой мешков продолжительное время смотрит в одном и том же направлении. — Я приходила к отцу, — словно оправдываясь, заявила молодая женщина. — Это не мое дело, только ваш отец работает этажом выше. — Знаете что. Поступим так. Я заплачу вам за этот испорченный мешок, сколько нужно, а вы забудете о том, что видели меня здесь, особенно в таком виде. Идет? — Мне ничего не нужно, с материалами всякое случается. И, как я уже сказал, это не мое дело, что вы тут делали. Только в следующий раз вместо мешка может оказаться что-то потяжелее. Стройка — это опасное место. — Спасибо, я приму к сведению, — женщина еще раз отряхнулась, понимая, что одежда все равно безнадежно испорчена. Придется ехать в химчистку. И простившись с мужчиной, направилась к лифту.

***

      Зелена купила горячий растворимый кофе в пластиковых стаканчиках и пару сэндвичей, а после присела рядом с сестрой за шаткий деревянный столик. — Держи, это тебе, — изо рта вырывалось облако пара, ближе к ночи температура сильно понижалась, и посиделки на улице были не самым лучшим способом провести свой вечер. Но Реджину это вовсе не заставило отказаться от намеченной цели. — Спасибо. — Может быть, ты уже объяснишь, зачем мы здесь? — Скоро ты сама все увидишь. — Мы кого-то ждем? — Можно и так сказать. — Ненавижу, когда ты говоришь загадками, — фыркнула женщина и принялась за теплый сэндвич. Кофе пару раз неаккуратно выплеснулся из стакана, попав на пальцы, и Зелена зашипела от боли. Еда и напиток оставляли желать лучшего, но никто и не обещал, что второсортная забегаловка накормит вас, как в изысканном ресторане. Сестра отказывалась давать какие-либо объяснения о том, почему они сидят на улице и ждут неизвестно чего, а Зелена уже начинала терять терпение. Немного погодя она увидела четверо мужчин, что вывернули из- за угла и, заметив свободный столик, направились к нему. Пока они обсуждали, что взять поесть, Реджина довольно заулыбалась. — Ты шутишь? Это ради них мы замерзаем уже час, около кособокого трейлера с горячим питанием, и пьем растворимый кофе? — сомнительно оглядывая рабочих, произнесла Зелена. — Да. Только не начинай. Я не так часто прошу у тебя помощи, — взволнованно зашептала Реджина и нацепила темные солнечные очки. — Более провальной маскировки я еще не встречала. Зачем тебе эти дурацкие очки? Уже давно стемнело, — усмехнулась женщина, изумленно глядя на сестру. — Так надо, — вкрадчиво прозвучало в ответ. Реджина искоса поглядывала за соседний столик. Робин возился с замком на собственной сумке, остальные шумно переговаривались и о чем-то спорили. — Постой-ка, а это не тот рабочий, что помогал нам с кондитерской? — пытаясь прояснить ситуацию, вновь завела разговор Зелена. — Шшшш, тише! Это он и не надо так кричать, — возмущенно прозвучал голос сестры. — Редж, неужели он понравился тебе? — понизив голос, с излишним любопытством. Брюнетка уважала такие качества, как твердость и прямота, которыми Зелена была наделена сполна. Сестра никогда не умела ходить вокруг да около, предпочитая спрашивать прямо в лоб. — А что, если и так? — Ничего, просто думаю о том, какой нагоняй устроит наша мама. — Ты не посмеешь рассказать ей! — отчеканив каждое слово, ответила Реджина. — Ясное дело. У меня нет желания бесконечно выслушивать потом нотации о том, что я, на правах старшей сестры, должна была вразумить тебя. Помешать тебе, связать и посадить дома. В общем, сделать что угодно, лишь бы не допустить непоправимой ошибки. В конце концов, я не нянька тебе, а ты не маленькая и сама разберешься. — Спасибо. Будет лучше, если это все пока останется между нами, — стянув очки, женщина смело поднялась и направилась к продавцу, находящемуся у столика, за которым устроились мужчины. — Рассчитайте нас, пожалуйста, — улыбаясь, произнесла женщина. — Реджина? — Робин изумленно поднял голову на звук ее голоса. — О, и ты здесь, — наигранно рассмеялась женщина. Казалось, что никто не заметил ее смущения, только Зелена, улыбнувшись мужчинам, и подперев рукой подбородок, приготовилась насладиться зрелищем. Ей было интересно, как сестренка выкрутится из этого положения. — Здесь готовят очень вкусные сосиски, — промямлила Реджина первое, что взбрело в голову, и обернулась к сестре. Та утвердительно кивнула головой, продолжая улыбаться. Робин оглядел столик, который занимали женщины — два стаканчика из- под кофе, да недоеденные сэндвичи. — По правде говоря, это хорошо, что я тебя встретила. Хочу сказать большое спасибо, что не бросил меня тогда. У меня до сих пор твой плед. — Плед? — в один голос прозвучал вопрос от рабочих, сидевших рядом. Робин усмехнулся. — Присоединяйся, если есть время, — спокойно предложил мужчина. Реджина смущенно отвернулась к сестре и та согласно кивнула. — Господа, прошу всех переместиться за соседний столик, — торжественно произнес Локсли и трое мужчин, как по команде, поднялись со своих мест, подхватив вещи, и присели за столик к Зелене. Реджина опустилась на самый краешек соседнего стула, а Робин придвинул свой поближе к ней. Глядя, как женщина потирает ладони, он стянул с ее руки перчатку. — Да ты замерзла совсем! — подозвав продавца, Робин что-то шепнул ему на ухо и мужчина мигом принес еще кофе и прозрачный стакан с белой жидкостью, по цвету напоминавшей мутную воду. Зелена оживленно беседовала с мужчинами в стороне, эхо чужих голосов доносилось как- будто издалека. Реджина выпила еще одну порцию кофе, и теперь следила за тем, как Робин улыбается, глядя на нее, и перемешивает жидкость в стакане. — Эй, разбойник! Когда ты попросишь руки моей девочки? — пропела Зелена и рассмеялась вслед за мужчинами. — Он не женится, — уверенно заявил один из них. — Это еще почему? Хочешь сказать, что она не слишком хороша для него, — возмутилась женщина, тряхнув рыжей шевелюрой. — Вовсе нет. Она прекрасна, а у него достаточно денег, но он их копит. — Идиот, эта женщина дочка хозяина, — ответил кто-то из мужчин и все покатились со смеху. Но даже этот шум не нарушил уединения Реджины и Робина. Их колени соприкасались под столиком. Его пальцы крепко переплелись с пальцами женщины, и это согревало лучше любого горячего напитка. Реджина опустила голову на мужское плечо, не скрывая счастливой улыбки. — Это для меня? — Робин добавил в стакан алкогольную настойку, и еще раз перемешал. — Если ты выпьешь это, мы станем парой, — облако пара сорвалось с его губ вслед за словами. — Что там? — Лучше тебе не знать, — усмехнулся мужчина. — Что будет, если я не выпью? — Мы навсегда останемся друг для друга чужими, — Реджина пристальнее всмотрелась в его лицо, но не нашла в нем даже тени улыбки. Он говорил слишком серьезно, с явным оттенком грусти. Разделив жидкость по двум стаканам, один мужчина вручил ей. Не думая ни минуты, Реджина прижала к губам прохладный ободок стекла, чтобы выпить содержимое. Робин опустошил свой, наблюдая за ней. Она спешила так, что часть напитка сорвалась мимо, и жидкость потекла по подбородку, проскальзывая на шею, обмотанную шарфом. Она отерла полусладкие капли тыльной стороной ладони, и дотронулась пальцами до губ. Приятное тепло, разливающееся по всему телу, наполнило все внутри нее небывалой энергией. Словно это был не обычный алкогольный коктейль, а целая палитра вкусов, запахов и ощущений, не доступных ранее. А потом почувствовала мужские загрубевшие пальцы, обхватывающие подбородок. Робин развернул ее к себе, мягко прикасаясь к губам в медленном чувственном поцелуе. Они не замечали, как опустели столики вокруг, и даже Зелена, в сопровождении мужчин, отошла в сторону, чтобы не нарушать этого хрупкого уединения на фоне едва обретенного чувства.